Грязные истории,но это всё Кокичи блядь Ома

Руки Омы были связаны, в буквальном смысле, и движение сейчас просто привело бы к еще большему трению себя, что он считал желательным. Кокичи знал, что маленькая девочка над ним не проявит милосердия, и до сих пор не проявила его. Он был болезненно возбужден, брюки раздражающе трутся об него. -Сайонджи-чаннн, - проскулил Он, раздраженно выпятив нижнюю губу. - Прекрати уже дразнить меня, я слишком тверд для этого.
Это было правдой, его член был настолько тверд, что он практически не мог принять его, ее дразнение продолжалось, казалось, целую вечность. Ещё немного, и он, вероятно, потеряет себя прямо там, его кончик уже сочился преякулятом. Сайонджи, однако, не была удовлетворена посредственными просьбами верховного лидера, она знала, что он мог бы просить лучше, чем сейчас. Она оседлала его бедра, ноги дрожали, когда его член высунулся из-под ее беспорядочно сложенного кимоно. -Проси об этом, мерзкая свинья, - фыркнула она, задирая нос, когда медленно обнаружила, что насаживается на член Омы. Как бы она это ни ненавидела, ее трусики промокли насквозь, и она чувствовала, как пульсирует ее клитор. Она хотела, чтобы он поторопился и уже начал умолять, поэтому она резко дернула его за волосы, не удивляясь страстному стону, который вырвался у него. Они оба были в отчаянии, но оба одинаково упрямы, и ни один из них не хотел так легко уступать другому. Кокичи выпятил нижнюю губу и, пыхтя, прижался бедрами к Сайонджи. - Сайонджи-чан, пожалуйста, дай мне положить его внутрь. Пожалуйста, я сделаю все, что угодно, лишь бы засунуть его в тебя прямо сейчас, пожалуйста, мне нужно, чтобы ты ... Сайонджи прикрыла рот, изображая кляп, и она двинулась, чтобы расстегнуть его брюки. Ома вздрогнул от краткого контакта между своей промежностью и ее руками, вынужденный сдерживать себя дальше, чтобы не отпустить прямо здесь и сейчас. Мгновение блаженства прошло по его телу, когда он почувствовал, как она стягивает его боксеры вниз, воздух был достаточно холодным, чтобы освободить его от ограничений боксеров. Он ахнул, когда Хиёко убрала руку от его рта, его щёки покраснели, когда она наклонилась и схватила его. Удар, потом два, и вскоре она уже дрочила член Омы, чего он никак не ожидал, но не собирался жаловаться. Довольно скоро она уже нависла над ним, оттягивая трусики в сторону и опускаясь на его член. Хиёко застонала при первом растяжении, всхлипывая, когда опустилась к основанию. Она медленно потянулась к рукам лжеца, нерешительно развязывая его наручники. Сайонджи сглотнула, прикусив губу, когда он перевернул их обоих, практически возвышаясь над ее маленьким телом. Ома пустил слюни, покраснев от предоставленной ему свободы передвижения, он медленно вытащил свой член, пока только кончик не оказался внутри Сайонджи, внезапно войдя в нее обратно. Он впитывал каждый звук, который она издавала, его член дергался внутри её тугих и влажных стенок.В первом раунде он долго не протянет, но наверняка выдержит не один раз. Кокичи крепко обхватил ее бедра, наклонился и впился губами в ее губы, грубо вонзаясь в её тугой вход, тихо дыша, когда она сжимала его с каждым толчком. Было почти такое чувство, как будто она пыталась выдоить из него всю жидкость, которая могла быть внутри него, его член ударялся о самые сокровенные области ее стенок. Он почувствовал, как его пронзил стон, вырвавшийся у нее, и содрогнулся, почувствовав, как жидкость хлынула на его член. Он толкнулся в Сайонджи ещё несколько раз, тихо застонав, изливаясь глубоко в нее. Он продолжал толкаться, тяжело дыша и постанывая от ощущения, что его возбужденный член сжимается еще сильнее, чем раньше. Он не сможет остановиться, пока его тело неизбежно не сдастся, это уж точно.