Наша последняя ночь, незабудка.

Холодный воздух Астрономической башни развивает её чёрный волос ниже плеч. Меж пухлых губ она держит вишнёвую сигарету и хлопает руками на карман мантии в поисках чего-то. – Всё таки маглы хоть в чём-то хороши, – шёпотом произносит Пэнси и в гневе топает ногой, – где эта чёртова зажигалка? Она выбрала из подземелья только для того, чтобы наконец-то выпустить весь пар гнева за всю неделю вместе с дымом сигарет. Не хватило, чтобы её Филч ещё поймал. Хмыкнув, Паркинсон тянется к внутреннему карману мантии, чтобы достать палочку и поджечь эту чёртову самокрутку с табаком и вишнёвой капсулой. – Что, Паркинсон? Не спится? – в темноте башни вспыхивает рыжий огонёк и тут же гаснет, когда сигарета начинает дымить. – Что ты тут делаешь, Нотт?, – её голос немного дрожит, но она старается не придавать этому значение. – Решил прогуляться, – он достаёт из кармана брюк пачку ментоловых и вытаскивает сыграету на половину из упаковки, – попробуешь?, – он выжидающи смотрит на Пэнс. – Нет, у меня после них горло першит, – она отворачивается от парня и смотрит на темноту ночи. – Как знаешь, незабудка, – буднично отвечает Тео. – Мерлин, Нотт, ты серьёзно? Сколько я тебя просила не называть меня так?, – брюнетка стряхивает пепел сыгареты и толкает Теодора в бок. – Да чем тебе не нравится это прозвище?, – слизеринец кидает окурок на пол и наступает на него носком чёрных туфлей, – по-моему очень даже мило. Пэнси только закатывает глаза и кидает свою сигарету с Астрономической башни. – Долго мы будем скрываться, Пэнс?, – тишину разрезает напряжённый голос Теодоро, он сжимает кулак, но тут же выдыхает, – я больше не могу смотреть, как эти тупые пуффендуйцы к тебе липнут, я не могу держать себя в руках. – Тео, я прошу тебя, потерпи, – девушка разворачивается лицом к парню, но тут же попадает в объятия. – Сколько ещё, незабудка? Почему ты не говоришь причину? Я не нужен тебе, так?, – его голос дрогнул на последних словах и он крепче прижал Паркинсон к себе, – скажи почему, Пэнси? – Тео, я... Оттолкнув от себя парня девушка снимает школьную мантию. Расстёгивает пуговицу на рукаве левой руки и закатывает рубашку по локоть. На белой кожей шевелиться уродливая чёрная змея, что портит милое личико Пэнси. – Он меня выбрал, мать твою!, – её глаза блестят от слёз, но она держится до конца, смотрит на напуганное лицо Теодора и пытается не заплакать, – что мне делать, Тео? – Прорвёмся, Паркинсон, – он делает шаг к ней и проводит рукой по её волосам, – я с тобой. Его губы накрывают её. Он чувствует солоноватый вкус из-за её слез, что текли по её щекам. – У тебя вредная привычка, Пэнси, – отстраняясь, он всматриваться в её лицо и неожиданно улыбается. – И какая же?, – прикусив губу она смотрит на него в надежде на скорый ответ. – Ну вот опять ты это сделала, – Пэнси в непонимании смотрит на Теодора и зализывает ранку, что образовалась на губах, – прикусываешь губы. Буду отучать, – сказал Нотт серьёзным голосом. – Ну попробуй. *** Девушка бежит по тёмным коридорам Хогвартса захлёбываясь в слезах. Она на ходу расстёгивает пару верхних пуговиц белой рубашки и расталкивая первокурсников несётся дальше. Стены туалет Плаксы Миртл затряслись от сильного удара двери. Пэнси срывает с себя галстук, чувствую себя в нём как в петле и опирается руками от раковину. Смотрит на зарёваное отражение и тихие до этого всхлипы превращаются в рыдания. Она хватает себя за корни волос и осидает медленно на пол. Рядом с собой она видит Миртл и от ползает от неё, ударившись об стену. – Что случилось с тобой?, – голос Миртл был без прежней пассивной агрессии, сейчас только любопытство. – Уйди от меня, ты всё равно ничем мне не поможешь, – брюнетка замолкает, а потом улыбается, вытирая слёзы и говорит, – чем ты мне поможешь, когда он сам убил тебя ещё в школьные годы! – Прекрати срываться на этой очаровашке, – в дверном проёме стоял Теодор, он улыбнулся Миртл от чего так покраснела и поспешила удалится, а после перевёл свой взгляд на Паркинсон. Он прошёл по туалету и сел рядом с брюнеткой. – Давай, незабудка, делись. – Он дал мне задание, Нотт, – говорит она хриплым от рыдания голосом и немного трясётся, обнимая себя руками. – Какое? – Убить его, – и её глаза в момент мокнут. – Кого? Говори чётче! – Драко, – она всхлипывает и жмётся к Нотту в объятия, – как предателя крови. А я говорила ему меньше высовываться с Грейнджер, – он бьёт Тео в грудь и опять завывает. – Мы сможем, что-то придумать, Пэнс, я обещаю тебе!, – он прижимает её к себе и целует в макушку, а она лишь отрицательно машет головой. – Не давай обещание, которое не выполнишь, Тео, а иначе запишу тебя в список пиздаболов, – он грустно улыбается ему глядя снизу вверх. – Ты сомневаешься во мне? – его лицо стало серьёзным, а голос холодным. Он смотрел на Пэнси и теперь вместо нежность в глазах была сталь. – Нет, милый, – она дотягивается рукой до его щеки и проводит по ней ладонью, – скорее всего это наша последняя ночь. – Не говори так, незабудка, мы обязательно что-то придумаем. Под строим смерть Драко или спрячем его, я не знаю. – Он дал выбор, – она смотрит в одну точку и на её губах появляется глупая ухмылка, – либо он, либо я. – Нет, Пэнс, ты не можешь! Не можешь оставить меня!, – Нотт вскакивает на ноги и сжимает руки в кулак, – как захочешь поделиться идеей,чтобы выбраться из этой жопы, то найдёшь меня в гостиной Слизерина. **** – Это все воспоминания? – мужчина пожилых лет сидит перед Тео смотря на омут памяти. – Я показал вам всё, что помню!, – рычит парень в ответ и достаёт ментоловые сыгареты. Зажимая между зубов сигарету, Нотт встаёт с места и кидает на прощание, – надеюсь больше никогда не увидимся! Он захлопывает дверь кабинета и бежит со всех ног на их место. Астрономическая башня встречает его холодом и он указывает плотнее в мантию. Поджигает сигарету и идёт к перила. – Это была наша последняя ночь, незабудка. Жаль что такая грустная, я надеюсь ты умерла достойно, – говоря эти слова Тео всё больше охватывает желание сделать шаг к ней.