Прятки со смертью

      В период сухого закона чтобы узнать, где можно было бы пригубить лишнюю чарочку чего покрепче нужно постараться, если ты обычный человек, но вот если ты имеешь кое-какие связи, то это вполне не проблема. Ран не спеша поправил волосы, придирчиво оглядывая костюм тройку с треклятым галстуком. Как же он ненавидел этот элемент одежды, но без него пропуска можно было не ждать даже ему. Рядом крутился Риндо, укладывая длинные волосы и тоже чертыхался, завязывая галстук. В проеме двери стояла Ния в вечернем платье винного цвета. Рыжеватые волосы заколоты шпилькой, а передние, короткие пряди, оставшиеся от её новомодной стрижки удлиненного маллета, как и у брата, обрамляют светлое личико с едва заметными веснушками. — Ну, вы долго еще? — Девушка закидывает в сумочку пачку сигарет, нож и пистолет, который так не вяжется с её образом милой девочки двадцати семи лет. — Да всё, идём. Не занудствуй, Пташка. — Старший Хайтани подходит неспеша, лениво, кладёт ладонь на оголенную спину и склоняется к плечу, едва касаясь губами открытого участка кожи. Ран успевает перехватить метнувшуюся в сторону его лица руку. — Ну всё-всё, малышка.       Губы сами растягиваются в лисьей улыбке, стоит его глазам пересечься с золотым омутом Нии, которая улыбалась, щуря глаза. Привычка ещё с юных лет, улыбаться, когда готова расцарапать лицо собеседника. Пожалуй, когда-нибудь он займётся её перевоспитанием, но пока, в их работе эта привычка девушки полезна. Ран обнимает и разворачивает подругу за плечи, выходя из комнаты, оглядываясь на брата: — Риндо, машина подана, пора.       Младший фыркает и выходит следом за напарниками, желая придушить кого-нибудь этим же галстуком. — Риндо, давай я. — Ния перехватывает тонкими пальцами полоску ткани, сидя уже в машине. Аккуратно поворачивает его голову к себе, неприятно холодя кожу металлом кольца, которое находилось на среднем пальце правой руки. Девушка легко завязывает галстук, поправляет и убирает лиловую прядку волос за ухо. — Ты такой очаровашка. — Эй, а я? — Ран выглядывает из-за её плеча, обиженно дуя щёки. — А ты мерзкое исчадие ада, Ран. — Старший фыркает, смыкая пальцы на талии девушки, синяки ей уже обеспечены. Ния лишь улыбается, продолжая флиртовать с младшим братом парня.       Водитель такси поджимает губы, сдерживая едкий комментарий. В их время женщина слишком много себе позволяет. Машина останавливается перед входом, Ран выходит пафосно поправляет чёлку ради проформы, оглядывает улицу и подаёт руку Ние. Девушка изящно принимает жест, ступая на влажный от недавнего дождя асфальт. Тонкая изящная ножка в туфлях на устойчивом каблуке цокает о землю, и девушка вдыхает полной грудью свежий запах озона. С другой стороны выходит Риндо, оглядывая улицу вечернего Нью Йорка.       Перед глазами бар «Small Paradise», а вокруг люди, многих из которых разворачивает охрана. Хайтани не спеша проходят к охране под возмущенные вопли и проходят внутрь. Всё-таки они есть в списке приглашенных. Спасибо старым связям Нии, которая занималась много лет контрабандой.       В баре много людей, время уже давно не детское и собрались все, кто мог и не мог. Молоденький официант подбегает, рассыпаясь в извинениях и проводит их к столику у сцены, где сидит мужчина опрятно одетый и задумчивый. — Мистер Кимбл, надеюсь вы будете не против компании? — Мальчик, нервно улыбается, оглядываясь на гостей, те безучастно стоят за его спиной, оглядывая помещение. — А, да, конечно. — Мужчина на секунду выныривает из своих мыслей и кивает расторопно. — Прошу. — Официант кланяется, и убегает, оставляя гостей.       Ния присаживается на любезно отодвинутый Раном стул, положив сумочку на край стола. Сам Хайтани садится рядом, а Риндо присаживается напротив, рядом с мистером Кимблом, который так любезно разделил с ними стол. Молодые люди заказывают бутылку бурбона, а Ния чуть хмуря тонкие брови смотрит на мужчину. Что-то в нём её напрягало: он постукивал пальцами мимо такта музыки, что исходила со сцены от оркестра. Её безупречный слух иногда играл с ней злые шутки, как и сейчас. Лоб мужчины покрылся испариной, он нервничал. Скорее всего это не укрылось и от её компаньонов.       Подпольный бар с оркестром из афроамериканцев был шумным, запрещенный алкоголь лился рекой, а деньги тут кидались чуть ли не в воздух. Хайтани скучающе разглядывали людей, пока Ния напряженно смотрела на молчаливого компаньона, который так её нервировал. — Вы кого-то ждёте, Мистер Кимбл? — Ния улыбается, вежливо, а Риндо замечая её улыбку, скрывает собственную, делая глоток бурбона. 55 — А, да. Друга. — Мужчина растеряно смотрит на девушку, бегло оглядывая её оголенные плечи и снова уходит в себя. На секунду, нервирующие острый слух девушки, постукивания прекращаются, а потом вновь начинаются.       Ран замечая, как это все раздражает его спутницу, успокаивающе кладёт теплую руку на спину девушки, массируя позвонки. За их столом стоит темнокожий, молодой парень в потрепанном коричневом костюме, дурацкой желтой в красный горох галстуком-бабочкой. Грубоватые черты лица дрожат, а в руках он держит блестящую в свете ламп трубу. 67       Лиловые глаза Рана цепляют интересную деталь — у трубы четыре клапана, когда обычно их три. Непримечательный факт, но факт.       Хайтани не отводит глаз от паренька, ухмыляясь, его забавляют его пошатывания и нерешительность. — Сэр, я заблудился за сценой. Не будете ли вы, эм, так добры, чтобы пропустить меня? Я очень извиняюсь за неудобство…       Музыкант мнётся, обращаясь не то к Риндо, не то к Кимбалу. Их стол полностью перекрывал дорогу на сцену. Обращаться к даме он явно не мог, не то положение, да и в целом ему было не положено обращаться даже к ним, мужчинам. — Обойди, ещё как-нибудь, парень, или вылетишь от сюда как пробка к чертям! — Зло рычит нервный мужчина, видимо, и так не блистая манерами, а в его нервозном состоянии тем более.       Риндо чуть двигается, невзначай махнув рукой парню, пропуская того. Тот, заметив жест доброй воли белого по отношению к нему, слабо улыбается, извиняется и благодарит, проскальзывая мимо Хайтани. — Дамы и Господа! Сегодня с нами сам господин мэр! Мы благодарны, что вы посетили нас сегодня и поэтому, следующая композиция посвящается вам! — Громко объявляет руководитель джазового оркестра.       На сцене уже стоит юный музыкант, готовясь к номеру. Оркестр замолкает и следом разливаются приятный ритм музыки. Ран подаёт Ние руку, приглашая ту на танец. Девушка вздыхает, принимает предложение и встаёт следом за партнером. В музыку вливается тот трубач, которого пропустил Риндо. Он выбивается из всего оркестра: коричневый помятый пиджак на фоне идеально выглаженных белоснежных костюмов как бельмо, но его музыка скрывает этот недостаток. Рядом с Нией и Раном оказывается множество людей, становится шумнее. Риндо где-то недалеко тоже танцует, чаруя своей гибкостью подвыпивших женщин. — Курить хочу, скоро вернусь, не скучай, Ранчик. — Нишикава подмигивает и элегантно выпутывается из цепких пальцев старшего из братьев. Уже на подходе к столу она замечает тень за спиной Кимбла. Её чуткий слух ловит металлическое позвякивание и в ту же секунду прогремел выстрел, приглушенный музыкой. Ран и Риндо в долю секунды оказываются рядом с подругой, которая стоит в ошметках мозгов и фонтане крови. 33       Ритмы джаза продолжаются, тот самый паренёк солирует. Ния смотрит перед собой, рукой стирая мерзкую, вязкую красную жидкость. Её любимое платье безвозвратно испорчено, глазами она следит за мужчиной, коричневый костюм, невысокий рост, дурацкая шляпа и лицо, напоминающее крысиное. 22       Ран успевает подметить огромный револьвер 45 калибра, который по его личному мнению, абсолютно не удобен в использовании и нужен лишь для понтов. 78       Риндо смотрит на Кимбала, который лежит в луже собственной крови и остатков мозгов, которые не попали на Нию. Его пальцы всё ещё отбивают неровную чечетку мимо нот. 12 — Джас.стин…       Успевает расслышать Ния, прежде чем Ран, тянет их двоих в сторону выхода за странным мужчиной-крысой. Толпа ликует, заливая в себя дорогой импортный алкоголь и продолжает танцевать, а они пробираются за убийцей. Вылетают на улицу мимо вышибал, которые удивленно оглядывают девушку в винно-красном платье, по лицу и плечам которой размазана кровь. В руках у вылетевших людей по пистолету, револьверы 38 калибра. Ран видит, как преследуемый мужчина садится в серый «паккард» и укатывает во тьму. Прицеливается и стреляет по колесам. 77       Хайтани промахивается, и едва успевает пригнуться, утягивая Нию за собой. Потому что на его выстрел, с заднего сидения машины высовывается рука с томпсоном и выпускает очередь. Едва не цепляя его. — Блять. — Рычит Риндо, прижимаясь к выступу и всматриваясь в улицы ночного Гарлема, освещенные лишь редкими фонарями. — Номера скручены.       Когда машина скрывается во тьме, а выстрелы прекращаются, они встают, переглядываясь. — Целы? — Хайтани осматривает брата, который брюзгливо стряхивает пыль с колена и на побледневшую Нию. — Ния? — Блять, Ния! — Ран хлопает глазами видя, как по ногам его девушки ручьем льётся кровь. Судорожно усаживает её на бак. 98 Руки трясутся, не хотят слушаться хозяина, а кровь всё хлещет, и девушка бледнеет, но остаётся в сознании. — Отъебись. Дебил, я сама. От тебя толку меньше, чем от трубы того музыкнтишки. — Нишикава шипит, тяжело дышит, скидывает сумку, извлекает оттуда бинт и резинку-жгут. В отличие от братьев она берёт собой много чего. Риндо шутит, напоминая, что в женскую сумочку при желании может влезть и танк. 0,1       Ния пережимает бедро, останавливает кровь в считанные минуты, накладывает повязку и подмечает что ближайшую неделю она явно не боец, спрыгивает, опираясь на здоровую ногу. — Ран, научись уже оказывать хотя бы первую медицинскую помощь!  — Просто не повезло. — Ран фыркает, обнимая девушку, позволяя опереться о своё плечо.       Троица возвращается в бар и встречается с хаосом, который накрывает всю эту богадельню, но музыка все продолжается. Мистер Кимбл блуждал по залу, заляпывая всё вокруг своей кровью и остатками своих мозгов. — Твою мать, Ния, дай закурить. — Полушепотом произносит Риндо, которого передергивает от вида ожившего мертвеца. — Мне казалось трупные судороги выглядят по-другому…       Вокруг суетятся люди, которые перепуганы случившимся и стараются убраться побыстрее, дабы не стать участниками скандала, что вот-вот разгорится ярким пламенем. Оживший труп идёт к выходу, минуя всех. Менеджер падает в обморок, но его успевают подхватить официанты, которые также напуганы. — Валим, ребята. — Стонет Ния, хватаясь за рану, пробегающий мимо молодой человек неприятно толкнул её. Пожалуй, если не держащий её Ран, то она упала бы. Хайтани со своей спутницей возвращаются на улицу, переводят дыхание и видят, как труп падает на лестнице, а толпа визжащих любителей выпить, затаптывает его насмерть, второй раз. Рин выдыхает. — Лучше не смотри. — Не говори мне, что он ещё раз встал?! — Не говорю. — Ухмыляется Нишикава, сильнее вцепляясь в торс старшего Хайтани.       На улице показывается первая полицейская машина, а в её сторону бредут останки Мистера Кимбала. Визг тормозов и ошарашенный крик полицейского сопровождают смачный удар в столб, перерубая убитого на пополам. Оживший мертвец замирает и больше не двигается. — Всё, можешь выдохнуть, Ринчик. — Какая же параша. — Риндо плюёт на асфальт. — Чёрт, я забыл удостоверение на столе. — Растяпа.       Ран поднимает Нию на руки, не заботясь об испачканном костюме и спешит за братом, дабы помочь в поиске. Не мудрено, если в такой суматохе, его документы окажутся у чёрта на рогах.       В клубе уже нет посетителей, лишь персонал, который откачивает друг дружку, да музыканты. Тот парнишка, которого младший Хайтани пропустил по доброте душевной, в шоке сидит на краю сцены, глуша виски. С улицы слышится ещё одна сирена полицейского экипажа. — Чёрт, Риндо, давай реще! — Ран бегло оглядывает столик и примечает кожаный переплёт младшего на краю стола. — Вон он.       Афроамериканец обращает внимание на трио, подбирает себя и идёт в сторону чёрного входа. — Вам лучше уходить, сейчас тут начнётся. Давайте за мной — я знаю дорогу. — Он открывает дверь, чуть придерживая, ожидая, когда парень с девушкой на руках пройдёт вперёд. Риндо хватает свои документы и спешит за провожатым.       Музыкант теряется во тьме переулка, стоило им оказаться на улице. — М? — Риндо замечает в слабом свете мигающего фонаря визитку. Поднимает, крутит её между тонких пальцев, убирает в карман и спешит за братом.       В отеле они оказываются уставшие и замученные, особенно Ния, которая тяжело дышит, стиснув зубы. — Несите аптечку, надо нормально перевязаться, ещё правда не помешало бы зашиться. — Цедит девушка, когда Ран усаживает её на диван и снимает пропитанные кровью бинты. Из своей сумочки она достаёт фляжку, делает пару глотков и потом льёт на рану, а после на руки. — Блять, Ран!       Мужчина проводит языком по бедру, слизывая капельки виски. — Ты больной! — Не без этого.       Риндо закатывает глаза, передавая подруге медикаменты и с интересом смотря, как та ловко, словно опытный хирург, орудует над раной. Бледная, вся мокрая и с залегшими тенями под глазами она заканчивает мини- операцию, позволяя младшему из братьев перевязать ногу, ибо у старшего, как уже выяснилось ранее, руки росли из жопы. — Я тут кое-что нашёл. Кажется, тот паренёк обронил… — Младший показывает визитку, где указаны данные некоего похоронного бюро для чернокожих и внизу от руки приписка: « Ровно в 11 утра, возьми трубу.» — Бред, завтра разберемся уже. Я чертовски хочу спать.