Инсайт
25 февраля 2022 г., 13:20
Драко нервно поправил парадную мантию, жалея о том, что согласился на эту дешёвую затею. Это даже звучало смешно — «Пойти на Святочный бал с Пэнси Паркинсон». С девушкой, которая была для него не больше, чем другом в редкие радостные дни.
Но Блейз уже позвал Дафну, а Тео — Асторию Гринграсс, поэтому отдуваться пришлось ему. С Гойлом или Крэббом не пошёл бы даже Драко, будь он девочкой. Малфой бросил взгляд в самый центр камина, горестно желая случайно сгореть вместе с комнатой и никуда не идти, но со стороны лестницы раздались шаги.
Поздно, Драко, слишком поздно.
Пэнси показалась в полумраке гостиной в аккуратной серебристой мантии. Беспроигрышный вариант к его чёрно-белой. Малфоя раздражало то, как они подходили друг другу.
Иногда правильное — неправильно.
Это тот самый единичный случай. Один на гуголплекс.
Драко сжал руки в карманах, выдохнул и призвал себя успокоиться. Хоть один вечер должен пройти хорошо, но там снова будет Гриффиндор: Поттер, Грейнджер, Уизли. Целых три триггера в одном месте. Вероятность хорошего вечера резко стремилась к минус бесконечности.
— Я готова, — предсказуемо оповестила Пэнси, будто её присутствия было недостаточно.
Она неловко переминалась на последней ступеньке. Драко шагнул к ней, скрыв раздражение, и предложил ей руку. Волнение Пэнси было ощутимо физически — ногтями по коже через несколько слоёв ткани.
— Ты замечательно выглядишь, — Малфой попытался отвлечь её, потому что раны от ногтей Паркинсон практически начали кровоточить.
— Спасибо, — Пэнси кивнула. — Ты тоже.
***
Драко сделал глоток безалкогольного пунша, в который Блейз влил приличную дозу огневиски, взятого из закромов его четвёртого отчима. Он не знал, что именно поспособствовало улучшению его настроения: уже алкогольный пунш или Уизли, который был похож на побитую моль в своих тряпках. Но вечер определённо ему нравился. — Ставлю пять галеонов на то, что Поттер облажается в следующем этапе турнира, — Тео посмотрел в сторону дверей, где мялся Избранный вместе с Уизли и близняшками Патил. — Это беспроигрышная лотерея, я готов поставить на это всё состояние Малфоев, — Драко закатил глаза. Эти разговоры никогда не потеряют актуальность. Пэнси, смерив их уничижительным взглядом, тяжело выдохнула. — Ну и дураки. Всем же известно, что святой Поттер всегда выбирается из всех передряг, в которые сам же себя бросает. Он будто у Мерлина за пазухой, — она поправила узелок на своей мантии. — Я поставлю на его победу и сделаю из вас банкротов. — Пэнси, я готов тебе сдаться прямо сейчас, — Тео наклонился к ней, широко улыбаясь. — Нотт, ты пьян, — Паркинсон выставила перед собой раскрытую ладонь, слабо отталкивая его от себя. — А ты красива, — Теодор упёрся грудью в её руку. — Завтра я буду трезвым, а ты по-прежнему красивой. Пэнси скривилась, делая несколько шагов в сторону. Она случайно задела плечом Забини, который пролил на себя пунш. Паркинсон хотела извиниться, но Блейз выглядел слишком рассерженным. — Либо придержите свои гормоны, либо смотрите под ноги! — он крепко сжал бокал в руках. Паркинсон дёрнулась в сторону от словесной пощёчины и подняла взгляд: Блейз смотрел на неё с холодной яростью в тёплых карих глазах. Диссонанс. Пэнси пожевала нижнюю губу и взяла себя в руки. — В таком случае, Забини, либо выпей что-то от нервов, либо не появляйся в местах большого скопления людей — ты представляешь опасность и вызываешь сомнения в твоей адекватности! Драко мысленно проклял их всех. — Пэнс, пошли потанцуем! — Малфой цепко схватил её за локоть, утягивая в толпу танцующих людей. — Зачем ты меня уволок? Я не договорила! — возмущённо воскликнула Паркинсон, но всё же окольцевала руками шею Драко. — У меня нет никакого желания слушать ваши истерики, если вы не в состоянии здраво принять свои чувства друг к другу, — резонно заметил он. Это сработало. Пэнси удивлённо на него посмотрела, но промолчала. Она погрузилась в собственные мысли, доверяя весь танец его навыкам. Драко был не против. Эта передышка нужна была всем. Уже на автомате Малфой вёл танец, еле держа Паркинсон за талию. Пустое и плоское лицо девушки выражало её полное безразличие к происходящему. Ещё бы один бокал пунша не помешал. Музыка, под которую он несколько лет учился танцевать, вызывала в нём не самые приятные воспоминания. — Смотри! — неожиданно, но тихо воскликнула Пэнси, заглядывая ему через плечо. — Это там замухрышка Грейнджер?! Драко обернулся. В коридоре по ступенькам спускалась Грейнджер в небесно-голубой мантии. Её волосы были собраны в аккуратные кудри на затылке. Эта маггловская девчонка выглядела и вела себя как самая настоящая аристократка. Её спина была идеально ровной, шаги плавными и грациозными, а манеры изумительными. Она улыбалась. Широко. А потом приняла протянутую руку Виктора Крама, и весь шарм исчез. — Крам из всего изобилия девушек предпочёл её? — Пэнси ещё раз скептически осмотрела их пару. — Сюрреализм, да и только! Малфой повернулся обратно к Паркинсон, заглядывая ей в глаза. — Что, Пэнс, расстроена, что выбор пал не на тебя? — саркастично подметил Драко, но заботливо поправил прядь её выбившихся волос. — Я просто удивлена, — она пожала плечами. — Не заставляй меня жалеть о своём акте благотворительности, когда я согласилась пойти с тобой на бал. — Ну конечно, — улыбка заиграла на его бледном лице. — Я серьёзно, — Паркинсон легонько наступила ему на носок туфли. — Ты знал, что тебя боятся почти все девочки? Со своим желчным характером ты распугал всех, кто потенциально мог увидеть в тебе человека. — Значит я всё правильно сделал, — Драко закружил Пэнси. Музыка сменилась на более ритмичную, что пришлось ему не по душе, но было возможностью для ещё одного глотка пунша. Он вернулся со своей спутницей к их излюбленной стене, потянувшись за напитком. — Не увлекайся, тебе четырнадцать, — назидательно напомнила Паркинсон, направляясь к девочкам около фонтана. Драко равнодушно кивнул, но подумал, что скучать по ней не будет. Он обвёл бесцветным взглядом весь зал, цепляясь за два пятна красного и голубого цвета. Они оттеняли один другого как жидкости с разной плотностью: касались, но не смешивались. Это почти так же раздражало, как то, что они с Пэнси подходили друг другу. Крам дёргался, будто в припадке, а Грейнджер — судя по лицу — громко смеялась. От аристократии не осталось и следа. Драко отвёл взгляд в сторону. — Правда она красивая? — рядом оказался Теодор, толкая Малфоя в плечо. — Я бы тоже хотел с ней позажиматься в укромном месте после бала. Как ты думаешь, Краму сегодня перепадёт? — Нотт, ты говоришь о Грейнджер, которая сегодня впервые надела что-то помимо брюк или юбки до лодыжек, — он показательно зевнул. — Что вы все в ней нашли? Она сейчас не отличается от любой другой девушки здесь. Штампованная. Драко отдал Тео свой бокал и пошёл к выходу из Большого зала.***
Малфой вновь был зол на себя за то, что поддался на уговоры Блейза пойти на завтрак в Большой зал. Есть не хотелось абсолютно, более того, он лишний раз боялся смотреть на еду, чтобы его не стошнило. — Я говорила тебе не пить, — издевательски протянула Пэнси, отламывая вилкой кусочек десерта. Драко уже чуть не умер при виде обилия крема, который девушка с удовольствием зачерпнула губами. — Пэнс, иди читай лекции Тео, ему ещё хуже, чем мне, — Малфой отвернулся от неё, замечая в поле зрения графин с чаем. То, что нужно. — Именно поэтому он и остался в общежитии, — Паркинсон вытерла губы салфеткой и уже собиралась вставать из-за стола, когда двери Большого зала громко захлопнулись, приковывая внимание всех, кто страдал от похмелья. Голова Грейнджер показалась в дверном проёме, а затем и всё остальное тело. Она выглядела так, будто на ней всю ночь практиковали одно из непростительных заклинаний. Рубашка торчала из перекрученной юбки, один гольф был натянут выше другого. Осанка снова напоминала фигуру шахматного коня из-за школьной сумки, тянувшейся её к полу неподъёмным якорем. — А вот и наша вчерашняя красавица, — Пэнси перешагнула лавочку, забрасывая сумку на плечо. — Чары рассеялись — и снова да здравствует Жаба Джин Грейнджер. Драко промолчал, но ему очень захотелось напомнить Паркинсон о её сплюснутом лице, которое делало её похожей на мопса. И не потому, что он захотел заступиться за Грейнджер, а потому, что ему априори не нужны причины, чтобы грубить и хамить людям. Пэнси ушла, за столом Слизерина осталась всего пара студентов с младших курсов. Малфой выдохнул. Больше никто не будет терроризировать и насиловать его неокрепший мозг. Крепкий сладкий чай с лимоном постепенно облегчал существование Драко, и он предположил, что к вечеру жизнь вернётся в него окончательно. — Вы не правы! — раздалось на весь Большой зал. Малфой оторвал взгляд от чашки с чаем, переведя его на источник шума. Грейнджер. Ну конечно. Она стояла за столом лицом к нему, её разгневанный вид был заметен даже через несколько столов. Её грудь быстро вздымалась, руки сжимали сумку, а глаза пытались разобрать Поттера и Уизли на молекулы. Драко вздрогнул, когда поймал себя на мысли, что был бы не против помочь ей с этим. Он тряхнул головой и сделал глоток обжигающей жидкости. Малфой просто терпеть не мог этих двоих. Вот и всё. Неосознанно он проследил за тем, как Грейнджер, задрав подбородок, ушла на другой конец лавочки и показательно громко на неё села. Она уткнулась глазами в тарелку, остервенело кроша тост. Драко собирался вернуться к своему занятию, но что-то не давало ему оторвать от неё взгляда, и он не мог понять что. Малфой ещё раз её осмотрел в поисках того, что же его так привлекло. Она была такой же, как и всегда: раздражающей несносной заучкой с орлиным гнездом на голове. В груди что-то оборвалось и ухнуло вниз. Её волосы. Они были в полном беспорядке. Огромное буйство кудрей, которые чисто физически невозможно было расчесать. Драко мог поклясться, что увидел в волосах перья из подушки. И это было… красиво? Ладони вспотели, когда осознание накрыло его с головой. Он почувствовал самое настоящее облегчение, замечая, что её волосы вновь представляли собой кошмар любой представительницы аристократии. Она была собой. — Что за чёрт… — прошептал Драко. Он надавил на закрытые веки так сильно, что физическая боль током пронеслась по нервным окончаниям, заставляя отдёрнуть руки. Дыхание сбилось, тремор захватил его ладони, а паника ударила в темечко. Что случилось? Он же не мог влюбиться в Грейнджер? Нет! Это бред, это полный бред, вчерашний огневиски отравил его организм токсинами. Он не мог. Его взгляд метался от стола и до Грейнджер. Осознание свалилось ему на голову без подушки безопасности. Это было не с ним: где-то на грани мистики, фантастики и параллельной реальности. Сердце так быстро и громко стучало, что ему пришлось дрожащими руками оттянуть джемпер. Он ещё раз на неё посмотрел, чтобы точно убедиться в абсурдности ситуации. Она оторвала взгляд от тарелки, встречаясь с ним глазами. Грейнджер хмуро свела брови к переносице, а затем снова вернулась к тосту. Комната поплыла. Драко схватился похолодевшими пальцами за край стола. Это было не с ним. Не с Малфоем, который ненавидел её и дразнил все четыре года. «А может это случилось с тем Малфоем, который предупредил её об опасности на Чемпионате мира по квиддичу?» — подсознание, отошедшее от сна, измывалось над ним. Драко судорожно поднялся, чуть не обронив столовые приборы, мысли путались, и он не хотел их распутывать. Перед глазами чётким образом оставалась лишь она, и это бесило. Малфой выбежал из Большого зала под аккомпанемент сердца, который стучал в ритм «Грейнджер». Бал прошёл отвратительно.
