Барабанные палочки и белое кружевное

В день перед отъездом Тэхёна они втроём, как самая настоящая семья, провели день, нагулялись в парке, накатались на атракционах, запечатлели этот день на фото. Уже к вечеру, сидя на скамейке в парке, Тэ вытянул ноги и Чонгук тут же их перехватил, положил на свои и стал массажировать икры, чтобы расслабить мышцы. Омега хотел их сбросить, но Чонгук не дал этого сделать. — Зачем ты так? — Ты устал, я просто хочу, чтобы ты расслабился, — не отрываясь от массажа, ответил альфа. Субин, улыбаясь, болтает ногами, наблюдает за родителями и ничего не говорит. — Ты прав, я очень устал сегодня, — выдыхает Тэ и откидывает голову на спинку скамейки, — я даже по отделению столько не бегал, как сегодня по этому парку. — Значит, хорошо выспишься перед отъездом, — заключает альфа. — Пап, а ты быстро вернёшься? — грустно спрашивает малыш, едва ли не плача, но держится, он же будущий мужчина, так говорит ему Чонгук. — Ты не успеешь заметить, малыш, — отвечает Тэхён и гладит его по голове, — я уверен, что с отцом тебе будет весело. — Но я всё равно буду очень скучать, — Бини сам подставляется под ласку, будто котёнок. Тэхён улыбается, но на душе так грустно, он ведь никогда прежде не оставлял своего сына так надолго. Утешает его, а у самого душа разрывается и болит, не хочет расставаться, но понимает, что это хорошая возможность, чтобы улучшить свои навыки. — Я буду звонить при первой же возможности, обещаю, — целует его в лобик. — Субин, — обращается к сыну отец, — твой папа лечит других людей, и для того, чтобы делать это ещё лучше, он должен учиться, ты же понимаешь это, правда? — Я понимаю, — Бини опускает голову, будто провинился, но ему просто грустно. Почувствовав витающую над ними атмосферу грусти, Чонгук предложил отправиться в кафе и поесть мороженое. Все его идею поддержали и уже в более приподнятом настроении, улыбаясь, поедают вкусное клубничное мороженое. Вечером после расслабляющей тёплой ванны Субин сладко посапывает в своей комнате, а родители расположились в гостиной на пионерском расстоянии, и смотрели глупую комедию. — Я буду очень скучать по Субину, — вдруг говорит омега, потеряв суть фильма, плутая в своих мыслях. — Он тоже, я в этом уверен, — тихо говорит альфа, рассматривая профиль омеги, — ему будет не так тяжело как тебе, ведь с ним буду я, но всё же. — А вдруг с ним что-то случится? — Переживает Тэ, не знает за что зацепиться. — Для этого я буду с ним рядом, позабочусь о нём, — притягивает омегу Чонгук, не чувствуя сопротивления, и укладывает его голову к себе на плечо, — не переживай так сильно. — Это будет трудно, — грустно усмехается и замечает, как оказывается в объятиях когда-то ненавистного барабанщика, — ты пользуешься тем, что мне грустно и ловишь меня на слабости. — Нет, я просто тебя поддерживаю, это моя обязанность, как твоего мужчины, — спокойно отвечает альфа и крепче обнимает Тэхёна. Так они досматривают комедию, в объятиях друг друга, потому что Тэхён позволил себе обнять Чонгука и насладиться теплом и ароматом своего истинного. В его руках очень уютно, комфортно и тепло, омега так часто грубит Чонгуку, обижает его, а сейчас сам жмётся ближе, и альфа прижимает к себе, будто он — самое важное в этот момент. — Может, пойдём в комнату? — предложил альфа, смотря на начавшиеся титры на экране. — Тебе завтра рано вставать и не помешало бы отдохнуть после сегодняшней прогулки. — Да. Я, наверное, пойду. — отстраняется Тэ и смотрит в глаза Чонгука, в которых видит тоску, — Спокойной ночи, Чонгук-и. — Спокойной ночи, Тэхён-и. Тэ поднялся в свою комнату и за закрытой дверью прикладывает руку к сильно бьющемуся о грудную клетку сердцу, в животе вновь распускаются цветы, которые так и требуют внимания своего хозяина. Воздуха не хватает, поэтому омега идёт к окну и открывает его настежь, но и этого мало, поэтому он решает, что душ должен помочь справиться с накатившим желанием. Залетев в ванную комнату, Тэхен сбрасывает свою одежду практически на ходу , не заботясь о том, что всё разбросано по полу, забирается в душевую кабину и встаёт под струи холодной воды. Кожу пробирают мурашки от контраста горячей кожи и льющейся воды, но Тэхён не спешит добавлять горячую, пытается остудить себя хотя бы снаружи, но выходит не очень. Всё же омега включил горячую воду вместе с холодной, чтобы смыть с себя усталость и неправильные мысли вместе с гелем для душа. Поплескавшись в душе, Тэ завернулся в полотенце и вышел в комнату, нашёл футболку, в которой любит спать. Слегка высушив волосы полотенцем, омега забрался в свою кровать и надеясь быстро уснуть запрещает разным мыслям заполнять свою голову, но прокрутившись в постели полчаса, решил спуститься за водой. В приглушённом свете ламп за барной стойкой сидит Чонгук, опустив голову и держа бокал с чем-то, явно алкогольным. Тэхён постоял немного у входа, перебирая край одной футболки, не решаясь войти, но раз уж пришёл, уходить было бы глупо. Альфа чувствует его присутствие. Тэхён подошёл ближе. — Почему не ложишься? — пытается сделать голос более спокойным, но выходит откровенно плохо. — А ты? — голос Чонгука звучит сдержано, но Тэ замечает как его плечи напряжены. — Я спустился выпить воды и встретил тебя, — омега обходит стойку, подходит к подвесному ящику с посудой и наливает из фильтра воду, делает пару глотков и с наполненным стаканом собирается вернуться в комнату, — ещё раз спокойной ночи. — Я чувствую. — ножом в спину прилетает из уст альфы. Тэ застыл за его спиной, не зная что ответить на его слова. — Я не понимаю, о чём ты, — гулко сглатывает, а сердце вновь стучит так, что в висках отдаются его удары. — Я чувствую твоё желание, — бокал альфы громко опускается о столешницу, а сам он так и сидит спиной, — как долго ты собираешься бегать от меня? — Ты обещал не давить и подождать, когда я буду готов, — последний аргумент Тэхёна, потому что даже сейчас, стоя от альфы на расстоянии вытянутой руки, омега распаляется всё больше, — а сейчас я ещё не готов. — Не обманывай себя, — Чонгук поворачивается к Тэхёну лицом, — я чувствую твоё возбуждение, твой природный аромат туманит мой разум, — подходит сзади, почти вплотную, и касается носом шеи, а руками проводит от плеч и до локтевого сгиба, чувствуя как тело истинного покрывается мурашками, — твоё тело реагирует на мои касания. Тэхён прикрывает глаза, ощущая как по его телу взрываются маленькие, но такие приятные бомбочки, а под веками — фейверки рассыпаются. Он чувствует как руки плавно передвигаются вперёд к плоскому и мягкому животику, на котором остался шрам после родов, и по всему пути прикосновений как будто горячий след остаётся. Омега, не открывая глаз, протягивает руку, в которой держит стакан, чтобы поставить его на стол, но промахивается и тот, ударившись о пол, разбивается вдребезги, как и терпение Чонгука. Альфа разворачивает омегу лицом к себе, подхватывает его под задницу и сажает на барную стойку, умещаясь меж ног Тэхёна. Тэхён не стал отталкивать его, ему надоело это делать, сам понимает, что желание отдаться пересиливает желание уйти от него сейчас, поэтому двумя ладонями омега зарылся в смоляные волосы Чонгука, подставляя шею под его поцелуи. Альфа пользуется этой возможностью, с полуулыбкой осыпая шею поцелуями и руками поглаживая шелковистую кожу бёдер. Чонгук понял, что Тэхён без белья, в одной лишь футболке малинового цвета и этот факт лишь добавляет масла в огонь его желания. — Ты не представляешь насколько ты прекрасен, — почти не отрываясь от сладкой кожи, проговаривает альфа, — прекрасен настолько, что я готов прямо сейчас разлететься на миллион осколков от того, как сильно хочу тебя сейчас и всегда. Тэхён на это ничего не ответил, за волосы притягивает его к себе и целует, вкладывая всю обиду за прошлое, поцелуи-укусы оставляет не только на альфьих губах, но и на скулах, на подбородке и спускается вниз. На шее оставляет след от зубов, который, он уверен, завтра будет хорошо заметен, но это не важно сейчас. В данную минуту важно то, что руки Чонгука исследуют оголившиеся участки тела Тэхёна и пробираются вверх под футболку, оглаживая спину и переходят к груди, и ещё важнее то, что Тэхён реагирует на эти прикосновения: откидывает голову назад, когда пальцы альфы задевают нежные и чувствительные вершинки сосков, стонет от ощущений. — Такой чувствительный малыш, — с хрипотцой говорит барабанщик, поднимая вверх футболку и стягивает её, как лишнюю сейчас вещь, — о, боже. Тело Тэхёна, в свете одной лишь луны, выглядит как нечто сияющее и нереальное, будто осыпанное волшебной пыльцой. Чонгука ведёт от того, какой истинный ему уготован судьбой, хотя он во всё это и не верил, но сейчас готов тысячи свечей преподнести тому богу, что распределяет человеческие судьбы. Ему выпал огромный куш и его он никогда больше не отпустит, и это не только потому что Чонгук без ума от своего омеги, а потому что его омега, это его святилище, в которое своё сердце вложил. Тэхён идеален во всём. И даже сейчас, сидя своей прекрасной пятой точкой на барной стойке — он идеален. Чонгук ладонью спускается вниз по прелестному животу Тэхёна, сопровождая поцелуями её путь, и аккуратно подбирается к стоящему, требующему внимание члену. Берёт его в руку и нежно, потому что сейчас его мальчик очень чувствительный, обхватывает и проводит большим пальцем по красноватой головке, которая уже смочена предэякулятом и, выпустив его из рук, подносит палец к своим губам, облизывает. Тэхён наблюдает за действиями альфы, а у самого голова кругом идёт, потому что он желанен. — Такой вкусный, — мурлычет альфа, — меня разрывает от желаний съесть тебя или вытрахать из тебя всю душу и сомнения во мне. — Давай начнём со второго, — почти шёпотом предлагает омега. Больше Чонгуку повторять не нужно, он подхватывает своё сокровище очень бережно и несёт в свою комнату. Тэхён прильнул к нему, обхватив ногами талию альфы, по дороге теперь уже нежно целуя в открытую шею. Уложив на кровать омегу, Чонгук стянул с себя домашние брюки и футболку, и какого было удивление омеги, что под брюками не было ничего. — Так ты всё-таки поднимался наверх. — Я практически сразу поднялся за тобой, — склонился над Тэхёном, оставляя поцелуи по телу, — стоя за дверью я почувствовал твой усилившийся природный запах. Не стал врываться, решил освежиться холодным душем и спустился вниз, чтобы утопить свои страдания в бокале с виски, но пришёл ты и я не смог сдержаться. Чонгук до сих пор не верит, что Тэхен согласен, то как омега ему отдаётся, податливо выгибаясь от каждого прикосновения, впиваясь короткими ноготками в обнажённые плечи. Тихие стоны становились громче, потому что от каждого движения по телу проходила горячая волна. Чонгук себя не сдерживал, наконец дорвавшись до желанного тела. Тэхёну приходилось сдерживать каждый звук, сжимая зубами кулачок, все же совсем рядом на этаже спал Субин. — Я прямо сейчас кончить готов, глядя на тебя, — Чонгук втянул в рот чувствительный сосок, отчего Тэхен протяжно простонал, подаваясь вперёд, желая получить ещё немного острой ласки. — Хватит уже болтать, я больше не могу, — омега тяжело дышал, возбуждение казалось искрило в воздухе, наполняя комнату смешанным ароматом двух влюблённых. — Какой ты нетерпеливый, — альфа хмыкнул и резким движением перевернул Тэ на живот, тут же сминая сочные половинки в своих руках, наблюдая как омега поднимает попку, прогибаясь в спине, отчего у Чонгука чуть башню не сорвало. — Даже не думай, что я так просто тебя сегодня отпущу. — Чонгук, пожалуйста, — Тэхен мог только хныкать, но альфа будто специально медлил, убрав руки и никак его не касаясь. Он наблюдал за агонией омеги, наслаждался приглушёнными стонами, потому что Тэхен уткнулся лицом в подушку. — Что пожалуйста, маленький, скажи мне, что ты хочешь? — альфа склонился над обнажённым телом, невозможно было находится даже в нескольких миллиметрах от омеги, который умолял его взять. Чонгук языком проводит вдоль позвоночника, собирая капельки пота, улыбаясь, чувствуя как дрожит Тэхён. — Делай что хочешь, я больше не могу, — омега скулит, поджимая пальчики на ногах. Феромон альфы действует похлеще чем афродизиак, пробуждая инстинкты. Если бы Тэ не лежал лицом в подушку, он бы непременно впился в альфу зубами, желание оставить на нем свой след было буквально непреодолимым. Чонгук выдыхает сквозь сжатые зубы и резко дергает бедра омеги на себя, заставляя его вскрикнуть от неожиданности. Горячие ладони нежно поглаживают аппетитные половинки, раздвигая их в стороны, наслаждаясь открывшимся видом. Немедля, оставляет поцелуи поочерёдно на каждой ягодице, а затем быстро проводит языком между ними, собирая природную смазку, отчего зверь внутри него начинает рычать, потому что этот омега принадлежит только ему. — Мой сладкий мальчик, — альфа повторяет своё действие, наслаждаясь любимым вкусом, смакует как лакомство, при этом удерживает Тэхена, потому что у того уже ноги не держатся, колени скользят по влажной простыне и тому кажется, что лучше уже быть не может. Чонгук отстраняется, его член стоит колом, отчего даже прикасаться к нему немного больно. Он проводит по стволу и наконец приставляет головку к желанному входу. Каждый сантиметр даётся с трудом, хочется вдалбливаться в любимое тело, чтобы до криков, до хрипа, чтобы до потери сознания. Любить Тэхена оказалось фантастически, поэтому сейчас Чонгук наслаждался каждой секундой, каждым стоном. Тэхен его омега, его, Чон никому его не отдаст, сейчас он жалел лишь о том, каким идиотом был, что смог отпустить его тогда, после их первого встречи. — Мой, — рычит Чонгук, наращивая темп, сжимает бедра, делая уже резкие толчки. Сдерживаться больше не получается, Тэхен скулит. — Твой, — полустон срывается, новый толчок и дыхание прерывается. — твой, Чонгук-а, только твой. — Мой маленький, — шепчет альфа, кончая, натягивая омегу сильнее на член, отчего тот тоже следует за ним. Они валятся на постель так и не прерывая объятий, дыхание пока ещё прерывистое вырывается у обоих, говорить не хочется, всё и так сказано. Чонгук прижимает к себе расслабленное тело, целуя во влажный затылок. Тэхён поворачивается к альфе лицом и целует в губы, молча показывая так то что он чувствует, о любви никто из них не говорит, это и не нужно. Омега утыкается в шею Чонгуку и медленно проваливается в сон, а Чон так и не уснул, баюкая того в объятиях, то и дело касаясь губами прохладного лба.

***

— Котёнок, — сгребая в объятия маленького плачущего альфу, который вцепился маленькими ладошками в папу, — Субин, я обещаю, что буду звонить каждый день по видеосвязи, и мы будем разговаривать обо всём. Чонгук будет рядом с тобой и не даст почувствовать то, что меня не будет рядом всё это время. — Папочка, я тебя очень люблю, — утыкается носиком в живот и старается успокоиться. — И я тебя люблю, милый, — омега целует ребёнка в пушистую макушку и чувствует, как рука Чонгука ложиться на его талию, а аромат корицы обволакивает их троих, как защитное облачко. — Бини, папе нужно занимать место в автобусе, — подхватывает малыша на руки, — мы дождёмся нашего папу и будем послушными, правда? Субин, обнимая за шею Чонгука, кивает и провожает взглядом Тэхёна, который отдал свой багаж помощнику водителя, а сам поднялся в автобус, чтобы занять своё место у окна и автобус трогается с места. Малыш машет ручкой в ответ папе, пока Чонгук целует его в мокрую от слёз щеку, обещает, что всё будет хорошо и эти два месяца пролетят незаметно, потому что вдвоём они проведут время весело. Бини кивал, успокаиваясь, и когда он окончательно успокоился, отец поставил его на ножки и предложил сходить в детское кафе покушать вкусностей, на что малыш с радостью согласился. Врачей из госпиталя расположили в отдельном общежитии, где расселили их по двое в комнате, выдали военную форму на время их пребывания на территории военной части «Коэльсо». Для ознакомления и оформления документов, а также для получения методичек им дали день. Тэхёна поселили вместе с Лао Дзы, двадцативосьмилетним омегой из Китая, офтальмологом. Блок у них большой и поделен на отдельные комнаты для каждого, в которых имеется кровать, шкаф для белья и небольшое зеркало, на окнах ажурные занавески персикового цвета. Так же раздельный санузел в каждом блоке, что очень удобно. — Лао Дзы, позови меня, когда будет ужин, — обратился Тэхён к своему соседу, заглянув к нему в комнату, — я хочу позвонить сыну, чтобы он не переживал. — Да, без проблем, — омега пожал плечами и продолжил разбирать свои вещи в шкаф. Тэхён достал свой ноутбук, подключил его к сети и, взглянув на время, прикидывая, что Чонгук должен был забрать сына из сада, открыл приложение для видео звонков, набрал нужный номер. …Чонгук, забрав ребенка из сада, повёл его в магазин детских игрушек, где Субин выбрал большой набор конструктора с разными дополнениями в виде деревьев, окошек, и даже небольших зверьков. Довольные покупкой они, вернувшись домой, переоделись в домашнюю одежду, высыпали весь конструктор на пол в гостиной и занялись постройкой мегаполиса под названием ≪СубиЛэнд». — Бини, ты не проголодался? — Отец так увлёкся игрой с сыном, что совсем забыл его покормить. — Немного, — не отвлекаясь от занятия, ответил Субин, — а ещё скоро папа должен позвонить, нужно принести сюда ноутбук, чтобы не пропустить звонок. — Тогда я сейчас закажу доставку еды, а ты беги и неси сюда ноутбук, будем ждать звонок нашего папочки. Мальчик вприпрыжку побежал на второй этаж в рабочий кабинет Чонгука за ноутбуком, а сам Чонгук, взяв телефон, уже оформлял доставку домашней еды из его любимого ресторана. Субин спустился обратно в гостиную и на кофейный столик поставив ноутбук вернулся к великой стройке, развернувшейся на всём полу в комнате. Доставка приехала через сорок минут, а спустя ещё минут десять раздаётся звонок на ноутбуке. Это звонит Тэхён. Чонгук не менее радостный звонку своего омеги, чем Субин, так же радостно бежит за стол, как и сам мальчик. — Ну как вы, мальчики? — Спросил Тэхён, как только на экране появились его альфы. — Пап, мы очень скучаем по тебе, — сказал ребёнок и глаза его тут же наполнились влагой, но он как истинный альфа сдерживал их. — Да, мы очень скучаем по тебе, — подтвердил Чонгук и в его глазах омега увидел то, с какой нежностью альфа смотрит на него. — Я тоже скучаю по вам, — улыбнулся омега. — Как ты устроился? — интересуется альфа, прижимая к себе умостившегося ребёнка между его ног. Омега рассказал о том, в какое хорошее общежитие их заселили, что у каждого своя комната со всеми удобствами. Сказал, что сегодняшний день им дали для отдыха и для расположения в части. Показался как он выглядит в военной форме и сказать, что Чонгук в шоке — ничего не сказать. Субин похвастался новой покупкой, за что получил шуточно-гневный взгляд от папы и сказал, чтобы за время его отсутствия ребёнок не обанкротил своего отца, на что получил взгляд с закатанными глазами. Долго поговорить не удалось, Лао Дзы крикнул, что пора на ужин, и Тэхён был бы рад поговорить дольше, но желудок уже прилип к спине и начал болеть, поэтому пообещал, что позвонит завтра и, распрощавшись, зацеловав воздушными поцелуями обоих, закончил звонок.

***

Два месяца проведённые Тэхёном на обучении пролетели быстро и очень продуктивно. У них практически не было свободного времени, разве что после ужина перед отбоем, потому что жили врачи по военному распорядку. В это время он звонил сыну и Чонгуку и несколько часов они разговаривали по видео связи. Сегодня предпоследний день их нахождения в «Коэльсо» и Субину уже не терпится прижаться к папе, расцеловать и понежится в его объятиях. Чонгук наблюдает за щебетанием сына и не может нарадоваться тому, какая семья (в будущем) ему досталась. — Папочка, сегодня звонил дядя Джин и дядя Намджун, — Тэхён посмотрел на реакцию Чонгука, который услышав имя друга немного поник. Им так и не удалось встретиться и поговорить, всё обсудить, — они приезжают через неделю, везут мне очень крутой подарок. — Не ты ли у дяди Сокджина выпрашивал этот крутой подарок? — с прищуром глядит омега на Бини, — Я знаю, что ты очень давно хотел тот радиоуправляемый самолет. Ребёнок виновато опустил глаза на свои сложенные руки и умолк, на что Чонгук подбадривающе погладил его по голове и улыбнулся, когда сын поднял на него свои глазки. — Малыш, сходи наверх и возьми свою тетрадь для домашних заданий, покажем папе, что мы с тобой сделали сегодня? Субин забыл о своём расстройстве, бегом побежал в свою комнату за тетрадкой с домашним заданием, а Чонгук без предупреждения заявляет. — Тэхён-и, хочется тебе или нет, но вам придется переехать ко мне. — С чего это вдруг? — Удивляется омега с усмешкой и складывает руки на груди. — С того, что вашу квартиру полностью затопило водой и все вещи пришли в негодность. — Чонгук наблюдает, как шок появляется на лице любимого и продолжает. — Всё что смог, я спас, но вся мебель и техника пришла в негодность, поэтому тебе придётся жить у меня. — Как это затопило квартиру? Когда это затопили? — Тэхён в ужасе от услышанного, в голове крутиться мысль лишь о том, что он и его сын остались без крыши над головой. — Где же мы теперь будем жить с Субином. — Тэхён, ты меня слушаешь? — Чуть громче произносит альфа, чтобы омега его услышал. — Вы будете жить в этом доме со мной. Вещи, какие-то документы и прочее, что уцелело, я перевез сюда. Так что, переживать тебе не за что. — Папочка, смотри! — Субин вернулся с цветастой тетрадью, развернул её на нужной странице и показывает папе, который с задумчивым видом смотрит и сухо хвалит сына, а тот сразу улавливает настроение папы, — Пап, что-то случилось? — Нет, мой маленький, всё хорошо, — через силу улыбается, главное не расстроить Бини, — завтра тебя затискаю, зацелую и заобнимаю. — А я тебя, — мгновенно личико ребёнка озарила улыбка. — А я вас, — вставил своё слова Чонгук, но Тэхён никак не отреагировал. — Бини, папа будет прощаться с вами, пора готовиться ко сну. Завтра встретишь меня с автобуса? — Конечно пап, мы с отцом приедем за тобой, правда? — Субин ждёт ответа от Чонгука, и тот конечно же соглашается.

***

Автобус был на месте в шесть часов вечера. Все вымотанные обучением и дорогой, которая заняла у них два часа, не торопясь покидают автобус, достают свои чемоданы и сумки и расходятся по домам. Тэхён вышел почти последним, заставляя нервничать ожидающих его альф, но как только ноги омеги коснулись земли, на него налетел маленький ураганчик, вскарабкался на руки и вцепился мёртвой хваткой. — Папулечка, — вразнобой целует и лепечет Бини, — я так скучал, ты себе не представляешь, как сильно я скучал. — Я сильнее, — услышал знакомый голос Тэхён и перевёл внимание на Чонгука. — Я знаю, милый, но теперь папа приехал и больше никуда не уедет, — удерживая в объятиях, приговаривает омега и гладит сына по спине, — ну что, поехали домой? —и на последнем слове омега сник. ≪Дом≫, которого теперь уже у Тэхёна нет. В сердце больно кольнуло от осознания, что возвращаться теперь уже некуда, хотя он ведь и не сгорел, но теперь, чтобы восстановить все убытки придётся работать ещё больше. Зато Чонгук выглядит весьма счастливым из-за того, что забирает свою семью в ИХ дом. Хотя и понимает, что Тэ будет восстанавливать свою квартиру, но пока они с Субином будут жить в доме альфы, Чонгук постарается переубедить того не съезжать, если вдруг план «А» не сработает. — Поехали, — Чонгук подошел, взял все сумки, которые омега брал с собой и понëс укладывать их в багажник, — тебя ждёт дома сюрприз. Тэхён, ошарашенный таким заявлением, вопросительно смотрит на сына, потом переводит внимание на довольно улыбающегося Чонгука, затем снова на Субина. Альфы молчат, как будто воды в рот набрали. — Какой ещё сюрприз? — возмущается омега, топая к машине с ребенком на руках, который прижался к его щеке и не отлипает, — Чон Чонгук, я тебя спрашиваю! — а тот лишь с улыбкой подходит, перехватывает малыша и сажает в детское кресло на заднем сиденье, которое он купил за время отсутствия омеги. — Скоро увидишь, — не стирая улыбку с лица, Чонгук садится машину и заводит автомобиль, выезжая с парковки в сторону дома. По дороге никто из альф так и не признался в чём дело и к чему сюрприз, оба молчали, только лишь улыбались и переглядывались с хитринкой в глазах. Приехав на место и не выходя из машины, Чон повернулся в сторону Тэхёна, который сидел рядом на пассажирском и сказал: — Выходи из машины и сразу закрывай глаза. — Ты уверен, что мне понравится ваш сюрприз? — с подозрением спрашивает омега, но закрывает глаза и выходит на улицу. Чонгук выходит следом и отстегивает ремень безопасности у Субина, помогает ему спуститься на землю и подходит к омеге. — Доверься нам. — Уж слишком часто ты просишь довериться тебе, — хмыкнул Тэ. — И заметь, ещё ни разу за прошедшие месяцы я тебя не подвëл. — Надеюсь, этот сюрприз не станет исключением, — Чон шепчет на ухо, а у Тэхёна тело покрывается мурашками от такой близости. Чонгук идёт с левой стороны, поддерживая Тэхёна одной рукой, переплетая с ним пальцы, а второй за поясницу, с правой же идёт Субин, держа папу за руку. Ведут его не долго, по поворотам Тэхён понял, что сюрприз находится за домом во внутреннем дворе и как только они остановились, Тэ понял, что его подвели к сюрпризу. — Сейчас аккуратно, нужно поднять ногу и переступить, — проговаривает Чонгук и Тэ аккуратно шагает вперёд и чувствует аромат цветов, улыбается, а Субин отпускает папу и становится рядом с отцом, — можешь открывать глаза. Омега медленно, словно боясь, открывает глаза, и первые несколько секунд он находится в непонимании, на лице читается удивление, восторг и шок, на что альфы улыбаются, понимая что сюрприз удался. Тэхён медленно, но начинает осознавать, что перед его глазами находится оранжерея полная различными видами цветов, и он не может подобрать слов, чтобы описать весь восторг. Стены сделаны полностью из стекла, предназначенного для оранжерей, чтобы не спалить растения под прямыми лучами солнца. Цветов огромное количество и самых разных, отчего омега просто потрясён, он очень любит ухаживать за домашними цветами, а тут они самые разные. Осмотрев восхищённым взглядом вокруг, он заметил свои домашние растения, что были у него в комнате. Тэхён так обрадовался, что они не погибли за время его отсутствия и теперь они тут, в его оранжерее. — Как? — Шëпотом спрашивает он, затем чуть громче повторяет, — как ты узнал, что я мечтал об этом? — У меня есть человечек, который знает о тебе всё, а твоё отсутствие только помогло мне воплотить твою мечту в реальность, — Чонгук обнимает маленького Бини и прижимает к себе, взлохмачивая макушку, — но это не весь сюрприз. — хитро улыбается и отходит чуть назад. — Что ещë ты задумал? — Настороженно смотрит в глаза и спрашивает Тэ, мельком переводя взгляд на сына, потом обратно на Чонгука. Чонгук смотрит прямо в глаза Тэхёна, он такой красивый среди всех высаженных цветов, такой уставший после дороги, но всё равно самый прекрасный. Не отводя взгляда от прикованных к нему омежьих глаз, Чонгук достаëт из кармана пиджака бархатную коробочку и становится на одно колено перед Тэхёном. — Я знаю, что не самый лучший альфа, потому что не распознал тебя в самую первую нашу встречу. Знаю, что поступил как настоящий мудак по отношению к тебе, бросил и просто ушёл, но поверь, что после той встречи ты не покидал мои мысли, — как на духу произносит Чонгук, а Тэхён будто не тут совсем. Ощущение такое, словно он смотрит со стороны на всё, что происходит сейчас. — Я обещаю стать лучше для тебя и для нашего сына. Ким Тэхён, Ким Субин, готовы ли вы принять меня в свою семью? Тэхён закрывает лицо руками, чтобы не показывать свою слабость, свои слёзы счастья. Он не может сказать, что ждал признания или предложения руки и сердца, но, как и любому омеге, ему хотелось свой кусочек счастья. Маленькие ладошки обнимают его и просят соглашаться, что их Чонгук самый лучший твердят и Тэхён не в силах произнести хоть слово, лишь кивает в ответ, что согласен. Чонгук открывает коробочку, встаёт на ноги и нежно убирает руки от заплаканного лица, достаёт кольцо из коробочки и надевает его на палец своему будущему мужу. Как только кольцо красовалось на пальце, за оранжереей послышался крики с поздравлениями голосом Сокджина и Чимина и их альф, что очень удивило омегу. — Они всё знали? — Они помогали со всем тут и украшением дома, — признаётся альфа и счастливо улыбается, подходя и обнимая своего истинного и своего сына, — один я бы не справился, если честно. — Но брат не должен был так рано приехать, — Тэхён не верит своим глазам, когда видит всех вошедших, — вы всё знали и даже не намекнули! — Ну, тогда это не был бы сюрприз, — отвечает Чимин и подходит к счастливому другу, сжимает в крепких объятиях, — наши поздравления, Тэтэ. К поздравлениям присоединились все и чтобы отметить это событие, было решено переместиться в гостиную, которая уже готова встречать будущую семью Чон. Внутри дома всё украшено шарами, живыми цветами в вазонах, расставленными по всем углам комнат, растянуты фонарики, которые горят цветными огнями. Всё это приводит Тэхёна в полнейший восторг, остальные же наблюдают за реакцией на свою проделанную работу и счастливы, что приложили руку к такому трепетному моменту. — Вы просто невероятные, — держась за щеки, произносит омега, стараясь сдержать слёзы радости. — Просто ты у нас необыкновенный, Ким Тэхён, — обнимая за плечи омегу, отвечает Чонгук и подводит его к столу, — давайте пройдём к столу и отпразднуем эти события. Посиделки с обсуждением предстоящей свадьбы проходили и со слезами и смехом, очень шумно. Также задели тему со встречей после длительного перерыва между Намджуном и Чонгуком, альфы разрешили все недомолвки и разошлись на прекрасной ноте. Чонгук извинился перед другом и его супругом, Сокджином, за своё поведение в прошлом, но Джин пообещал оторвать альфе его достоинство и заставить сожрать его, если Чонгук причинит боль его младшему брату. Атмосфера в доме витает тёплая, семейная. Сколько раз Тэхён мечтал вот так сидеть за большим столом, в кругу близких и родных людей, чтобы только радость и смех слышать, и вот эта мечта стала реальностью. Сейчас сидя за одним столом с Чимином и Юнги, с Джином и Намджуном, с Субином и Чонгуком, Тэхён может с уверенностью сказать, что он счастлив. — Предлагаю выпить за то, что эти два сердца наконец-то воссоединились, — поднимает свой бокал Сокджин, смахивая невидимую слезу, — я правда очень рад за то, что ты, Тэхён, счастлив и обретёшь свою семью. — Я люблю тебя, Джин-и, — искренне смотрит на брата омега, — если бы не ты и Намджун, я бы не справился со всеми трудностями, которые приготовила мне судьба. Спасибо вам. Вечер протекал очень уютно, шумно и весело. Бокалы поднимались не раз и не два, но останавливаться никто не собирался, потому что сегодня они все позволяют себе отдохнуть. Ближе к середине ночи у Чимина появился немаловажный вопрос: — А где вы планируете проводить торжество? И после этого Сокджина с потоком невероятных идей было уже не остановить. Гости так бурно обсуждали места проведения, что даже не заметили, как виновники торжества покинули стол и уединились в беседке увитой вьющейся розой. — Никогда бы не подумал, что наша с тобой одна единственная ночь приведёт к тому, что имею сейчас, — произносит омега, подходя к бутону нежно-кремового цвета, и наклоняется к нему, вдыхая его сладкий аромат. — Я такой дурак, что упустил столько времени, жил в неведении о том, что у нас растёт прекрасный альфа, которого подарила та незабываемая ночь, — Чонгук подходит со спины к своему омеге, кладёт руки на талию и прижимает к своей груди, вдыхая аромат цитрусовых, — Я люблю тебя, Тэхён. — Я люблю тебя, барабанщик.