Today only

Поленья в костре потрескивают, а тень от него виднеется на лице каждого из семи парней, что собрались в круг. Тишина на улице настолько пугающая, что кажется, будто они сейчас в открытом космосе, где повсюду вакуум и ни один звук не может через него пробраться. Чимин смотрит на свои скрещенные указательные пальцы. Их разговор с Тэхёном до сих пор осадком лежит на его сердце. Странно, но Пак задумался о том, что сказал Ким, и поймал себя на мысли, что ему самому, возможно, стоит изменить свой образ мышления. Чонгук берёт в руки длинную палку, начиная расшевеливать горящие дровишки. Пепел от них поднимается с дымом и оранжевыми искорками. Костёр завораживает своим тресканьем и некоторым ощущением спокойствия. Теплом и какой-то безопасностью. — Что ж, — произносит самый младший, — добро пожаловать на вечер историй. — Кто сегодня станет рассказчиком? — с интересом спрашивает Намджун. — Кто-то, кто не станет рассказывать страшные истории, — отвечает Сокджин, — ужастиков сейчас и так хватает. Чимин задумался о своём, он пропускает всё это мимо ушей. Рядом с ним, на длинном бревне, сидит Хосок. Он, незаметно для блондина, рассматривает его. Если бы Пак обратил на это внимание, то увидел бы в глазах старшего беспокойство. — Что насчёт тебя, Чимин, — спрашивает Чон-старший, — расскажешь нам какую-нибудь историю? Пак вздрагивает. Юнги, видя это, усмехается. Блондин всё прослушал и сейчас, вдруг услышав своё имя, очень удивляется тому, что от него вообще хотят. — Ч-что? — слегка заикаясь переспрашивает парень. — Может быть, ты расскажешь что-то о себе? Как ты жил до эпидемии? — просит Хосок. Чимин поджимает губы. Пак опускает взгляд на свои руки, тяжело вдыхая. Он нерешительно кивает, а после всё же начинает: — До того, как началась эпидемия, я учился в медицинском университете. Собирался стать врачом... Чимин не знает, что ему ещё рассказать. Наверное, он начал забывать о том, какой была его "нормальная" жизнь. — Скажи, у тебя был кто-то? — интересуется Чонгук. — В смысле? — хмурится Пак. — Ты встречался с кем-то? — поясняет младший. Чимину неудобно это говорить. Нет, у него никого не было. Вовсе не потому, что он ждал того самого человека. Этот парень, сам по себе, — очень влюбчивый. У него было много влюблённостей в старой жизни, но, увы, все они были невзаимными. Никому блондин не нравился, а Пак никогда не понимал причины. Может, его считали слишком скучным и неинтересным, но ни разу чувства не были взаимными. — Нет, — наконец отвечает Чимин, — не было у меня никого. Ни парня, ни девушки, — на этом месте он замолкает, но вдруг добавляет сразу же, — я бисексуал, если что. «Если что» — это как держитесь от меня подальше. Пак снова опускает голову. Неимение второй половинки заставляло его усомниться в своей привлекательности, а и без того плохая самооценка лишь падала вниз, словно с американских горок. — Чёрт, это странно, — хмурится Сокджин. — Ты очень симпатичный парень. Чимин улыбается. Слегка смущённо сначала, но через некоторое время его улыбка разрастается, становясь широкой и счастливой. — Хён, спасибо. Ты всегда слишком добр к людям, — отвечает блондин всё же. Вторая причина того, что у этого парня никого не было, — это неумение быть настойчивым. Да, Чимин считает, что к нему должны подойти первыми, неважно, кто это: девушка или парень. Сам настойчивость он проявлять не умеет. Боится отказа и того, что его высмеют. Все дело в том, что Пак из раза в раз влюбляется в неправильных людей. Они изначально не подходят ему по характеру, но такая вот у него история. Далеко не всем в любви везёт... — Нет, правда. Ты очень зря в себе сомневаешься, — поддакивает Намджун. — Нужно верить в себя. Они разговаривают о таких вещах, которые пригодились бы в их старом мире. Но сейчас всё это кажется глупостью. Все эти разговоры неуместны, потому что на первом месте стоит только навык выживания, может быть, доля везения, но никак не поиск любви для жизни. Юнги в разговоре не участвует, он закуривает сигарету и скучающе смотрит на остальных. Чимин смотрит на него уверенно и не боясь, что его спалят. Не спалят. Мин в его сторону даже не смотрит, а потому можно на него так откровенно пялиться. Плавно тема разговора меняется на что-то другое. Пак особо не следит за ним больше, лишь думая о своём. Юнги красивый. Юнги особенный в своей этой холодности и отстранённости. Юнги очень смелый и сильный. Но Юнги его презирает. Чимин кусает нижнюю губу, понимая, что влюбляется в хёна и ничего не может с этим поделать. Но этот человек снова оказывается из категории «не тех», потому что у блондина с ним шансы нулевые. Время подходит к десяти. Мин гонит всех спать, а Чонгук с Джином остаются, потому что сегодняшней ночью они дежурят. Чимин, поднимаясь к себе, думает о том, что ему страшно засыпать сегодня. Увидев стаю зомби вчера, в голову лезут мысли, что вероятность повторения этих событий большая. Пак лежит в кровати, выдыхая и ощущая запах зубной пасты вокруг себя. Он только вышел из ванной комнаты, почистив там зубы и умыв лицо. Темнота вокруг издевается над ним, заставляя его чокнутое сознание рисовать разных чудищ. Блондин прикрывает глаза, повторяя себе, что в комнате он один. Через пару минут Чимин всё же засыпает. Сокджин крутит кнопку на радиоприёмнике. Он делает это осторожно и очень медленно, словно поворачивая эту круглую штуковину миллиметр за миллиметром, не желая пропустить ни одного сигнала. Тэхён скучающе рисует. Его рисунки — это зомби. Ким говорит, это успокаивает и переносит все лишние образы на бумагу. С помощью рисунков мозг освобождается от воспоминаний этих неприятных существ. Чонгук приносит две кружки чая и ставит их на стол, за которым уже сидят два его хёна. Одну кружку парень оставляет себе, а вторую протягивает Тэхёну. — Что, нашёл что-нибудь? — интересуется младший, а после хлюпает чаем. — Ни-че-го, — выдыхает Сокджин. Он вдруг выхватывает кружку у Чона из рук, делая несколько маленьких и осторожных глотков и слыша возмущения младшего. — Что именно ты пытаешься найти? — интересуется Тэхён, раскрашивая свои рисунки и не отрываясь от листа бумаги. — Думаю, кто-то из выживших может пользоваться рациями. Можно попытаться поймать их сигнал, а после послушать, что они говорят, — отвечает Джин. — Слежка? — удивляется Чон. — Во благо, — пожимает плечами старший, — может быть, мы смогли бы узнать нечто полезное для себя. Быть оторванными от внешнего мира очень странно. — Ты так уверен, что есть лагерь выживших? — спрашивает Чонгук, хмурюсь. — Что есть человек сто, собравшихся в одном месте, которые своим маленьким поселением пытаются жить дальше? — Это было бы логично, — кивает Джин. — А что, если это только нам повезло найти друг друга и встретиться? Что, если больше нет таких особенных людей и все ходят по одиночке? — Чонгук, — выдыхает Сокджин, — ты не хочешь уходить отсюда. Это совершенно нормально — иметь страх. Но мы можем найти вариант получше. — Можем, а можем и не найти. Просто сейчас у нас есть всё, даже электричество. Зачем менять это на неизвестность? Ты можешь дать мне гарантии, что я беспокоюсь напрасно? — Конечно же не могу! О чём ты вообще? — немного повышает голос Джин. — Но без риска мы просидим здесь до конца жизни, так и не сумев вернуть хотя бы часть привычной нам нормальности. Их спор прерывает Намджун, входящий внутрь с горшочком для цветов в руках. Все трое ребят оглядывают его с ног до головы, Тэхёну ради этого даже пришлось оторваться от рисования. — Что это? — спрашивает Джин, хотя, казалось бы, это видно и так. — Я решил заняться чем-то полезным, — улыбается Ким, показывая свои восхитительные ямочки, — буду выращивать еду. — Её же полно, — приподнимает одну бровь Тэхён. — Это всё — консервы, не свежие овощи. Разве вам не хочется есть свои, натуральные продукты? — продолжает Ким. Этот вопрос остаётся риторическим. Намджун ставит горшочек на стол, отходя чуть в сторону и указывая на него рукой. — Вот это — слива, — с улыбкой говорит парень, — я буду ухаживать за этим деревом. Кажется, что к нему этот человек относится с особым трепетом и нежностью. — А где ты его достал? — хмурится самый старший. Намджун вдруг резко перестаёт улыбаться. Он сглатывает, а после, опустив взгляд в пол, отвечает едва слышно: — В магазине. — Ты туда один ходил? — шепчет Чонгук, в удивлении вытаращивая глаза и оглядываясь по сторонам: вдруг кто услышит. — Да, — кивает Джун. — О, нет! — тоже шепчет Тэхён, от шока закрывая рот руками. — Что, если Юнги-хён узнает? У старшего в доме куча правил: нельзя практически ничего. Одним из такого являются походы в магазин. Можно идти только с кем-то, во избежание встречи с зомби один на один. Никто не знает, где они прячутся и сколько их, а потому нужно быть готовым ко всему. За нарушение правил Мин может выгнать и он имеет в виду это серьёзно, потому что им не нужны проблемы из-за кого-то, кто просто решает делать всё по-своему. — Не узнает, — тихо отвечает Намджун, хмурясь с каждым словом все больше, — и вы ему ничего не говорите, ладно? Все трое кивают. Теперь у них есть своя небольшая тайна.