Сириус и Северус. Хогвартс.

Северус пытался, но не мог вспомнить кто и как его спас. А самое главное, не мог вспомнить был ли тот поцелуй на самом деле или это просто игра его воображения. Такая восхитительная игра, между прочим. Он не помнил ни лица, ни голоса своего спасителя, но точно помнил вкус его губ и то, что эти губы творили невероятные вещи. Это был не просто лучший поцелуй в жизни Снейпа. Это был взрыв. Апокалипсис. Все звезды на небосводе померкли и зажглись снова уже гораздо ярче. Было настолько хорошо, что не могло быть правдой. Ведь даже Регулус, Люц и Нарцисса никого не видели. Однако, воспоминания о тех ощущениях были настолько яркими и сильными, что вытесняли другие, не самые радужные мысли. Например, о его беспомощности перед легилименцией Беллатрисы, и о том, что его навыки окклюменции просто ничтожны, или о том, что сильный, темный волшебник набирает сторонников и становится все более влиятельным и опасным. И если на последнее он никак повлиять не мог, да и не особенно хотел, то первую проблему он был просто обязан решить. Но теперь, следуя в кабинет директора, он снова возвращался в памяти к тому берегу и тем вкусным губам. Профессор Дамблдор наконец-то вызвал его к себе. И это хорошо, ведь Снейп уже неделю искал встречи с ним. И вот за завтраком огромный красивый феникс принес ему записку с просьбой явиться после обеда. Северус отогнал непрошенные мысли и произнес «горькая карамель» горгулье на входе, быстро поднялся по винтовой лестнице и уже стоял перед директором. - Здравствуй Северус, ты весьма пунктуален, хотел поговорить со мной? - Здравствуйте, профессор, да, хотел. - О старостате разумеется? - Что? Нет. Обязанности старосты факультета не мешают учебе, если вы об этом. - Быть старостой факультета – это большая честь и ответственность, и я рад видеть, что ты справляешься с обязанностями уже второй год подряд. И весьма огорчен тем, что в этом году ты не смог занять пост старосты школы. - Старосты школы? Но ведь это Берта Джоркинс и Римус Люпин. - Да, но я бы с удовольствием поставил тебя на этот пост, однако политика такова, что старосты обязательно двое учеников разного пола. Хотя, ввиду особенностей характера мисс Джоркинс, я бы предпочел видеть тандем Снейп-Люпин в лице префектов школы – Дамлдор лукаво подмигнул Северусу. Да, Берта Джоркинс была болтливой тупицей с пуффендуя. Но это никак не мешало ей получать «превосходно» по большинству предметов. Это, а также влияние профессора Стебль и продвинуло ее на эту должность. Ну а про гриффиндорского любимчика всех учителей Люпина и говорить нечего. - Возможно, мне не следовало выдавать некоторые секреты, однако этой информацией я хотел подчеркнуть свое расположение к тебе, Северус. Ты – действительно выдающийся студент Хогвартса. Я возлагаю на тебя большие надежды в будущем. Так, о чем ты хотел со мной поговорить? - Что ж, спасибо, профессор. Я ценю это. Жаль, что я, при всех своих выдающихся качествах, лишь второй номер, но… - Это не так, Северус – Перебил директор – Я хотел донести тебе иную мысль. -Да, вы правы – Северус пожалел о своих словах. Незачем устраивать истерики. Он пришел сюда не за этим – Я хотел поговорить с вами об изучении легилименции и окклюменции. Снейп внимательно посмотрел в лицо директора. Тот улыбался и кивнул, намекая продолжить. - Навыки школьного курса не кажутся мне достаточными, я хотел бы изучить это несколько глубже. - Насколько глубже? - Насколько это возможно. Дамблдор внимательно смотрел на студента перед собой. Он продолжал улыбаться, глядя в это решительное лицо. Этот юноша умел добиваться своего. А еще у Дамблдора закралось странное предчувствие, что этот разговор обязательно должен был состояться, и, что его решение может существенно повлиять на ход истории. - Что ж, это похвально. Я выпишу свое разрешение на получение книг из запретной секции по этой теме – через некоторое время раздумий ответил Альбус – Однако, ты должен понимать, что овладеть навыками легилименции и окклюменции в достаточной мере невозможно лишь в теории. Нужна практика и здесь тебе потребуется опытный наставник. «Да. Это я уже слышал». Снейп опустил взгляд в пол. Его лицо заметно погрустнело и потеряло свою решительность. Дамблдор продолжил: - Я с радостью предоставлю тебе свои услуги. Но только в свободное время, разумеется. Лицо парня просияло. Он не смог сдержать улыбку. На подобное везение Снейп даже не рассчитывал. После того злосчастного случая Сириус Блэк потерял покой. Сначала, он, естественно, все отрицал – он натурал и не мог захотеть поцеловать парня, а уж тем более Нюнчика. Этого просто не может быть. Это н е п р а в д а! Потом он был страшно зол. Готов был рвать на себе волосы и метать проклятия в каждого встречного. Радовало лишь то, что Снейп не знал о том, кто это был. Расспросив друзей о своем чудесном спасении, он сделал вывод, что ему это просто показалось и никакого поцелуя, на самом деле, не было. Ни Регулус, ни Люциус с Цисси никого не заметили. Потом наступила стадия «торга» и Сириус решил выбить клин клином. В ближайшем маггловском пабе подцепил смазливую девчонку, смотрящую на него влюбленными глазами и, после пары часов знакомства с красивым загадочным парнем, готовую на все. Однако дело не дошло дальше поцелуев. Губы у нее были не такие манящие, не такие вкусные, не такие красные, слишком пухлые и вообще. Совсем не то. Сириус не стал «продолжать знакомство». Через пару дней уже в другом пабе он познакомился со смазливым парнем. Ну, хорошо, допустим, он - гей, но ведь свет клином на Нюнчике не сошелся? Пусть это будет хоть кто-то привлекательный. Или как минимум не Северус Снейп. Очаровать понравившегося на первый взгляд парня для Сириуса тоже труда не составило. После долгой прогулки по парку и унылых, скучных разговоров он прижимал податливое тело к дереву в страстном поцелуе. Но поцелуй был слишком влажным, слюнявым, хлюпающим и причмокивающим. Руки парня были везде – облапали спину, руки, грудь и задницу Сириуса, но так и не вызвали заветную эрекцию. Черт. Сириус резко прервал поцелуй и быстро ушел от растерянного парня. Дальше была депрессия, затянувшаяся на неделю. Сириус находился в состоянии тяжелейшей апатии, целыми днями лежал на кровати, не мог есть, сон был беспокойным и именно тогда он начал курить. А потом пришло «принятие». Согласие с неизбежной участью. Он понимал, что попал в полнейшую жопу и кроме как «кромешный пиздец» он сложившуюся ситуацию назвать никак не мог. Сириус Блэк влюбился. Впервые. Окончательно и бесповоротно. В гребаного Северуса-Нюнчика-Снейпа. Он так хотел его. Так мечтал снова целовать эти вкусные губы, трогать его поджарое худосочное тело, прижимать его своим к земле, полу, стене и другим поверхностям, хватать за волосы и снова слышать этот умопомрачительный стон. Сириус предавался воспоминаниям и постоянно прокручивал в голове все их стычки и перебранки в школе. Раньше это казалось забавным, но теперь, глядя со стороны на свои прошлые поступки, пришло осознание как же это было глупо и жестоко. Северус больше не вызывал жалость или смех своей ответной реакцией на провокации, скорее уважение и признание. Он не боялся постоять за себя перед четырьмя безмозглыми придурками (теперь Сириус разделял его мнение) и либо давал отпор, либо пытался игнорировать их постоянные нападки. Было стыдно и мерзко от своего поведения. Хотелось немедленно разыскать Снейпа и извиниться. Стоять перед ним на коленях и выцеловывать, вылизывать прощение. Вспоминалось, как горели глаза Снейпа, когда он погружался в очередную толстенную книгу. Как он бережно перелистывал ветхие страницы своими длинными пальцами. Потом вспоминались эти же пальцы бережно перебирающие склянки и нарезающие ингредиенты на занятиях по зельеварению. Потом он представлял, как эти пальцы оглаживают его плечи, грудь, спускаются по рельефному прессу к тазовым косточкам, нежно проходятся по набухшему члену и крепко его сжимают, начинают медленно двигаться. Как Сириус толкается в кулак Снейпа, как смотрит в его затуманенные страстью глаза, целует, прикусывает выступающие на шее вены. Потом вспомнился тот хриплый стон на берегу и воспоминания оборвались долгим, мощным оргазмом. Это продолжалось снова. А потом снова. И снова. Но время возвращения в Хогвартс приближалось, и ситуацию нельзя было так оставлять. Сириус принял решение избавиться от своей «зависимости» и во что бы то ни стало игнорировать Снейпа. Он не позволит никому узнать о своем постыдном, тайном желании. Ни друзьям, ни тем более Нюнчику. Прошла неделя и пока у него это получалось. Во время их встречи в поезде ему удалось вести себя как обычно и не выдать своей влюбленности присутствующим, однако это потребовало большой выдержки и самообладания. Нужно было игнорировать его полностью, для его же блага. На сдвоенных зельях он подчеркнуто не обращал внимания на вечно тянущего вверх руку слизеринца. На совместном ЗОТИ переводил взгляд сразу, когда тот падал на черноволосую макушку в первом ряду. И даже на уходе за магическими существами проявлял всю свою силу воли, чтобы избежать любого контакта. Его тело сразу же реагировало на присутствие возлюбленного. Он как будто чувствовал его приближение, словно в Снейпа был встроен маячок. Сириус всегда знал, когда тот войдет в большой зал на завтрак, обед или ужин, сердце начинало биться чаще, лишь завидев слизеринца на другом конце коридора. Душа кричала: «вот же он! Совсем рядом с тобой! Подойди к нему, заговори, скажи хоть что-нибудь! Что угодно! Скажи, что тебе жаль, что ты вел себя как последний мудак целых 6 лет и что ты хочешь поцеловать его. И не только в губы! Возьми его за руку, прикоснись к нему». Но голос разума твердил: «Не смей. Не смей, иначе от такого позора будет не отмыться. Это, во-первых. А, во-вторых, он сразу пошлет тебя и кинет еще парочку непростительных за такое. И тогда ты потеряешь всякую надежду на дальнейшую спокойную жизнь и возможность все-таки когда-нибудь заарканить этого парня». Собственно, именно такие мысли роились в голове Сириуса, когда внимание привлек визжащий голос за соседним столом. Блэк отправился в библиотеку после уроков, профессор Бинс задал эссе по истории магии уже на первой неделе. И в отличие от своих распиздяев друзей (кроме Римуса), Сириус любил расправляться с домашним заданием как можно скорее, чтобы чувствовать себя свободно. Чувство свободы – самое лучшее чувство на свете. Именно так считал Сириус всю свою жизнь. И было приятно его ощущать даже в таких мелочах, как выполненные обязанности. Да и подготовка эссе должна была отвлечь его от мыслей о Снейпе на коленях перед ним, заглатывающим член до самого основания и намотанными на кулак волосами. Черт, опять стояк. Но визжащий голос действительно отвлек, и Сириус прислушался: - Лили, ты просто не можешь этого не замечать! Он же твой друг и вы проводите так много времени вместе, а ты не видишь, как он похорошел? Серьезно? - Фло, мы просто друзья, я никогда не думала о нем в этом смысле. - Нет, но не замечать очевидного ты просто не можешь! Снейп стал очень привлекательным, он приосанился, возмужал, стал похож на взрослого мужчину. И у него такой голос ммм... – Блондинка блаженно закатила глаза. - Фло, перестань – Лили не могла сдержать смех. - Я серьезно. Когда он произносит состав оборотного зелья этим своим низким, томным голосом я мокну прямо на уроке Зельеварения. - Салазар, Фло, вот как мне теперь с ним дальше общаться после этого? С тобой-то я точно не смогу больше общаться ха-ха. «Я тоже не смогу с тобой после этого общаться, Фло». - Ты же всерьез была увлечена тем парнем с когтеврана, разве нет? – предприняла попытку перевести тему Лили. - Да, была. Но это не мешает мне оценить привлекательность окружающих парней. И девушек тоже. Ты, например, просто красотка, Лили – Фло игриво дотронулась до ее носа. - Фло, я вся покраснела. - Это так мило. А еще было бы мило, если бы ты обратила внимание на своего черноглазого друга, он сохнет по тебе с первого курса, может пора дать парню шанс? «Нет, нет, нет, нет». - Мы просто друзья, он мне как брат. - Но хоть кто-то тебе нравится не как брат? - Кое-кто может быть – Загадочно улыбнулась Эванс. - УУууууууу я так и знала! Это гриффиндор? - Отстань, Фло, – теперь Лили действительно покраснела. - Это точно кто-то из наших, твоя реакция тебя выдала. - Нет, просто… Знаешь, может ты и права на счет Северуса. Он действительно симпатичный и умный, мы так хорошо понимаем друг друга, у нас так много общего, мы… - У него уже кто-то есть, Эванс – Сириус сам охренел, когда произнес это. И мысленно врезал себе за несдержанность. - Откуда ты знаешь, Блэк? – Развернулась к нему Фло, предвкушая новую сплетню. - Мне Регулус сказал. У него на вечеринке он целовался кое с кем и, судя по рассказам брата, Нюнчик до сих пор под впечатлением от того случая. – Сириус ухмылялся не сколько девчонкам, сколько собственному выходу из положения. - Мне он ничего не рассказывал об этом – Удивилась Лили. - Может быть, вы не такие уж близкие друзья как ты думаешь? Ну или «загадочный незнакомец» целуется лучше и Нюнчик не захотел тебя расстраивать? - «Незнакомец»? Это был парень? – Фло была в полном восторге. - Пусть Эванс спросит у своего лучшего друга. Сириус свернул свиток с эссе, левитировал книги на полку и вразвалочку вышел из библиотеки. Фло сидела с открытым ртом, а Лили провожала Блэка прищуренным взглядом. Уж она-то спросит у своего лучшего друга о «загадочном незнакомце».