Слёзы здесь замёрзшие

Зимний ветер незаметно пробирается через незакрытую форточку и окутывает теплую спальню прохладой. Человек в кровати неприятно ёжится и укрывается все сильнее, но в уже холодной комнате становится невыносимо и это означало, что утро настало – Ранбу, ты что не чувствуешь холо-? – Невысокого роста паренёк вскакивает со своей кровати и возмущено окидывает комнату в поиске нужного человека, но осознание приходит раньше, чем он заканчивает свое предложение. – Точно, ты же-.. – Слёзы неприятно жгут оледенившие щеки, а руки сжимаются в кулаки. – ..умер. Утро проходит намного тише чем должно было быть. Обычно это были постоянные жалобы Туббо о таком раннем подъёме, вкусный завтрак и утренняя прогулка с Майклом. Но это было первое утро без них. Ранбу был убит Сэмом при освобождении Дрима, а потом тем же Сэмом был похищен Майкл. Его не было там, он не смог помочь. – Ах! – Внезапный свист чайника выбивает Туббо из размышлений и дает знать о том, что вода закипела. Тонкие ножки ступают по дощатому полу, заставляя старые доски скрипеть и издавать не самые приятные звуки. Но это единственное что помогало Туббо не сходить с ума, осознавая, что теперь тишина будет его вечным другом. Горячий кипяток постепенной струёй выливается в чашку, из-за чего заварка на дне поднимается и окрашивает воду в темный цвет. Теплая аура вокруг кружки как-то согревает снаружи парня, но внутри него - бабочки замерзли до смерти. Часы резко и неприятно зазвенели - это время перевалило за 12, а это означало, что сейчас это должно были быть уроки повторения памяти с Ранбу. Теперь же эта куча кассет так и останется пылиться в дальнем углу на чердаке. Туббо просто не сможет даже смотреть на них. Больно. Больно настолько, что словно его и убили. Проткнули мечом и еще несколько раз, пока не упал замертво на окровавленную землю. Небо в тот день плакало. Чашка давно осталась остывать, пока хозяин дома что-то активно разбирал в своем пыльном шкафу. В голове навеивают старые воспоминания о первой сборке этого дурацкого шкафа и как Ранбу обещал тщательно протирать его. Никто так и не пользовался им. Из под груды старой детской одежды Майкла, Туббо вытаскивает потертый телевизор и пару кассет. На одной из них практически выцветшая фотография их всех троих и аккуратным почерком: «Для Бу». Туббо узнает свой почерк. Сначала видеопроизводитель не хотел включаться и Туббо был готов выкинуть этот мусор на свалку, но не мог просто так избавиться от частички своего погибшего мужа в ней. Спустя некоторое время экран телевизора начинает немного подёргиваться, а потом нечеткая картинка начала проявляться. Это был сам Туббо, по дате где-то пару месяцев назад. На записе парень ярко улыбался, но все же смущался. Нынешний Туббо лишь грустно улыбается, воспоминания постепенно возвращались и парень мог вспомнить практически всю ту обстановку, словно смотря через глаза прошлого себя. Внезапный кашель Туббо из телевизора вырывает парня из своих воспоминаний и тому приходится перевести свой взгляд обратно. « Привет.. Эм. Меня зовут Туббо и это.. это запись для моего мужа Ранбу, если он вдруг все забудет. ..Вообщем да. » Туббо из настоящего тепло улыбается и казалось, что эта улыбка могла бы растопить весь снег и лёд на этой земле, где он жил со своей семьёй. Поэтому когда щёки уже начинали болеть и парню пришлось опять вернуться в свою реальность - он больше не чувствовал морозный холод, а только приятно-разливающееся тепло по своему телу. Частое моргание, кончики пальцев постоянно держатся за край свитера и непонятные каракули из мыслей в голове. Туббо пытается свой взгляд и внимание вернуть обратно к записи на телевизоре и у него это на удивление получается. Признаться честно, у него всегда были проблемы с концентрацией. « Сегодня за завтраком.. ты рассказал мне об этом-.. черт, как его там? А! эндерволке! И что у тебя пробелы с памятью. Ну.. об этом я и так знал! Но знаешь.. я переживаю и всё такое, и я не знал как могу помочь. Хотя я до сих пор неуверен, что это поможет, но неважно! » Знал ли бы тот Туббо, сколько дерьма ему еще придется пережить. « Короче! У тебя - Ранбу, есть семья: Я - Туббо и Майкл - наш сын. Не удивляйся, что он не очень.. похож на нас и полу-свинья.. Но главное, что мы его любим и он нас тоже! Мы живем в Сноучестере.. ээ, это такая мини деревня, в которой как был должны жить люди, но из жильцов тут только мы трое и был еще Джэк, а сейчас Фулиш - он строит нам огромный коттедж! Представляешь! У нас будет своя, большая спальня и огроменный гардероб, хоть в прятки играй! » Здесь бы стоило и остановиться, но Туббо из настоящего как будто знал, что идет следом и как на американских горках (он их до чёртиков ненавидит) - с воздыханием ждет крутого и резкого спуска вниз. Сейчас же это приятный и спокойный подъём вверх. И он продолжил смотреть запись. « Сейчас уже где-то час дня и ты должен вернуться с Майклом с прогулки.. ты хотел показать ему море, вот дурашка! Оно же замёрзшее, да и коньков у нас нет. » Из динамиков телевизора доносится слишком знакомый скрип двери и отдалённое: « Мы дома! » У Туббо перехватывает дыхание и он только ближе пересаживается к экрану, словно так он лучше сможет услышать и возможно (он очень-очень надеется) увидеть его. « Ой.. это- Ранбу вернулся. А сколько времени..? два часа?! Я не думал, что он так быстро вернётся! » Из динамиков все громче и громче доносится копошение где-то из коридора и дверь в комнату медленно открывается. Из-за возраста оборудования и помех на экране сначала было не очень понятно кто зашел в комнату, но спустя некоторое время, черно-белое тело высокого роста нельзя было не узнать. Это был Ранбу. В одно мгновенье весь мир Туббо сжался и казалось, что сейчас его просто раздавят до несуществующей материи и на полу останется лишь одна одежда. Взгляд размыт. То ли от слез, то ли от раскалывающей боли в голове – Чёрт. – Пальцы зарываются в мягкий, пушистый ковёр, а вторая рука прикрывает лоб. Боль все растёт, а голоса на фоне размываются в общий звук и словно все под водой - где-то так отдалённо, непринуждённо и Туббо руками машет, выплыть пытается, но пучина темного моря тянет его вниз на погибель. « – Что делаешь? – Ранбу садится сзади Туббо и устраивает его руки на плечах парня, длинный пальцы красиво свисали вниз и иногда хватались за свитер, словно боялись, что его хозяин внезапно исчезнет. – Эт-.. это сюрприз! Не могу сказать! – Туббо неловко поворачивает голову в сторону своего мужа и улыбается. – Потом узнаешь. – Я надеюсь, что это не что-то безумное и криминальное? – Туббо чуть не заикаясь, отрицательно кивает головой и Ранбу улыбается. Так наивно, искренне и честно. – Только не забудь записать в свой дневник про это! А то-.. » Телевизор с небольшим писком выключается и экран сразу же затухает. Туббо весь потный, словно пробежал километр, резко нажимает на кнопку off и застывает в этой позе, пока тишина не успокаивает его тело. Грудь тяжело вздымается и парень немного жмурясь, позволяет накопленным слезам пробежать по его щекам и упасть каплями на ковёр. Туббо падает на пол и взгляд зацикливается на узорах в деревянных досках на потолке, он никогда не задумывался, а почему так? Почему деревья имеют такие узоры? Или это причина вмешательства человека? Парень руки поднимает и взгляд теперь сфокусирован на своих пальцах. Они были намного короче по сравнению с пальцами Ранбу и второму всегда это казалось мило. Наверное, когда ты реально теряешь близкого тебе человека - ты понимаешь каждый проведенный момент с ними и ценишь. Он был бы рад услышать это вновь. « – Большой палец - это ты, Ранбу. Указательный палец - это я, Туббо. Средний палец - это Майкл, наш сын. Безымянный палец - это Томми, наш лучший друг. Мизинец – это.. » – ..Фил с Техно, твои друзья. Туббо всё-таки встаёт, нехотя, но делает это. Ноги немного болят из-за неподвижного состояния в одной позе и слегка шатаясь, парень выходит в коридор к своей куртке. Они часто гуляли вокруг Сноучестер или даже иногда выходили за его пределы, но только вдвоём - для Майкла это все еще было небезопасно. В эти редкие моменты они правда могли поговорить о многом, ну или только Туббо. Ранбу любил слушать и даже невыносимый бред Томми он тоже всегда слушал с удовольствием. Наверное из-за этого он так быстро подружился с ним, Уилбур редко уделял внимание бедному подростку. Но сейчас не об этом. Зимний ветер приятно раздувал кучерявые волосы Туббо пока тот закрывал входную дверь на ключ. У них него ничего никогда не было такого серьезного чтобы что-то хранить в доме, поэтому это делалось лишь для безопасности Майкла и иногда Ранбу когда тот был в эндерволке. Сейчас же никого из этих двоих в доме не находилось, поэтому это просто была привычка. Звук хрустящего снега под сапогами то и дело отвлекал парня от загонов себя в свои мысли, а тоскливая тишина и одиночество заставляли Туббо задуматься о переезде в новое место - здесь было слишком много прошлого, оно было пропитано им, сочилось из самых недр Земли и постепенно затапливало парня до невозможности дышать. Крик чайки снова вырывает Туббо из своих мыслей и парень мысленно ругает себя. В последнее время он часто стал витать в облаках и он не знал чему была причина - взросление или последние события. Возможно он находил свой голос в голове единственным соратником в этом темном замке безысходности. Парень ухмыляется и ловко забирается на верхушку водяного туннеля. Увы, но у него не было своего трезубца, а использовал он всегда у Ранбу. – Но только надо, чтобы хорошая погода.. – Туббо бубнил себе под нос очередную песенку, которую он откуда-то знал, но не помнил почему и зачастую пел ее по ночам маленькому Майклу. – Была на планете Земля. ’Там высоко-высоко кто-то пролил молоко И получилась млечная дорога’ Туббо голову вверх поднимает и правда задается вопросом. Что там на небе? Как там все устроено? Он надеялся, что Ранбу смог стать самой яркой звёздочкой во всей вселенной. Дрожащие руки обнимают собственное тело и парень аккуратно, стараясь не упасть, садиться на край туннеля и улыбается. Так глупо и словно снова себя ощущаешь как в детстве: беззаботно, шаловливо, никаких тревог и постоянные расспросы Фила: когда Томми вернётся с Уилбуром из своих путешествий и мужчина лишь тихо рассмеется из-за чего морщинки около его рта проявятся и Туббо подумает: «мне еще далеко», а сейчас в свои 18 он практически имел полностью седые волосы. И это его забавляло Как шустрая река игриво скачет по высоким валунам, бриз свистит морскую песенку, а птицы танцуют балет. Все это забавляет и Туббо всё-таки задумывается: а не это ли новый шаг в его главе?