Пока я здесь, никто не сможет причинить тебе боль.

Прошло две недели с пропажи Билли. Она словно исчезла. Эшли, как истинная фанатка, наблюдала за ней во всех социальных сетях, но больше девушка ничего такого не выкладывала и вовсе перестала лайкать своих подписчиков, как делала это каждый день. После выздоровления и только появившегося хорошего настроения, мне снова становилось плохо. Немереное количество сообщений от меня было отправлено певице, но снизу так и было написано «не просмотрено». В нашей переписке я уже успела поругаться сама с собой, виня во всём то себя, то мой уезд. Я успела сделать и написать множество глупостей, и сейчас было стыдно за всё это. Моей поддержкой, что сейчас, что всегда, была блондинка. Она заботливо заваривала мне чай, гладила по плечу, говорила только о хорошем и что видит нас в будущем счастливыми. В моей голове начало складываться множество картинок, как мы с голубоглазой бежим по песку, громко смеясь, сидим на машине и смотрим на звёзды, ходим по магазинам и покупаем всякий бред, о котором даже не вспомним завтра, и просто наслаждаемся ночами, проведёнными вместе. Всё это мелькало в сознании, и я никак не могла понять, что могло произойти, что всего этого не стало. Я никак не понимала, что это не сон, что Билли действительно ни разу почти за весь этот месяц мне не написала и не поинтересовалась, всё ли хорошо. Но слёз уже не было. Я просто без эмоций смотрела в серую стену своей комнаты и где-то вдали слышала подругу, которая с восторгом рассказывала про свой отдых вместе с мамой. Мне было больше нечего сказать, и, как только Эшли увидела моё грустное лицо, то сразу же замолкла. -Я действительно рада за тебя, - я начала переодеваться, куда-то собираясь, - уверена, что на том острове круто, как ты и рассказала. -Без всяких преувеличений, - добавила она, - что у тебя на шее? -Что? – я подошла к зеркалу и увидела слегка просвечивающиеся маленькие синяки от Билли, - чёрт, о чём ты? – я быстро надела свитер. -Это всё, что у тебя осталось от Билли? Я поёрзала ногами и посмотрела в пол. Не всё. Она дала мне свой плед сюда, у меня есть её кофта и много колечек, которые она отдала мне у себя дома. Я всё ещё сохранила её фотографии у себя в галерее, которые лично делала. -Да, это всё, - соврала я и вышла за порог комнаты, - схожу к соседу, спрошу новости о Сэме. Подруга кивнула и проводила меня своим взглядом. Я подошла к двери и, долго раздумывая, осмелилась постучать в неё. Надеюсь, я была не навязчивой. После слов «входите», я закрыла за собой дверь и, пройдя внутрь комнаты, села напротив кровати под одобрительную улыбку темнокожего. -Как ты? -Это не ты должен спрашивать, - ответила я. -У меня всё нормально. Решаю тесты и задачи, - он показал мне свои конспекты издалека, - от Сэма новостей нет, но предлагаю сходить к преподавателям. Если уж они говорят на всех курсах, что его не будет, то наверняка знают, что случилось. -Думаешь, они нам скажут? – я поджала свои губы. -Стоит попробовать, - парень встал с кровати и протянул мне руку, - ты со мной? Я молча встала и взяла Лукаса за руку. Мы спустились вниз по лестнице и уже постучались в дверь преподавателя. Он впустил нас к себе и на наш вопрос опустил глаза вниз. Как оказалось, у Сэма умерла мама от рака, и он поехал на другой конец Америки для похорон с многочисленными пересадками в разных городах. Преподаватель сказал, что он должен вернуться совсем скоро, но пока новостей нет. После ухода из кабинета я не хотела тревожить друга, а, тем более, писать ему про смерть мамы. Не хотела, чтобы он знал, что я в курсе всего. Мы поговорили с Лукасом и приняли решение ждать, пока он приедет и скажет это сам. -Ему сейчас так тяжело. И, наверное, мы сделаем ему ещё больнее, если напишем сейчас что-то. Я дружу с ним достаточно давно. Сэм всегда справляется со своими проблемами сам, просит никого не лезть, да и вообще не хочет, чтобы другие знали, насколько он слаб. Лучше сделать вид, что мы ничего не знаем, - объяснял он. После прихода в свою комнату мне стало ещё тяжелее, чем было до. Лучше бы я никуда не ходила и не узнавала, что с Сэмом. Было ощущение, что тяжёлый камень застрял прямо в моём сердце, и с каждой минутой идти и дышать становится всё тяжелее. Я очень переживала за друга и искренне надеялась, что всё хорошо. Я рассказала всё Эшли и даже не понимала, как себя вести, когда он вернётся. Блондинка же посоветовала относиться к нему с заботой, но, в то же время, делать вид, что ничего не знаю. А познакомится с ним она в следующий раз, когда будет подходящий момент. Уильямс пыталась успокоить меня. Я не сдерживалась и в поисках поддержки звонила всем, кто был у меня в списке контактов. Подруга отправила меня на прогулку, чтобы я разобралась со своими мыслями наедине. И за это я ей благодарна. Хотя, о том, что было дальше, я пожалела тысяча раз. Пожалела о том, что перешагнула за порог университета. Я поднялась на крышу какого-то здания, чтобы посмотреть, насколько прекрасный Нью-Йорк. Я была уверена, что все плохие мысли исчезнут, как только я вдохну свежего воздуха, и я смогу жить дальше, как ни в чём не бывало. Пошёл сильный дождь, тучи начали сгущаться надо мной, но я совсем не обращала на это внимание. Я стояла, облокотившись на ограждение и заправляя за уши волосы, которые прилипли к мокрым от слёз и дождя щекам. -Моника? – послышался голос за моей спиной. По телу пробежала дрожь от столь знакомого голоса. Я обернулась и увидела в нескольких метрах от меня зелёную макушку. Несколько раз прищурившись, я ещё раз посмотрела в океанские глаза. Это точно была она. Слёзы текли ручьём, что у меня, что у неё. Билли медленно сделала один шаг навстречу мне, а я шагнула назад, прикрывая рукой заплаканное лицо. -Зачем ты приехала? – всхлипывала я. -Я соскучилась. Пришла сюда, так как увидела тебя на крыше. -А я не соскучилась, - говорила я. -Не соскучилась? Совсем ни капельки? – она знала, что я вру. -Нет, - холодно ответила я, вытерев слезу. Билли начала молча подходить ко мне, смотря на меня всё так же нежно и заботливо, согревая меня от холодного дождя своим взглядом. Я сделала пару шагов назад и вскоре убежала. Я чувствовала, как она бежит за мной и слышала, как она кричит моё имя сквозь дождь. Я потеряла все свои силы и безвыходно упала на пол, громко рыдая, отчего дождь залил меня ещё больше. -Что такое? Что-то болит? – певица догнала меня. -Разве что, душа болит. Не прикасайся ко мне, - я отползла от её рук, - просто уйди. -Я потеряла свой телефон, поэтому не отвечала. -Я не просила тебя оправдываться. Ты могла бы написать с телефона Финнеаса и хотя бы раз за этот грёбанный месяц появиться, сказав, что с тобой всё хорошо. Ты знаешь, что я вообще себе надумала? Хотя, это уже не так важно, верно? Ведь мы больше ничего не чувствуем друг к другу, - я встала и, вытирая слёзы, ушла. Зеленоволосая, не двигаясь, проводила меня взглядом и посмотрела в пол. По дороге в университет я рыдала, вытирала свои слёзы, всхлипывала и кричала, заставляя всех прохожих обращать на себя внимание. Жизнь порой бывает непростой. И я знаю это лучше некоторых. Отговорки Айлиш были просто ужасными. Мне даже не хотелось их слушать, так как она врала мне прямо в глаза. Я думала, что всё кончено, но всё равно не понимала, почему она не писала мне. Я ни за что бы не поверила, что у неё сломался телефон. Кажется, она больше не любит меня. Лучше покончить с этим сейчас, нежели тянуть до последнего, когда от нас с ней уже ничего не останется.