Сладких снов!

      Когда Лайя очнулась за окном был уже вечер. Её всю трясло. Тело горело изнутри жаром и холодом одновременно. Страх. Ужас. И понимание, что она ничего не может сделать, изменить. События, которые она увидела в прошлом… Она каждый раз проживала их, как настоящие. Они и были её настоящим когда-то. Каждый раз «возвращаясь» в своё прошлое воплощение через картины, она все сильнее пробуждала что-то в глубинах своей души — ниточки, связывающие её с той собой. Связывающие всё крепче и крепче с Владом и Лео. Она физически чувствовала эту связь. Иногда разливающейся теплотой в груди, иногда вибрациями, проходящими через всё тело, но неизменно сокровенным и мягким ощущением в сердце. И сейчас её сердце болело. Болело за Аслана, за его судьбу и тяжелый выбор, перед которым он оказался. За Влада, всё больше погружающегося во мрак, разрываемый отчаянием и злобой от чудовищных приказов военноначальников и осознания последствий, в случае отказа их выполнять… Его младший брат — Раду всё ещё заложник при дворе султана.       — Ох… — Лайя чуть согнулась, сидя на стуле, обнимая себя и бережно положила ладонь на грудь, где ныло сердце за своих близких друзей. Она всё больше и больше вспоминала и принимала Лале. Все больше и больше осознавая, что уже не смотрит со стороны на её жизнь. Это её жизнь — Лайи. Словно однажды она потеряла память и теперь постепенно та возвращалась.       Девушка медленно рвано вдохнула и выдохнула.       Сандра. Сегодня Лайя впервые увидела её в прошлом. Смелая, дерзкая, сильная Александра, дочь Симиона. Она стала лучиком света в сгущающейся темноте. Рядом с ней чувствовалось, что ещё не всё потеряно, что есть надежда.       Александра принадлежала к Волам — одному из четырех кланов, входящих в огромную мировую организацию — Тетра, и, судя по всему, их клан находился там не на хорошем счету. Это и понятно, исходя и того, что Лайя увидела в прошлом, что рассказала ей Александра — Волы действовали согласно своим убеждениям, даже если их репутация от этого падала. Пусть остальным это было не по душе, клан Александры это не волновало. Пока прочие кланы разбирались со всё больше накапливающейся тьмой, что повисла над семьей султана Мурада, сосредоточившись на шехзаде Мехмеде, и грозила штормом наброситься на весь мир, Волы увидели нечто иное. Ведьмы клана узрели три переплетенные нити, крепко привязанных друг к другу душ, которые находились в эпицентре этих событий. Они пришли к выводу, что эти трое могут стать ключом к решению проблемы, что вот-вот грубо нарушит баланс сил мира… если не миров. Высшее руководство, кем бы оно ни было, пока что оставалось довольно путем, которым придерживался клан Александры, а признание остальных Волам было не важно.       Лайя снова медленно вдохнула и также медленно выдохнула. Она успокаивалась. Всё уже произошло. Очень давно. Девушка выпрямилась, прислонившись к спинке стула и только сейчас заметила, что до сих пор с силой сжимает в руке кисточку. Разомкнув ладонь она положила инструмент на стол. Поднялась на ноги и стала медленно ходить по комнате, укладывая в голове события прошлого и приходя в себя.       С того момента, как она впервые столкнулась с Лео в своём номере отеля в Бухаресте, Лайя ощутила будто бы начала просыпаться, словно вся её жизнь до этой встречи была неполноценной, хотя она этого не осознавала до того дня. Знакомство с Сандрой подкрепило это тонкое чувство. Когда же она встретила Влада в баре того же отеля ощущение пробуждения начало усиливаться и с каждым его появлением рядом с ней становилось всё мощнее, словно её несёт потоком реки. Первые дни девушку это пугало, она понятия не имела как относиться к новым ощущениям, как их объяснить. Как объяснить внезапное притяжение к этим малознакомым людям. Но, чем больше она погружалась в прошлое через картины, тем лучше всё вставало на свои места. Апогеем стало нападение нечисти на замок и пробуждение древнего чудовища — балаура, которые устроил Ноэ.       «Ноэ…»       Девушка остановилась, обняла себя руками и тепло улыбнулась.       Он ворвался в её жизнь, подобно цунами — опасным и завораживающим. С первой же встречи от него исходило ощущение угрозы и притяжения. Глаза хотели смотреть на него, уши — слушать его приятный голос и искусные речи, а разум и инстинкты кричали: «Берегись!»       Сколько времени прошло с их первой встречи? Десять? Одиннадцать дней? Такое чувство, что намного больше. За столь короткий срок произошло огромное количество событий, а Ноэ пробудил в ней столько сильных эмоций и противоречий!       Той ночью, когда балаур едва не вырвался на волю и Ноэ вынудил Влада показать свою истинную суть, Лайя получила новую порцию сильных противоречий. С одной стороны, она боялась Ноэ: он организовал нападение кровожадной нечисти на замок Дракулы, похитил её саму и хотел накормить Влада её кровью, но в тоже время девушку тронула его привязанность к другу, которую он всеми силами отрицал, ради которой провернул всё это «шоу». Наверное, поэтому позже Лайя уже не испугалась его так сильно, когда Ноэ внезапно заявился в Чёрный замок в Лэствилле, поскольку он определённо пришел, чтобы помочь Владу. А может… она просто почувствовала, что тёмный пришёл без злого умысла? Как бы то ни было, это был новый виток их взаимоотношений.       С того самого вечера, когда Ноэ показал ей воспоминания о Владе, когда она стала свидетелем их разговора в тёмном мире в сердце Лайи начало зарождаться нечто новое к тёмному иллюзионисту, нечто тёплое, трепетное. С каждой их встречей ей хотелось подольше находиться с ним рядом, неосознанно касалась его, смотрела на Ноэ чаще, чем на остальных. В то же время Локид и сам начал относиться к Лайе заметно теплее. Поначалу девушка решила, что все дело в простой выгоде и лишь позже поняла, что у тёмного был и личный интерес.       «Ноэ…»       Рядом с эти бесом внутри Лайи разгорался огонь, а само ощущение жизни словно становилось ярче, вкуснее, красочнее!       Лайя прислонилась к стене, всё ещё обнимая себя и с радостной, чуть смущенной улыбкой посмотрела в окно. На небе горел закат. Вчера примерно в это же время она лежала рядом с Ноэ, обнимала его, стремясь передать свое тепло и прогнать холод из его сердца.       Она вспомнила их первый поцелуй. Ноэ только что сбросил их с качелей на полном ходу. Они пролетели почти до самой земли и на несколько секунд зависли в воздухе, после чего бес, все это время крепко прижимая к себе девушку, медленно опустил их обоих на мягкую траву. Это было настолько неожиданно и страшно, что адреналин зашкаливал в ее крови.       Лайя заулыбалась сильнее, вспоминая, и тихо хихикнула. «Да, Ноэ любит эффектность!».       Девушка лежала на траве и, пытаясь отдышаться, смотрела на нависшего над ней мужчину, что слегка придавливал ее своим телом. Бегала взглядом то к темно-карему его глазу, то к нежно-зеленому, что откровенно ее рассматривали, то к его самоуверенной и довольной улыбке. Где-то на фоне она отметила сладкий аромат жасмина, витающий в воздухе. Эмоции девушки накалились до предела и она, потеряв над собой контроль, прильнула к губам Ноэ.       — М-м-м… — Лайя провела двумя пальчиками по своим губам, вспоминая прикосновения губ Ноэ и, прикрыв глаза, в блаженстве чуть запрокинула голову. Другой рукой провела по ключицам и медленно заскользила вниз по груди. Тихо выдохнула.       Горячие, сочные губы беса — это был взрыв красок и чувств! Ноэ ответил на поцелуй не сразу, словно замешкавшись, но потом перехватил инициативу и углубил поцелуй. Страстные, жадные движения, до краев наполненные удовольствием — этот поцелуй был глотком воды в знойной пустыне. Тёмный словно напитывал девушку своей бушующей и яркой энергией, запустив пальцы в ее густые волосы и прижимая все сильнее.       Теперь вся жизнь до Ноэ казалась Лайе пресной, словно она и не жила вовсе, а просто существовала, плывя вперед. Может так и было? Что было до него? Было тихо, спокойно. Порой ей это нравилось и она наслаждалась, а порой угнетало настолько, что хотелось выть. Настоящую страсть она ощущала только когда занималась реставрацией, когда являла свету нечто забытое, померкнувшее или спрятанное от чужих глаз творение. Только в работе она могла ярко гореть, чувствовать вкус жизни. Но пламя, что разгоралось рядом с Ноэ было ни с чем не сравнимо — бушующее, ненасытное и, в то же время, питающее и наполняющее. Рядом с бесом Лайя открывала новые стороны самой себя — это пугало и опьяняло одновременно.       Пальчики переместились с губ на шею, туда, где сегодня Ноэ оставил сочный поцелуй. Другая же рука, с нажимом, опускалась все ниже и скользнула на внутреннюю сторону бедра. И тут Лайя вспомнила, что на ней до сих пор нет белья, которое утром Ноэ «конфисковал» с нее. Внутри девушки пронеслись и сплелись разные эмоции: смущение, желание, радость, страсть, приправленные легкой злостью и замешательством происходящего в тот момент. Непонимание сосредоточенного и почти каменного выражения лица Ноэ, которое резко контрастировало с его привычным образом улыбающегося хитрого лиса. Но при всем при этом её окутывали настолько жаркие ощущения, что заставляли Лайю плавиться, словно воск, в руках демона.       Пальчики сместились с бедра в сторону, легким движением погладили нежную кожу её лепестков и, с небольшим нажимом, проскользнули вдоль складок.       — Ахах… — выдохнула Лайя и в полной мере ощутила вязкую влажность между своих ног. Смакуя ощущения, перенесла другую руку с шеи на грудь, сладко сжимая её.       «Хорошо, что сейчас на мне нет лифчика», — пронеслось в голове девушки. — «Ощущения были бы иными».       Она неспешно проводила пальчиками вперед и назад, приоткрыла глаза, облизнув губы, и взгляд сам наткнулся на каминную полку у противоположной стены. На ней лежала неизвестная ей коробочка. Девушка не помнила, чтобы видела её раньше. Она подумала… нет, скорее почувствовала, что нужно узнать, что это такое. Сейчас. Поправив платье Лайя подошла к камину и взяла лаковую коробочку из темного дерева в руки.       «Похожа на футляр для кистей. Но откуда она здесь? Она точно мне не принадлежит». Девушка сдвинула крышку в сторону и увидела внутри пять кисточек разных размеров. Взяла одну из них, ту, что побольше, провела пальчиками по черному матовому древку: «Красивая». Тронула округлый ворс: «Мягкий и нежный. Хм, при этом упругий. Но я не узнаю материал. Он немного похож на белку, но… Это определенно не она». Лайя работала со многими кистями, знала все материалы, из которых изготавливают художественные инструменты и её озадачил тот факт, что этот она идентифицировать не может. Проведя большим пальцем по волоскам кисточки еще пару раз, перевела взгляд на крепление, с небольшим выгравированным рисунком. Пощупала, осматривая. «Это что?.. Белое золото?!». Кисть выглядела довольно дорого, приятной руке и глазу.       Девушка бессознательно провела ворсом по своей щеке. «М-м-м! Как приятно!». На дне деревянного футляра она увидела сложенный листок бумаги, поддела его ноготками и вытащила, раскрывая записку. Внутри красивым почерком было написано несколько предложений:       «Настоящий Мастер своего дела должен уметь работать с самыми разными инструментами и материалами. Как ваш руководитель, мисс Бёрнелл, я хочу быть уверен, что вы обладаете лучшими из них. Но вот вопрос: способны ли вы справиться с подобным орудием? А что же картины? Они — единственные полотна, которое вам по плечу?».       «Ноэ» — всего одна мысль — одно имя — на несколько секунд вытеснила из головы все прочие. В памяти вновь вспыхнул момент в его кабинете этим утром. Как он подхватывает её под бедра и усаживает на дубовый стол, своим коленом раздвигает ей ноги, с нажимом проводит рукой по ее правому бедру, задирая юбку. Как, приподнимая девушку, стягивает с неё трусики и они скользят вниз.       — Ахх… — Лайя сжала кисточку, сводя ноги вместе. Его прикосновения… На мгновение она почувствовала их, как наяву: по ногам, спине, шее…       Девушку до сих пор озадачивало то, что произошло в кабинете. По факту: Ноэ её раздел, осмотрел обнаженное тело, на котором из одежды оставались лишь чулки, да скомканная у талии юбка. И всё.       Лайя залилась краской вспоминая. Она даже никогда не представляла, что окажется перед кем-то в столь распутном виде, а тут предстала перед тёмным «во всей красе». И она его не остановила. Не хотела? Ей было в некоторой мере не комфортно, но в то же время интересно. И снова противоречия. Внутреннее сопротивление — пусть даже оно с каждым разом чуть сбавляет натиск, — и любопытство, желание узнать, что же будет дальше. Однако Ноэ просто осматривал её, как… Как экспонат? Или как… Что он делал? Он всё лишь осмотрел Лайю, бережно обнял, когда она от смущения и смешанных чувств прижалась к нему, а потом просто… одел обратно. Что это было? Он сказал, что они просто наслаждаются жизнью, но сейчас, спустя время она уверена, что дело не в этом.       «Единственный шанс добиться успеха в работе — чётко идти к своим целям. Планомерно избавляясь от любых препятствий. Именно это я сейчас и делаю» — так он сказал, спокойным тоном, снимая с неё трусики.       Нет, дело не в том, что девушка не выполнила его раннюю просьбу — не надевать бельё, здесь что-то другое. Лайя вновь прикоснулась к загадочному ворсу кисти — он был приятным, хотелось трогать и трогать. Девушка поднесла кисточку ближе и неспешно провела ею по шее, спускаясь ниже, в район декольте, очерчивая изгибы открытых участков груди. Её тело отзывалось, слегка дрожа от удовольствия, пока рука вырисовывала невидимые узоры на коже, но этого становилось мало. К сожалению, доступного места на «холсте» было не так много.       «Стоп. Как Ноэ сказал в записке? Полотна, которые мне по плечу. Особые инструменты и материалы. Ох! Точно бес!» — с прищуром лукаво улыбнулась Лайя. — «Но насколько разумно было бы воспользоваться таким «подарком»? В чём подвох? Он же… Он же не будет подсматривать?» — Лайя испугалась от этих мыслей и инстинктивно огляделась. Она не увидела в комнате прорех, в которые можно было бы подглядывать. — «Ноэ помогал Владу с работами по замку. Но уже вечер, может быть они уже закончили? А что если, он может становиться невидимым?» — Лайя помотала головой — «Я становлюсь параноиком».       Девушка снова посмотрела на кисть, погладила деревянную ручку, чувствуя усиливающееся напряжение внизу живота. Ещё несколько мгновений и она приняла решение. Быстрым шагом подошла к двери и повернула замок, запирая её. — «В Сонную Пустошь мы уходим после заката, когда стемнеет. Время есть». Вернувшись к камину она, не долго рассматривая все пять кисточек, отложила, ту что была в её руке и решила взять вторую по крупности. Любовно провела по ней подушечками пальцев и направилась к постели, попутно расстегивая пояс, пуговицы платья и снимая обувь. Ткань упала на пол, оставляя девушку в одних только чулках. Сдвинув покрывало в сторону Лайя, словно окутанная легким туманом, легла на мягкую перину. Чуть разведя ноги и согнув их в коленях, она поелозила по поверхности, нежась от прикосновений, проводя ворсом кисти по коже, а второй рукой оглаживала своё тело. Остатки страха уступили место желанию. Кисть очерчивала изгибы тела, округлость грудей, по очереди приятно щекоча их навершия, пока свободная рука сжимала прогиб бедра. Глаза закрылись, дыхание утяжелилось, вздымая грудь.       Лайя не заметила, когда ощущения от мягко-упругого ворса изменились, но теперь она отчётливо чувствовала, как её кожу ласкал горячий влажный язык, а мягкие губы сомкнулись на её твердом соске. Вдох — она почувствовала знакомый и такой желанный аромат, тот, что заставлял её мысли путаться, узел внизу живота затягиваться сильнее. Мягкий и тонкий парфюм Ноэ.       Лайя открыла глаза, не прекращая движения кистью то усиливая, то ослабевая нажим, она, сквозь туман в голове, осмотрелась. В комнате, как и ранее, девушка по-прежнему была одна. Удовлетворившись этим знанием, она вновь прикрыла веки. Свободная рука безошибочно находила все нужные точки на теле, надавливая и кружа на них, распаляя тело, а кисть ласкала её, опускаясь ниже и, будто бы оставляя влажные следы.       — А-ах… М-м-м… — С губ срывались тихие стоны, спина девушки выгибалась. Пальчики накрыли клитор и мягко, неспешно начали движение. «Язык Ноэ», поднявшись выше, описывал волнистые дорожки на ее шее, «губы» припали к коже и вакуумом втянули её. «Наверное засос останется…»— невольно пронеслось в голове девушки и тут она почувствовала, будто бы от кисточки начала растекаться энергия — теплая, вибрирующая, окутывающая… И уже не только «язык», но и «руки Ноэ» ласкали её тело, сжимали бедра, рисовали узоры вызывая дрожь и трепет. Лайя чувствовала, что может остановить это в любой момент, если ей что-то не понравится — все прекратиться, она отчетливо ощущала эту уверенность, а потому не волновалось — она в безопасности.       Отрывистое, приятно опаляющее кожу, «дыхание беса» медленно спускалось по её животу и вызывало стаю мурашек. «Ладони» скользили по её рёбрам, пересчитывая их, опускаясь на талию. Свободной рукой Лайя вцепилась в край подушки у своей головы, когда «его плечи» мягко вынудили девушку раздвинуть ноги ещё шире, а «язык» коснулся чувствительной кожи её складок.       — Ахах… Ах!.. — Лайя запрокидывала голову, вертела ею из стороны в сторону в то время, как «он» пробовал на вкус её соки, раздвинув «языком» нежные лепестки, смакуя и целуя их, поднимаясь выше и опускаясь обратно, втягивая «губами».       Её частое дыхание, вырывающиеся вздохи и стоны, извивающее тело под «его прикосновениями»…       «О, боги!» — молча воззвала девушка, когда «тёмный» накрыл «горячим языком» её клитор, круговыми движениями то ускоряясь, то замедляясь, «ладонями» сминая и сжимая её бёдра, удерживая на их месте. «Ноэ» прерывался лишь для того, чтобы одарить вниманием тонкую кожу на внутренней части бедер девушки. Действуя всё более жадно и напористее, «демон» влажными поцелуями вернулся к изнывающему бугорку, втянул его, ласкал «языком» двигаясь все интенсивнее.       — Ах!.. Быстрее, пожалуйста! — Взмолилась девушка. Но демон не торопился. Ему нравилось с ней играть, нравилось, как она стонет от его прикосновений и манипуляций, как молит его. Поэтому тёмный продолжил пытку удовольствием, впитывая каждый звук Лайи, наслаждаясь каждым движением мышц и тем, как сильно она хотела ЕГО.       — Ноэ, пожалуйста! Ахах… — Почти всхлипывая прокричала девушка. Энергия «кисточки» слегка поменяла вибрацию, словно… удивилась. Лайя обратилась к нему напрямую. Она ведь может сама контролировать процесс, но хочет, чтобы это сделал он — Ноэ. Энергия вновь поменяла вибрацию, теперь в ней доминировала радость. Демон не стал больше мучить девушку и исполнил её просьбу, полностью перехватив контроль управления.        — Ах-а... Да! Да!.. А-а!..       Лайя выгибалась, извивалась точно змея. Её рука сжимала то растрепанные волосы на голове, то со всех сил вновь впивалась в подушку. Узел внизу живота стянулся до невозможного, мышцы напряженно сокращались.       Еще несколько движений языком и в комнате раздался короткий крик удовольствия, громкое рваное дыхание вперемешку со стонами разносились по замкнутому пространству. Всё тело содрогалось от наслаждения и разливающейся эйфории, но бес крепко удерживал бёдра девушки, продолжая манипуляции.       Он мягко остановился лишь после того, как Лайя обмякла на постели. В завершении демон нежно, но чувственно, стайкой поцелуев поднялся по внутренней стороне её бёдер, выше, перейдя на живот, сжимая ладонью её грудь…       Отходя от волн эйфории Лайя приоткрыла глаза, затуманенным взором обводя пространство, а в голове крутилась одна мысль: «Это должно быть сон, не иначе. Разве так может быть наяву? От одной лишь кисточки!» — Она усмехнулась про себя, но тут же услышала мягкий шепот над ухом:       «Это не сон. Это — иллюзия».       «Тогда это самая сладкая иллюзия!» — Улыбнулась Лайя и, блаженно прикрыв веки, от бессилия выпустила кисточку из рук.