«неужели тебе снятся мои мысли?»

Стемнело. Вечер оборачивается ночью так быстро, что трудно заметить. Та самая мелодия из «Ходячего замка», как всегда, заставляет что-то в груди отзываться ощущением беззаботного счастья, столь привычным в детстве, таким драгоценным и редким сейчас. За это ощущение хочется ухватиться рукой, появись такая возможность, и не отпускать, постоянно носить с собой. Кажется, еще рано было наряжать ёлку... Чонгук зачарованно наблюдает за переливающимися огоньками. Впрочем, такая спешка не удивительна, ведь это первое Рождество, которое они отпразднуют вместе. В тепле, в их общей квартире, в объятиях. Можно как сейчас. Мин уложил голову ему на колени и минут через десять спокойно уснул, наслаждаясь поглаживаниями по волосам, укрытый мягким клетчатым пледом. Можно и всю жизнь так провести. За окнами первые снежинки, подхваченные ветром позднего ноября, стараются стать частью этого уюта, но лишь неуклюже натыкаются на стекло и, заглянув внутрь, ищут приюта где-то ещё. В комнате светло от сотен лампочек. Разноцветные, теплые, сияющие. Гирлянды - ответ бледным, уставшим улицам и хмурым лицам. Они – преддверие праздников. «Если прищуриться, это как толпа крохотных Кальциферов на верёвочке» - Чонгук снова переводит взгляд на экран и улыбается. Он отвлекся и пропустил сцену, которую знает наизусть, так что не страшно. Тихонько сопящий на его коленях Юнги тоже знает всё наизусть, но снова и снова предлагает пересмотреть именно «Ходячий замок». Дважды просить не нужно. Это первое совместно просмотренное ими аниме. А вот и лучший момент. Память хранит в себе многое, но нет ничего драгоценнее памяти о чувствах. Можно забыть момент, но не ощущение, испытанное впервые осознанно. Чонгук закрывает глаза и картинка, погасшая за веками, оживает в его голове. Софи яростно пытается навести в замке порядок и рука Юнги накрывает чонгукову. Так спокойно. Так привычно, будто это произошло не впервые. Сердце не пустилось в пляс. Оно, как и сам Чонгук, только с ласковым трепетом ответило на долгожданную взаимность. Пальцы мягко поглаживают чужие, а после крепче сжимают, чтоб больше не отпустить. Как много драгоценных воспоминаний прячутся в привычных повседневных действиях, подумать только. Юнги ворочается во сне и водит рукой по коленям Чона, на которых с комфортом расположился, будто сквозь дрёму стараясь что-то отыскать. Хмурится, не найдя. «Неужели тебе снятся мои мысли?» Не отнимая одной руки от волос, продолжая нежно поглаживать, вторую парень убирает с плеча Мина и кладет себе на колени. «Не хмурься» - мысленно, с любовью. Морщинка между бровями тут же разглаживается, Юнги моментально находит искомое и прижимает чужую ладонь к губам, удовлетворенно выдыхая, обдавая жаром. Досадно, что за счастье не ухватиться, что нет возможности постоянно носить его с собой и греть об него замерзшие ладони. Жаль, что нельзя всюду иметь при себе чувство спокойствия, уюта и тепла, чтоб, когда действительно необходимо, принять, как пилюлю от тоски. Жаль, что нельзя крепко держаться за самые светлые моменты, когда всё идет не так, как надо. Хорошо, что руки можно греть в чужих ладонях. Хорошо, когда есть тот, с кем счастьем можно делиться, доверяя памяти еще больше ценных моментов, удваивая их и дополняя. Как здорово, когда у хороших воспоминаний есть лицо, мягкие ладони и самая родная улыбка. *** Глаза Чонгука сияют ярче сотен лампочек. По крайней мере, Юнги, уже какое-то время просто притворяющийся спящим, в этом убежден и от слов не откажется. И руку не отпустит.