Возьми Меня

— А ну залезай! — Нервно говорил Достоевский, пропихивая пьяного, полусонного Николая на заднее сиденье машины. — Ну Феденька ~ Ты ж мой любимый) ~ — улыбался блондин, пытаясь дотянуться до лица Фёдора и поцеловать его. Парни встречались уже довольно долго. Примерно пол года, с тех пор как Николай переехал в другой город и поступил в университет. Фёдор на это время уже поступил на 4-й курс, и продолжал учиться. Гоголь сразу хотел завести себе друзей-старшекурсников, и после всех попыток только Фёдор не послал его на три весёлые буквы. Так и завелась дружба. А затем... После многих споров, игр на поцелуи и раздевание. И главное — всё на двоих. Тогда Николай предложил попробовать встречаться. Фёдор, не долго думая, согласился, и с тех пор, Коля стал самым счастливым на земле. Но спустя пару недель, их отношения, даже дружеские притихли. Они мало общались, Федя начал работать, и, паралельно готовился к сессии, из-за чего уделять много времени Коли не мог. Блондин, в свою очередь, начал гулять по барам, находя утешение в алкоголе. А Достоевский лишь постоянно забирал его из таких мест, и отвозил домой — квартиру, что в большинстве своем снимал Фёдор, но жили они вместе. Фёдор сел на водительское сиденье, так и не ответив на нежности блондина. Пристегнулся, и завёл машину. Коля за за эту минуту оклемался, и, поняв, что его только что отвергли в каком ни каком смысле, обиделся. Он сел за водительское место, и обнял кресло, а вместе с тем, прижал Фёдора к спинке кресла. Достоевский вздохнул и немного повернул голову в бок, так чтобы видеть Гоголя. — Что ты хочешь? — Ммм.. Дос-кун~ Ты такой злой ~ — Проговаривал Коля, паралельно залезая на второе сиденье спереди. — А я хочу ласки от тебя ~ — Сел блондин, и снова потянулся целоваться к Фёдору. Брюнет отвернулся в другую сторону, так как от его парня тянуло жёстким перегаром. — Ну Федя! Хотя бы посмотри на меня! — Гоголь положил ладони на щёки брюнета, а дальше стал спускаться руками вниз. Когда послышался звук ремня, который вынул именно Гоголь своими действиями, он погладил одну ляжку брюнета, и спрятал руку между его ног. Затем наклонился в сторону Фёдора. Тот в свою очередь не сильно понимал что сейчас будет, но на всякий случай заглушил машину, чтобы она случайно не поехала. — Что это тут у тебя? — немного удивился Гоголь, приближаясь к промежности между ног у Достоевского. А у Федора от прикосновений по всему телу, тут же встало. Хоть он и старался ограничить себя от выпивки, так как ездит за рулём, но пьяный Коля, хоть и бесил, но сильно возбуждал Достоевского. Особенно когда тот не в хлам, и начинает приставать. — Давай хоть до дома доедем? Извращенец мелкий... — Фыркнул Фёдор, и уже хотел пристегнуть Гоголя на одном месте, и снова завести машину, но тут перед ним возник образ блондина. Коля, не желая слушать возлюбленного, сел ему на колени, и прижал руки к спинке водительского кресла. — Не хочу ждать~ — Эта фраза прозвучала уже более раскрепощённо... Так тихо, что Фёдор больше не стал возражать, и расслабился. Поняв, что блондину дадут то, чего он так страстно хочет, он тут же принялся за дело. Сначала избавился от неудобного ремня на талии брюнета, и стянул под себя (на сколько это возможно) его штаны и боксеры. Фёдор краснел. В отличии от Николая, и не проявлял много эмоций. Он был очень сдержанным всегда. Но именно в этот момент, когда перед ним... Не так. Когда на нём сидел Коля, сдерживать любые эмоции стало невозможным. — Ты же не подготовлен даже~ — Тихо произнёс Достоевский, распуская нежно белые волосы. — Ты же был в магазине, когда я тебе написал, ведь так? — спросил Гоголь, заметив на заднем сиденье пакет с продуктами. Фёдор кивнул, не понимая к чему тот клонит. Блондин потянулся назад, и достал среди продуктов подсолнечное масло. — Хочешь использовать вместо смазки? Гоголь довольно кивнул, и нанёс немного масла себе на руку. Затем, стянув штаны сзади, не раздумывая о том, что может быть больно, вставил два пальца себе между ягодиц. А затем... Резко зажмурил глаза, ведь давно не растягивал себя в своё же удовольствие. — Коля ты идиот.. ~ — произнёс Достоевский, а после сделал не менее идиотский поступок. Не смотря на то, что до этого отстранился, теперь сам, под действием ситуации, начал целовать Николая, и раздевать его. И во время этого, убрал руку блондина от себя самого, и стал растягивать Колю сам, вначале вводя только один палец по, уже слегка скользкой поверхности. — Больше не могу терпеть!~ Не хочу!~ — Коля резко выпрямился в спине, и убрал руки Достоевского от себя. Не долго думая, а точнее, вообще не выделяя себе времени на раздумья, блондин насладился. Секунда.. две.. Николай лишь томно дышал, и пытался привыкнуть к чему-то намного толще двух пальцев внутри. Но на этот раз, он бы не позволил Достоевскому вынуть, как было с пальцами. Через пару минут Николай свыкся. Достоевский, чтобы поспособствовать этому, прекратил все свои действия. Но затем... Когда Гоголь стал двигаться напротив, медленно и нежно, Фёдор начал грубо вдалбливаться внутрь, пьянея только от перегара Коли. Утратив рассудок, Фёдор начал грубо двигать Колю на себе, сжав руки на ягодицах блондина. Стоны — единственное что различал Фёдор в тот момент. Эти громкие звуки, возбуждали его только сильнее. Долбёжка была довольно грубой и жёсткой для первого раза. Но ни Фёдор, ни Николай не обращали на это внимание, ведь их разумами завладело животное чувство неудовлетворённости. Гоголь сжимался очень сильно. В такие моменты Достоевский чуть ли не кончал, и из-за этого замедлялся. Думая что актив останавливается, Гоголь начал двигаться напротив, сильнее расслабляясь. А через какое-то время стал надрачивать сам себе, приближаясь к завершению. — Дос-ку-ун ~ Да! — прокричал Николай, как только внутри него самого начала растекаться сперма, которую выпустил Фёдор. — Дос... Дос-к... — Продолжал он, когда и сам кончил, успев прикрыть всё это дело рукой. На этот раз Фёдору не было куда отвернуться, и Коля, пользуясь этим стал страстно целовать своего парня в губы. И даже когда у обоих взрывались лёгкие от нехватки воздуха, их сердца бились в такт, не давая отстраниться от губ любимого.