Сборник текстовых

      На пороге уютной кофейни появляются два парня. Тот, что повыше, Ким Тэхён. Его Чонгук узнал ещё на первом курсе, когда группу собрали в актовом зале для приветствия. Старший курс поздравлял новичков, тогда Тэхён не особо много говорил, лишь что-то про то, чтобы все трудились усердно и не хамили преподавателям — что-то настолько стандартное, что этот парень не особо запомнился, по-началу, Чонгуку. Тэхён тогда выглядел немного иначе: медового цвета пряди закрывали лоб и кончики ушей, одежда всегда была яркой, но с особенной точностью выделяла достоинства тела и эстетичную натуру парня. Ким хоть и был хорош собой, но в то же время его чрезмерно громкий смех и странная манера поведения отталкивали. Сейчас же тот выглядел более собранным, уверенным и немного уставшим.       Рядом прошёл, словно модель с обложки, в кричаще-розовой кожаной куртке, его лучший, как оказалось, друг — Пак Чимин. Хоть и вымученный вид говорил о его нехорошем самочувствии, но парень был настолько очаровательным, что всё это оставалось, практически, незамеченным.       Чонгук не особо помнил, как познакомился с Чимином. Вроде бы это был второй семестр первого курса, их группы были объединены на одном из занятий. Чонгук поделился ручкой с Паком. Но это не точно. Учитывая, какой характер у Чимина, то не познакомиться они не могли бы. Всё произошло быстро, что Чонгук не запомнил ничего из их знакомства.       И сейчас эти парни направляются прямо к столику, где Чонгук сидел со второй чашкой кофе, ожидая их. Они сели за стол: Пак сцепил пальцы в замок перед собой, уложив локти на стол, будто собирался уже начать с главного разговор; Ким же оставил руки сложенными на груди, смотрел он при этом прямо и без каких-то эмоций на лице.       Чон немного стрессовал по поводу их мини-собрания. Однако того времени, что он отвёл для себя, чтобы сосредоточиться и понять, что ответить, не хватило. Он просто не знал, что говорить вообще в таких ситуациях надо. Обычно все его случайные связи прекращались на одном разе, когда было хорошо обоим. Это всё. Чонгук не привязывал и не привязывался сам. И лишь потому, что боялся многого, не хотел боли, не хотел лишней траты своего времени. От того в его душе стало слишком пусто, и он пытался заполнить эту пустоту хотя бы тем, что ублажал свое тело нужным теплом другого тела, мягкими или звонкими стонами, порой криками, звенящими в ушах ещё на следующий день. Чаще всего Чонгук напивался в такие дни. Ему не нужно было помнить всё в подробностях, чтобы потом корить себя или привязываться к случайной связи на одну ночь. Парень постоянно искал что-то такое, что вновь его оживит. Даже бейсбол не так влиял на его самочувствие и настроение, как ощущение, что вот-вот и он станет нужным кому-то, что кто-то его полюбит, что кого-то он будет достоин.       От всего того, что происходило в жизни Чонгука — и это родители, которые видят в нем лишь заботливо сына, который всегда старался ради них, получал только высшие баллы и показывал только лучшую сторону себя, вечером осознавая, что всё впустую, вся его жизнь катиться в ебеня; и это учёба, постоянная нервотрепка занятий, тонны домашней работы, на которую не хватает времени из-за игры; и это бейсбол, который стал глотком свежего воздуха, но стал в последнее время давить сильнее, забирая всё дневное свободное время; и это вечеринки, гостем которых он был уже не таким частым, но там отрывался от души, сбрасывая негатив, сжимая полные бедра случайной девушки и трахая очередного парнишку с другого факультета или курса, — он уже не мог остановить эту карусель, окрашенную в серый оттенок. Всё превратилось в общую ненужную массу непонимания, что с этим всем делать дальше. Множество сумбурных мыслей вывели парня из себя. И, кажется, сейчас он остановился. Сидя в кофейне, прямо сейчас. Он остановился, а напротив двое парней, с которыми чувствуется связь более плотная, чем с теми другими, которые на один раз.       Чонгук смотрит ещё какое-то время, его мысли летают далеко отсюда, но он собирается с силами, чтобы начать разговор. — Какой увлекательный монолог в твоей голове происходит, — Чимин начинает первым, прерывая незримую тишину их столика. — Когда же ты уже выложишь всё начистоту, и мы попрощаемся, будто ничего и не было? — Чимин… — Тэхён переводит взгляд на друга, пока тот устало смотрит сквозь него. — Что? — Перестань, — вздыхает. — Если у тебя хуёвый день был, то это не значит, что у всех такой должен быть. — Да блять, знаю. Просто хочу побыстрее закончить и съебать домой, — Чимин складывает руки на столе и укладывает голову на них, немного дуясь.       Сегодня госпожа Ли была особенно жестока к Чимину, дав необычное поручение, от которого он не смог бы отказаться, иначе были бы тяжёлые последствия. Учитывая факт того, что были грешки, за которые Чимин получал пиздюлей от Ли Черин, но дальше неё никто ничего не знал и не слышал. Либо эта женщина специально собирала компромат на Пака, либо ей действительно было жаль парня — неизвестно точно. Однако Ли пригрозила, что она слишком много знает, чтобы Чимин отказывал ей в некой услуге. От этого Пак был на взводе, и любая мелочь могла его ввести в состояние праведного гнева. С другой стороны, ему было не влом сделать то, о чем просят. Просто… просто он, блять, гей. Голубее неба, как он сам говорил всегда. И эта просьба была почти оскорбительна, но возражения были пресечены напрочь одним простым предложением. — Вспомним тот случай возле моста, ты был с тем парнем, — будто вспоминая, Черин растягивает слова, смакуя на языке испуганное выражение лица напротив. — Вы думали, что вас никто не видел, не так ли? Что же вы тогда несли в руках, — она задумчиво возвела глаза к потолку, — постой-ка, точно, я вспомнила. Это была трава? Да?       Чимину хватило того раза, когда родители нашли у него заначку друга. Ну как друга, они познакомились на дополнительных занятиях по корейскому языку, когда вот-вот близки были экзамены. Этот друг пригласил в свою компанию, они начали тусоваться вместе. Однако через пару дней тот попросил кое-что спрятать у себя на время, мол, потом заберёт. Не забрал. Родители Чимина нашли заначку раньше, чем тот вернулся со школы домой. В тот день он перестал общаться с подозрительными типами, да и доверие было подорвано.       Он всё это помнил, как родители чуть не заявили на собственного сына в полицию. Прекрасно запомнил все те дни, когда не обходилось без слов о том, что тот наркоман, а может ещё что похуже. Помнил, понимал. И осознал тот факт, что с подобным иметь дела никогда не станет. Конечно же, слово данное в восемнадцать немного позабылось, но с тем парнем было весело, особенно, когда тот накуривался. Это был лучший минет в жизни Пака. Так не сосала ни одна его девушка. Странно, что Чимин принял себя, как гея, сразу же после недолгих и неглубоких отношений с наркоманом. Но это запомнилось надолго.       И после фразы госпожи Ли, Чимин никак не мог переварить всё должным образом. Уже через пару дней ему придётся выполнить одно маленькое поручение из-за его собственного необдуманного поведения. — Думаю, что надо начать с извинений, — предлагает Тэхён, подталкивая Чонгука к цели собрания. — Да, ты прав, — говорит Чон, прокашливаясь. Он слишком долго молчал. — Прежде всего, да, я хотел бы, чтобы вы меня простили. Но! Не потому, что я слишком самоуверен, и желаю, чтобы все прощали меня только потому, что я прошу об этом. Я хочу сказать, что виноват перед вами. Очень виноват. — Продолжай, — Чимин слегка улыбнулся, опираясь подбородком о руку, смотря снизу вверх на говорящего. — Мне даже нравится, как ты просишь у нас прощения. — Язва, — цыкает Тэхён, закатывая глаза. Позже кивает Чонгуку, чтобы тот продолжал дальше. — Мгм, что ж… — он посмотрел на дно кружки, ощущая, что загнал в угол самого себя, пытаясь понять, что к чему. — Странно просто всё это. Я чувствую вину перед вами. — Да что ты? — Прекрати, — цыкает Тэхён, оставаясь в неподвижной позе, как и прежде. — Йа, молчу, ладно, — выкидывает руки к верху Чимин. — Чимин прав, что злится, потому что я и сам зол немного от ситуации. Зол на себя, потому что не могу понять, почему вина так жжёт легкие, пока я пытаюсь сказать хоть что-то, чтобы вы меньше были злы на меня, — Чонгук поднимает взгляд на Тэхёна, потом переводит на Чимина, сглатывает вязкую слюну от волнения. — Я не могу оправдать себя за то, что сделал, но… давайте будем честны, вам понравилось. Не отрицайте, я знаю.       Тэхён медленно погружался в слова Чонгука, и только на последних почувствовал, что его будто окатили водой, — вот только не холодной, а горячей, — потому что щёки резко вспыхнули алым оттенком. Ким был смущен, и спрятал взгляд в столе, рассматривая узор дерева на нем. Чимин же ухмыльнулся, кивнув в достоверность сказанному. — И так выходит, что я вроде не такой уж и моральный урод, как вы могли подумать. Просто… просто я не знаю, что можно сказать, кроме как, простите меня за то, что был слишком самонадеян. Серьёзно, я не сплю с двумя подряд за вечер. Это слишком… было бы слишком, да. — Тц, ладно, проехали, — Чимин выпрямляется, ровняясь с другом, уставший от обилия словарного запаса Чонгука. И теперь эта разница между друзьями чувствуется с большей силой, хотя оба выглядят отлично. — Просто оплати нам ужин, и мы в расчёте, мелкий.       Чимин подмигивает сидящему напротив, пихая локтем друга. Тэхён молча кивает, всё ещё смущенный от ранее сказанных слов Чонгука. — Вот и решили! Так, в кофейне вряд ли будет жареная свинина, тут только закуски, а я хочу наесться до отвала, — Пак встаёт из-за стола, призывно отмечая, чтобы они покинули кофейню и держали путь в ближайшую палатку с едой. — Окей, сегодня я плачу, заказывайте, что хотите! — Чонгук поддержал Чимина, вставая.       Чон расплатился на кассе за свой заказ, затем они втроём вышли из помещения, чувствуя как похолодало на улице. Всё больше фонарей жёлтым светом освещали округу темнеющей улицы. Время близилось к десяти вечера, палатки ещё были открыты для гостей. И парни направились в ближайшую, где заказали достаточно много еды, часть которой Чимин унёс с собой в общежитие, чтобы есть ещё неделю остатки.       Конец их встречи прошёл за разговорами о еде. Чонгук просто не хотел нагнетать, извиняясь за всё подряд, так как и сам не понимал, что ещё можно сказать им. Чимин просто хотел поесть и снять стресс прошедшей встречи с Ли Черин, а Тэхён хотел узнать чуть больше о Чонгуке.       Тогда они спокойно расстались, и этот день завершился на такой странной ноте. Недопонимание всё ещё висело в воздухе, как и недосказанность. Но это проблемы будущих Чимина, Тэхёна и Чонгука.