В списке предателей записан карандашом

Грюм схватил мага за его пыльные лохмотья, не особо церемонясь, и повел в зал суда. Каркаров завопил, как девочка, умоляя отпустить, его ноги волоклись по коридорам Министерства Магии, а когда пальцы касались пола, создавался противный скрежет от соприкосновения ногтей и черного мрамора. Аластор не мог узнать Игоря: вот как изменила темного волшебника обычная тюрьма. И это он еще не попал в Азкабан. Боже, что с ним будет там? Игорь Каркаров выглядел как пресмыкающееся животное, но никак не человек. Обвисшая кожа буквально была натянута на выпирающие кости, глаза были какие-то впалые, с большими темными кругами под ними. Он выглядел ужасно, и от его вида Аластор на какой-то момент почувствовал рвотный позыв. Игорь был как нищий, просящий милостыню на людных улицах, которого все обойдут стороной и даже не задумаются о том, чтобы остановиться рядом с ним. Ему никто не поможет. Его ничего не спасет от пожизненного срока в Азкабане. Кроме Грюма ему никто не поможет. Молодой мракоборец остановился посреди коридора, выложенного из зеленых плиток. Им оставался один поворот до зала суда: где-то слева слышался шум и гул. Дело Игоря Каркарова привлекло внимание всего магического мира. - Эй. - Аластор встряхнул его, чтобы привлечь к себе внимание. - Ты там еще живой? В ответ послышалось лишь противное для ушей мычание. Парень понял, что техника "хороший коп" с этим придурком не сработает, поэтому в нем моментально проснулся так называемый "плохой коп". А что? Старый метод кнута и пряника никогда не был бездейственным. Грюм схватил преступника за шкирку и прижал к стене с такой силой, что послышался хруст слабых дряблых костей. С потрескавшихся сухих губ Игоря сорвался протяжный стон из-за боли. - Отвечать сотруднику Минестерства Магии следовало бы должным образом, Каркаров. Никто и слова ему не скажет, если подсудимый придет с несколькими лишними синяками и царапинами. - Я не слышу, Каркаров. Ему доставляло неимоверное удовольствие так фамильярно обращаться к нему, забыв все приличия и этикет. Будто эта дикая кровь, что теплилась в теле молодого парня, рвалась наружу. Он уже потерял глаз во время одной из таких своих выходок, за что его прозвали "Грозным Глазом", и, вроде бы, его это должно было изрядно расстроить, но это лишь придало ему еще больше уверенности в себе. - Я живой. - наконец, Игорь ответил на вопрос, и скрипучий голос тихим шепотом прошелся по всему коридору. - А теперь слушай внимательно. - Аластор еще раз встряхнул его, и легкое, как перышко, тело на момент оторвалось от земли. - Сейчас ты войдешь в зал суда и сдашь всех своих сообщников? Кто там остался-то? Долохов? Кэрроу? Лейстрйнджи? Да неважно! Сдашь хотя бы одного Пожиратели, который еще не в Азкабане - тебя отпустят. Он пытался его спасти, но не знал, будет ли он в конце концов услышан. - Засунь свою гордость куда подольше и сдай их. Сдай всех. В Азкабане Темный Лорд и его шавки тебе не помогут. Каркаров молчал, прожевывая последние остатки своей гордости. - Я сделаю то... то, что сам посчитаю нужным. Упертая скотина. Что он знает о гордости, о чувстве собственного достоинства, чтобы так себя вести? Аластор впихнул его в зал суда, и громкие визги Пожирателя Смерти были заглушены криками репортеров и мракоборцев. Грюм провел Игоря в клетку, что стояла посередине, под одобрительный кивок главного судьи Барти Крауча-старшего. Аластар сел назад, на самый дальний ряд, где сидели молодые мракоборцы: Джеймс Поттер, Сириус Блэк, Ремус Люпин и Питер Петтигрю. - Вы как, ребят, нормально? - парень одобрительно похлопал по плечу Ремуса, что сидел от него по правую руку. - Первый раз на заседании Визенгамота? - Ага. - Поттер расслаблено откинулся на сидении. - Но, думаю, ничего интересного от этого всего ждать не стоит. Все эти Пожиратели одинаковые, ни слова не вытянешь. - Этот должен расколоться. - внутри Грюма еще теплилась надежда. - Надеюсь. - Эй, Грюм, а ты видать его неплохо отмудохал, раз так говоришь. - рассмеялся Сириус, пиная локтем Питера. - Хвост, смотри, кажется у бедного Каркарова кровь на затылке, видишь? - Да-да. - сказал Питер и тут же отвернулся. - Парни, меня, видимо, Крауч-младший зовет, я попозже к вам присоединюсь. Петтигрю встал с места и направился в противоположную часть зала, там, где сидел Барти Крауч-младший, сын судьи, и Корбан Яксли, и тут же начал с ними шептаться. Внезапный стук молота заставил всех замолчать. Начиналось заседание. - У Визенгамота к вам предложение, Игорь Каркаров. - Крауч-старший решил не церемониться. - Если вы раскроете имена ваших сообщников, Визенгамот аннулирует постановление о вашем пожизненном сроке в тюрьме Азкабан. Советую вам начать говорить. - Долохов. - невозмутимо прошипел Игорь. - Антонин Долохов был арестован через день после вас нашим лучшим мракоборцем Аластором Грюмом. Еще. - Эван Розье. - Убит Аластором Грюмом. Еще. - Муж Беллатрисы Лестрейндж, Родольфус! Родольфус Лейстрейндж! - в голосе Игоря зазвучали те самые нотки паники и тревоги, которые все так ждали. - Убит. Это все, что вы можете нам предложить? - Клянусь, я сказал вам все, что знаю! Я все вам рассказал! - В Азкабан. Игорь схватился за острые зубья решетки так, что из ладоней тонкими струнками побежала кровь, когда дверь клетки раскрылась. Аластор встал с места и начал спускаться вниз, чтобы вывести Каркарова из зала. Глупец. Какой же он глупец. - Стойте! - неожиданно Пожиратель закричал, когда Грюм уже схватил его за шкирку. - Я слышал.. еще одно, пожалуй. Имя. Хватка мракоборца ослабла мгновенно. Прошу, не упусти свой шанс. - Питер Петтигрю! Хвост поднимает глаза, когда понимает, что только что назвали его имя. Гробовая тишина, что стояла в зале суда, оглушала до невозможности. - Он раскрыл Темному Лорду тайну Поттеров! Он предатель. Сириус опустил голову, скрывая от всех присутствующих ухмылку. Он знал, что с Хвостом что-то не так, он чувствовал это своим нутром. И сейчас, когда Игорь Каркаров прилюдно обьявил их "друга" предателем, все встало на свои места. - Питер, - прошептал Джеймс, поднимаясь со своего места. - скажи, что он врет. Подними рукав и докажи всем, что этот грязный чернокнижник врет. Питер, прошу. Он знал Питера с детства. Это же был его лучший друг, они же столько лет знакомы. Он не мог его предать, просто не мог. Но Петтигрю срывается с места, Крауч-младший толкает его, но Питер устоял на месте и продолжил бежать. Он оказывается уже у выхода, как вдруг на него набрасывается Ремус Люпин. В парне явно проснулся его волк, и его друзья быстро это заметили. Ремус прижал Питера к полу, и Хвост заметил этот недобрый дикий блеск в глазах. Это было не к добру. Люпин даже не слова не произнес, как вдруг начал бить Питера по лицу. С такой яростью и ненавистью, что никто не посмел подойти и остановить его. С носа Хвоста фонтаном брызнула кровь, моментально запачкав черную рубашку его друга. - Ты мерзкая тварь, Петтигрю. - срывается с его губ жесткое оскорбление. - Чтоб ты сдох. Алатор стоял и смотрел, как молодой парень с ужасом взглянул на свой окровавленный кулак, прежде чем продолжить наносить удары. Он никогда не чувствовал в себе такой ярости, никогда. Ничего страшного, Ремус. Петтигрю должен ответить за все.