Пост Губернатора.

      Для меня это было крайне неожиданно. Еду я значит к другу, в другой город, никому не мешаю. Наслаждаюсь хорошей музыкой, стараюсь не спать. Как вдруг в итак не очень целое лобовое стекло влетает пернатая хрень! Из-за испуга резко повернул руль и машина после кратковременного полета познакомилась с дубом. Ветка вбила трупик совы прямо мне в череп.       "Птичку жалко..."       После чего я понимаю, что смахиваю кровавые ошметки с лица и охреневаю: "Что за нафиг?!"       Я определенно не труп, не в машине, не в палате или дома! Слишком уж тут роскошный и далекий потолок. Все мутное, в глазах слезы, но я вижу, что комната слишком большая. Тут одни только обломки кровати размерами раз в 7, или в 8 превосходят мою. Навряд ли такая могла быть у такого бедного студента как я, или в русской больнице.       "Хотелось бы мне себе такую же..." Еще раз протерев глаза застыл от страха. В воздухе летала пыль, перья и пух, но я все же заметил два силуэта с оружием и бойню вокруг. Столько людских трупов я никогда не видел! На меня падали обрывки балдахина, а я лежал у стены весь в кровищи...       Голова кружилась, тело болело, хотелось кричать, а я даже не дышал из-за ужаса, зато слышал лишнее для моей психики: -Этот тоже мертв? -Хочешь покопаться в этом фарше? -Тц. Много чести ублюдку будет. Пошли...       Хлопок двери вывел из ступора, но слава Императору, в голову резко хлынули воспоминания, отключив меня от управления телом Ваела Вилт. Только благодаря им я не заорал.

***

      Воспоминания были полны желаний. Ребенку хотелось тепла и внимания. Мать умерла при родах, а брат и сестры лишь избегали его, да грубили. Даже с иногда хвалящим его отцом, он был крайне одинок. Поэтому хоть он и был сыном планетарного губернатора, желал только одного - любви. Кроме этого у него было все: роскошные одежды, несколько замков, сотни слуг и все что только можно купить за деньги, в этом мире. Хоть семья и не любила его, но зато все вокруг выполняли любые его капризы.       Имея трех старших сестер, что отказывались играть с ним, Ваел начал играть с другими девочками. Называл их сестренками, наряжал в дорогие одежды, обнимал и командовал ими. Из-за вседозволенности эти игры со временем перешли и в горизонтальную плоскость.       К своим 18 годам мальчик уже успел "поиграть" с тысячами подружек, нарисовать много замечательных картин обнаженных девушек, опробовать все дома удовольствий планеты и устроить десяток массовых оргий.       Сегодня ночью же Ваел с другом пожелали поиграть в борделе во "гвардейцев и бунтовщиц". На Найлусе и нем были только флак броня на груди и шлемы на головах. Все было как обычно, они просто получали удовольствие на шикарной кровати, чей балдахин закрывал всех 30 девочек и двух блондинов.       Кто-то резко и скорее всего с ноги, открыл дверь отвлекая ласкающих и целующих парней девушек. Найлус разозлился и оттолкнув трех работниц публичного дома отодвинул ткань закрывающую его от вошедших. Сверкая стоящим членом он собирался высказать очень многое о ситуации, но замолчал. -Сдохни Ублюдок!       Сквозь закрывающиеся шторы в кровать прилетела граната. Только сосущая сыну губернатора ни капельки не запаниковала в этот момент и продолжала работу...       Когда сидевший в ступоре Ваел кончал, его лучший друг прыгнул на гранату грудью, а привязанные цепями к кровати девушки закричали и попытались сбежать. Находящаяся между ног девушка начала вставать...       Волна ужаса, удовольствия и бесконечно сильного желания не видеть этого, заставляет Ваела закрыть глаза. Вспышка. Удар. Чей-то смех...

***

-Вот это глюки на... Запах был просто ужасен. Тело болело. Я был прикрыт какой-то тряпкой... Убрав которую увидел разрушенную комнату моего любимого борделя. -Стопе. Странные руки: мокрые, красные, грязные, все в царапинах, но все еще мягкие и нежные. Они были даже без малейшего намека на мозоли от тяжелого труда и моих любимых часов. Чувствуя неприятности потянулся помассировать виски и успокоиться. На голове нащупал шлем и пару осколков застрявших в нем. -Я че попаданец?! Мои руки мгновенно закрыли рот. Меня же только, что пытались взорвать! В комнате итак больше десятка трупов и присоединяться к ним я не намерен! При взгляде на эпицентр разрушений появились явно не мои мысли и чувства: "Найлус..."