Бабье Королевство.

Эмма вышла из кабинета врача недовольно морщась. Очередное обследование, плановое, ничего экстренного, но Эмма не любила врачей с детства. И мозгоправов даже больше чем стоматологов. Эмма свернула в коридор и заметила очень знакомый силуэт. Но узнала эту женщину не сразу — Регина сидела на краю кресла, скрючившись, смотрела в пол, с трудом поднялась. Эмма почувствовала, как волна ледяного холода прокатилась по спине — у Регины слёзы на глазах, хлюпает носом, сжимая в пальцах бумажную салфетку. — Что с тобой?! — Эмма подлетела к мэру, которую слегка шатнуло в сторону и Регина вынуждена была ухватиться за спинку кресла. — Вас это не касается, шериф Свон, — привычно спокойным и холодным тоном, но Эмма решительно обхватила мэра за талию: — Дыши, Миллс. Меня, как шерифа, очень волнует благополучие граждан этого города, а так как вы, мэр, являетесь жителем Сторибрука, то это и моё дело, Регина. К тому же ты мать моего… нашего… тьфу! Генри. Так Вэйл тебе что-то такое сказал, что ты… — Ничего страшного, — Регина начала приходить в себя, стряхнула руку Эммы с талии и пригладила волосы, вытерла глаза. — Вы можете оставить меня в покое, Свон? — Нет. — Эмма отрицательно покачала головой. — Не могу. В таком состоянии я не могу вас пустить за руль, мадам мэр. Регина высокомерно фыркает и направляется к своему джипу, где обнаруживает отсутствие ключей в сумочке — они уже в руках у этой несносной блондинки, которая ехидно улыбается стоя у открытой двери джипа: — Талант не пропьёшь. Садитесь, мэр, сегодня я ваш персональный водитель. Куда вас доставить, мэм? В мэрию или домой? — Домой. — Регина недовольно вздохнула, но уселась на пассажирское сиденье позади Эммы. — Надеюсь, что потом не пожалею, пустив вас за руль своего личного автомобиля. Эмма не стала комментировать ворчание мэра и не произнесла ни слова до самого особняка. Регина тоже смотрела в окно всю дорогу без обычных шпилек в адрес шерифа. Эмма помогла Регине выбраться из автомобиля, та опять насмешливо фыркнула: — Меня не стоит так опекать, мисс Свон. Я уже в полном порядке. — Зато я нет, — вздыхает Эмма, — и пока не буду уверена, что о вас позаботятся, мэр… Напоят чаем с ромашкой, к примеру. — Зелина скорее всего сидит дома с ребёнком, — говорит Регина. Они у самых дверей особняка. — Так что я не останусь одна. И повторяю — всё в порядке. Зелина с Робин на руках спускается вниз в гостиную и удивлённо смотрит на странную парочку — шериф, она же бывшая Тёмная, со своим обычным вороньим гнездом на голове, но у младшей сестры, которая уходила на работу в нормальном настроении и идеальной прической, сейчас красные от слёз глаза, а на голове чёрт знает что творится вместо аккуратно уложенных волос. Эмма вручает мэру ключи и перехватывает вопросительный взгляд Зелины, пожимает плечами: — Не знаю, что с ней такое, но со МНОЙ она не хочет разговаривать об этом. Генри НАШ сын, а потому я не уйду пока не узнаю в чём дело. Я ДОЛЖНА быть в курсе. Зелина усаживает дочь в манежик и молча уходит на кухню — готовить чай с ромашкой. Эмма стоит рядом с креслом Регины, сложив руки на груди и с крайне недовольным видом, нетерпеливо постукивает по полу носком сапога: — Я жду. Ты мать Генри, а я не хочу, чтобы он, в случае чего, попал в систему. Колитесь, мэр. Ты же знаешь, Регина, какая я бываю упрямая зануда. Не отстану ведь. Ты от меня так просто не избавишься. Я убью на это весь день, но добьюсь от тебя ответа. Даже, если для этого мне придётся применить пытки. — Она может. — Зелина ставит на журнальный столик поднос с чашками и вазочкой печенья. — И я тоже хочу понять, что с тобой такое творится в последнее время, сестрёнка. Твои перепады настроения, визиты к Вэйлу… — У меня будет ребёнок. — Регина сделала большой глоток из чашки и окончательно начала походить на себя — прямая спина, аккуратная, волосок к волоску! , причёска, сама элегантность — настоящая Королева. — Поздравляю! — Эмма не может удержаться и крепко обнимает Регину. — Так это… — Ребёнок Робина и брат или сестра Рональда и маленькой Робин. Сводный, по отцу. Ты угадала, Свон. — И брат или сестра для НАШЕГО Генри, — добавляет Эмма. — Только пока никому, Свон, — хмурится Регина. — Я могила, — Эмма изображает, как закрывает рот на «молнию». … Эмму не пригласили и шериф не стала свидетелем исторического события, а потому всё знает со слов Генри, который в тот день пришёл вместе с Рональдом из школы и они застали Регину и Зелину в гостиной, мама и тётя их явно дожидались, а мама Регина просто сияла при этом. — У тебя скоро появится ещё одна сестрёнка, а может младший брат. — Регина обнимает Рональда. — И ты, Генри, станешь старшим братом. Зелина стоит с Робин на руках и малышка заметно озадачена происходящим. Рональд морщит нос: — Я хочу братика. Регина смеётся и ерошит племяннику чёлку. … — Ты уже придумала имя? — спрашивает Эмма. Она смотрит на бесконечно счастливую подругу и учителя, которая кормит грудью новорожденную. Малышка сосредоточенно и жадно сосёт и Регина отвечает, не отрывая сияющего взгляда от личика дочери: — Мэрион, Мэрион Келли Миллс. … — Нет, Киллиан, — Эмма видит, как гаснет улыбка на лице Крюка, но не может ничего с собой поделать — проклятая честность, как побочный эффект от её проклятого дара, рот словно наполняется горькой слюной, она не умеет притворяться и говорить правду, ВСЮ правду, Эмме много легче, чем сладкую успокоительную ложь, — Тёмный отсёк тебе руку, а мне ты предлагаешь подрезать тебе крылья? Сам однажды сравнил себя с альбатросом, который прекрасен в полёте над морем и страшно смешон и неуклюж на берегу. Ты можешь представить себя в кресле с пивом, вечером, перед телевизором? Ты возненавидишь такого себя и меня заодно. Я же вижу, как ты смотришь на залив, на рыбацкие лодки… Ты по натуре бродяга, Крюк. Любить, это не держать всегда при себе, на короткой цепи, а найти в себе силы отпустить. Ты вольная птица, Крюк, а не пингвин в зоопарке. — Мы могли бы вместе… — Крюк уже стоит на ногах и спрятал коробку с кольцом в карман. Эмма отрицательно качает головой: — Я всю жизнь искала дом, семью. Может я и лебедь, но искала тихую заводь и тут, в этом странном городке, мои родители, сын, друзья… — И его мать, — говорит Киллиан. — Регина, — Эмма краснеет, — моя подруга, мать Генри. И ко всему прочему — моя приёмная бабушка. — Не обманывай себя, — ухмыляется Киллиан. — Она тебе больше, чем подруга. Родственная душа, близкий по духу человек. И ты, как не горько мне это признавать, абсолютно права. Мне очень скоро станет невыносима такая жизнь. Я бродяга и засиделся на этом берегу. … Когда Киллиан приказал команде готовиться к отплытию, Эмма не могла не заметить в какой восторг пришли все морские разбойники, даже Мистер Сми. На палубе закипела работа и Киллиан занял свою капитанскую каюту. Перед тем, как подняться по трапу, он обнял Свон на прощание и попросил: — Если захочешь со мной связаться, дорогая, обратись к русалкам. Только учти — они любят исключительно свежую рыбу. Никаких консервов. Прощай. … — Киллиан отплыл, — говорит Эмма. Её взгляд устремлён далеко за горизонт. Закатное небо. Рыбацкие лодки покачиваются на волнах и Эмма понимает, что её место здесь, в этом зачарованном городе, как бы ни была соблазнительной мысль о «Весёлом Роджере» и дальних морях. Её дом здесь. — Догадываюсь, что это не вся история, Свон. — Регина аккуратно покачивает коляску, Мэрион спит. — Он сделал мне предложение, но я отказала, — вздыхает Эмма, — Здесь мой дом и семья, а Крюк быстро бы затосковал на берегу. Не та натура. Видела бы ты его команду — ребята словно лет по десять разом сбросили. Сам Киллиан даже словно стал немного выше и ожил, просто светиться от радости начал. Так что я всё сделала правильно. Отпустила его. Любить, это найти в себе силы отпустить. Как птицу из тесной клетки. — Временами ты такая мудрая, Свон, что хоть в лес беги, — улыбается Регина. — А теперь думаю, что сглупила, но в глубине души понимаю, что по другому было нельзя. Я нужна здесь. Тут мой дом. Регина никак не комментирует сказанное Свон, но Эмма и без дополнительных пояснений откуда то знает, что Регина одобряет её выбор. … Эмма вышла от врача в некоторой растерянности. И теперь шериф стояла и задумчиво постукивала указательным пальцем себе по носу, когда в коридоре появилась небольшая процессия — Регина с коляской в которой сидит недовольная чем то Мэрион, Зелина с Робин на руках и замыкают шествие Генри и Рональд. — Свон? — Регина улыбается подруге и ученице, Мэрион радостно машет пухлой ручкой, Генри обнимает вторую маму, Рональд почтительно кланяется, а Зелина успела прочесть имя, и в чём специализируется врач, на двери кабинета, поэтому внимательно смотрит шерифу в лицо. Эмма вздыхает: — История повторяется… Но в этот раз мой бывший не исчез внезапно за горизонтом, я его даже проводила в дальний путь. Но… Регина первой озвучивает то, что подумали все: — Хочешь сказать, что… — Да. Я жду ребёнка. Генри подпрыгивает на месте от восторга. Регина обнимает подругу, Зелина следом. Эмма разводит руками: — Теперь не знаю — стоит сообщать Киллиану или нет. Я немного суеверна… Регина кивает: — Когда малыш появится на свет — но прежде поговори с Ариэль. … Тяжёлая бутыль толстого зелёного стекла, описав в воздухе длинную параболу, с громким стуком ударилась о мокрое дерево палубы, высокая молодая женщина обернулась и недоумённо нахмурилась, длинная сабля коснулась стекла — внутри смутно белело — свёрнутая в трубку бумага. За бортом взблеснул серебряный хвост — русалка. Мистер Сми подошёл к девушке, поднял бутылку с палубы и, нацепив на нос очки в тонкой золотой оправе, поднёс сосуд поближе к глазам: — Послание для капитана! Русалке-почтальону было брошено несколько, заранее заготовленных на этот случай, жирных рыбин, прямо в воду, а посылку капитану лично в руки доставил Мистер Сми. Крюк аккуратно вскрыл бутыль и на полчаса в каюте стояла почти полная тишина — только бумага шелестела. Молодая женщина молча ждала. Крюк задумчиво потёр лоб: — Интересные новости… … Ворчун удивлённо нахмурил мохнатые брови — в Сторибруке редко появлялись так причудливо одетые люди. Шляпа с широкими полями, камзол, высокие сапоги и длинная сабля на боку. Женщина стояла посреди площади и с любопытством оглядывалась. Но её спутника, который вышел из кафе Бабули и поздоровался с Ворчуном, тот знал и помнил очень хорошо. — Приехал повидать Эмму. Ну и… Ворчун не успел и рта раскрыть, как шериф появилась на площади собственной персоной. С коляской. — Привет, Крюк. — Вот, решил заглянуть. Как только получил твоё послание. — Крюк склоняется к коляске — кроха мутно водит глазами по сторонам. — Как назвала? — Хоуп. — Эмма внимательно смотрит на спутницу Киллиана. — Кто это с тобой? Крюк, с виноватой улыбкой, смущённо чешет в затылке: — Моя… кхм… внучка… Эмма не удивлена — если вспомнить сколько лет её бывшему возлюбленному и зная его любвеобильность… Даже странно, что внучка всего лишь одна. Свон улыбается: — Эмма Свон, а это, как ни забавно звучит, твоя тётя. Её зовут Хоуп. — Катарина. — кланяется девушка. — Можно? Катарина очень бережно берёт младенца на руки, делает тёте Хоуп «козу» и бережно передаёт девочку Эмме. У Вэйла всё подтверждается — Катарина внучка Киллиана и племянница Хоуп, которой и месяца не исполнилось. Пиратский корабль покачивается у причала на старом месте, в кафе снова не протолкнуться и Бабуле даже пришлось нанять ещё официанток, Эмма и Регина сидели на скамье в парке. Хоуп мурлыкала в коляске, а Генри с Рональдом присматривали за Робин и Мэрион на детской площадке. — Твой бывший вернулся, — говорит Регина. — Не думаешь снова…? — Нет. — Эмма поправляет сбившееся одеяльце и Хоуп серьёзно смотрит на маму, выпуская из губ несколько пузырей. — Мы, как говорится, остались друзьями. А ты? — А что я? — пожимает плечами Регина. — Я мать-одиночка с двумя детьми. И с той ещё биографией. Эмма внимательно смотрит на подругу, прикусив губу: — У меня тоже биография не бей лежачего. Ращу ребёнка без отца… Генри подбегает к матерям, заглядывает в коляску, корчит смешную рожицу для Хоуп, достаёт из рюкзака бутылку с водой, сделал несколько жадных глотков и вернулся к Рональду и сёстрам. — И у нас сын. НАШ Генри… Регина внимательно смотрит Эмме в лицо: — Вы делаете мне предложение, шериф? У Эммы слегка покраснели щёки, но она смотрит Регине в лицо без улыбки и не отводит взгляд: — У нас общий сын, мы не раз и не два прикрывали друг дружке задницу, Кинжал Тёмного я доверила тебе — не родителям или Киллиану, ты не дала мне убить Лилит. Окажись ты тогда рядом и с головы Круэллы и волоса не упало бы… Регина с иронией фыркает: — Злая Королева и Светлый маг, Спаситель? Эмма совершенно серьёзна: — Не бывает абсолютно Светлых и совершенно Тёмных. В любом столько намешано… Во мне хватает Тьмы, а в тебе Света. Мы как Инь и Янь. Дополняем друг друга. — Ладно, Свон. Ты же не отстанешь… Я согласна. Генри прыгал от радости, Зелина была не в меру иронична, Дэвид был заметно шокирован, а Снежка не знала поздравлять или выражать сочувствие — причём долго не могла решить кому. Рональд ещё долго ворчал себе под нос про «бабье царство». — Бывают такие девчонки, которые много боевитей иных мальчишек. Посмотри на Катарину, к примеру. — утешала Эмма будущего племянника. — Да и я была ещё той оторвой… И моя подруга Лилит. Не будь таким сексистом в столь юном возрасте. — Не буду. — пробурчал Рональд. Крюк был другом невесты со стороны Эммы.