Почему надо чувствовать?

- Ты делал всё правильно, заботился... - Почему-то всплывают моменты последних минут. - Эм-м, в своей манере. Но ты допустил ошибки, которые не замечает даже большинство. Не учел, черты характера. - Что это значит? - Ну-у-у... Я не являюсь предательницей, и в жизни Ральсичку не хотела убить. - Что!!! Но тут только идиот причины мести не увидит! Что у тебя за черты такие? - Оникс, успокойся, дай договорить. - После её слов, он пытается держать себя в руках, тяжелый не нужный вздох дал на то понять. - "Сработало? Серьёзно?" - Нужно переключатся с мыслей на разговор. - Просто, да у меня черты не подходящие под большую часть общества. Мне иногда было тяжело уживаться с кланом, слишком они кровожадны местами. А я не такая, помню рассказывала тебе уже. Мирная я... Даже слишком... Позор вампиров... - Прошептала последнюю часть. - Так... Давай по подробней. - Терпеливо и вежливо попросил Оникс. С каждой секундой удивлений всё больше. - Я... Не умею держать зла, да и духу мне на месть никогда не хватит. - Врешь! Пощечину мне сегодня влепила, зла не умеет держать ещё! - Оникс, с тобой всё иначе, ты как бы... С тобой я чувствую свободу. Я могу разговаривать и не чувствовать какого-нибудь смущения, душу излить могу... Я доверяю тебе, и могу позволить себе фривольности, которые никогда бы не позволила. Понимаешь? - От части. Ане и этих слов хватило, её кивок был удовлетворительным. - ... А если о Ральсе то... У меня никогда рука не поднимется убить ребёнка. Да и который хлебнул горя так-же как я. - Ты же не врешь мне? - Серьёзно спросил Оникс. - Нет, это правда! Ральс он... Хансон бросил его, ровно так-же, как и бросил меня в тот дрянной ящик! Я не верю, что Хансона могли убить, он сильнейший кого я только видела, а жена его чудовище такого же уровня силы, их вообще не убить! Думаешь я посмею мечтать о таком? Сотня лет в ящике и не такое в мозги вправит! - Рассвирепела она. - Значит ты... Чувствовала некое родство с Ральсем, по участи? - Можно и так назвать, я была солидарна с его взглядами на мир. Мне как и ему не хотелось жить в мире без родителей... - Хааа, блять, как всё сложно! - Устало оттянул лицо Оникс. Послушав её, приговор вынесенный Ониксом сменился на сто восемьдесят градусов. В ней уже не чувствовалась та свербящей нотка, которая жгла в нём ярость. Она опять же сменилась противоположным ощущением мнимого доверия, будто она такая на самом деле, и никогда не предаст, какую бы причину не выбрать. Оникс, не ощущал в ней лжи, хотя сам врать не мастак, но читать не естественный тембр в голосе мог, правда не с Ноэлль. Значит Анна полностью не виновна, а все причины имели место быть, но потеряли свою значимость в купе некоторых событий. Дважды неудачное стечение обстоятельств. И что ему в такой ситуации делать? Разумеется извинится, а дальше что? Простит ли она его? Вроде как-то должна, зла она не держит, да и сама всё понимает в данном вопросе. Только на душе после такого остаётся неприятный осадок, который так и просится, чтобы его разбавили. Как ему в таком случае быть? Анна вызвала в нём шквал чувств, который сама же и потушила. Оникс не понимал, почему особа с которой он знаком всего ничего вызывает в нём столько перемен. Даже Ральс за короткий срок не мог вызвать в нём столько палитр, Аня же делала это в лёгкую. Вот за такую её особенность Оникс начал её ценить, не осознавая сей причуды. И на этом ключе играет осадок, который он хочет устранить. - Аня. - Обратился он. - Что случилось? - Придвинулась она. - Я был глуп и недальновиден... - Оникс, ты коришь себя? - Если неприятное чувство направленное на себя же можно так назвать. - Оникс не надо, ты не виноват. - Возможно. Моё незнание играет со мной злую шутку, из-за чего я делаю не хорошие вещи для своих близких. - Оникс... - Аня, моя резкость чуть не погубила тебя. Может ты этого и давно хотела, но не стоит бездарно тратить дар жизни. Вот за это я уверен, как ни в чём другом. - *Хнык-хнык* Г-говоришь прям, как отец, в последние минуты жизни. *Хнык* - Воспоминания прошлого крайне трагичны для Ани, слëз она на них не жалеет. - Прости меня за это, за то что чуть не забрал твою жизнь. За оскорбительные моменты и прочие мои прегрешения перед тобой. Прости за всё. - Искренне извинялся он, прижимая плачущий шарф к груди. - О-оникс, *хнык*, я прощу тебя, *хнык* но только*хнык* при одном условии. - Я слушаю... - Обещай! Обещай что ни бросишь меня, никогда низа что не бросишь меня! Я не хочу вновь быть одна, не хочу, не хочу, НЕ ХОЧУ! Будь рядом, пожалуйста! - Девичья душа без контрольно потонула в рыданиях. Её эмоциональность парой заразительна, рука крепче сжимала шарф, потакая желанию, которое раньше было только для Ральса. Подняв голову и вслушиваясь в прерывистый плач, Оникс в тысячах звёзд искал ответ. С его умом не проблема брякнуть какую-нибудь формальную чушь и успокоиться на этом, но противное ощущение от этого не уйдёт. Нужно нечто большее, нечто искреннее пробирающее душу, потому что не Аня, а он сам так хочет. Постараться для неё. - Хорошо... Теперь тебе не будет одиноко, обещаю. - Не отрываясь от звёзд, обещал Оникс. - Спасибо Оникс *хнык*, я хотела услышать этих слов уже как сотню лет, правда спасибо. - Не по прихоти Оникса, а по своей, Аня прижимается к ниму от накопившихся чувств. - Тебе уже лучше? - Поинтересовался её самочувствием Оникс. - Да, гораздо. - Приободрялась Аня. Украдкой бросив на неё взгляд, заодно приметив угольно чёрные прожоги, на и так чёрном шарфе, верить хотелось с трудом. Державшая рука начала источать необычный фиолетовый свет, который обволакивал Аню, выделяя её контур. Та не испугалась, наоборот почувствовала наступающее облегчение за светом, он лечил восстанавливая повреждённые ткани за секунды. Вскоре всё прекратилось, и Оникс взглянул на неё под другим углом. - А сейчас? - Переспрашивал он. - Я и не думала, что ты способен колдовать свет. - Удивилась она неожиданному умозаключению. - Не паясничай. - За хмурился он. - Прости... - Прости... Сказали оба нелепо встретившись взглядами. - За что? - Спросила она. - Я опять виду себя грубо, за это. - Объяснил он. - Н-ну тогда, если хочешь извиниться, то полетай со мной по звездному небу, давно я не рассекала ночь. - Воспользовалась моментом Аня. - Хммм, да, почему бы и нет? Звучит весело. - Согласился он. - П-правда!? Ты не шутишь? Серьёзно? - Не верила Аня. - Наматывайся уже на мою шею и держись крепче, полёт обещает быть быстрым. Она всё повторила даже слишком возбуждено, чуть не отхлестав Оникса по лицу. - Легче подруга, не надо меня бить. - Боже Оникс, давай скорей, я вся в предвкушении!! - На радостях пищала Аня. Ухмыльнувшись её реакции, Оникс провёл ей один из самых запоминающихся полётов за всю её долгую жизнь. Ему не трудно, а на душе становится приятно, от незначительного действия, повлекшего столько радости. Да и ей приятно вспомнить времена, когда она так-же летала с отцом на перегонки. Есть в этом что-то красивое с эмоциональной точки зрения. *** Ноэлль ужасно скучно сидеть в карете, фиг пойми который день. От фолианта по магии мороза голова кипит, как бы смешно не звучало. Мирта ушла в другую карету к подругам со служительницам, строить какие-то планы, но олениху не покидает ощущение, что они во всю чаи распивают, да истории болтают. Ну и поделом. Оникс свалил ни свет ни заря на облюбованную крышу, даже знойное солнце его не остановило. Щарф разумеется он украл, а Ральс с каждым разом сопротивляется всё меньше. Сегодня только буркнул, и дальше продолжил заниматься своим делом. Кажись шарф в скором времени полностью перейдёт Ониксу, Ральс уже думает его подарить кошмарному брату, дабы тот не донимал его постоянно. Развалившись на фолианте и столе, Ноэлль во всю выжигала в Ральсе дыру своим недовольством. Тот не планировал появляться в общество, развернув своё внимание на зачарование правого берца. Вот и долго он будет так сидеть? В карете никого нет, лишние глаза ушли, это так и кричит, что можно свободно уделить время второй половинке, но нет, берец куда мать его важнее. Ноэлль ужасно противно наблюдать, как Ральс лобызает берец нежней, чем её. Для них похоть не так важна, но понимание факта что внимание уделяется не тому чему надо, ужасно бесит. Да она всем видом показывает потребность в его внимании, а тому хоть бы хны, в открытую же смотрит! Всё мацает и мацает свой берец, Ноэлль и звуками подоëт намёки, НИ-ЧЕ-ГО! Конкретно взбесившись столь отвратным отношением, Ноэлль медленно приблизилась к нему, который даже не подразумевал о наступающей опасности, и ударом отбросила берец. Шок и боль отобразились на лице Ральса. Будто перед алкоголиком разбили дорогущий спиртной напиток, который он добывал потом и кровью не однин день. Рот в судорогах сжимается, а руки в хватке коршуна нервно вздрагивают от безысходности. Вот он глядит как каждая капелька именуемая руной, одной за одной лопается на стеклянный голубой впрыск, уходя навсегда. Часы монотонной работы потрачены считай в пустую. Не описать развешто аромат, хотя нет, можно, запах отчаяния Ральс чувствовал отчётливо. Когда треснула последняя руна Ральс пришёл в себя, он крайне не доволен, что аж не сразу заметил голову виновницы на своих коленях, а именно там раньше лежал берец. Очень хмуро смотрел Ральс, мурашки табуном могли пойти, но не у Ноэлль, которая его знает и которой ничего не будет. Или она так думает? Собравшись морально, принц прощает себе последующие пять минут грехов, сейчас можно. - Ноэлль... Лучик солнца в моей тёмной ущербной жизни, ты хочешь мне кое-что сказать, хм-м? - Надменичал Ральс. - Хочу! - Энергично фыркнула Ноэлль. - Мне... Нет! Я требую к себе внимания! Ты с дурацким берцом возишься весь день, а на меня ни разу не посмотрел. Я и то поглядывала на тебя читая фолиант, гадая, когда-же ты словечка ласкового скажешь. Хм! - Надула обиженно щечки. - Хаа, дорогуша ты моя несносная. - Протяжной усталостью вздохнул принц. - Две минуты, ровно две минуты мне осталось чаровать берец и я бы уделил тебе внимания на всю жизнь. НО ТЕПЕРЬ МНЕ ЗАНОВО ПЕРЕЧЕРОВЫВАТЬ ДРЯННОЙ БЕРЕЦ!! - Рычал он пока Ноэлль не вздрогнула. - А?.. И-и что? Можно было и подождать, мне как ни как скучно-о-о! - Ты когда успела стать такой капризной? - Прищурился Ральс. - Когда мне признались в любви и прекратили уделять внимание! - Прыснула фактом. - О тьма, защити детей своих... - Драматично помолился Ральс, кладя пальцы одной руки на вески, проверяя не лопнули ли они. - Ральса-а-а! - Требовала Ноэлль теребя его закуток ворота. - Да слышу я, слышу! Дай подумать... - Разглядывал потолок Ральс в той же позе. - О! Ты придумываешь что мы делать будем? - С интересом спросила она. - Не совсем, думаю как бы тебя наказать... - Что? Это кто кого, ай стой, погоди, ты что делаешь?! - Пискнула Ноэлль в непонятках. Скрутив ту расположа животом вниз у себя на коленях, Ноэлль не могла двинуться, левая рука зажата, а вторая с противоположной от Ральса стороны не могла его достать. Будто её отхлестать хотят... - Ты совсем уже? Что это значит? - Шипела Ноэлль безуспешно дёргаясь. - Да так, небольшое наказание для той, кто не уважает чужой труд, мне очень тяжело было его чаровать, ты пойми, так надо. - Ральс отбил пару раз дробь, прям у основания таза, давая понять, куда пойдёт следом рука. - Пороть как малолетку? Ральс, у тебя фантазия совсем атрофировалась. - Я не понял тебе это нравится? - Упрёком спросил Ральс. - Да я не боюсь у тебя духу, Ай... - Что-что? - Спросил он её садистки ухмыляясь. - Р-ральси... Может, Ай, дай сказать! - Прости, ты долго говорила. - Рука вновь понеслась. - У меня есть сделка!!! - Протараторила она, пока рука не нагнала. - Что за сделка? Неужели комплекс [Большой Шишки]? - Рука остановилась в считанных миллиметрах. - Заинтересован? - Вполне. - Пожал плечами. - Каковы предложения? - Отпусти меня узнаешь. - Озарнически улыбнулась Ноэлль. - Угу... А потом я получаю копытом по морде, нет спасибо. - Торги это риски, если отпустишь узнаешь вторую часть. - Два копыта? - Ральси, не будь упёртым, есть у меня кое-что, отпустишь дам! - Повторяю, я не хочу копытом в морду. - Ральси-и-и. - Такому милому тону Ральс не мог отказать. - Ну хорошо! Уговорила! - Пафосно отпустил он руки. - Копытом через раз, два... - Угомонись. - А? Ноэлль нормально пересела на его колени, глаза чуть выше его, и копытом в морду ещё никто не получил. Грациозные тонкие пальцы нежно проходятся по плечам принца. - Ух-ты, вторая часть обещает быть интересной. - Заинтересовался Ральс, откидываясь на спинку. - А то, хмхм. - Томно сказала Ноэлль, сплетаясь с ним губами. Нежно, но страстно губы соприкасались с перерывом в микро секунду, кто-то учёл прошлый опыт и растягивал поцелуй до приемлемого значения пока не насытится. Появилась некая агрессия, язык без спроса проникал в новые места, жарко осматривая и облизывая всё что только видел, особенно вторую половину которую нашёл и почти не отрывался. Руки Ноэлль машинально переползли на шею Ральса, усиливая и без того тесное отношение между сердцами. Принц тоже не лыком шит, пальцы ласкали тонкий контур спины возлюбленной, запоминая каждую ворсинку с деликатными изгибом талии. Жадное довольное мычание огибало слух, обоюдно наслаждаясь каждой стороной, которая их испускала. Прерывистое жаркое дыханье, вздымало чувство ярого восторга. Ещё пара минут и Ноэлль бы забыла, о чем мыслила пять минут назад, но кое кого надо проучить. Когда Ноэлль отстранилась, Ральсь искренне проводил её изгибы, не желая оставлять и прекращать столь сладкий акт любви. Грустный недоумевающий взгляд вцепился на последок ей в глаза. - Хмхм, ну и как тебе моя сделка? - Её речь искушала. - Где подписать контракт!!? - Скорей не спрашивал, а требовал Ральс. - Глупыш это разовая акция, в одном единственном экземпляре. - Медленно дразняще огорчила она. - В-в в одном?.. Н-но почему? - Не веря задавался Ральс. - Тебе же тоже понравилось, твоё довольное лицо тому пример. - Соглашусь, именно этого я и хотела, а ты дурень, этот момент профукал. - Упрекнула она. - Что!? Ты мстишь мне? - Проучаю, со мной шутки плохи, хмхм. - Тогда это относится и ко мне! - Недобро сощурился Ральс, максимально близко осматривая каждую частичку глаз собеседницы. Жутковато. - Тише-тише, давай больше не будем спорить кто кого, а то боюсь перегрызëмся. Оно нам надо? - Не думаю... - Вот и молодец. - Поцеловала она в лоб. - Так что давай больше не мучай мою пятую точку, и сам целуй меня по чаще. Хорошо? - Но она такая мягкая. - Замечтался Ральсей. - Ральси-и. - Протянула она. - Да-да, в меру возможностей. - Огорчился он. - Изврат! - Надулась она из-за уклонения от точного ответа. - Зато искреннее. - Ухмыльнулся он. - Ох, началось, ты теперь всегда будешь припоминать? - Только когда мне надо. - А я что сказала!? - Что я люблю тебя больше жизни. - Серьёзно сказал Ральс, улавливая краснеющую Ноэлль. - Т-ты!.. Хаааа, боже, ну хоть так чем... Моя попа. - Тихо мямлила она. - Чего шепчем? - Хлопал глазами, он правда не услышав. - Ничего... - ... От её ничего кошка душу заскребла. Обхватив талию он потащил её за собой в угол кареты, где можно облокотиться с двух сторон, что он и сделал. Ноэлль он посадил себе на колени, спиной к своей груди, с недавнего времени эта поза стала его любимой. - Ух-ты, романтик? - Он самый любовь моя. - Шепнул на ушко Ральс, от чего у Ноэлль мурашки по коже забегали. - Ральс... А мне кажется или?.. - Ноэлль заметила разницу. - М-м-м? - Дай руку. - Ей подали левую свободную руку, которую она и так могла взять без спроса. - Рука словно толще стала. - Хочешь сказать я жирный? - Недовольно понял Ральс. - Да-нет! Она как бы... Больше обычного и пальцы длинее, чем я помню. Глаза твои выше стали. Почти со мной сравнялся? - Уже есть разница? Хм-м... - Рассуждал он с ней. - Походу, к тому-же твой братишка максимально проявляет на тебе своё влияние, а мы всего пять дней едем. Вон, посмотри какие полосы большие. - Провела она пальцем по всему его предплечью. - Хм, хорошо хоть не линяю. - Хмыкнул он. - Линька отстой. - Согласен, к тому-же с чёрной шерстю. - Мда, проблема, по всему замку будет. - Нет худа без добра. - Пожал он плечами. - За-то расту быстро, интересно, я отца перерасту? - А сколько он был?.. Прости... Надавила на бальное... - Сжалась виновато Ноэлль. - Что было, то прошло. - Сказал он как мудрец, махнув рукой, облегчая ношу. - Отец помню где-то под сто восемьдесят был, может больше, щуплый такой, но рога у него крупные. - Под сто восемьдесят? - Удивилась Ноэлль. - Ага, а ты чего так удивляешься? - Спросил он. - Папа Криса где-то за два метра. О-о-очень крупный. - Показала его примерные объёмы. - Вот он в кого после уровней расти начал. - Кивал Ральс своим мыслям. - Нет, Крис приёмный. - В смысле? - Удивился он. - Ну так получилось, что его родители монстры. Они подобрали его с младенчества. - Подобрали... Грустно однако. - Ральс не грусти. - Ноэлль притронулась к его щеке приободрить. - Да я и не грущу, всякое бывает, просто неожиданно. - Объяснил он. - Эхехе... - Неудобно посмеялась не в тему. - О! У него родители Козлоподобные монстры, представляешь? - Пфф, да ну? Не может быть. - Хихикал Ральс. - Ты надо мной прикалываешься. - Я серьёзно, ты добрый и милый, как тëтушка Тори, вы бы с ней поладили. - Спасибо за комплимент, я бы хотел поговорить с родителями Криса, жаль только ты рассказала о тёмных фонтанах, в замке наверняка стало бы веселей. - Может когда-нибудь на рождество. Соберёмся всей толпой, и будем праздновать до упаду. Надеюсь Крис не нальëт мне опять майонез, вместо гоголь-моголя. - Замечталась Ноэлль усаживаясь удобней на Ральсе. - Скажи если попробует, он у меня сам ведро съест. - Серьёзно он. - А ты уверен? - Абсолютно. - На тебя не похоже. - Сил я когда-нибудь найду, а так прокляну его, чтоб вся еда на всю жизнь, стала на вкус, как майонез! - Ого-го, ради меня? - Другом детства ради любви можно и пренебречь. - А для кого же ещё? Ты у меня одна такая, вторую я не найду. - Его рука загладила мягкие золотистые локоны. - И не надо. Хмхм, так подумать для него это самая адская пытка, за пирог тёти Тори он и душу продаст. - Что за пироги такие? - Там есть за что любить, он и у меня занимает первое место в числе самых вкусных пирогов. - Что за пирог? - Ирисково-коричный, а тает как, ммм класс. - Надо будет спросить рецепт, буду тебе его готовить. - Увы, мастерство познала лишь семья Криса, Тори никому не даёт рецепт, хоть дружи с колледжа. - О как?.. А Крис умеет? - Хм! Ещё бы! Ему ли не знать. - Тогда буду клянчить, пока не станет фиолетовым как Сьюзи. - А почему не си... Хах! Поняла, забавно, забавно. - Всё ради тебя. - Коснулся он носом её шеи. - Романтик ты мой, я тоже тебя люблю. - Ноэлль в ответ погладила его затылок. - И я тебя. На такой красивой ноте поцелуй вышел сам собой, может не долгий, за-то романтичный, а главное, атмосферный. - Я кажись понял, почему ты о росте спросила и родителей Криса упомянула. - Сводил он факты. - Ага, вы мне показались очень похожими, будто третий ребёнок в семье, только ты в тётю Тори и больно милый. - Ха-ха, повторяешься. - Разве? - Ну да. - Пофиг, что есть, то есть. - Слушай, а у Криса случаем фамилия не такая же как у меня? - А ты мне рассказывал, какая у тебе фамилия, так что не знаю. - Прошу любить и жаловать принцесса Ноэлль, перед вами сюзерен Королевства Тьмы, его величество Ральсей Римуррд, к вашим услугам. Я бы поклонился, но увы сейчас я трон принцессы. - Ри.. Муррд... Римуррд... Хм-м? - Пазл складывается. - Что-то не так с моей фамилией? - Спросил он беспокоясь. - Она тебе не нравится? - Не в этом дело, просто... Если покопаться в твоей фамилии и фамилии Криса, можно найти заковырку. Ты Римуррд, в то время как он, Дримурр. Чувствуешь разницу? - И в правду, похожие фамилии. А! Сьюзи же при мне его фамилию называла, совсем из головы вылетело. - Ра-а-альс? - Напряглась она. - Что? - У тебя и имя похожее со старшим Азриэлем, только буквы поменяй, прям в один в один поподает. - Думаешь это заговор? - Ну конечно нет, это бредовая мысль, но совпадение интересное. - Это да, будто кто-то намеренно пишет эти совпадения. - Посмеялся Ральс. - Та ещё драма, я те скажу. - Мелодрама. - Закручивал он её волосы меж пальцев, поправляя. - Но мне нравится. - Умиротворилась Ноэлль - Можно мне, ещё один поцелуй? - Придвинулся он к её ушку. - Иди ко мне. - Согласилась Ноэлль. Зависимость от поцелуев, тоже можно считать одной из сильнейших. Мало того, что она приятна, так и доступна в любой момент, только попроси, но если её не уталить, могут произойди не самые приятные вещи. На сей момент судьба была не справедлива, карету, сильно закачало в повороты, из-за которых два сердца не смогли показать любовь друг к другу. Ральс сильно переживал, что Ноэлль может пораниться, и по тому на автомате обвил её живот левой рукой, пока вторая впилась когтями в стену пытаясь удержать сразу двоих. Одна нога Ральса опëрлась на край стола, правая же без берца, пронзила подушки дивана цепляясь как может. Ноэлль в первые секунду умудрилась потерять ориентацию в пространстве, единственно что она могла здраво сделать, обхватить Ральса и надеяться на лучшее, глаза её предательски не хотели смотреть на этот ужас. Шатало знатно, карету заносило в повороты и казалось они едут на двух колесах, но кучер был умел. Орал на тарабарском на Киару, возможно матом... Наверняка матом крепки и благим, ибо Скорпион визжал ответ, выравнивая в нужную сторону карету. Она трещала и скрепела, как плачущий зверь нуждающийся в помощи, её никогда не использовали для таких экстремальных целей, всё воля случая. Сейчас карета должна выдержать агрессию Киары, а иначе развалится на куски. Считанные минуты спустя тряска кончилась, быстрей чем ожидалась. Кошмар по ощущениям мог продолжаться и до десяти минут, благо Ноэлль ещё не сломала Ральсу рёбра. Заметив остановку, олениха взбешённо вырывается из благой хватки Ральса, и пинком вышибает дверь выходя наружу. Ральс в недоумении хлопал глазами, что сейчас произошло, голова переварить не могла, он застыл в той нелепой позе без Ноэлль. Секунда, две, голова ушла вправо заметив глубокие следы когтей. Секунда, две голова ушла влево заметив треснувший под ногой стол. Секунда две слышен ор солдат и какие-то взвизги чудовищ. Тело машинально встаёт на ноги, медленно не спеша, надевается выпавший берец. Секунда, две, слышен протяжный взвизг и звук разорванной хлюпающей плоти. Ор солдат прекратился, вой чудищ тоже, следом Ральс вышел. Первое что бросалось в глаза, окровавленное изрезанное чудовище, в пасти которо, через подбородок до макушки, торчат столбы ледяных копий, по которым стекают струйки холодеющей крови. По виду обычный пустынный змей, размерами способный за раз проглотить Корову вместо Крысы. На вершине трупа, стоял, как бы типично это не выглядело, Оникс, с косами вместо кистей и руками длинней обычных раза так в три. Ральса он не удивил. А вот Ноэлль удивила сполна, стоит чуть-ли не вплотную, сверля взглядом до смерти труп, руки гневно сжаты. Прошерстив округу глазами ещё раз, Ральс поманил первого попавшегося служителя, который встретился с ним взглядом. Его не заставили ждать, к нему бежали. Репутация Чёрного мага вещь что надо. - Эту змеюку моя тень спровоцировала? - Без эмоций спросил он, указывая пальцем на объект разговора. - Н-нет господин Чёрный маг, ваша тень защищать караван от змей, и прыгать в перëд набордаж. Она нам сильно помогать, никто не умереть! - Нервно, но воодушевленно говорила женщина крольчиха с белой шëрсткой. - Не тень? Помогал? Защищал? - По слогам выделял. - Это точно моя тень, вы уверены? - От такого Ральс, чуть ступор не словил. Женщина крольчиха с силой кивала головой, на каждое его слово. Забавно смотреть на тётю, которая уважает тебя больше, чем родителей. Она больше Ральса головы на полторы. - Истинно так! Да, быть страшно, когда тень резать и рычать, но она быть хорошей, хоть пугает... - Отвела она взгляд в сторону. - Хм... Тогда спасибо за пояснения, а то уже неправильно думать начал. Можете быть свободны. - Слушаюсь. - Поклонилась она, после убежав. Сейчас Ральс всматривался, как Оникс разговаривает с Ноэлль, не выражая признаков агрессии, как и Ноэлль к нему. Буд-то на зло тот использовал мелкий шрифт, и Ральс ничего не смог разглядеть. Когда его заметили, Оникс быстро договорил с Ноэлль, затем прыгнув в пасть змею, рубя для ведомых только ему целей. Опять фигню исполняет, раздражая Ральса и пугая народ. Ноэлль неспеша идёт к возлюбленному, дрянной песок не даёт нормально идти. Настроение по лицу явно испорченное. - Книги были правы, женщины самые желанные и одновременно самые коварные, способные ужалить весь мир до крови, своей красотой. Но в моих глазах, даже океан крови не затемнит твой лик. - Ральси. - Обомлела Ноэлль с неловкой улыбкой. Его вычурные любовные речи сломили её неосознанный гнев, на душе становится легче, когда тебя поддерживают в самых необычных и трудных ситуациях. И не зря она делилась накопившимися чувствами, искренность проявленная Ноэлль, пробудила в Ральсе душу романтика, от которой она без ума. - Я не прочь продолжить на моменте, где мы остановились. - Пролепетал с улыбкой Ральс, прижимая ту за талию. - Р-ральс, не при всех, Мирта же смотрит! - Краснела Ноэлль отводя взгляд, но не отстраняясь. - А мне плевать чего там смотрит Мирта, у меня в глазах только ты. Иди ко мне. Манящий и сладкий их поцелуй, Ноэлль полна стеснения и красна с клубнику. Ральс же решителен, полон своих амбиций по отношению к ней, ему толпа народу уже не страшна, пусть смотрят, завидуют их прекрасным дуэтом. Раньше он представить не мог, что будет утверждаться таким образом, хотя по большей мере он рисовался перед Ноэлль, тем на сколько сильно изменился для неё, надеясь что она оценит его смелый жест. - Ральс, может всё же пойдем в карету, мне дико не удобно. - Ноэлль украдкой озиралась по сторонам, замечая на себе множество взглядов. - Стесняешься? - Д-да... - Сжимала подол его одежды, смотря в песок. - Эххх, первый раз за день вышли, даже не подышать? - Тут душно, и... Я не смогу целовать тебя на глазах у посторонних. - А мне нравятся их завистливые взгляды, хотя некоторые действительно восхищаются нами. - Ральс пойдём! - Сильней тянула подол. - Как скажешь дорогая, сегодня день будет только наш. Взяв её за талию, Ральс повёл даму прочь от смущающих взглядов, хлопков и свистов, раздающиеся в их честь, пока они не уйдут, что ещё более заставляет Ноэлль краснеть. Эти двое с пользой проведут время друг с другом, развивая сильные и устраняя слабые стороны. Таковы их отношения. Туша змеи дёрнулась, затем ещё, сильней, яростней, именно в тот момент, когда предначертанные ушли. Солдаты на готове, но "наделать в штаны" им не помешало. За сильным вздрогом, из змея вышло острое чёрное лезвие, знакомое, правда не внушающее спокойствия. Вырезав дыру в полный рост, Оникс натыкается на группу застывших солдат с оружием, в его сторону. - «Добрый день, змеятинки не хотите?» - Оскально улыбнулся он. Солдаты может и не бегом, но всей длинной ног пытались от туда удрать, и не появляться ему на глаза. - «Грустно однако, меня игнорируют.» - Состроил обиженного Оникс. - «Ты разве хотел с кем-то подружиться?» - Чувствовала абсурдность слов Шарфуня. - «Нет, пошли они на хрен, без них хорошо.» - «А зачем сказал?» - «Формальность, предложить мясо добычи нищим.» - А-а-а! Добродетель? - Ага, ты кстати кровью хорошо напиталась? - Объелась, чувствую вот-вот лопну. Боже, жадность меня погубит, хотя кровь этой змеи такая дрянь. - Фыркала Шарфуня. - Её ещё много, нужно всю выпить, если хочешь обратно Вампирессой стать. - Не знаю что перевей меня убьёт, вкус или количество. - Изменения то есть? - Чувствую, как ткань прочней стала и могу растягиваться ещё на пару метров. - Угу, только мы не можем быть уверенными, что кровь вернёт тебя, шанс три процента, как ни как. - А у меня выбор есть!!? Думаешь мне нравится это тело и висеть у тебя на шее? - ХА-ХА! А мне нравится с тобой ходить. - Ч-ч-что?! - Краснела Шарфуня. - Твой дизайн крайне хорош и сочетается со мной. - Н-не говори больше таких вещей... Ты не знаешь их значения... - Отвернулась она, а Оникс наклонил голову. - Опять двадцать пять... Черт с ним, пошли обратно. Покрыв область тенью, Змей провалился весь без остатка, на месте остались капли крови и разинутые рты зевак, на которых Ониксу на срать. - Можно вопрос? - Чего тебе? - А что ты съел в змее? - Заметила? - Заметила как ты жевал, а что жевал, я не увидела. - Вот как. - Шел он дальше. - Так что это? - Секрет. - Улыбнулся Оникс, приложив указательный палец к губе. - Что ты сожрал, что ты сожрал, что ты сожрал!? - Кто неосознанно перенял манеру грубой речи. - Я тебе не собака, отъебись! - Что ты... - Граааа!!! Хватит донимать! - Народ за шарахался от него. - Что ты сожрал!? - Не унималась она. - Я полетаю с тобой, только заткнись! - Вздыхал он откупаясь. - О-о-о! - Восхитилась она. - Наконец-то! - Вскинул он руки. Ничего дальше не происходило, все занялись своими делами. Ральсей с Ноэлль проводили романтик, шуткуя и рассказывая всякие истории и мнения. Оникс с Анной проводили уроки социализации, иногда ругаясь. Караван чуть с ума не сошёл, безумная тень всех пугает, рычит не с того не с сего, когда рядом проходишь, а как он растерзал огромное чудище показало его опасность. И всем приходится терпеть, он часть Чёрного мага, а авторитет мага превыше их мнений. Неуютно, но пока он напал лишь однажды, и после прецедентов не происходило, пока что. Нужно постараться, как-то уживаться и мнимо доверять. *** На следующий вечер караван столкнулся с несчастье, причём крупным, но не настолько, как вчерашний змей. Три сотни бандитов, не абы каких, а широко известных своей жестокой приступной деятельностью, Алая Куфия. Название кричащее, показывая с кем имеют дело, вид бандитов полностью ему соответствует, это показывал обмотанный на голову платок, упомянутого цвета на каждом присутствующем. Особый страх внушали обнажённые ятаганы, кровожадные мечи с не лучшим переводом из оригинала. Нелегко приходится психике, когда их окружают целых триста штук, а то и больше. Перевес по численности не равный, и бандитский опыт выше солдатского, те сражаются чаще и нельзя сказать, что бандиты испытывают дефицит в дисциплине. Это свидетельствует их собранность, боевая стойка, и то, что они до сих пор не шелохнулись без приказа. В столь непонятных случаях проводят переговоры, ибо если хотят грабить, то грабят без вопросов и ожиданий. Вышли разумеется предначертанные, переводчик Мирта, пара других авторитетных служителей и офицер поставленный на командование караваном. Вторая сторона не поставила переговорщика, ждут предложений, постепенно запугивая, разрушая боевой дух. Бандиты сразу задали кто тут главный, надменностью. Скрипя гордостью, Мирта толкнула предложения каравана куда-то в толпу, на которую никто не откликнулся нормально, лишь усмешками. Мирта была в отчаянии, даже офицер не произвел должного впечатления, он свою жизнь предлагал, а они лишь смеялись. Когдаж это кончится? Толку им от каравана без обоза? Но бандиты умудрились ответить только на этот вопрос, им просто хотелось по убивать их, даже женщин не брать, а убивать ради убийства и кайфа. Ноэлль не выдержала стоять в стороне, смотреть на общее отчаяние. Она лично вступила в разговор, представилась, обращалась так, будто она главная, доводила смысл предначертанного и как это важно. Мирта про свою главную профессию решила не говорить, видно, да и бандиты чхать хотят на храмы. Произошло то, что не мог представить никто. Толпу бандитов из самого центра распихивали, и от туда вышел среднего роста, крепкого телосложения мужчина-главарь. Не обычная Гиена, лицо в шрамах, пол улыбки закрыть не может, зубы торчат постоянно, кончик левого уха поделенно на двое, волосы на голове длинные, форма острая словно кинжалы из тонкой стали, взъерошенн. Глаза оранжевые в тонкую узкую линию, от чего он выглядит вечно злым. Одет в без рукавку, иначе в широких одеждах мышцастых рук никто бы не увидил. Самая большая черта, два ятогана вместо одного. Куфия снята, вечер же. Как только он вышел сразу начал переспрашивать про предначертанное, и точно ли она та самая спасительница. Мало ему было простых слов, ни кому не верит, професионалист. Двадцать минут ушло на убеждение, принесли гобелен с изображением витража из храма, обьясняли факты, не местная речь Ноэлль с Ральсом, что с ними идут храмовники, сама настоятельница, солдаты эмира Салихана, показывали жетоны, документы, печати удостоверяющее выше перечисленное, и только тогда главарь поверил, что перед ним стоят те самые из предначертанного. Началась вторая фаза того, что не мог представить никто. Главарь поклонился до земли, извинился, и пообещал помочь всем чем сможет. Тут глаза чуть не поодпадывали, сам глава кланеется, да что там, самый кровавый бандит кланяется и ведет себя почтенно. А всё почему? Он ярый верующий, и сдетсва верит в красивые рассказы про мороз и хлад, всю жизнь мечтает увидеть снег ощутив его хлад на себе. А как услыхал он, что они в Экстепил путь держат, обрадовался пуще некуда. Ведь он застал то время, когда пустыня зацветёт и предначертанное исполниться. Плюсом, он в живую увидел своих кумиров, почему не радоваться? Поздно конечно до главы доходит, но доходит, или как придумали его подчинённые "Хрошая мысля, приходит на посля!", прям про главу. Его кстати Батталь звать. По правде Батталь ничем сверх важным помочь не мог, хотя как посмотреть. На карте появились новые маркеры, с пометками территорий чудовищ, других бандитов, и труднопроходимых барханов. Увы другим помочь он не мог, своих подчиненных он не выделит, те сами не захотят, нет выгоды, а выгода самое важное для бандита. Сопроводить тоже не сможет, у них в разгаре рабочий сезон, самые заработки пошли, свои рты кормить ему нужно, лидером быть не легко. Вот и получается, что маршрут увеличился по километражу, соответственно и время затрачиваемое на путь увиличилось до шестнадцати дней, в замен они получают уверенность в безопастности маршрута, и то, что большая часть каравана дойдёт живой. И на том можно сказать спасибо бандиту. В знак благодарности Ноэлль решила в своей манере поблагодарить Батталя, показав тому, как выглядит чистый холодный снег. Она поливала его снежинками, которые заворожили его не обычной красотой и красивым, белоснежным, звёздным мерцанием. Задорно хохотал Батталь, кружась в снежинках, как при настоящем снегопаде. Исполнение детских мечт можно считать настоящим блаженством, и Батталь его получил. Ноэлль, почувствовав такую же любовь к с негу, как у себя, подумала научить некоторым играм со снего. Снежки, снеговики, снежные ангелы, Батталь видел это в первые, и радовался в первый раз, играя, как настоящий ребёнок. Вот для чего он верил в предначертанное. Батталь в последний раз поблагодарил и извинился за предоставленные неудобства. Так-же он пообещал, если предначертанное исполнится полностью, завязать с жизнью бандита, уйти учить детей искусству меча и граммоте. Скопленное состояние ему в этом поможет, а самое главное, обязательнно распустит свою группировку. Непонятные переговоры объяснили простой игрой в недотрогу. Жертва уже стоит в ужасе, начинает искать выход и в особенности торговаться. Бандюкам нравится смотреть за верещащими мордами, когда дело доходит до чужого отчаяния. Много чего кричат, много чего предлагают, и много над чем можно посмется. Самый прикол делать между собой ставки, на подобии, когда обосытся, что предложит, кого предложит, что готов сделать, и готов ли это сделать. Азарт что сказать, быт бандитов своеобразен. На том и попрощались. *** Минуло много дней, для кого-то быстро, для кого-то медленно. Ральс привык ждать, ему не сотставляет труда найти какое-нибудь занятие и мается им целый день. Ноэлль же в этом вопросе отличается, она монстр цивилизованный и так долго ничего не делать ей не привычно. То и дело она донимала Ральсея, чтоб хоть как-то скрасить вечную скуку, а он и не против, правда когда речь доходила до магии, у Ноэлль начинала болеть голова, ибо термины можно подобрать и по проще. В такие моменты начинаешь скучать по интернету, с ним проще проводить время и подскажет нужную информацию, но со временем полностью о нём забываешь. Поездка больше всего повлияла на Ральсея, маленький принц, перестал быть, так таковым. За это время он успел ужасно вырасти, прям безумно быстро. Былого милашку уже так просто не узнать, теперь он больше походит на настоящего мужчину. Перерос Ноэлль почти на целую голову, от чего она не в восторге, но она привирает, на самом деле очень даже в восторге. Высокий крутой красавчик мечта любой девушки, ещё он умный, начитанный, имеет много хобби из навыков домоводства и глубокий романтик. Почему ей не быть в восторге, от такого кавалера? Любая девушка задумается, чтоб увести его, завидев такую слабую пасию, как Ноэлль. Одежда не претерпела особых изменений, как поменял её перед поездкой, так и ходит до сих пор в ней. Неделя чарований не прошла даром, теперь чёрный магический фасон сочитается с ним лучше, в купе ещё парочки изменений. Розовые рога побелели и выровнялись чётко назад, дабы расти дальше, естественно они стали больше, нужно соответствовать размерам головы. Вторая деталь, вполне предсказуемая, чёрные неровные полосы распространились всё дальше по телу, добравшись уже до лица. В итоге они подобрались к глазам, нарисовав чëрные молнии, сверху и снизу. Лицо же приобрело больше острых углов, делая того, на пару лет старше. Потому миловидность пропала, уступив место брутальности, от чего взгяд стал более выразительным или даже пронзительным. А Оникс, являясь отражением Ральсея, вырос вслед за ним, продублировав изменения. Что он за тень, если не будет похож на свой оригинал. Долгожданная остановка не на нужду и не на установление лагеря, показалась сродни божественному проявлению, душа словно парила, а тело не чувствавало усталости после многих часов поездки. Многие так и плещутся энергией от предвкушения, взирая на настоящие чудо тёмного мира, Экстепил. Это был росскошнный храм, само отображение веры жизни, ушедшей из пустыни. Многие думали, что оснавная красота в великом древе, но когда лицезреешь во очию место его поклонения, неволей понимаешь, что великая вера должна выглядить истинно так. Никто ещё шага не вступил внутрь, а все уже благоговейно трепещут. Предначертанные тоже не могли оторвать взгляд, в этом они согласны с Миртой, которая чуть ли не плакала от счастья, рядом с ними. А для жителей современных реалей и начитанных до верху разнообразным чтивом, Экстепил выглядил очень знакомо. Речь о Ноэлль с Ральсем. Всего они насчитали три стиля разных эпох, объединённых в одну культурную идею. А именно, готический стиль средневековья, античный стиль Рима и древнейший стиль Египта, каждая из которых в меру сочитала и дополняла друг друга. Сложенные во единго чудеса света, нечто поистенне уникальное, ведь в каждом стиле можно найти свои неповторимые нотки, которые никто бы не додумался обьединять. Как архитекторам построившим такое сокровище, пришло в голову создать четвертый до сих невиданный стиль? Тут должено быть сам бог направлял их. Широчайших размахов Колизей стал своеобразным вундаментом, для Египетской пирамиды образовавшую гладкую крышу, если не купол строения. Экстепил, в силу своих возложенных неизвестным происхождением материалов, переливался на солнце, мягким бело-золотистым светом. Создавая полную иллюзию божественного вмешательства. Он как и белый, так и золотой, в общей палитре. На равных частях пирамиды, вздымались в небо контрфорсные баши с их типичными арками, соединённых между собой. Они раставленны по углам в три ряда, и по центральным частям пирамиды, не нарушая симетрию. Но только в одной части была нарушенна симетрия, со стороны, единственного входа, где протянулось гигантское выпирающее окно, на две третих пирамиды, находясь в перпендикулярном положении, а не под углом пирамиды. Оконный круглый витраж изображал голубого величественное дерево в снегу, подле которого во славу тянуться тысячи рук. Вершина пирамиды заменилась зелëнной яшмой, с характерными чёрными пятнами, которые плавали на поверхности благодаря магическому происхождению, от чего он выглядил живым. Сама яшма была маленькой пирамидой, если десять метров высотой можно так назвать. Под неё сделана специальная платформа, имитирующую хватку железного паука, на тонких лезвийнных ножках, или наконечника посоха бога. Колизейная часть пугала своими колоннами, они были большими, как многоэтажки, а таких ярусов с колоннами еще три штуки. Пустые оригинальные арки, заполнили готические окна и витражи глубокой посадки. Горгульи перемешались с фальклëром трёх видов. Теперь уже нельзя заметить типичных бесов и демонов, на их месте прям над колоннами восседали прекрасные нимфы, с Египетскими воплощениями жизни, в ярких грациозных позах. Они выражали великолепие, обворожительный лик гигантских сидящих статуй не отрывал глаз, на какую не глянь. Если смотреть им в глаза, то возникает живое ощущение, что и статуя смотрит на тебя улыбась. От них не уйти, ибо они смотрят за всем Экстепилом вдоль и поперёк, как необходи, они смотрят. Сладкая ловушка для усталого путника. Входная арка умещала в длину десятка три тёмных, и в два раза больше в высоту. Массивные непробиваемые ворота отбивали всякое желание их осождать, они были такой толщины, что даже слон мог позавидовать. Рисунких злых богов и чудовищ, заставляли задуматься, а не проткнут ли они своими когтями и копьями за пределы рисованного мира ворот. Настолько мастерство живопись казалось реальным. Только действительно кто мог уничтожить любого недоброжелателя, два монолитных гиганта привратника из камня, во всю длинну ворот. Они не живые, но страх перед ним был не хуже, чем при настоящих. Только их идеальная обездвиженность внушала цельное спокойствие. - Так это тот самый Экстепил, о котором вы нам говорили? Он прекрасней чем я думала. - Выражала восхищение Ноэлль, любуясь на все красоты, которые видела. - Так и есть, величие прошлого ещё снами, это не может не радовать мою старую, больную душу. Сколько раз я мечтала увидить Экстепил в живую, не думала, что доживу. - Вытерла слезу Мирта. - Ох, Мирта, вы слишком чувствительны к прошлому. - Поддержала Ноэлль. - Но тут есть с чем согласится, это самое прекрасное здание, которое я только видел в жизни. Светлы же такие называют чудом света? - Согласился Ральсей, справа от Ноэлль. - Моё чудовище тоже сентиментально, а по виду не скажешь. Не думаете Мирта? - Смеялась Ноэлль, прикрываясь лодошкой. - То что я не дал тебе объесться пудингом не делает меня чудовищем. - Фыркнул Ральс, недовольно бросая на неё взгляд. - Соглашусь с Чёрным Магом. Так называемый пудинг очень вкусный, но пренебрегать здоровьем лучше не стоит. - Кивнула Мирта. - Я думала мы на одной стороне, меня предал служитель храма? - Удивилась Ноэлль играя обиду. - Господин Чёрный Маг, ваша спутница наверное нервничает, надо как-то исправить дело. - Подытожила Мирта. - Я вовсе не нервничаю. - "Блин, Мирта не честно играет." - Подумала Ноэлль. - Вижу, она у меня монстр не занимавшийся спасением столь большого мира, потому и нервничает. Важные особы её малость пугают. - Сам-то... - Надуто шептала Ноэлль, отводя взглад в сторону. Приобняв её за плечо прижав к груди, Ральсей дал понять, что поддержит нисмотря ни на что. Дуется конечно, но отказывать она не будет, как и обнимать, просто наслаждается моментом. - Теперь лучше? - Не знаю... - Можешь взять меня за руку, думаю так будет для нас лучше. Всё таки Экстепил место внушающее тот ещё трепет. - Договорив его руку без слов взяли. Он подобрал оптимальный вариант для Ноэлль. Вместо "тебя" он использовал сдово "нас", указывая, что она не одна такя, из-за чего она будет чувствовать себя лучше. Одновременно предложить свою руку, знак его добрых чувств, от которых она ощущит спокойствие, во всех планах. Чувственного, мысленного и физического. - Ху-ху, Чёрный Маг умелый знаток женского сердца. - Хвалила его Мирта, восхищаясь находчивостью. Даже ей нужно время на правильный подход, в отличие от него. - Хех, в сердцах я толк знаю. - Фууу Ральс, не напоминай! - Поняла она отсылку, испытывая отвращение к представленной сцене. - Прости-прости. - Посмеялся он, поглаживая ту по голове. - Ральс это кошмар! Мне этих историй на всю жизнь хватит. - Пологаю, разговор ведётся на неизвестную мне тему? - Для галочки спросила Мирта. - Вам лучше не знать, уверяю, это точно не нужно для вашего блага. - Передёрнуло Ноэлль. - Раз вы настаиваете. - Вежливо вела себя Мирта, хотя она и не просила рассказывать ту историю. - Феникс Морозный, я же совсем забыла, и три недели нислову ни духу! - Нечто важное? - Заинтересовался Ральс. - Истинно так! Я должна была отдать кулон Свету Льда много дней назад, а вспоминаю это в последний момент. Вот старая. Нет, всё, уйду на покой, пока голова ещё помнит, так лучше будет. - Кивнула она себе, под непонимающие взгляды. - Уважаемая Пари, прошу примите кулон, может он и не самый лучший, но защитит от катастрофических бед. Простой голубой кулон формой напоминающей замершую слезу на цепочке. Тёплый на ощупь. - Эммм, спасибо вам, не знаю что и сказать. - Приняла она кулон не понимая, как тот работает. Магии совсем не чувствуется. - Не стоит, это долг которым я пренебрегла, меня стоит наказать. - Мирта, мы много раз говорили об этом. - Напомнила Ноэлль. - Простите, я не мастак запоминать с первого раза. - Давайте сменим тему. Объясните, как работает кулон, от него не исходит магии. - Включился Ральс по магии. - Кулон сам решит, когда нужно защищать, насильно он бесполезен, но лучше защиты не найти. - Странно говорила Мирта. - Я как понимаю он выдаётся только верхушкам вашего храма, потому что вы единственная из служителей, которая носит точно такой же? - Обратил внимание Ральс. - Истино так. - Кивнула Мирта. - Это на случай если переговоры пройдут неудачно? - В такт выдала Ноэлль мысли. - Не исключено, у Экстепила более суровые взгляды, жалости к врагам они не испытывают. - Мирта сказала правду, обеспокоенно взирая на Экстепил. - Думаю им понравится Ноэлль. - Выразился Ральс. - Ты так думаешь?.. - Спросила Ноэлль робко сжимая его ладонь. - Ты нравишься всему каравану, может из-за предначертанного, но доброту они твою однозначно оценили. Ты наполняла бочки своей водой, они теперь на всегда запомнили её вкус. - Хмхм, Экстепил мы тоже планируем водой купить. - Подметила забавный факт Ноэлль. - Только мне не даёт покоя офицер Билис, мы как встали у Экстепила, он всё раставляет солдат в боевые позиции. Он крайне обеспокоен. Билис не мог успокоится, он наслышан про Экстепил лучше всех, но играл ещё один фактор. Эмир Салихан чётко сказал держать ухо в остро и саблю наготове, его опыту Билис доверял больше, чем самому себе. Причин особых нет, но чует сердце эмира, что возможно будет беда. Потому Билис не стоит на месте, рассекая пески и приказами солдатам. - Может он хочет показать нас в лучшем свете, построив отличное построение? - Спросил Ральс Мирту. - Не знаю, офицер Билис тёмный спокойный и рассудительный. Смотря сейчас на него, я вижу больше воинственности, чем почтения. - Может и так, но меня больше волнует тот факт, что к нам ещё никто никто не вышел. Мы тут уже пятнадцать минут стоим, за это время представителя прислать можно. - Стратегически думал Ральс. Его домыслы направлены в нужное русло, служители храма уже давно могли их встретить, прям на самом подходе, но почему-то никого не видно и не слышно. Ральс посчитал это странным, Мирта обеспокоенным, а Ноэлль не понимала что вообще должна делать, кроме как лить воду. - И снова вы правы Чёрный маг, крайне настораживает их отсутствие. Такой большой караван сложно не заметить в пустыне, не говоря о продвинутой магии храма, Морозного Древа Иусат. - Атмосфера всё напряжённей и напряжённей... - Замолчал Ральс, а в месте с ним остальные. - Оникс. - «???» - Показал он перед ним свои глаза, дав понять что слушает. - Может подсмотришь где они? - «Не нужно, они прям перед тобой.» - Сказал он текстом, перейдя в пассивное состояние. - А? Подняв голову, перед Ральсем гордо стояло полутысячное воинство. Каждый солдат неотличим от другого, являлся точным близнецом, в росте, весе и в мимике лица. Когда только успело оно тут появиться? Шагов слышно не было, пол тысячи пройти незамеченными в пустыне никогда не смогут, они даже следов под собой не оставили. Войско словно по щелчку пальцев здесь очутилось, должно быть замешана сильная магия, иначе не объяснить. С их появлением зелёный Янтарь пирамиды окрасился в жёлтый. Почти идеально роста мужчины, держали золотые серповидные копья двух метров высотой, с тонкой гравировкой вдоль лезвия. Лица не имели ничего кроме глаз и рта, напоминая ожившие манекены из магазина. Радужка янтарно-зелёная в желтой склере без зрачка. Тело подтянуто пропорционально легкоатлету. Кожа переливается, как отлитая бронза. На разных воинах, разное количество скол и трещин. Нельзя сразу понять от чего они, то-ли от сражений в боях, толи от течения неумолимого времени, или какое-нибудь недавнее сражение оставило на них такой вид. Факт остаётся фактом, они не могут быть во всём едины. Брони достаточно на жизненно важных местах, цельные пластины огибали контур фигуры, подчёркивая. Имелись тонкие наручи для защитных манёвров, в то время как ноги были полностью босыми. Римский легионерский стиль смешался с Египетским, обрисовав на броне мифические узоры. Латная юбка присуще двум прототипам, но преобладал Римский красный цвет. Шлемов нет. В десять шеренг стоят невозмутимы воины ожидая. Взгляд их прямой, не на дюйм в сторону. Среди них особый, командир, отличался ростом на пол головы выше, и красным плащом проходящий через плечо до колен, который стоял ближе всех к группе. - «Кто вы такие, чтобы посещать нашу великую святыню?» - Задирая подбородок высказался воин в плаще. Мирта не могла отойти быстро, её речь местами заторможена, да и сама она ошарашена не меньше остальных. Ей же ещё придется брать инициативу отвечать, а это только больше заставляет теряться. - «А-а-эым?.. Приветствую уважаемого хранителя Экстепила, да расцветёт Иусат во веки веков!» - Мирта вскинула руки в приветственной молитве, изображая кроны древа, подступая к нему. - «И благоволит он жизнью!» - Грянул единый рёв пятиста солдат, обоюдным приветствием и звонким ударом в грудь. - «Повторяю, кто вы такие, чтобы посещать нашу великую святыню?» - Повторил Воин в плаще. По неизвестной причине, упоминание Иусата показало на его лице, яркое гневливое недовольство, что заставило Мирту стоять на стороже. - «Я действующий настоятель башни Фростзен, служитель предначертанного оракулом Арсаланой, дочери Морозного Феникса. Мирта Хурук пришла выполнить свой долг, приведя Свет Льда и Чёрного Мага.» - Кланялась Мирта держа руки вместе, выразив тем самым глубокое почтение. - «Экстепил отказался от предначертанного семь веков назад, сочтя прорицания аракула выдумкой, в угоду спокойствия простому народу. Мы не видим смысла впускать вас, прошу, покиньте священные земли.» - Жмурил глаза воин с горьким выражением на лице. - «Да мы знаем, но когда спасители из предначертанного явили себя нужно пересмотреть старые правила. Свет льда обладает оживляющей силой, способной придать священному древу былое величие.» - «Экстепил избрал другой путь, десять лет тому назад, таинства запертого светлого помогли Иусату задышать вновь.» - Его копьё в руке рябисто содрогалось, на кистях вздувались вены, а зубы сжимались протягивая слова. - «Прошу, покиньте священные земли пока не поздно.» - «Постойте, если древо живо, тогда почему территория вокруг храма ещё мертва?» - Вцепилась в слова Мирта, чувствуя, что ей не договаривают. Двое не могли понять ни слова, единственно что им оставалось, так это улавливать тембр и настроение разговора. Видно как Мирта старается довести мысль, но её просто не хотят слушать. Если бы только Ноэлль могла понять, то она бы непременно что-нибудь придумала, да бы всем помочь. Солдаты Билиса внутри били тревогу, Мирта не справляется и вторая сторона явно не настроена на диалог. Злость бронзового воина чувствовалась любым воином прошедшим войну, присутствие скорой крови льёт из ведра на головы подчинённых Билиса. Перевес по численность критический, Билис знал военную мощь Экстепила, тут собрались ещё не все стражники, но это уже заставляет всколыхнуть нервы. Нужно хоть как-то было получить преимущество, стратегическое подходило лучше всего. Кареты, повозки и ездовые телеги, выстроились плотным оборонительным полу кругом прикрывая тыл, остальная часть замкнëтся позже, в момент накала. Пять боевых Скорпионов расположились в конце строя, имея массивный коридор для разового разгона, после чего они начнут отступать к замыкающему каравану. На первое время должно хватит, пока бронзовые не начнут мутить воду. - Мне не нравится, как он себя ведëт. Он яро не хочет, чтоб мы входили в храм. - Остро смотрел Ральсей на ситуацию. - Не понимаю, они ведь тоже храмовники, почему? - Качала головой Ноэлль. - «Иусат... Иусту нужно больше силы не для мира, а... А для самого себя. Он ещё не готов явить себя.» - Запинался он, будто думая что сказать в разговоре, словно забыл что-то. - «Так давайте мы поможем Иусату! Свет Льда может дать много силы, она точно сможет, клянусь Фениксом. Прошу, дайте ей шанс.» - Отчаянно просила Мирта. - «Мы... Мы не уверены что стоит... Заветы... Джахита... Кхы-ы-ы, заветы Джахита запрещают впускать её! Она ещё не...» - «ОГНЕННЫЙ ЦВЕТОК! ОГНЕННЫЙ ЦВЕТОК! ОГНЕННЫЙ ЦВЕТОК! ОГНЕННЫЙ ЦВЕТОК!» - Истирично кричал один из бронзовых воинов, указывая на карету каравана. С его тона можно понять, что он увидел омерзительнейшее святотатство. Его братьев разом охватил не дюжий гнев, спровоцировав искажение в уродские злые гримасы, некогда невозмутимых лиц. Все непоняли реакцию Экстепила, но знали, переговоры провалены и конфликт спровоцирован. Смирная стойка обеих сторон перешла в боевое положение. Солдаты Билиса обнажали клики, чего не нужно бронзовым воинам, копья без того были в руке, стойка примется за долю секунды. Проста оплошность молодого Скорпиона стоила много. Животина задев хвостом брезент на повозке, стащила его наземь, обнажив герб именуемый огненным цветком. Герб не принадлежал султанату в котором находится Салихан, он выдал в караван боевой трофей с войны. Во избежания всяких неприятностей по поводу герба, его решили прикрыть. Мало ли вызовет гнев у торговцев, два герба на разных телегах вызываю у них подозрения, телегу с другим гербом могли украсть, а торговцы не любят иметь дел с ворами. Да других причин могло хватить из-за герба, например проезжавшая знать вполне не против убить за имение вражеского герба, или наоборот отстоять свой герб и вернуть честь. Естественно свободных повозок в бедном городе мало, неоткуда Салихану взять другие, Хумай виной тому. Такие дела. - «Наглые воры вернулись! Убить мерзких осквернителей!» - Яростно кричал уже воин в плаще. Замахнувшись на ошарашенную Мирту копьём, тот намеревался срезать ей голову, возместив достойную по его мнению кару. Она бессильный маг поддержки перед сильным опытным воином, её смерть должна быть быстрой. Всё произошло так быстро, что никто не успел среагировать. Кроме одного сгустка живой тьмы. Он голой рукой преградил продолжения взмаха, следом он продвинулся на пару шагов вперёд вцепившись зубами в грудь воина. Нагрудник не оказал должного сопротивления, зубы Оникса встречали броню как пенопласт, крошась на кусочки. Хлынула долгожданная кровь, болезненный вой солдата отчётливо пронзал перепонки, под жадные чавки разрывающейся плоти. Тот пытался его отбросить, на что встречал ещё и когти вошедшие по длину пальца. Громкий последний хруст последнее, что слышал воин в своей жизни. Никто не выживет если отсутствует все внутренности грудины. - «Э-экстепил... Нам больше не союзник.» - Горько осознала Мирта. - МИРТА БЕГИ ОТ ТУДА!!! - Кричала ей Ноэлль. Какофония криков была зверской, под этим гамом Мирта ели разобрала её слова, только когда она увидела прорву мчащихся солдат, ей наконец-то пришёл повод послушно удрать. Мирта не останавливалась, даже когда приблизилась к Ноэлль, нужно отступать, причём срочно. Ноэлль же с Ральсем побежали следом. - Мирта, что случилось? Почему они напали на вас? - Задавала град вопросов Ноэлль. - Точно не знаю, но они назвали меня мерзким вором. Размыты вид каравана преобразовывался в чёткую картину, зрение со старостью порядком упало. На подходе к замыкающемуся каравану, Мирта в дальнем конце смогла разглядеть герб. - Вот шайтан, а не эмир! Я ему говорила, что эти повозки принесут лишь беду, а он меня не слушал! - Вздымалась гневливо грудь Мирты. - Правильно, зачем слушать старую клячу! - Мирта! У нас нет времени, что происходит!? - Рыкнул Ральс. - Экстепил принял нас за Варийский султанат. Они что-то украли и теперь мы отдуваемся за них. Вон Варийский герб. - Указала на карету Мирта. - « Мирта! Чем ты их взбесила!» - Ворвался на всех порах Билис. - «Не ори на меня, это не я, твой тупоры...» - Дальше она переругивалась с ним на родном языке - Ральс мне страшно... - Дрожала Ноэлль, что почувствовал Ральс через сцепленные руки. - Я рядом, не переживай. - Обнадеживающие сказал он. - Да, но... Их так много... Может удастся договориться с ними, мы же изначально пришли с миром, может получится... - Перебил её Ральс. - Нет Ноэлль, нет получится. - Покачал он головой. - Только посмотри на их лица, думаешь они станут слушать? Этот взгляд я хорошо знаю, он наполнен непомерной злобой, точно так же я смотрю, вспоминая Титанов. - Значит... Нам придётся убивать людей... - Без оптимизма сказала Ноэлль. - Придётся и не один раз, численностью мы уступаем в разы. - Необнадëжил в этот раз он. - Я не думаю что смогу... Они ведь не животные. - Еслит тебя гложит этот вакт, то они гомункулы, искусственные формы жизни для рабских целей. Они подчистую все одинаковые. - Д-да, но... - Ноэлль, я не позволю тебе умереть, за тебя я буду убивать, гомункул это или тёмный, мне всё равно от чего тебя защищать. - Ральс... - Мирта! Переводи план действий! - Крик он аж уши закладывало. - «Да хоть засунь, хоть оближи ты ему за...» - Услышала она его крик, что присела от страха. - Г-господин Чёрный Маг! Мы с Билисом принимаем решение бежать или сражаться, но не можем прийти к единому мнению. - Нечего думать, бежим к чертям отсюда, что за бред рисковать своими жизнями!? - Продолжал кричать он. - Билис предлагает украсть Иусат! - С такими силами мы его не выкрадем, внутри у них преимущество, или же он знает расположение Экстепила! ? А-а-а? - Осуждал Ральс. - Н-нет... - Седлать верблюдов, повозки бросить, моя тень не сможет держать их вечно! - «Что он орёт?» - Спрашивал Билис. - «Сваливаем старый ты болван, у тебя маразма больше чем у меня, он не согласен на штурм Экстепила! Седлай верблюдов! Повозки оставь!» - Агрессивно перевела Ральса Мирта - «...Освободить тыл! Повозки не брать и бегом по верблюдам, кто медлит пойдет на корм Экстепилцам!» - Диктовал он приказ, сквозь сжатое самомнение. Скорость рассыпной была ошалелой, верблюдов отвязывали и седлали сразу несколькими тёмными, скорпионы вмещали больше это их плюс. Оникс сдерживал и рядел толпу противника, в бою он чувствовал себя отлично, по нему не мог пройти физический урон, копья проходили скозь его призрачную массу и пронзали неудачливых братьев храма. Он сам волен воздействовать на окружение, быть ему материальным, или нет, решает только он. Резать, бить, пронзать, рубить, крошить безнаказанно черепа казалось в радость, особенно с таким банкетом. Сейчас ему позволительно убивать, даже причина с моральной точки зрения есть, по крайней мере он хочет верить, что она оправдывает себя. На Мирту напали, если напали на Мирту значит напали на Ральсея и весь караван. Защита брата с невесткой его первостепенная задача, остальное мелочи, но за такие мелочи, как правило становятся героями. Правда назвать защиту каравана нельзя назвать мелочью, хоть и косвенную. Оникс проявляет себя доблестным спасителем в их глазах, или обычным чудовищем, который жаждет убивать, кому как видится. Разрубая на пополам мечеобразным щупальцем очередного гомункула, он подметил как Ральс с Ноэлль скачут на Киаре прочь от места схватки. Работа значит идёт хорошо, свою часть он выполнил, они в безопасности. Остальное время он потянет, дабы те забыли где след. - Противная тварь, когдаж ты сдохнешь! - Проклятый демон, тебе не место в священных землях Экстепила! - Умри за братьев моих мерзость. - Бессмертие не значит могущество, дождись старших они устроят тебе достойное наказание. Злобные выкрики Оникс не считал чем то сверх оскорбительным, тем более от гомункулов. Их трепыхания лишь в капле в море. Тупою стадо всё бесполезно пытается дотронуться до него, его это чрезмерно забавит. - «Сосунки только и способны бесполезно орать, где эта сила хваленного Экстепила? Одна никчемность! Я перерезал семдясят ваших тушь, а всё хожу безнаказанно, ХАХАХА!»