Аромат моей любви

      Зачет закончился значительно раньше и без лишнего стресса, и Чонгуку нужно было бы сейчас радоваться, но вместо этого он ощущал внутреннюю тревогу, причин для которой он не мог найти. И даже свежий воздух, который приятно ласкал его щеки своим теплом и заполнял легкие новых чистым кислородом, не помогал расслабиться. Что-то явно было не так, потому что его внутренний омега, который уже попал под чары своего альфы, чувствовал неладное. Подумав о самом неприятном, он пошарил по своим карманам, чтобы достать телефон и написать сообщение Чимину, но те оказались пустыми. Уровень тревоги сделал скачок, ускоряя пульс. Сняв с плеча рюкзак, Чонгук начал проверять каждый отдел, молясь на то, чтобы смартфон оказался там, но все его поиски оказались провальными. Тяжело вздохнув, он зарылся руками в волосы, пытаясь вспомнить каждую деталь сегодняшнего утра.       —Черт! — выругался он, когда в голове всплыл момент его столкновения с незнакомцем возле университета. Скорее всего, именно тогда он его и потерял.       Недолго думая, он направился к тому месту, где мог обронить телефон. Конечно, вероятность того, что он все еще лежал там, была очень низкой, но попытаться все же стоило. Дойдя до своего пункта назначения, он начал осматривать периметр, надеясь на удачу, которую оборвал до боли знакомый голос, прозвучавший позади:       —Что-то потерял? — с явной издевкой произнесла Дженни, заставив Чонгука повернуться к ней лицом.       —Ну да, а кто еще мог бы подстроить подобное, — он покачал головой из стороны в сторону, понимая, что то столкновение было далеко не случайностью, как и пропажа телефона. Вот только, от этого осознания стало только хуже, потому что догадки о том, что с Чимином произошло что-то неприятное, сейчас подтверждались. — Какого черта тебе нужно? — едва сдерживая порыв схватить девушку за грудки и вытрясти из нее правду, наплевав на все нормы морали, спросил он.       —Ничего такого, — состроив невинное личико и сделав губы бантиком, ответила Дженни, делая шаг вперед. "Коварная" пронеслось в голове Чонгука, когда он заглянул в эти, наполненные грязью и ненавистью глаза. Перед ним была настоящая бестия, чье сердце было покрыто колючей проволокой. Она не знала любви, не знала о прощении и не умела сочувствовать. Жестокая хладнокровная омега, которая даже не осознавала в полной мере, какими разрушающими бывают последствия ее поступков. — Просто хочу показать тебе, какая на самом деле твоя настоящая любовь.       —Думаешь, я стану тебя слушать? — хмыкнув, произнес Чонгук, пытаясь держать лицо. Но каким бы спокойным он сейчас не старался казаться, ее слова уже повлияли на него, потому что он понимал, что она задумала что-то плохое.       —Дело твое, — она пожала плечами и прихватила зубами правый краешек нижней губы, сверкая глазами. Конечно, по плану Чонгук должен был освободиться позже и застать что-то более существенное, но она была уверена, что Микки знал свое дело, поэтому ему не потребуется много времени, чтобы выставить Чимина в не самом лучшем свете. — Ты можешь сейчас просто пойти домой и быть обманутым гибридом, живущим рядом с изменником альфой, который всегда будет ходить от тебя на сторону к соблазнительному лису, — она ненадолго замолчала, переводя взгляд на сжимающиеся кулаки Чонгука, который уже начал терять над собой контроль. Расплывшись в улыбке, она заглянула в горящие ненавистью и волнением глаза гибрида, произнося медленно слова, которые стали последним кинжалом, забитым в сердце бедного юноши: — Но если ты прямо сейчас пойдешь туда, куда я тебе скажу, то успеешь застать их врасплох и стать свидетелем того, как Чимин падок на красивое голое тело своего бывшего.       —И почему я должен тебе верить? — сквозь зубы произнес он, понимая, что ответ ему не нужен, потому что он полностью доверял своему альфе, но он также слишком хорошо знал, на что была способна Дженни, поэтому причин для волнения было достаточно. И пусть все это казалось очередной ловушкой, Чонгук уже принял решение. Он пойдет туда, куда она его направит, но не для того, чтобы подловить любимого человека на так называемой измене, а, чтобы разрушить их с Микки план.       —Дело твое, но я бы лучше поспешила, потому что с каждой минутой картина, которую ты сможешь застать, становится все хуже и хуже, — она достала из кармана джинсов небольшой листочек и, сжав его двумя пальцами указательным и средним, передала Чонгуку. — Это находится недалеко, поэтому, в принципе, ты сможешь добраться и на своих двоих.       —Я обязательно вернусь и заставлю тебя заплатить за все, — с рыком произнес он, прежде чем развернуться и направиться по адресу, который был написан на листочке.

***

      Страх, ненависть и отвращение. Именно это испытал Чимин, когда его губ коснулись чужие холодные и немного липкие из-за бальзама. Он понимал, что со стороны это выглядело совсем не так, как было на самом деле. Что в голове Чонгука он сейчас был самым настоящим предателем, который пошел на измену со своим бывшим. Что у этого милого и до невозможности любимого гибрида прямо сейчас рушился мир, который альфа так старательно восстанавливал. И та боль, которую испытывал Чимин, была не из-за собственного сердца, а из-за чувств Чонгука, которым тот дорожил больше всего на свете. Ситуацию не спасало даже то, что Пак мгновенно отпрянул, разрывая поцелуй и швыряя довольного своей пакостью Микки на пол, не задумываясь о том, что тому будет больно. Вот так вот легко, не успев даже толком прочувствовать это счастье от настоящей любви, альфа по собственной глупости потерял единственного в мире человека, который смог заменить весь мир.       —Чонгук, это не то... — попытался все же оправдаться Чимин, надеясь на лучшее, вот только выставленная перед его лицом ладонь заставила проглотить абсолютно все слова, которые тот хотел произнести.       Сердце будто вырвалось из груди, раздрабливая ребра, чьи осколки пронзили легкие, забирая кислород. В глазах альфы застыли слезы, а губы никак не могли сомкнуться, оставляя глухие отзвуки успевших слететь с них слов. Он с замиранием наблюдал за тем, как гибрид медленно подходил к уже поднявшемуся на ноги самодовольному Микки, который с откровенной издевкой облизывал губы, смотря на Чонгука свысока. И Чимин хотел бы прямо сейчас пригвоздить этого хитрого лиса к стене и выбить из него всю дурь, но тело будто окаменело, поэтому все, что он мог делать, это наблюдать за происходящим и медленно разваливаться на части вместе с тем миром, который он хотел построить со своим любимым человеком. Но вместо спасения Чонгука из бездны собственных болезненных воспоминаний и демонов прошлого, он стал тем, кто окончательно его утопил. Сможет ли Чимин теперь восстановить хоть что-то и вернуть их жизням нужное направление? Он готов попытаться, но уверенности в собственных силах сейчас было даже меньше, чем в самом начале пути.       —Ты, наверное, сейчас думаешь, что смог уничтожить меня, — с усмешкой произнес Чонгук, останавливаясь в шаге от самоуверенного лиса. Он покачал головой, быстро пробегаясь взглядом по оголенному телу Микки, который продолжал довольно вилять хвостом, будто контроль над ситуацией все еще был в его руках. — Понравился вкус мягких губ?       —Не так сильно, как твердый член моего альфы, — выделив последние два слова, ответил он, проводя большим пальцем по своей нижней губе и погружая его в рот, после выпуская с причмокиванием. Он всегда умел надавить на нужные точки, используя грязные слова и собственные уловки, поэтому сейчас пытался проделать тоже самое и с Чонгуком. Ему хотелось увидеть на лице Чона разочарование и боль от предательства, с которым юноше пришлось столкнуться. Конечно, приди он чуть позже, Микки смог бы затащить Чимина на кровать и даже немного раздеть его и потрепать. Как бы сильно альфа не ломался, лис был уверен, что ему бы удалось это сделать, если бы у него было больше времени. Но, раз уж все сложилось именно так, то нужно было выкручиваться, используя собственную хитрость и силу слов. — Он, как и раньше, заводится за полсекунды. Я всегда любил его за это, потому что секс с ним был невероятно страстным и горячим. Мне нравилось чувствовать, с каким желанием он входил в меня и как жадно терзал мою шею, — он прикусил нижнюю губу, проводя пальцами по ключицам до шеи. — Ты же знаешь, что он собственник, да? — продолжил свою игру Микки, пытаясь найти нужную струну, которую будет легче всего оборвать. Он был уверен, что до падения осталось пару секунд. Чонгук был слабым в его глазах, поэтому он не чувствовал и доли страха перед ним. — Ах, да, мне сказали, что у вас ничего не было. Видимо, ты его совсем не возбуждаешь, — хихикая продолжил Микки, наблюдая за тем, как Чимин дернулся в их сторону, но был остановлен рукой Чонгука, которую тот взмахнул вверх. Громко сглотнув, альфа отвел поблескивающие от скопившихся в них слез глаза в сторону окна, оставаясь на своем месте. Он слишком сильно уважал Чонгука, поэтому даже сейчас, когда ему до боли в костях хотелось вмешаться и заткнуть лиса своим кулаком, Пак остановился. Его пугал исход, но вмешиваться во все это и делать все только хуже, он не собирался. Что бы не решил Чонгук, альфа согласится с ним и примет любое наказание. — Что же, вкус его губ, действительно, очень приятный, — он снова хихикнул и подмигнул, наслаждаясь треском разбивающихся надежд. По крайней мере, Микки верил, что все именно так. Но, порой, одной веры недостаточно, а картинка, которую мы видим, не более, чем иллюзия.       —Запомни его навсегда, потому что больше такой возможности у тебя не будет, — договорив, Чонгук нанес быстрый и точный удар в челюсть, роняя опешившего Микки на пол. Склонившись над стирающим капельки крови из разбитой губы лисом, Чон схватил его за волосы на затылке, заставив запрокинуть голову и зашипеть от неприятных ощущений. Чимин, который все это время старался сдержать собственные слезы, резко повернулся на шум, широко раскрыв глаза. — Слушай сюда, маленькая шлюшка, — вкладывая всю свою злость и неприязнь продолжил он, не скупясь на более яркие высказывания. Он, несомненно, был хорошим человеком, но даже у него были свои пределы терпению, переходить которые не стоило. — Мне наплевать, какой образ жизни ты ведешь и со сколькими спишь, ровно, как и наплевать на причину, по которой ты решил засунуть свой носик туда, куда не следовало бы. Я лишь хочу донести до тебя кое-что, — он сжал щеки Микки своими длинными пальцами, высвобождая мягкие волосы из второй руки. Лис, затаив дыхание, смотрел в бездонные глаза напротив, чувствуя, насколько мощной была сущность альфы в этом гибриде кролика, который сейчас был невероятно решительным и смелым. Было ли ему больно от того, что сделал Микки? Скорее нет, чем да. И, пожалуй, только сейчас лис в полной мере осознал, почему эта игра была заведомо проигрышной. — Пак Чимин принадлежит мне, даже если ты так не считаешь. Мне наплевать, что ты - его бывший, а Дженни - его истинная. Я не собираюсь соблюдать законы природы и терять то, что делает меня счастливым. Верить или нет, это твое право, но мы любим друг друга по-настоящему. В наших чувствах нет грязи, как и нет лжи. И сегодня ты смог сам убедиться в том, что он не испытывает возбуждение даже к полуголому бывшему, потому что душой и телом он уже полностью принадлежит мне.       Микки продолжил смотреть в черные омуты, чувствуя внутри что-то новое. Эмоции, которые до этого ему были чужды. Он не мог их никак описать, но очень ярко ощущал их влияние на его разум и сердце. И это злило его настолько, что ему хотелось сейчас просто разгромить все в этой комнате, а потом лечь на пол и закричать так громко, что его смог бы услышать весь гребаный мир. Но вместо этого, все еще пытаясь сохранить свою гордость, он убрал от себя чужие руки, вновь стирая капельки крови, которые начали немного стекать по подбородку.       —Чонгук, — тихо произнес Чимин, привлекая к себе внимание двух парней. — Малыш, я... — его голос немного дрожал, а внутри все еще было неспокойно. И Чонгук чувствовал это, поэтому поднялся на ноги и подошел к нему, прижимаясь ненадолго своими губами к его. Чимин нервно выдохнул в поцелуй, неуверенно, кладя свои руки на тонкую талию гибрида, который слегка отстранился, устанавливая зрительный контакт. — Крольчонок, я знаю, как все это выглядело, но я бы ни за что не пошел с ним на встречу. Я просто... — Чонгук прижал указательный палец к его губам, заставив в очередной раз замолчать.       —Я знаю, — хмыкнув, ответил он, обвивая шею альфы своими руками. — Уверен, у тебя была причина, о которой ты расскажешь мне дома после того, как получишь свое наказание.       —Мерзко, — с отвращение произнес Микки, подходя к кровати, чтобы сесть на нее. — Я так вас ненавижу, обоих, — продолжил он, переводя взгляд с одного на другого. — Я, действительно, хотел вас уничтожить, потому что не верю во всю эту ерунду с любовью. И вы никогда не сможете меня убедить в том, что она существует. Уверен, вы еще сами в ней разочаруетесь, когда один из вас предаст другого. Жаль, конечно, что это уже будет не с моей подачи, но я больше не стану вмешиваться в ваши слишком приторные отношения, — он закинул ногу на ногу и скрестил руки, пытаясь до последнего сохранить лицо. — Пак Чимин, а ты, правда изменился, — доля грусти проскользнула в его голосе, но все, находящиеся в комнате, решили оставить это незамеченным. — Не думал, что когда-то ты сможешь встретить человека, который станет единственной причиной твоего стояка. Даже обидно немного, знаешь ли, — да, ему было неприятно от горького привкуса поражения, но все же он немного отличался от Дженни, поэтому продолжать весь этот цирк не собирался. И сейчас Чимин очень отчетливо это видел. Все же, он провел с Микки достаточно времени, чтобы узнать о нем хоть что-то. Их отношения не состояли полностью из лжи.       —Ты знаешь, что я тебя ненавидел, — взяв Чонгука за руку, начал Чимин. — И знаешь, что мне было больно, когда ты тогда использовал меня. Я очень долго держал внутри эту обиду, которая разрушала меня медленно и мучительно. Но потом в моей жизни появился Чонгук и убрал все осколки, заполнив мою душу до краев своим ароматом вишни. С ним я начал заново дышать, научился снова чувствовать и стал лучшей версией себя. А то, что ты сделал сегодня, могло разрушить то, что я так тщательно пытался выстроить. Конечно, я должен возненавидеть тебя еще сильнее, но я не стану, — Микки вопросительно вздернул бровь, не до конца понимая причину такого решения, потому что он бы так точно не поступил. В прочем, он бы не поступил и так, как поступил Чонгук. Эти двое точно стоили друг друга. — Твой поступок был очень грязным и мерзким, но я не хочу тебя ненавидеть или презирать, потому что это будет означать, что я все еще что-то к тебе испытываю, а мне это не нужно. Я просто хочу построить здоровые отношения с любимым человеком, не храня на сердце лишнюю черноту. Я, правда, хочу оставить тебя лишь частью моего прошлого, а не нести отголоски в будущее, понимаешь? — Микки кивнул, поджав губы, вновь чувствуя это новое и отчего-то сильное чувство внутри. Наверное, с годами он поймет, что это за эмоция, но не сейчас. Не тогда, когда его бывший стоит прямо перед ним, держа за руку другого человека. И не тогда, когда часть того, во что он верил, пошатнулась. — На этом мы закончим наш разговор, — он посмотрел на Чонгука, который кивнул ему и развернулся к выходу.       —Подожди! — резко выпалил Микки, подрываясь с места и доставая что-то из прикроватной тумбочки. — Возьми, — он протянул телефон Чонгуку, который взял его, кивая. — Можешь позвонить мне, когда вы расстанетесь, — добавил он, подмигнув гибриду, который закатил глаза на такие слова, прежде чем вновь вернуться на кровать. — Прощай, Пак Чимин.       —Прощай, Микки, — с легкой улыбкой произнес он, покидая квартиру вместе с Чонгуком.       —Ненавижу тебя, — тихо прошептал Микки, позволяя холодной слезе скатиться по его щеке.       Это был конец, которого лис никогда не ожидал увидеть, но который готов был принять. Наверное, где-то глубоко внутри он понимал, что именно таким и будет исход, но желание разрушить эту пару оказалось сильнее здравого смысла. Да, он был жесток и хладнокровен, но даже у него внутри сидело что-то совсем крохотное, что продолжало сохранять в нем человечность. И сегодня главным решающим моментов для него стал даже не Пак Чимин, который не возбудился от всех его махинаций, а Чон Чонгук. Гибрид, который показал ему, что не все в этом мире можно сломать и очернить. Что есть вещи, которые гораздо сильнее всех обстоятельств. Что не всегда импульсивность берет верх над чем-то более сильным. И Микки никогда не признает, что именно сегодня он осознал всю суть слова любовь.