Дыхание танца

      — Девочки, сосредоточились, держим планку, осталось совсем немного, держим! — Кумико-сенсей, как всегда беспощадна, мы только начали, а я уже хочу умереть.       — Уааа…– еле слышный стон страдания слева, Момо, держись, я с тобой!       — Все! Две минуты и продолжаем! — голос учителя громкий, слышно во всех уголках танцевального зала.       — Везет тебе, Нисаааа, тебе не придется терпеть весь этот кошмаар, — Момо, хоть и любительница поныть, однако является одной из лучших танцовщиц нашего класса. Наравне со мной конечно. Лучшие подруги- лучшие соперницы, считаю идеальный тандем.       — Сегодня братик возвращается, нужно быть дома пораньше, — садимся, скрестив ноги, сейчас начнется растяжка.       — И как Кумико-сенсей тебя только отпустила? Сегодня же будем учить новые движения, как там его…– девочка закатила глаза, всегда так делает, когда что-то забывает. Почти постоянно, — Какой-то европейский танец… Южный… Я так и не поняла толком.       — Красивый… и сложный, но я обещала, что потренируюсь дома, и быстро наверстаю, просто это очень важно. Брата не было дома полгода, мне кажется, уже и забыла, как он выглядит, — немного печально улыбаюсь. Я невероятно соскучилась.       — Тогда да, нужно скорее домой, ну ничего, в понедельник я загляну к тебе, покажу все, что ты пропустила! — подмигивает и показывает большой палец, очаровашка.       — Буду очень благодарна! — Улыбаюсь во все зубы, редко так везет с друзьями.       — Так, что там за болтовня?! А ну быстро за работу! — что-то мы так увлеклись, что голос учителя заставил подпрыгнуть. Разогрев, растяжка, отработка элементов до автоматизма, повтор старых танцев, чтобы не забывались, как же я это люблю, моя страсть, чувство, что немного и взлечу, не смотря, что тело уже болит от постоянной активности. От кувырков часто остаются синяки на лопатках, больно, но даже это не может меня расстроить. И еще один, ухуу.       — Потолок разве должен кружитьсяяяя? — Момо снова перестаралась и лежит тряпочкой.       — Не уверена.— потихоньку отделяюсь от группы и растягиваю мышцы, завершая на сегодня занятие. Пора собираться. Тихонько машу рукой Момо. Прощаюсь с учителем Кумико и выбегаю на улицу. Скорее домой!

***

      Залетаю в дом, как маленький смерч, кидаю быстрое привет маме, поднимаюсь к себе и ныряю под кровать в поисках припрятанного презента для брата. Особой необходимости шифроваться не было, но так я сдерживала себя от соблазна прочитать это самой. Ничего страшного в этом нет, но, наверное, не очень приятно получать подарок, которым до тебя уже пользовались. Хотела, чтобы эта книга сохранила свой «товарный вид». Ну а как прочитает, тогда уже попрошу почитать. Так надо завернуть красиво и перевязать ленточкой… Готово!       — Ниса, помоги накрыть на стол, Тер, вот-вот придет! — мама суетится на кухне, доводя все до идеала, видно волнуется.       — Уже бегу! — оставляю подарок в комнате Терренса. Обожаю искать и готовить подарки, но просто ненавижу вручать. Меня настолько смущает этот момент, что мне легче просто кинуть и сбежать. Поэтому часто делаю что-то вроде сюрпризов. Мое присутствие не обязательно, а человеку все равно приятно, все в плюсе.       Папа тоже пришел сегодня пораньше. Совсем скоро братик вернется, осталось совсем чуть-чуть. Звон колокольчика входной двери. Тихие шаги.       — Я дома, мои хорошие! — брат.

***

      Не помню как я вылетела с кухни и как запрыгнула на руки и повисла на шее Тера, но он даже не пошатнулся под весом моей тушки.       — А ты выросла, бесенок! — Терренс улыбнулся, как всегда, ярко и согревающе, как самое настоящее солнце.       — Сынок, наконец-то ты дома! — в такие моменты мама теряет своё хладнокровие, и мы с ней становимся абсолютно похожи, несется, как настоящий торнадо, обнимает нас с братом, целует того в щеку. Папа пока держится, но тоже очень рад.       И вот, наконец-то вся семья вместе. Самый обычный день календаря, теперь похож на настоящий праздник. Хотя это праздник и есть. Последние три года мы так редко видимся, что каждое мгновение, проведенное вместе становится самым счастливым на свете.       — Ну, сынок, рассказывай, чему тебя научил мастер Цукахара? — папа любопытен, как всегда.       — Хм… Не стоять столбом, не помирать на первом круге пробежки, не ныть и не звать мамочку, — Тер рассмеялся, но немного нервно, еще немного и у него задергается глаз. Надеюсь, он это пошутил.       — Рад, что ты растешь и становишься настоящим мужчиной, ты большой молодец, — отец улыбнулся, так же как улыбался мне вчера. Брат немного воодушевился.       — Ну, расти мне точно еще есть куда, надеюсь я смогу стать сильнее, — Тер начинает жевать активнее, нас всегда учили, что сила в хорошей еде.       — Ребята, мы с отцом посовещались, и решили. Этим летом мы поедем к дедушке Акихиро. Думаю, для вас это будет полезно, он многому сможет научить вас, — голос мамы звучал звонко и весело, но в глубине ее темных глаз плескалась еле уловимая грусть. Меня это немного насторожило, но я не стала придавать этому слишком большого значения.       — Хорошо, я понял, — Терренс немного замялся, -мама, папа, Ниса, я очень устал с дороги, думаю, нам всем пора отдохнуть. На том и разошлись.

***

      — Ниса, это просто потрясающе, где ты только ее нашла?! — брат влетает в мою комнату, не семья, а шторм какой-то.       — Я так старалась, рада, что тебе понравилось, — смотрю на энциклопедию современной техники, написанную на Английском. Мне пришлось подключить все возможные связи, которые у меня были в городе, чтобы отыскать такую. Глядя на шумящие поезда и другие чудеса техники, что только можно увидеть в столице, сразу поняла, что братик будет в восторге, все новое всегда производило на нас впечатление.       — Спасибо большое! Кстати, я тоже привез кое-что для тебя, держи, только открой потом, — замечаю легкий румянец на его бледных щеках, он тоже смущается вручать подарки.       — И тебе спасибо! — радостно улыбаюсь, — Я так долго ждала, пока ты откроешь, давай почитаем вместе, — Тер быстро согласился, мы устроились на ковре у моей кровати и просидели до самой ночи, рассматривая картинки и читая интересные факты о поездах и автомобилях. Так и уснули, сидя вместе, с книжкой в руках.

***

      Ночь, но в одной из спален небольшого кирпичного дома в европейском стиле все еще горел свет.       — Все это не дает мне покоя, боюсь, что рано или поздно с Терренсом случится что-то страшное, — высокий мужчина, лет 45, нервно зачесал свои русые волосы. Взгляд его был обращен в пустоту улицы, словно выискивая там неведомую опасность.       — Поверь дорогой, мне тоже, — женщина удрученно чуть склонила голову, — но они наши дети, я верю, что они со всем справятся, долг семьи, есть долг семьи, никуда от него не денешься. Прости, это все из-за меня, одни неприятности.       — Не говори так, больше никогда, я знал на что подписывался, — взгляд голубых глаз Николоса стал строже, но тут же смягчился, — Я верю в наших детей, верю, что твой отец научит их всему, что должно. Они обязательно выживут, сильные дети с добрыми сердцами, думаю, этого вполне им достаточно.       — Мы хорошо их воспитали, — грустная улыбка коснулась ее красивых губ.       Эри старалась искренне поверить, что с ее малышами все будет хорошо, но материнское сердце разрывалось от беспокойства. Но старые традиции и долг перед их благодетелем не позволяли свернуть с того пути, на который они уже вступили. Женщина не была уверена, было ли это справедливо по отношению к детям, однако она сделала все, чтобы они были готовы к тому, что их может ждать. Конечно, если они откажутся, она ни в коем случае не будет давить, и плевать ей будет на пресловутые традиции.       — Потомственные охотники все еще сильнейшая поддержка организации, мы готовили их к этому, как могли, теперь пора отдать их на полноценное обучение. Глядишь и кто-то из этих двоих сможет стать столпом, как ты когда-то, — Ник подошел к жене и обнял ее со спины, — Все же характер они полностью унаследовали от тебя.       — Хочу в это верить.