Барабанные палочки и белое кружевное

Поздно вечером на телефон Тэхёна пришло сообщение о том, что завтра воскресенье и лаборатория не работает, поэтому их поход откладывается на понедельник, но альфа заедет к шести часам вечера воскресенья. Омега подумал, что это к лучшему, и нога заживёт немного, а в понедельник малыша Бини Тэ отведет в сад, чтобы не таскать с собой по таким местам. Но вот приход Чонгука его совсем не радует. Неужели он правда хочет присутствовать в жизни своего сына? Воскресенье семейство Ким проводит со старшим братом Сокджином и Намджуном, который приготовил любимый пирог для своего племянника и вкуснейший горячий шоколад. Сложив угощения, они решили выбраться в их любимый парк с небольшим озером. Намджун развлекает малыша альфу, пока Сокджин с Тэхёном стелют покрывало и раскладывают все прихваченное с собой. Когда всё готово, омеги зовут своих альф перекусить. От семейной идиллии Тэхёна отвлекает вибрирующий звук входящих сообщений. Он достаёт телефон, недовольно хмурится и, закатывая глаза, прячет его обратно в карман. В очередной раз, когда гаджет вновь дал о себе знать, Сокджин просит мужа сходить с племянником за сахарной ватой, а сам стал серьёзным и смотрел на брата вопросительно. — Что? — Тэхён знает, что омега сейчас начнёт задавать вопросы, но всё же на автомате задаёт этот вопрос. — Это я хочу спросить, «что»? Что за атака по твоему мобильному происходит и почему ты так реагируешь на сообщения? Тэхён не рассказывал брату о Чонгуке ни тогда, шесть лет назад, ни сейчас, когда он внезапно появился. Тогда, когда омега узнал о беременности, вопрос об отцовстве всплывал только раз, но объяснений Тэхён никаких не давал. Ответил «просто так получилось» и «больше ничего, но вот сейчас скрывать бессмысленно, рано или поздно правда всплывёт». Но сейчас младший решил поделиться с братом тем, что его тревожит в последние дни. — Объявился отец Субина, — голос Тэ дрогнул слегка, выдавая волнение. Он глубоко вздохнул и рвано сделал выдох, опустив голову на зажатый в руках телефон, который вновь засветился, — он хочет принимать участие в его воспитании и хочет, чтобы мы стали семьёй. — А где он был все эти годы, почему не объявлялся, когда тебе и малышу он нужен был больше всего? — Джин по натуре своей очень спокойный, но когда дело касается его семьи он загорался как спичка. — Он не знал, что у него есть ребёнок. Когда всё произошло, я не пытался с ним связаться. Так что большой вины его нет, это был мой выбор. — Тэ оправдывает Чона, но не из-за него, а скорее из-за себя, ведь это было его решение. — А теперь мы вновь встретились в том же баре и в тот же день. Может, это судьба, как считаешь? — Я считаю, что ты поступил неправильно, когда скрыл свою беременность от него. Ты помнишь, каково тебе было все девять месяцев? — старший омега взял младшего за руку, показывая свою поддержку. — Расскажи мне, кто этот альфа? — Чон Чонгук. Он барабанщик известной группы, но теперь он закончил со своей карьерой и остался в Сеуле. Больше я не интересовался о нём. — Тэ замолчал, обдумывая слова, и не замечал буквально офигевшего взгляда Сокджина. — Он при… — Кто? — голос Сокджина кажется повысился на пару тонов. — Чон Чонгук? Только не говори, что это тот Чонгук, который ТОТ Чонгук! — Да, именно тот Чонгук, который с твоим Намджуном учился в одной школе и институте. Ах, да! Ещё он один из его давних друзей, и да, я в курсе, что мог рассказать ему в любой момент с тех пор, как вы сошлись с Намджуном. Но у нас ничего не было, кроме разового секса, так что он мне ничего не должен был. Да и я в тот день не знал, что это тот самый Чонгук, который будучи в школе, использовал голову Джуна как барабан. В тот день я его не узнал, да и не до того было, течка — сам понимаешь. — Тэхён взял веточку винограда, чтобы хоть чем то занять свои руки, после того, как Джин отобрал телефон и закинул в свою сумку. Потому что раздражает! — У меня была идея, познакомить тебя с кем-то, но, блять, теперь у меня племянник от Чона! Я был категорически против его кандидатуры и вот чем это вылезло! — взвыл от таких совпадений, наступил сам на свои же грабли. — И что ты будешь делать теперь? — Я не рассказал тебе самое главное, — Тэ отложил пустую веточку и очень серьёзно посмотрел на брата, который весь извелся от ожидания, — Джин-и, Чонгук — это человек, которого судьба выбрала мне в пару, он мой истинный. Это то, что Сокджин ожидал услышать меньше всего от своего любимого младшего брата. Джин слышал об альфе мало хорошего после окончания школы, точнее совсем ничего, но музыка очень нравится его мужу, да и друзьями они были. Чонгук даже билеты им на свой концерт оставлял и Кимы ездили на их концерт лет семь назад. Никакого хорошего впечатления сам музыкант не оставил, так как на выходе из стадиона, когда Намджун ждал барабанщика, чтобы наконец поздороваться, Джин заметил очень много омег, садящихся в машину Чона. А они явно не в дженгу играть ехали, и тот просто, уехал не обратив внимания на своего друга. Да и много скандальных интервью вокруг Чонгука было: то он в алкогольном опьянении выходил на сцену и почти голышом, то какого-то накаченного чем-то омегу на сцене усадил к себе на бёдра. В общем, не лучшая кандидатура для любой омеги. — Теперь понятно, как ты смог «залететь» за один только раз, проведённый с альфой. Истинность. И что теперь ты собираешься делать? — Я не знаю. Для начала мы договорились пройти тест на истинность. — Тэ от тяжести разговора потёр руками глаза. — Ты же знаешь, что после перенесённой болезни в детстве, я не могу чувствовать запахи, но Бини его чувствует. Он чувствует своего отца. — А Гук как отреагировал на то, что у него есть сын? — интересуется старший омега. Киму интересно, изменился ли альфа с появлением в его жизни малыша. — Как он вообще узнал об этом? Тэхён рассказал обо всём, начиная с приезда в клуб, о запущенном в барабанщика белье и заканчивая демонстрацией ожога на ноге. — Представляешь, мой сын с появлением этого барабанщика на пороге сразу забывает обо мне. — с обидой в голосе жалуется Тэ, а Сокджин улыбается — он не думал, что Чонгук может быть таким. — Скажи мне, ТэТэ, что ты чувствуешь рядом с этим альфой? — уже более серьёзно задал вопрос Сокджин, на что Тэхён ответил не сразу, задумавшись над собственными чувствами. — Знаешь, в самом начале я испытывал раздражение от того, что он ворвался в нашу спокойную жизнь, но каждый раз, когда Чонгук уходит домой, он как будто забирает частичку меня с собой, — Тэ повернул голову в сторону возвращающихся Намджуна с Субином и улыбнулся уголком губ, глядя на счастливого сына. — Бини действительно похож на своего отца, но я не готов принять барабанщика в свою жизнь. Я не знаю как быть. — Телефон, это он тебе написывает? — кивая в сторону сумки, интересуется омега, на что Тэхён кивает, подтверждая слова брата. — Что хочет? — Встретиться с нами, — пожимая плечами отвечает младший омега, — он должен приехать к шести. — Тогда у меня к тебе предложение оставить Бини у нас с ночёвкой, а самому разобраться и поговорить со своим барабанщиком. Думаю, вам есть что обсудить, а малыша я завтра сам отведу в сад. — Сокджин перевёл взгляд на подошедших и поспешил сменить тему, пока брат не решил возражать. — Кажется дождь пойдёт, давайте вернёмся домой? Тэ взглянул на небо, которое так быстро затянуло тучами, а за разговорами и своими думами этого и не заметил. Омега подумал о том, как хорошо, что он взял для Бини вязаную кофточку, чтобы тот не замёрз, а вот про себя не подумал. Пока омега собирает все вещи, Субин помогает переносить их в машину, в это время Джин оповестил альф о том, что младший останется у них с Намджуном на ночь, потому что у Тэ появились неотложные дела. Тэхён на это лишь закатил глаза, но на вопрос сына ответил, что да, появились кое-какие дела. По дороге домой Джун предложил подбросить омегу до дома, но Тэ отказался, сказал что нужно заскочить в супермаркет и прикупить кое-что из продуктов, поэтому попросил отвезти именно туда. За окном автомобиля уже начался дождь и Сокджин всучил брату куртку своего мужа, чтобы тот не замёрз, и, высадив омегу возле магазина, двинулись дальше. Прикупив всё нужное для завтраков малыша и ещё некоторые продукты, Тэхён вышел на улицу, а там уже мелкий дождь перешёл в самый настоящий ливень, благо до дома совсем недалеко. Дойдя до дома и промокнув до нитки, омега заметил уже знакомый автомобиль, а рядом с ним стоял тот, кого он не ожидал увидеть совсем, особенно в такую погоду. Чонгук, увидев того, кого ждал целый день под подъездом, сразу двинулся к омеге. — Где тебя носило и где мой сын? — без какого-либо приветствия перешёл альфа и голос его был резок. — Я не должен отчитывать перед тобой, — Тэхён старается держать себя в руках и не срываться раньше времени. Чонгук выхватил пакеты из рук парня, мужчина зол, это сразу чувствуется по энергетике и движениям, исходящим от него. Не говоря ни слова, взглядом Чон указал на дверь, намекая открыть её, и пошёл вперёд, оставляя ошарашенного парня позади на несколько секунд. Подниматься в лифте было некомфортно для омеги, он чувствовал себя отчего-то виновато, хотя это совершенно не так. Чонгук даже не смотрел в его сторону. Выйдя на нужном этаже, Тэхён пошёл вперёд, открыл дверь и вошёл первым, альфа вошёл следом. Так же ни говоря ни слова, Тэхён скрылся в комнате, оставив барабанщика одного. Вернулся омега уже переодетый в сухую одежду и протянул полотенце с одеждой самого большого размера, которую нашёл у себя в шкафу, Чонгуку. — Сходи в душ и согрейся, я поставлю чайник и сделаю горячий чай, — тон омеги не терпит возражения, альфа хоть и зол, но берёт предложенное и уходит в указанную сторону. Вернувшись из душа, на кухонном столе его ждёт горячий чай, а самого омеги не видно ни в кухне, ни в гостиной. В комнату альфа решил не ходить, всё-таки личное пространство, и дождаться в кухне. — От тебя несёт чужим альфой, — сжимая кулаки произнёс Чон не оборачиваясь, по запаху понял, что Тэхён стоит сзади, — ты поэтому ни на одно сообщение не ответил? С ним развлекался? — Я повторюсь, если ты не расслышал, что я не должен перед тобой или перед кем-то ещё отчитываться. Моя личная жизнь тебя не касается. Ты хочешь видеться с Субином — пожалуйста, но сейчас он у моего брата, поэтому допивай свой чай и уходи. Тэхён спокоен, решил, что руганью сейчас ничего не решить, тем более на неё нет желания. — Просто ответь, с кем ты был. Запах, который от тебя исходит, мне кажется очень знакомым. Это сводит меня с ума, — барабанщик проследил за омегой, который занял место напротив него и отпил чай из своей чашки. — Я был с братом и его мужем, твоим другом между прочим. — Тэхён сложил руки в замок, — Намджун, помнишь его? — Н-намджун? — Чон вспомнил запах лучшего друга, как он не узнал его раньше, — Твой старший брат — Сокджин? — Да, Ким Сокджин — мой родной старший брат, — Тэхён отпил из своей кружки остатки чая. Чонгук выглядит прибитым от услышанного, ведь оказывается его истинный, которого он так долго искал, был так близко. Не будь он таким мудаком, то давно бы мог встретиться с омегой. Чонгуку стыдно, честно говоря, перед его хёном, ведь последняя их встреча не состоялась по его, Чонгука, вине. Это он тогда повёл себя как зазвездившийся кретин. «Нужно извиниться перед хёном и его супругом» — пронеслась, параллельно с другими, мысль в голове. — Почему ты оставил Субина у них сегодня? — вдруг перешёл на другую тему альфа, — Ты же знал, что я приду сегодня. — Потому что нам следует поговорить наедине, без его маленьких ушей, — объяснил омега, глядя без каких-либо эмоций на мужчину, — Джин сказал, что позаботится о нём. — И что ты хочешь обсудить? — сложив руки на груди в защитной позе, думает, что Тэ вновь начнёт заезженный разговор. — Я, — Тэхён на секунду замолкает, обдумывает ещё раз правильное ли решение он принял, пока был в супермаркете, — я согласен попробовать наладить с тобой отношения ради Бини. Малыш примет тебя как отца, потому что чувствует твой запах, он для него родной и он ему нравится. Но я всё ещё не уверен насколько ты серьёзен и готов ли ты взять на себя ответственность за него. — Ты сейчас не шутишь? — Чонгук такого не ожидал. Не ожидал, что омега согласится на перемирие. — Я готов взять на себя ответственность не только за нашего ребёнка, но и за своего омегу. Я хочу жениться на тебе и построить семью. Я хочу дом, в котором меня будут ждать не только омега, но и несколько очаровательных детишек, и… — Эй, притормози, — прервал воодушевлённого альфу, который уже распланировал всё наперёд, — я лишь согласился терпеть твоё присутствие рядом с сыном, а не под венец идти. Создавать с тобой или с кем-то другим семью я тоже не планирую. — набрав в лёгкие воздух и медленно выдыхая, он смотрит на поникшего мужчину. — Послушай, Чонгук, ты можешь забирать Субина гулять или встречаться с ним тут, дома, но на наши с тобой отношения можешь не рассчитывать. И дело не в том, что я к тебе как-то плохо отношусь или что-то в этом роде. Нет. Просто мне не нужен человек, которому я буду что-то должен. Я и мой сын — сами по себе, у нас свой мир и третьего нам не нужно. Наступило молчание. Долгое и звенящее. Альфа обдумывает услышанное и пытается понять, что с ним не так, что он делает не так, что от него открещиваются как от прокажённого. Да, он оступился один раз с этим омегой. Да, он много глупостей натворил вообще в своей жизни, но кто не без греха? Но это было давно, он завязал со своей прошлой жизнью, оставив из неё только Тэхёна. Чонгук одумался и пытается взяться за ум и быть достойным парнем, мужем и истинным. Но Тэ даже шанса ему не оставляет и как доказать ему, что он меняется ради него, Чонгук не знает, ведь омега не видит в альфе своего истинного, не то что партнёра по жизни. — Скажи, Тэхён, есть ли малейший шанс, что ты передумаешь? — единственный вопрос, ответ на который важен для Чонгука. В момент, когда Чонгук смотрит на Тэхёна, он замечает что-то странное в омеге, а в воздухе витает явный аромат цитрусовых. — Нет, Чонгук, его нет. — Тэхён нервничает, а зрачки становятся шире. Молчание и воздух в кухне резко стали тяжёлыми. Омегу кинуло в жар, отчего он схватился за ворот домашней футболки, в горле пересохло, хотя он только опустошил свою кружку. Ладони вспотели отчего-то и кажется Тэхён понял в чём дело, когда почувствовал влагу ниже пояса. — Кажется, тебе стоит уйти, — голос выдаёт волнение и Чонгук замечает не только подрагивающие руки, но и усиливающийся аромат своего омеги. Да, именно своего, потому что альфа принял его ещё в первую встречу после долгого расставания. — Если я уйду, тебе будет хуже, ты как врач должен это знать, — голос Чонгука изменился, стал более глубоким с лёгкой хрипотцой. Он, как самец, как альфа, почувствовал изменения раньше, но не акцентировал на этом внимания, списывал на злость омеги, — течка началась раньше из-за моего присутствия. Твоя омежья сущность меня приняла, почему же ты отталкиваешь? — на каждом слове он повышает голос, чтобы достучаться, потому что видит, как стремительно Тэхёну становится хуже: взгляд расфокусирован и руки сжимают футболку на животе. Его крутит, сжимает, переламывает. Омега терпит, хотя вот, решение всех его проблем, прямо напротив, согласись он и не придётся терпеть все эти муки. Каждая течка, каждый гребаный раз приходится терпеть эту дикую боль, к которой невозможно привыкнуть. Но вот сейчас спасение рядом, просто Тэхён слишком гордый и слишком упрямый, или может быть глуп, чтобы согласиться. — Я прошу тебя уйти, твоя помощь мне не… — парня резко скручивает пополам и он чуть не ударяется головой о поверхность стола, если бы не вовремя подхватившие его за плечи руки. — Господи! Почему так больно! Чонгук вскидывается с места, обходит стол и садится на пол рядом с Тэхёном, обхватывая его за плечи, пытается поймать взгляд на себе. — Больно, потому что омега внутри тебя чувствует моего зверя, свою пару и если ты не отпустишь себя, не позволишь мне помочь себе, ты просто не вынесешь эту боль, — альфа обхватывает лицо омеги, глаза которого наполнились слезами от нестерпимой боли, и просит уже тише, — позволь мне помочь тебе. Собрав все силы и остатки разума, Тэхён сбрасывает руки Чонгука со своего лица, глубоко дыша сквозь стиснутые зубы, с большим усилием произносит: — Я сказал, уходи. Мне от тебя ничего не нужно. Чонгук еле сдерживает своего зверя, который душит, раздирает его изнутри от упрямства омеги, ещё секунда и силой возьмёт. Держать себя в руках удаётся с большим трудом и несмотря на всё это он встаёт и не оглядываясь уходит. Но не совсем. Чонгук выходит за дверь и прислоняется к ней спиной. Запах течного омеги распространяется по лестничной клетке и от этого альфе становится только хуже. Облокотившись спиной, Чонгук запускает пальцы волосы, их хочется вырвать с корнем, лишь бы не чувствовать дурманящий цитрусовый аромат, окутавший всё вокруг. Ещё немного и альфа уверен, что сойдёт с ума, если не получит то, что находится за дверью. За ней то, что принадлежит ему и должно быть с ним, особенно сейчас, в этот момент, когда омега так в нём нуждается. Чонгук так и не уходит ни через десять минут, ни через полчаса, ни через час. Сидит и прислушивается к каждому шороху и сам порывается войти, но душит эти порывы на корню. Нельзя. Его омега, его истинный отказывается от него, топчет в недоверии. И только спустя несколько часов, которые тянулись, кажется, вечность, Чонгук услышал глухие приближающиеся шорохи, будто кто-то медленно приближается к двери. Альфа замер. — Я знаю, что ты за дверью, — сквозь дверь голос омеги слышится обессиленный, не похож на его. Видимо боль вытянула все соки и Тэхён сдался, — помоги мне, я не могу больше терпеть и таблетки не помогают. Чонгук, вымотанный борьбой с самим собой и ожиданием, откинул голову на полотно двери и закрыл глаза, будто в облегчении. — Завтра ты пожалеешь об этом. — Это будет завтра, до которого я могу не дожить, — Тэхён не шутит, знает, что может действительно не дожить. Один раз он был на грани, когда Бини не было и года, — поэтому, пожалуйста, помоги.