Судная ночь

      Блок D4 от других ничем особым не отличался. Разве что сейчас парковка была полупустой, все уже разъехались по домам. Свердлова и Кошкина прошли несколько пустых мест и подошли к стоящему автомобилю, который Анна тут же открыла. — Я всегда оставляю машину здесь. Мне спокойнее, когда она ближе к камерам и входу в центр, — пояснила девушка и открыла переднюю, а после заднюю дверь. Ничего сверхъестественного в салоне, разумеется, не было. — А где ты запах краски почувствовала? — капиранг заглянула в салон машины после чего оглядела парковку снова. — Да прямо здесь, — она указала вперед, — У лифта.       Лифт из подземной парковки уходил в здание и останавливался там практически на всех этажах. Ничем особенным он не выделялся, стоял посреди парковки, занимая несколько мест, поскольку шахта была, по сути своей, большим бетонным коробом. Так иногда строят лифты в торговых центрах. Вокруг парковочные места, но все они просматриваются с разных сторон и здесь Уманова бы тоже не смогла ускользнуть. Это место словно стало бермудским треугольником, только вот бойцы секретных спецподразделений не проваливаются сквозь землю, как минимум без веской на то причины.              Взгляд Кошкиной скользнул в сторону угла, где всегда стояли камеры. Сейчас там торчали в разные стороны провода, словно паук протянул свои лапки и стремился на волю. Следом внимание зацепилось за стену, которая с виду была ничем не примечательна. Но лишь с виду. Стоило подойти, в нос ударил остаточный запах краски, на стене блеснул достаточно свежий слой. — Тебе не показалось, — Багира дотронулась до стены и на пальце остался еле заметный след, — Здесь и правда что-то закрасили. Найди техников, которые работали на этой парковке и позови их в переговорку. Всех, кто даже просто проходил мимо. — Так точно. Девушки удалились и поднялись обратно в центр. Крайне радовал факт, что техники оставались на базе почти всегда и несмотря на поздний час вызвать их не составит большого труда.       Кошкина успела выпить лишь половину порции кофе, когда в переговорную вошли несколько молодых парней. Они все еще были по форме, сохраняли серьёзный вид. — Товарищ капитан первого ранга, сотрудники тех. отдела по вашему приказанию прибыли! — отчитался почти по форме сонный рядовой. — Парни, вольно. Скажите мне, вы последние дни что-то или кого-то подозрительного на парковке D4 видели? — женщина встала рядом с подчинёнными. — Никак нет, товарищ капитан первого ранга. Мы последние дни там с камерами возимся. Место работы ограждаем лентой на всякий случай. — А что вы там красили? Покраска стен не была запланирована. — Так мы это... — парень замешкался, — Приезжал подполковник Кравцов, заметил пятно на стене, сказал, мол, не порядок, надо закрасить. Ну мы и... — Правильно, старших по званию нужно слушать и приказы их исполнять, — Кошкина задумалась и потерла глаза, — Кравцов говорите? — Да, он вышел из здания, за ним кто-то вышел, но мы не видели, он попросил уйти. — И вы ушли? — с искренним удивлением спросила карпаз. — Так это же парковка, инструменты мы забрали, что там воровать или портить, камеры мы же сняли... — техник виновато потупил взгляд, но рассказ продолжил, — Когда мы вернулись, он указал нам на грязь на стене, сел в машину и уехал. — Спасибо за информацию, бойцы. Можете идти. Но будте внимательнее, не помидорами на рынке торгуете. Рядовые встали по стойке смирно и удалились строевым шагом. Кошкина выругалась себе под нос и закрыла лицо руками. Ну конечно, кто же ещё! Старательно этот гад портил жизнь всем в КТЦ, а к Умановой у него вообще свои счеты. Капиранг достала телефон и набрала номер. — Бать, извини, что поздно. Есть новые вводные...       Света в переговорке еле хватало, чтобы разглядеть экран планшета. Булатов зевнул и отпил кофе из стаканчика. С работы он уйти еще не успел, но уже буквально стоял у выхода, когда ему позвонила Кошкина. А она никогда не стала бы звонить в поздний час просто так. — В общем как-то так... — подытожила свой рассказ капиранг и тоже выпила немного кофе. — Сейчас ответов нам никто не даст, ты же понимаешь? Поздно, искать его ночью никто не станет, просто побоятся. — Я понимаю, но ты же понимаешь, что там Ума и мы понятия не имеем, что этот... — женщина выдержала паузу, чтобы не сказать пару крепких слов, — Мог с ней сделать. — Я понимаю... Понимаю, Рита... — контр-адмирал положил руку на плечо подруги и тяжело вздохнул. Послать "Нерп" одних может и можно было, но куда? Домой к подполковнику или на дачу, или, может, в гараж? Пусть на нем и клейма ставить негде, но он точно не полный идиот и так просто не попадется. А поднять в ночь-полночь на уши половину ведомственных сил и начальников все равно, что подписать себе приговор. Состояние было весьма паршивым, но решено было до утра ничего "Нерпам" не говорить. Открутить голову Кравцову они еще успеют, но на это ведь еще силы нужны...       Догадаться, что ни Батя, ни Багира этой ночью домой не пошли было не сложно. Внутри словно образовалась пугающая, всепоглащающая чернота. Первым на базу явились Бизон и Кот, расслабленно болтая о чем-то стороннем. Так они старались сохранить рассудок, но по красным глазам было заметно, что парни тоже не спали. В общем это было видно по всем "Нерпам". И пришли остальные чуть позже скорее не потому, что спали или собирались, а потому, что нужно было отвести подозрения. Этой ночью они все собрались на квартире у Тарасова, сказав родным, что на работе придется ночевать. Для них это, в общем-то, было делом привычным и подозрений не вызывало. Булатов и Кошкина сложили два и два, но говорить подчиненным ничего по этому поводу не стали. Понимали их состояние, сами такие... — Какой план на сегодня? — спросил Тарасов, присаживаясь на свое место в переговорной. — У нас новые вводные, — тяжело вздохнул контр-адмирал и вывел на экран фото Кравцова, — Думаю, все вы его помните, верно? "Нерпы" синхронно кивнули и с призрением посмотрели на экран. Большего сволочизма они не видели давно, даже в самых отмороженных террористах. — Даже не говорите, что он как-то причастен, я ему... — еще бы чуть-чуть и Бизон сказал бы все, что думает. — Пригов уже занимается поиском Кравцова. На работе он не появлялся уже несколько дней, дома его нет, гараж и дача пусты, — парировала Багира. — Он же не идиот! — Борис окончательно сорвался, — Он знает, как не наследить! И что нам делать? Эта сволочь где угодно может быть! — Отставить, товарищ капитан третьего ранга! — Батя пусть и разделял мнение друга, но соблюдение субординации был обязан поддерживать, — Бизон, успокойся. Я понимаю, что ты чувствуешь, но нам придется работать с холодной головой, нравится тебе это или нет. Тарасов сжал кулаки и зло выдохнул. Сдерживать эмоции и правда было необходимо, но чертовски сложно. А все было на виду! Конечно, кто еще может посреди белого дня или ночи без единого вопроса вывести бойца спецподразделения из КТЦ.