Посмотри на меня

***

      Гарри неспешно брёл по асфальту, уткнувшись носом в свой шарф и смотря только себе под ноги.       Кажется, он так глубоко ушёл в свои мысли, что даже не замечал, как идущий рядом альфа то и дело бросает на него изучающие взгляды и не решается что-то сказать.       — Гарри, могу я задать тебе личный вопрос? — всё-таки спросил Рик, когда они с Поттером уже почти подошли к его дому.       — Задавай, — ответил омега негромко, продолжая смотреть себе под ноги.       — У вас с тем блондином были отношения?       Поттер тяжело вздохнул, посильнее сжал в карманах пальто кулаки и как-то настороженно посмотрел на идущего рядом друга. А может, если всё рассказать, станет легче на душе?       — Нет, мы никогда не встречались, если ты об этом, — ответил парень просто.       — Но? — подтолкнул к продолжению Рик, понимая, что за всем этим стоит какая-то история.       — Но в школе он нравился мне, — грустно сказал Гарри. Признаться другу, что там было явно нечто большее, чем просто "нравился", он так и не решился. — А я его, кажется, дико раздражал, потому что он не давал мне прохода и всё время ко мне цеплялся.       Рик негромко хмыкнул, услышав эту реплику, но ничего не сказал.       — В итоге, однажды я случайно услышал, как Малфой делился с другом, что если я стану омегой, то он трахнет меня разок в качестве благотворительности, сделает снимки во время нашей близости и продаст их местной газете, чтобы опозорить меня, — теперь Рик сцепил зубы и нахмурился. А Гарри продолжил рассказывать: — Услышать такое было слишком даже для меня. В общем, я решил выбросить его из головы, полностью изменить свою жизнь и уехать сразу после школы.       — А теперь, когда ты вернулся, он снова тебе нравится? — спросил Рик, тоже смотря себе под ноги.       Гарри слегка поджал губы. Омежья сущность внутри снова заскулила, вспоминая своего альфу в объятьях той сисястой брюнетки.        — Нет. Это давно в прошлом, — уверенно ответил Поттер. — Просто когда я вернулся, знаешь, всё как-то навалилось, моя сущность пробудилась, и я никак не могу привыкнуть, что в моем теле живет кто-то ещё, завтра у нас ответственный матч, и я жутко нервничаю. Вообще всё чего я сейчас хочу на самом деле: просто отыграть игру и вернуться в Америку, — закончил объяснять Гарри.       Кажется, Рику вполне понравился такой ответ, потому что он как-то нежно улыбнулся и, бросив на омегу косой взгляд, сказал:       — Да, я тебя хорошо понимаю, малыш, я тоже уже хочу домой.       Они подошли к небольшому пятиэтажному зданию со светлым фасадом, в котором находилась квартира Поттера, и остановились у подъезда.       — Спасибо, что проводил, — сказал Гарри с легкой улыбкой, смотря в серые глаза.       — Не за что, — улыбнулся Рик в ответ.       Гарри уже сделал несколько шагов к подъезду, когда его осторожно придержали за предплечье, а затем он почувствовал, как сильные руки притянули его к себе и обвились вокруг его талии. Лба нежно коснулись мягкие губы, и Поттер растерянно замер.       — Ты нравишься мне, Гарри, — негромко сказал Рик брюнету в волосы и, почувствовав, как тело омеги напряглось, добавил: — Я ничего не требую взамен. Я готов быть тебе просто другом, и, если у меня есть хоть небольшой шанс, я буду ждать, пока ты разберёшься в себе. Недели, месяцы – не важно. Потому что ты определенно стоишь того, малыш.       — Спасибо, — прошептал Поттер, уткнувшись носом в волевой подбородок, а затем, слегка отстраняясь, посмотрел в серые глаза альфы и добавил: — Я очень ценю, что ты готов ждать ради меня.       — До завтра, — нежно улыбнулся Рик, расцепляя объятия.       — До завтра.       — Завтра мы порвём "Ос" на британский флаг, — хмыкнул альфа.       Гарри улыбнулся в ответ, чувствуя, что неловкость спадает, уступая место привычной дружеской лёгкости.       — Сделаем завтра наши трюки?       — Обижаешь, — весело ответил парень. — Мы просто обязаны показать этим британцам, что спорт должен быть красивым.       — Ну, вообще-то, я так-то тоже британец, — весело фыркнул Гарри.       — Ты наш британец, малыш. И ты поймаешь нам снитч, — ответил Рик гордо, и протянул брюнету сжатый кулак.       Поттер в ответ стукнул по нему своим и, ещё раз поблагодарив за все, попрощался с альфой.       Рик неспешно побрел по улице в сторону своего отеля, насвистывая под нос какой-то веселый мотив, а Гарри, смотря ему вслед, четко понял для себя одну вещь: он не позволит себе раскиснуть из-за того, что Малфой в очередной раз показал своё гнилое нутро. Завтра у него важная игра, целая страна будет болеть за него, а от того, поймает ли он завтра снитч, будет зависеть будущее всей команды. Поэтому он просто не имеет права впадать в депрессию и подводить стольких людей из-за своего глупого сердца. Он больше не взглянет на блондина и не позволит себе даже думать о нем. Он снова сможет вылечиться от прогрессирующей болезни под названием Драко Малфой…

***

      Когда Тео и Драко зашли в Атриум, Блейза уже и след простыл.       — Ты иди в наш кабинет, а мне нужно сначала на стадион заглянуть, — сказал Драко, пока парни быстрым шагом шли к лифтам.       — Хорошо, — ответил Нотт. — Только не задерживайся, а то мне на дежурство нужно заступать через сорок минут, а Блейза, как ты сам понимаешь, сейчас нельзя оставлять одного.       Малфой молча кивнул и зашёл в лифт. Откуда только взялись эти гребанные американцы на их голову?       «Интересно, чем это таким важным Поттер с этим альфачом занят, что даже от остальной их закадычной компашки отделился?», — думал Драко, злясь всё больше, пока ехал в лифте на девятый уровень.              Металлическая решетка отъехала в сторону, и женский голос сообщил: "Девятый уровень, Отдел Магических Игр и Спорта".       Однако прежде чем Драко успел выйти, в лифт набились семь недовольных парней, что-то активно обсуждая, но самое странное, что у каждого в руках было что-то розовое, блестящее или плюшевое.       «Что за хрень? До дня Святого Валентина ещё далеко», — отстранённо подумал Драко, проталкиваясь к выходу из лифта.       Войдя на стадион он удивился ещё больше. Во-первых, тут не было никого из команды Поттера. Над стадионом летала команда "Лондонских Ос". Драко мысленно чертыхнулся, понимая, что упустил Львёнка.       А во-вторых, с трибун, которые обычно во время тренировок пустовали, а Драко знал это не понаслышке, ведь просидел на них весь понедельник и вторник, наблюдая, как тренируется Избранный. Так вот, сейчас с трибун спускалась целая толпа альф.       — Облом, приятель, сегодня его больше не будет, — сказал один из парней Малфою, проходя мимо.       — Кого "его"? — хмуро спросил Драко, смотря на альфу с коробкой конфет в руках.       — Красавчика-омеги, — ответил он. Малфой лишь вопросительно приподнял бровь. — Ну Гарри Поттера, — объяснил парень таким тоном, будто блондин задал самый глупый вопрос на свете, и пошёл дальше.       — Национального героя и обладателя самого сексуального тела по версии "GQ Alfa", — хмыкнув, дополнил ответ первого ещё один парень, проходящий мимо.       — Ну с этим я бы мог поспорить, — сказал какой-то брюнет, обращаясь к своему другу. — Лично я ещё не определился, кого хочу больше: красавчика-ловца или красавчика-колдомедика.       — Да, рыженький тоже очень хорош, — хмыкнул альфач в ответ. И оба, весело рассмеявшись, пошли дальше.       А затем альфа, идущий за ними следом, добавил:       — Да уж, жаль, зря только билеты в театр купил, — и, потрусив билетами практически возле лица также растерянно стоящего Малфоя, тоже пошёл на выход из стадиона.       Драко смотрел, как альфы один за другим покидают стадион, разочарованно вздыхая и причитая из-за отсутствия ловца "Нью-Йоркских Драконов", и мысленно вёл спор со своей сущностью.       «Они все хотят нашего омегу!», — рычал альфа в груди.       «Да не может быть, чтобы вся эта толпа увивалась за Поттером!», — раздражённо думал Драко.       «Наш омега невероятно красив… Вдруг он выберет для себя другого альфу…», — скулила сущность. — «Эти альфы хотят его у нас отнять!».       «Львёнок, конечно, красивый, но всё равно эти парни здесь не из-за него, просто тренировку хотели посмотреть», — мысленно убеждал себя Драко, стараясь успокоить свою сущность и успокоиться самому. — «Почему они тогда тренировку британцев не смотрят?», — возник в голове очевидный вопрос.       «Потому что они пришли посмотреть на нашего омегу!», — снова зарычала альфа-сущность, и блондин крепко сжал кулаки, сдерживая этот разгневанный рёв внутри себя.       Постояв как истукан ещё немного, Драко отправился в свой кабинет. Альфа-сущность требовала бросить всё и отыскать своего омегу немедленно, а вспомнившиеся слова того рыжего американца о том, что Поттер сейчас вместе с тем ублюдком, заставляли блондина рычать уже вслух, пугая этим рыком встречавшихся на пути работниц Министерства. Но Драко не мог бросить Блейза: он прекрасно видел, сколько боли другу принёс дебилистический поступок Уизли, ведь и книззлу понятно, что рыжий и тот американец не встречаются.       Пережить предательство истинной пары очень тяжело, если вообще возможно. Малфой искренне сочувствовал другу, внутренне надеясь, что вся эта ситуация с Уизли просто какое-то недоразумение.       Зайдя в кабинет, он вовсе не удивился, увидев мулата с полупустой бутылкой огневиски в руках.       Забини сидел на их диване и молча пил, продолжая смотреть в одну точку. Тео сидел за рабочим столом Малфоя и тоже молчал. Встретив вопросительный взгляд серых глаз, Нотт лишь поджал губы.       Драко сел на диван рядом с Блейзом и протянул руку в сторону. Мулат молча вложил в его руку свою бутылку, и блондин тоже сделал глоток из горла.       Если честно, ему самому дико хотелось напиться, альфа-сущность продолжала метаться в груди и это дико раздражало. А ещё дико раздражало то, что Поттер, похоже, жить не может без этого американского дегенерата.       Стоит Драко лишь на секунду оставить омегу одного, как этот американский хмырь тут как тут. Ноги ему повыдергивать, что ли, чтобы наконец успокоился?       Забини выхватил из рук блондина бутылку и снова присосался к горлышку.       — Поговорим? — спросил Драко негромко, смотря на абсолютно разбитого друга.       — Нет, — прорычал он в ответ и снова отпил янтарного пойла.       — Я уверен, они на самом деле не встречаются, — негромко заявил Драко.       — Мне плевать, — холодно ответил Блейз.       Тео бросил взгляд на часы и поднялся на ноги, подойдя к двери, он посмотрел на друзей и сказал:       — Мне пора на дежурство, а вы тут постарайтесь не сильно на огневиски налегать, договорились?       Драко в ответ кивнул, а Блейз продолжал смотреть в одну точку, кажется, вообще не слушая друга.       Тео вышел за дверь, а Драко, бросив взгляд на их с Забини мини-бар, впервые в жизни пожалел, что им в качестве благодарности чаще всего дарят алкоголь.

***

      Взяв в руки настойку из череды и полыни на спиртовой основе, Рон осторожно протёр глубокую царапину на плече зеленоглазого парня. И удовлетворенно хмыкнул, заметив, как альфа поморщился.       «В следующий раз подумаешь, прежде чем себя калечить, идиот», — мстительно подумал он и снова прошёлся смоченной в настойке ваткой по порезу.       Поняв, что лечить всех этих похотливых придурков у него нет ни сил, ни желания, а не лечить их он просто не может, омега придумал простой план в надежде поумерить к себе интерес альф. Магически он будет лечить лишь серьёзные травмы, а мелкие ссадины, ожоги и порезы, с которыми обращались горе ухажёры, можно лечить и маггловским способом, это, конечно, весьма неприятно для пострадавшего, но Рона это мало волновало.       Заглянув после обеда в лабораторию к Невиллу, Уизли рассказал о своей ситуации и друг, слегка посмеявшись, с радостью снабдил его кучей мазей и настоек.       — А может лучше заклинанием? — жалобно спросил альфа, смотря, как Рон снова хочет коснуться его пореза жгучей жидкостью.       — Нет, поверьте, это средство гораздо эффективнее, — ответил Рональд очень серьёзно, стараясь при этом не смеяться. Он снова наклонился ближе к голому плечу и, налив на ватку побольше жидкости, снова промокнул порез.       Альфа сцепил зубы и отвернулся, но продолжал терпеть, – Рон раздражённо закатил глаза. Вообще-то его рабочий день закончился пятнадцать минут назад. Этот недо-больной уходить вообще собирается?       — Знаете, я думаю, для лучшего эффекта нам стоит приложить к вашей ране компресс с настойкой, — выдал Уизли, делая при этом очень озабоченное лицо. Альфа резко дёрнулся и посмотрел на Рона с таким откровенным ужасом в глазах, что Уизли не выдержал и улыбнулся краешком губ.       Вдруг дверь в кабинет резко распахнулась и на пороге возник Малфой, придерживающий на себе истекающего кровью Забини.       Омега, тут же забыв о своём горе-пациенте, бросился вперёд. Схватив нетвердо стоящего на ногах мулата под вторую руку, он помог Малфою довести его до кушетки. Зеленоглазый альфа, кажется, обрадовался, что доктор забыл про его "страшную" рану и быстро вскочил с кушетки, давая возможность сесть новому больному, а затем стал застёгивать свою рубашку.       Рон же видел только голубую рубашку Блейза, на которой виднелись пятна алой крови. Он присел перед альфой на корточки и дрожащими пальцами стал быстро расстёгивать голубые пуговицы, совсем не замечая, как глаза цвета шоколада буквально ловят каждое его движение.       Малфой стоял сбоку и хмуро следил за процессом. Рон распахнул рубашку и ахнул: смуглая мускулистая грудь была вся в кровавых ранах.       — Что произошло? — чётко спросил Рональд, бросив на Малфоя взгляд.       Драко лишь поморщился, вспомнив, как друг десять минут назад, окончательно обезумев от ревности и отчаяния, стал рушить их кабинет и случайно схлопотал собственное режущее заклинание.       — Заклинание отскочило, — ответил Блейз заплетающимся языком.       Рон бросил на него хмурый оценивающий взгляд, а затем снова посмотрел на блондина.       — Он что, пьян? — спросил Уизли строго.       Малфой в ответ лишь пожал плечами.       — Как видишь, — а затем, не выдержав, едко добавил: — Не догадываешься почему, Уизли?       Рон поджал губы.       — Годрик, это сколько нужно было выпить, чтобы дойти до такого состояния, — буркнул он, снова осматривая порезы.       — Ну, у нас довольно большой бар, — пожал плечами Драко. — Был.       Рон снова фыркнул, а пьяный в стельку пациент вдруг решил, что ему не нужна медицинская помощь.       — Я в порядке, — еле шевеля языком, сказал мулат. — Я лучше пойду, — он попытался отбросить от себя бледные руки омеги, которые, оказывается, всё это время покоились на его плечах.       А Рон, буквально вцепившись в мускулистые плечи, зло рыкнул.       — Я тебе сейчас пойду, сиди на месте, пока я тебя не прикончил!       — Ты меня уже прикончил, Уизли, — пьяно фыркнул в ответ Блейз, а затем, запрокинув голову назад, громко засмеялся и тут же поморщился от боли: раны на торсе продолжали кровоточить.       Рон вскочил на ноги и, бросившись к стеклянному шкафу, быстро достал оттуда пузырёк с обезболивающим. Подбежав обратно к мулату, он откупорил крышку и протянул флакончик альфе.       — Выпей, — омега-сущность в груди парня просто сходила с ума от волнения за своего истинного, и Рон даже не замечал, что его всего трусит.       — Не буду, — нагло хмыкнул в ответ Забини.       Уизли перекрасило от злости: этот кретин неизвестно сколько крови уже потерял, от боли мучается, да ещё и выделывается!       — Чтобы вылечить тебя, мне нужно будет касаться твоих ран и тебе будет очень больно, если не примешь обезболивающее, — попытался спокойно объяснить Рон.        — Иди американца своего касанс… Касайся. Понял? — с трудом исправился Забини.       — Пей говорю! — выкрикнул Рон, настойчивей протягивая зелье.       Блейз демонстративно оттолкнул руку с пузырьком, снова поморщился из-за боли, что пронзила тело от резкого движения, и, посмотрев в самые красивые синие глаза, которые сейчас буквально пылали гневом, по слогам повторил:       — НЕ БУ-ДУ.       Боль быстро отрезвляла, а трезветь Блейз точно не планировал.       — Кажется, я слышу, как полупустая бутылка коньяка в нашем кабинете кричит моё имя, — хмыкнул альфа, снова пытаясь встать с кушетки.       Драко фыркнул и придержал друга.       — Эй, ты вообще на чьей стороне?! — громко возмутится Блейз, смотря на Малфоя.       — Мерлин, помоги мне, — тяжело вздохнул Рональд, прикрыв глаза.       — На стороне твоего здоровья, — хмыкнул блондин, смотря на насупившегося мулата.       — Подержи, — Рон резко сунул пузырёк с зельем в руку Малфоя и тот на автомате его принял.       А Уизли быстро сбросил с плеч свой медицинский халат, чтобы ничего не стесняло движений, а затем развёл и свёл лопатки, разминая мышцы.       Блейз невольно замер. Он не хотел смотреть на этого предателя, но Моргана побери этого Уизли, какой же он был сейчас красивый.       Огненные волосы сексуально торчали, синие глаза мерцали, на острых скулах проступал румянец. Ниже вообще было лучше не смотреть, но альфа не мог удержаться. Белая приталенная футболка подчеркивала все прелести спортивной и стройной фигуры, будто обещая, что ты не пожалеешь, если снимешь её. Альфа-сущность в груди завыла, разрываясь на части от любви и обиды одновременно.       А Рональд, похоже, решил не церемониться с наглым пациентом. Он сделал быстрый шаг вперёд, а затем уперся одним коленом о кушетку и, широко расставив ноги, буквально залез на колени к мулату.       Блейз был в таком шоке, что вообще перестал двигаться, только глубоко вдыхал аромат апельсина, лаванды и солнца, продолжая пожирать красавца омегу взглядом. Уизли привстал на колени, резко схватил Блейза за челюсть и запрокинул его голову слегка назад. Не удержавшись, он окинул лицо мулата пристальным взглядом.       «Красив как дьявол», — раздраженно подумал Рон, невольно любуясь альфой. Ещё эта его серёжка, которая так чертовски ему шла и делала Забини ещё сексуальнее, хотя куда уж больше?       Да, Рон заметил серьгу ещё в обед, и он соврёт, если скажет, что не вспоминал о ней раз двести за сегодняшний день.       Блейза повело назад, и он резко вцепился обеими руками в талию омеги, чтобы удержаться на месте. Рон, почувствовав на себе сильные руки, вздрогнул от пробежавших по телу мурашек, но быстро взял себя в руки.       — Зелье, — сказал он четко.       Не разрывая зрительного контакта со своим пациентом, колдомедик вытянул левую руку в сторону, продолжая правой рукой держать запрокинутую челюсть альфы.       Малфой, который тоже, похоже, был шокирован методом лечения медика Уизли, молча отдал пузырёк. Рональд придвинулся ближе для большего удобства, пачкая в кровь свою белую футболку и почувствовал, как руки на его талии дрогнули, будто сидящий под ним человек боялся, что он исчезнет.       Затем омега осторожно поднес пузырек к пухлым, слегка приоткрытым губам, и, смотря в карие, блестящие от алкоголя глаза, четко сказал:       — Если посмеешь выплюнуть, я тебя убью, понял?       Он стал осторожно вливать зелье мулату в рот, и альфа послушно всё глотал, ощущая нежные пальцы омеги на своей челюсти и смотря при этом на выразительные, слегка покусанные губы, которые сейчас находились очень близко, просто потянись и возьми…       Но Рон, влив в мулата всё зелье, быстро отпустил его и буквально соскочил с его коленей. Блейз попытался удержать омегу, но он был настолько пьян, что координация явно его подводила. Поэтому альфа поймал руками лишь воздух и почти завыл от разочарования.       — Нужно подождать пару минут, пока подействует обезболивающее, и потом я его вылечу, — сказал Рональд Малфою и, окинув себя взглядом, пошёл в дальний угол кабинета к небольшому умывальнику. Руки омеги были слегка испачканы кровью, как, впрочем, и футболка, и даже джинсы, поскольку раны мулата продолжали кровоточить.       Включив воду, он в полной тишине помыл руки, буквально ощущая на себе пристальный взгляд карих глаз. И уже снял с крючка небольшое полотенце, когда над его ухом прозвучал немного хриплый голос.       — Рон, я хотел вас поблагодарить.       Уизли резко развернулся и буквально влетел в грудь этого зеленоглазого альфы, что лечил своё плечо до того, как появился Забини. Он уже и забыл, что этот горе ухажёр всё ещё тут.       — Спасибо за ваше, эм… — парень слегка запнулся, видимо вспомнив, как недавно по его плечу разносили жгучую настойку, — лечение. И это вам, — альфа протянул Рону небольшую коробочку красного цвета.       — Не за что, выздоравливайте, — сказал омега просто и принял презент.       Парень продолжал стоять слишком близко и, не стесняясь, бегал взглядом по стройной фигуре омеги.       — В качестве благодарности, я бы хотел пригласить вас куда-нибудь, — сказал зеленоглазый, смотря почему-то при этом Рону не в лицо, а на v-образный вырез его белой футболки, из-под которого выглядывал лепесток розы, набитой на бледной коже. Уизли открыл рот, чтобы вежливо отказаться, а со стороны кушетки послышалось такое звериное рычание, что омега невольно дёрнулся. Бросив взгляд в ту сторону, он увидел Забини, который, прикрыв глаза, вцепился обеими руками в кушетку до побелевших костяшек и, сцепив зубы, продолжал рычать.       На самом деле в этот момент Блейз был дико рад, что он пьян и алкоголь помогает сдерживать порывы его сущности, иначе, Мерлин свидетель, этот несчастный ухажёр уже лишился бы головы, ну или другого жизненно важного органа.       Зеленоглазый парень инстинктивно отступил от омеги подальше и тоже посмотрел в сторону кушетки.       — Лучше тебе свалить отсюда подобру-поздорову, парень, — сказал пареньку Малфой. — И впредь за медицинской помощью обращайся в Мунго.       Альфа бросил ещё один быстрый взгляд на красавчика-омегу, а затем, разочарованно поджав губы, выскочил за дверь. Рон устало выдохнул и, не замечая, как за ним наблюдают две пары глаз, поплёлся к небольшой горе других подарков, что получил за сегодня. Бросив коробочку в общую кучу, он ещё раз тяжело вздохнул, не нужно быть Трелони, чтобы понимать, что во всех этих конфетах, пирожных и так далее находится Амортенция.       — Инсендио, — послышалось чёткое заклинание, и в следующую секунду все его подарки охватило пламя.       Рон, обернувшись, увидел, как Забини, направив свою палочку на подарки, демонстративно сжигает их дотла.       Вот только под подарками находился стул, которого из-за горы коробок и свёртков уже просто не было видно. Уизли быстро вытащил свою волшебную палочку и выкрикнул, пытаясь спасти рабочую мебель:       — Агуаменти.       Струя воды потушила огонь, превращая подарки в мокрую, обгорелую кучу. Рон с громким стуком положил свою палочку на стол, а затем повернулся лицом к поджигателю:       — Ты совсем охренел? Решил спалить мой кабинет?! — зло выкрикнул омега, смотря на Блейза.       — В чём дело, Уизли, переживаешь, что ухажёры расстроятся? — едко выплюнул мулат в ответ.       Рональд устало прикрыл глаза и сделал глубокий вдох, пытаясь успокоиться.       «Нужно просто вылечить его как можно быстрее и пусть валят», — мысленно сказал он себе и, подойдя к Забини, снова опустился перед ним на колени, стараясь смотреть при этом только на раны.       Сердце забилось как сумасшедшее, когда он осторожно коснулся первого пореза и стал негромко шептать заклинание. Из-под пальцев полился мягкий голубой свет, рана стала затягиваться на глазах, и омега сам не заметил, как облегчённо выдохнул. Зато это заметил наблюдавший за процессом со стороны Драко и, сложив руки на груди, слегка улыбнулся краешком губ. Что бы там Уизли не говорил, будто он встречается с тем загонщиком, ему определенно нравится Блейз. Хотя, может, он сам ещё этого до конца не осознаёт.       Шли минуты, Рон продолжал нежно касаться пальцами порезов и негромко шептать заклинания. А Блейз завороженно следил за ним, кажется, даже не дыша. Сейчас, глядя на эту парочку, любой бы понял, что эти двое без ума друг от друга. В дверь громко постучали, и доктор с больным одновременно вздрогнули, будто возвращаясь в реальность.       — Войдите, — крикнул Рон, леча последний порез.       Дверь слегка приоткрылась, и в кабинет просунулась лохматая голова с русыми волосами.       — Слава Мерлину, что ты ещё здесь, я принёс тебе недостающую порцию перцовой мази, — сказал высокий кареглазый парень и занес в кабинет небольшую коробку.       Уизли перевёл на вошедшего взгляд и улыбнулся.        — Она бы очень мне пригодилась полчаса назад, — фыркнул он весело. Смуглое тело под его пальцами тут же напряглось, и Блейз испепелил вошедшего альфу недовольным взглядом.       — Очередная страшная рана? — весело спросил парень, кажется, не замечая, какими взглядами на него смотрят находящееся в комнате альфы.       — Ага, царапина на плече, — ответил Рональд, и парень негромко рассмеялся.       Сегодня, когда Уизли заходил к Невиллу в лабораторию, он познакомился с Бобом, который работал там лаборантом. Случайно услышав историю Рона, именно он предложил попробовать маггловское суровое лечение. Они неплохо поболтали, обсуждая виды мазей и зелий, и парень пообещал вечером занести порцию перцовой мази, которая на тот момент ещё готовилась.       — Куда ставить? — спросил Боб, указывая головой на коробку в своих руках.       — Оставь, пожалуйста, у шкафа, я потом разберу, — ответил омега и, повернувшись обратно к больному, принялся бережно лечить оставшиеся на смуглой коже рубцы.       — Если хочешь, я могу сам разобрать, я, кстати, тебе ещё пару флакончиков бодрящего принёс, ну и так по мелочи, — сказал альфа.       — Спасибо, — улыбнулся Рон. — А там, случайно, крововосстанавливающего не найдётся? — спросил он, продолжая водить пальцами по рубцу.       — Найдётся, — ответил парень и, присев на корточки, полез в коробку.       — Подай, пожалуйста.       Рональд отнял одну руку от смуглой груди и протянул её в сторону.       — Тебе ещё долго? — спросил Боб, вкладывая флакончик в бледные пальцы и, по мнению мулата, сидящего на кушетке, задерживая свою руку слишком надолго в пальцах омеги.       — Нет, сейчас рубцы долечу и все, — ответил Уизли, смотря, как очередной рубец на коже исчезает.       — Тогда, может, выпьем чай после, если ты не спешишь домой? У меня в лаборатории имеется отпадное шоколадное печенье.       Рон улыбнулся, а Забини так плотно сцепил челюсти, что Драко стал переживать за жизнь ничего не подозревающего лаборанта.       — А антипохмельное в лаборатории есть? — спросил Малфой громко, мысленно молясь, чтобы Уизли не вздумал сейчас соглашаться распивать с этим альфачом чаи.       — Эм, да, — ответил Боб, бросив на блондина удивленный взгляд.       Драко демонстративно поправил воротник своей рубашки и быстро двинулся к двери.       — Пошли, я хочу приобрести парочку, — сказал он парню слегка высокомерно, и открыл дверь в коридор.       Боб ещё больше поразился наглости блондина и спокойно объяснил.       — Ну вообще-то оно не продаётся.       — Всё в этой жизни продаётся, — холодно хмыкнул Драко, смотря в карие глаза парня.       — Не всё, — ответил альфа раздраженно.       — Боб, одолжи, пожалуйста, ему несколько зелий, — негромко сказал Рон, приступая к лечению последнего рубца. — Оно им действительно жизненно необходимо, — Уизли бросил выразительный взгляд на всё ещё слегка пьяного Блейза, который в ответ хмуро смотрел на него, и добавил: — Я потом сам объяснюсь с Невиллом.       — Ладно, — нехотя сказал Боб и двинулся за Малфоем к дверям. А затем остановился на пороге и, оглянувшись на Рона, спросил: — Так мне ждать тебя на чай?       Малфой мысленно чертыхнулся и еле сдержался, чтобы не вцепиться в лабораторный халат этого придурка и силой не потащить его дальше по коридору.       Уизли перевёл взгляд на ожидавшего ответа Боба.       — Я сегодня очень устал, давай в другой раз, — улыбнулся парень.       — Обещаешь? — спросил альфа с легкой улыбкой, вопросительно приподнимая одну бровь.       Блейз снова крепко вцепился в кушетку, из последних сил сдерживая свою альфа-сущность, что яростно ревела в груди, видя явный флирт со своим омегой. А Малфой, бросив быстрый взгляд на позеленевшего от злости друга, не дожидаясь ответа Уизли, бесцеремонно захлопнул дверь в медкабинет прямо перед носом Боба, оставляя их в коридоре.       Рон удивлённо вскинул брови, а затем повернул голову обратно к Забини. В кабинете остались лишь они вдвоём, и вокруг воцарилась полная тишина. Омега под пристальным взглядом шоколадных глаз лечил последний красный рубец.       — Серьёзно, Уизли, чай с печеньем? — едко спросил мулат. — А твой парень не будет против, что ты со всякими лаборантами чаи по вечерам гоняешь?       Рон лишь поджал губы и молча долечил последний рубец, а затем протянул ему крововосстанавливающее зелье. Вопрос альфы он демонстративно проигнорировал.       — Выпей, ты потерял много крови, — сказал омега, поднимаясь с колен.       Блейз в ответ лишь фыркнул и, схватив зелье, выбросил его куда-то в сторону, послышался звук бьющегося стекла, но альфе было плевать.       — Так что, Уизли, ты настолько дёшево стоишь, что готов отдаться за чай с печеньем? — спросил он дерзко.       Это нелепое заявление настолько возмутило и разозлило Рона, что он, из последних сил сдерживая себя, чтобы не заехать по смуглой роже, выплюнул сквозь зубы.       — Не смей говорить мне такие вещи!       — Что такое? Правда глаза колет? — фыркнул Блейз. Он был чертовски зол, обижен и возбуждён одновременно.       Альфа-сущность испытывала примерно те же эмоции, мечась между уколоть омегу побольнее и наброситься и затрахать до полусмерти свое Солнышко, чтобы из этой красивой головы вылетели все мысли о других альфах.       — А я, кретин, ещё переживал, что тебя обидели мои слова, сказанные в первый вечер, — хмыкнул мулат себе под нос.       Рональд крепко сжал челюсти и, не говоря ни слова, отвернулся, намереваясь покинуть собственный кабинет, лишь бы не слушать оскорбления альфы. Омега выла в груди от обиды. Забини сам зажимается по ресторанам со всякими губастыми шлюхами и ещё его пытается выставить легкодоступным? Охренеть можно!       Уизли сделал шаг в сторону двери, но на его руку опустились сильные пальцы и резко дернули назад.       — Перестань меня трепать, я тебе не кукла! — зло закричал Рон, пытаясь вырвать из стальной хватки своё запястье и отойти от альфы подальше.       — Ты не ответил, Уизли, сколько берёшь за ночь? Сорок галеонов? — он демонстративно бросил на омегу оценивающий взгляд, продолжая удерживать его рядом. — Хотя нет, ты стоишь больше. Двести, пятьсот? — омега громко зашипел, окончательно выходя из себя. — Я готов заплатить, — продолжал Блейз как ни в чем не бывало. — Но только если товар не порчен. А то после американца и этой толпы, что захаживает к тебе, мне будет противно касаться такой дешевки.       Сильный удар пришёлся Блейзу прямо в скулу, несмотря на то, что одна рука у Рона была в захвате мулата. Злости хватило, чтобы со всей силы врезать по наглой физиономии. Забини, не ожидавший удара, упал на бок прямо на медицинскую кушетку и резко дёрнул омегу вслед за собой, тут же хватая его и за вторую руку и буквально закидывая на себя.       Рон, завалившись сверху на смуглый полуголый торс, взбесился окончательно, давая волю своим чувствам.       — Это я-то дешевка?! Пошёл ты! Какой же ты кусок дерьма, Забини! — он шипел, рычал, извивался и пытался снова вмазать альфе хоть чем-нибудь. — Ненавижу тебя, сволочь!       Но Блейз, казалось, ничего этого не чувствовал, правильно говорят: "Пьяным море по колено".       — Я кусок дерьма, а американец твой не кусок дерьма?! — рычал в ответ Блейз. Он прижал омегу ещё крепче к себе, обхватив его бёдра своими ногами, и попытался перевернуться на кушетке, чтобы подмять Уизли под себя.       — Итан, в отличие от некоторых, не двуличная сволочь, трахающая всё, что движется! — взревел Уизли, а затем поняв, чего добивается мулат, стал дергаться ещё активнее, но на самом деле только ухудшил своё положение.       Он так крутился и изворачивался, что его футболка задралась вверх, и Рон понял, что прижимается своим голым животом к такому же голому торсу мулата.       По телам обоих побежали мурашки. Омега попытался вырвать из захвата хотя бы одну руку, чтобы опустить футболку, но не тут-то было. Забини хищно усмехнулся и слишком ловко для все ещё пьяного человека перевернулся, придавливая Рона к кушетке своим телом.       — Я никого не трахал с тех пор, как ты переступил порог моего дома, — сказал мулат резко, смотря в синие глаза. — Мне нужен только ты! И я хочу, чтобы ты признал, что вы с этим американским кретином не встречаетесь!       Омежья сущность в груди заскулила, ей так хотелось верить словам альфы. А Уизли зло зашипел, вспомнив ту блондинку, что наглаживала сегодня сильные плечи мулата.       — Расскажи эти байки кому-нибудь другому! — Он снова стал вырываться, а Блейз, продолжая удерживать изящные запястья, склонился к бледной шее и, уткнувшись в неё носом, глубоко втянул в себя воздух.       Уизли свёл засос, но к природному запаху Рона все же примешался слегка ощутимый запах чёрного шоколада, миндаля и ветра.       — Ты всё ещё пахнешь мной, — сказал он довольно.       Альфа в груди рычал, распаляя в Блейзе и так не малое желание до невероятных размеров:       «Укуси, пометь, он должен быть наш!».       — А сейчас будешь пахнуть ещё больше, — дерзко хмыкнул Забини и всосал в себя нежную кожу на шее, оставляя новый багровый след. Омега снова дёрнулся, почувствовав, как его кожи касаются мягкие губы и властный язык. По телу побежал табун мурашек – это ощущалось так дьявольски хорошо, что слегка закружилась голова.       Рон неосознанно откинул голову слегка назад, пытаясь сконцентрироваться и открывая тем самым место для манёвра. Ну почему, скажите на милость, его ведёт именно от этого невыносимого засранца?       Альфа одобрительно рыкнул и с ещё большим усердием стал вылизывать, зацеловывать и прикусывать кожу на бледной шее, сбивчиво шепча:       — Ты такой вкусный… Такой потрясающий… Моё Солнышко…       «Возьми себя в руки, черт побери, оттолкни его», — мысленно приказывал себе Уизли, но тело, будто живя своей жизнью, всё больше прижималось к альфе.       А омега в груди начала тихонько урчать от удовольствия. Рон, прикрыв глаза, всё больше терялся в ощущениях собственного тела, поскольку он никогда не испытывал ничего подобного. До этого момента по его телу никогда не бежали электрические разряды от прикосновений, а в желудке никогда что-то странно не трепыхалось, рождая восторг.       — Что между тобой и тем американцем? — послышался требовательный вопрос прямо в ухо, а затем Рон слегка дёрнулся и негромко застонал, поскольку альфа втянул в рот мочку его уха и стал искусно посасывать её, играя языком с серьгой. Кажется, хитрый слизеринец уже успел вычислить, что уши являлись эрогенной зоной Рональда.       — Ответь на вопрос, омега, — снова послышалось требование, а затем мочку его уха осторожно прикусили и слегка потянули, посылая по телу сладкую дрожь и волны удовольствия. — Между тобой и тем загонщиком что-то есть?       Рон снова застонал. Мозг, погрязнув в пучине страсти, совсем отказывался рассуждать рационально. Быстро облизнув губы и не открывая глаз, омега отрицательно покачал головой.       Блейз, получив ответ, довольно заурчал и переключился на подбородок и скулы, нежно прикусывая и зацеловывая их.       «Наш мальчик, наш омега!!», — рычала альфа-сущность в голове мулата.       Взгляд зацепился за нежные приоткрытые губы и Блейз, не выдержав, накинулся на них как дикий зверь, сразу же по-хозяйски проникая языком в рот омеги. Ведь одному Мерлину было известно, сколько раз он представлял, как целует эти пухлые губы.       Рон замер и шокировано распахнул глаза, хотя вполне логично было предположить, что пронырливый мулат позволит себе такую вольность, парень все равно впал в ступор. Он чувствовал привкус алкоголя на чужом языке, который сейчас нагло ласкал его собственный и пытался понять, почему ему это нравится?       Омега в груди затрепетала от восторга и стала требовать ответить на поцелуй своего альфы. Кажется, эта наивная сущность с радостью поверила словам мулата о том, что у него никого нет. Но Рональд понимал, что не имеет права поддаваться соблазну. Он попытался дернуть головой, чтобы разорвать поцелуй. Альфа, почувствовав это, прижался сильнее и властно зарычал в рот омеги, пуская по стройному телу волну сладкой дрожи и заставляя покориться.       От этого рыка странный коктейль из волнения, восторга и возбуждения побежал по венам Рональда, все стены самозащиты рухнули в один миг и он, окончательно отдавшись инстинктам сущности, стал отвечать на поцелуй.       Это было так потрясающе, что невозможно передать словами. Определенно лучший поцелуй в его жизни. Не то чтобы у Рона был большой опыт, вообще-то, весь его опыт состоял из слюнявых поцелуев с Лавандой, неловких поцелуев с Гермионой и одного пьяного поцелуя на выпускном с парнем из Когтеврана. Но целоваться с Блейзом было сравнимо со взрывом сотни салютов в голове. Невероятно, страстно, потрясающе, волнительно.       Альфа стал довольно урчать, углубляя поцелуй, он осторожно перехватив запястья уже совсем невырывающегося Рона в одну руку, просунул вторую вниз, и стал наглаживать голые ребра омеги. Уизли заурчал ему в рот от удовольствия, пуская по телу мулата мурашки.       На самом деле Блейз уже просто умирал от желания, инстинкты накрывали все больше, и Забини мысленно проклял те капли, из-за которых омега сейчас не чувствовал его феромонов, если бы не они, Рон бы уже сам терся об него, требуя себя отлюбить и пометить, ведь в кабинете, кажется, не осталось воздуха, лишь феромоны альфы. Мерлин, помоги ему, но Блейз просто не может выпустить из объятий свое Солнышко без метки. Чтобы завтра опять объявился тот американец и начал снова подкатывать к его паре? Ни за что на свете!       Блейз нехотя разорвал поцелуй. Рон растерянно распахнул глаза, не понимая, куда подевались салюты. А мулат уткнулся лбом в лоб омеги и, смотря в синие глаза, будто в бреду зашептал:       — Солнышко, ты потрясающий, такой красивый, такой страстный, у тебя такие вкусные губки. У меня от тебя крыша едет, прошу, позволь мне пометить тебя!       Альфа заскулил от нетерпения и нежно потерся об краснеющую скулу омеги носом.       Слова мулата медленно проникали в голову Рона сквозь пелену возбуждения.       «Солнышко, потрясающий, красивый, страстный», — омега в груди довольно заурчала, а в сердце Рона разлилось приятное тепло. — «Такие вкусные губки», — он замер, а омега в груди недовольно встрепенулась, очень не вовремя припомнив ту губастую блондинку. Её губки тоже были для него вкусными?       — Губки? — едко выплюнул Рональд, окончательно вырываясь из дурмана страсти. — Губки, сука?! — Уизли резко дёрнулся всем телом, отпихивая от себя мулата, и не ожидавший такого Забини полетел на пол.       Омега быстро соскочил с кушетки, поправляя свою футболку. Как раз в этот момент дверь распахнулась и на пороге появился Малфой.       Увидев довольно странную картину, а в особенности сидящего на полу друга и шею Уизли, украшенную по меньшей мере пятью засосами, он весело хмыкнул и, зайдя в комнату, закрыл за собой дверь.       Блейз не обратил на него никакого внимания, он быстро подскочил с пола и бросился в след за Роном, который уже подошёл к рабочему столу и, взяв свою палочку, призвал с вешалки куртку.       — Стой, что произошло? — спросил мулат требовательно, абсолютно не понимая такой смены настроения омеги. Уизли молча поймал свою куртку и засунул палочку в задний карман джинс. — Это из-за того, что я попросил тебя пометить? — опять нет ответа. — Но я действительно этого хочу! — не выдержав, крикнул Забини.       — Свою Блонди иди пометь! — едко выплюнул Рон, натягивая куртку. — У этой утки губки что надо!       — Чего? Какие утки? — нахмурившись, переспросил Блейз; его трезвеющий мозг с трудом выстраивал логическую цепочку между словами "блонди", "утки" и их поцелуями.       — А у тебя их настолько много, что запутался где какая?! — Уизли тоже перешёл на крик.       — Я не понимаю, о чем ты говоришь!       — Ах, не понимаешь? Я о той губастой, которая трепетно тебя наглаживала сегодня в ресторане, пока ты с ней обедал! А сколько их там у тебя ещё, меня не волнует, — Рон быстро застегнул куртку и двинулся к двери, но его снова схватили за предплечье. У Забини что, фетиш такой, за руки хвататься?       — Отпусти!       — Нет, пока мы не поговорим!       Омега быстро выхватил свою палочку и направил на альфу.       — Я сказал, руки убрал, — прорычал он сквозь зубы. Блейз вздохнул и нехотя разжал пальцы.       — Послушай, ты не понимаешь, всё было не так…       — Вот только не нужно сейчас врать. Мы с Гарри видели вас, — перебил альфу Рон.       — Да они сами к нам подсели, и мы просто сбежали от этих дур, — сказал Блейз.       — Подтверждаю, — подал голос Драко. Ему вообще не нравилось, что Львёнок видел, как к нему лезла та брюнетка. Малфой уже сейчас мог поставить свой мэнор на то, что Поттер точно как и Уизли всё не так понял. И сейчас понапридумывал себе невесть чего в своей красивой головке, выстраивая совсем не правдивый и не выгодный Драко образ похотливого ловеласа, коим он теперь не являлся.       Рон бросил быстрый взгляд на Малфоя, а затем снова посмотрел на мулата и спросил:       — Что же они тогда к Нотту не подсели?       — Ну мы были знакомы до этого… — Забини виновато поджал губы, ну точно ведь трахал эту девицу, по физиономии видно, что трахал.       Омега-сущность в груди зашипела от обиды и ревности.       — Всё понятно, — холодно хмыкнул Рон и направился к двери. — Я даже не удивлён.       — Да подожди, дай объяснить! — быстро заговорил Забини, идя за ним следом. Уизли резко остановился у самых дверей, и мулат буквально налетел на него.       — Не нужно мне ничего объяснять, мне вообще похер, так что не утруждайся!       — Ну да, оно и видно, — усмехнулся Блейз, складывая руки на груди. — Солнышко, да ты меня ревнуешь! — вынес он свой вердикт, довольно улыбаясь.       Рон покраснел и нахмурился, что вызвало ещё большую улыбку у альфы.       — Ревновать человека, который даже не помнит имён всех своих любовников, бессмысленная трата времени, — едко изрёк омега. — Просто дико бесит, когда меня пытаются водить за нос.       — Я не.. — начал Блейз, но его снова перебили.       — Мой вам совет, когда в следующий раз решите ухлёстывать за несколькими омегами одновременно, выбирайте ресторан без витражных окон, — сказал Рон, смотря на парней, и, открыв дверь в коридор, добавил: — Когда будете выходить, бросьте на дверь запирающее.       В следующую секунду омега скрылся в коридоре, эффектно хлопнув дверью напоследок.       — Пиздец, — спокойно изрёк Драко, прикрыв глаза. — И как мне теперь объяснить Поттеру, что это была дебилестическая случайность?       — Придумаем что-нибудь, — весело сказал Блейз.       — Чего ты так радуешься? — спросил блондин, бросив на друга удивленный взгляд.       — Рон признал, что между ним и тем ублюдским америкосом ничего нет, — ликующе сказал парень.       — А я тебе что говорил? — фыркнул Малфой, смотря на счастливого друга.       — И Солнышко меня ревнует! — закричал Забини радостно и, подбежав к Драко, сжал его в объятиях. — Я нравлюсь ему! Нравлюсь! — трусил он Малфоя, подпрыгивая.       — Мерлин. — закатил глаза Драко, выпутываясь из объятий друга. А затем, бросив на мулата странный взгляд, поморщился и спросил: — Что случилось с твоим лицом?       Забини осторожно потрогал припухшую скулу и, снисходительно махнув рукой, ответил:       — А, это Солнышко психанул немного.       Драко снова насмешливо фыркнул.       — Блииин, — вдруг поморщился Забини и схватился за голову. — Надеюсь, ты купил у того хмыря Антипохмельное. Что-то мне подсказывает, что оно мне пригодится.       — Купил, — сказал блондин, направляясь к двери.       — Дом, милый дом, — негромко напел Блейз себе под нос, идя следом. Даже несмотря на небольшое недопонимание между ним и Солнышком, у альфы было удивительно хорошее настроение.       — Ага, сразу после того, как восстановишь наш кабинет, — пропел Драко в ответ, открывая дверь и пропуская друга вперёд. Блейз, выходя в коридор, жалобно простонал.