So hot

Иногда Синистер спрашивал себя: "Почему, черт возьми, спустя столько лет мне все еще надо это?", но ответа на этот вопрос, увы и ах, не было. Конечно, его донельзя бесила выходка Аделаиды Хейл, но, если так посмотреть, то любой бы уже просто-напросто забыл о ней, привлекая во внимание тот факт, что девушка-то было мертва уже на протяжении двадцати лет. Любой бы, но не Синистер. Он был таким психом, который бы при любых обстоятельствах отомстил бы. Возможно, это звучало бы глупо, но у Аделаиды была одна вещь, которую она задолжала ему. Точнее, она просто украла у него кое-что очень важное и этого Эссекс не мог ей простить, как бы сильна не была страсть. Возможно, история со стороны Эссекса была совершенно иной. Возможно, его поступки хоть как-то можно было оправдать, если посмотреть под другим углом. Да, он был самолюбивый, напыщенный, хладнокровный и хитрый мутант, который способен на либо-что во славу науке. Да, это было так. Но, с другой стороны, его открытия приносили и открывали миру все большие и большие перспективы: клонирование человека (хоть и всего лишь генотипа), создание абсолютно подчиненных разумов, значительные достижения в нейрохирургии - все это было на его счету. История с семьей Хейлов - это одна из тех практически семейных драм, который происходят где-то в Бразилии и о которых снято более сотни сериалов. Маленькая, но такая дерзкая и самолюбивая Аделаида, чем-то напоминавшая Синистеру Лолиту из одноименной книги Набокова, полностью заинтересовала его, да так, что тот сделал её персону центром своей жизни. Да, Эссекс знал, что она была больна. Нет, не физически. Морально и духовно она умирала. Все эти личности, которых она поглотила, теперь разрывали её саму, не давая другого выхода, как умереть. В конечном итоге она это и сделала. Милая свихнувшаяся девочка ушла достойно - заставила его смотреть на все это представление: медленное погружение под воду, и он ничего не мог сделать, чтобы хоть как-то остановить все это. Но мы забегаем в самый конец истории. Началось все банально - ученому не хватало биологического материала для своих исследований и он искал добровольцев. Аделаида была одной из них. Но, видев её интересное положение и то, что она всеми фибрами души ненавидела ребенка, Эссекс решился на свой самый большой и решающий шаг - наконец-то воспроизвести свои многочисленные опыты в клонировании на практике. Однажды, предложив это девушке, он не встретил отказ, нет. Она сама согласилась на это, так как не любила ребенка вообще. Иногда он заводил разговор о том, в чем же причина её ненависти, но всегда встречал издевательски-наглый взгляд зеленых глаз и понимал, что ответа от неё он не дождется. - Мне казалось, что ты будешь возражать насчет идеи клонирования, - как-то сказал он ей, когда они вдвоем остались наедине в огромной библиотеке, которую он построил для того, что Аделаиде было чем заняться. - Хм, - она смерила его недовольным взглядом, а затем провела ладонью по своему уже круглому животу. - Но разве тебя это должно волновать? Я согласилась, значит, все, - она вновь уткнулась в книжку с замысловатым названием. Синистер мог поклясться, что это опять какая-то книжка по психологии, которые Диди - так он называл её сокращенно, за последнее время прочитала немало. - Я все-таки считаю, что ты должна мне кое-что рассказать, - он присел рядом с ней, откидывая привычным жестом темные волосы с её лба. - Что именно? - на это его движение девушка даже не отреагировала: уже привыкла к таким жестам неслыханной доброты. - Почему ты так поступаешь? Почему не любишь своего ребенка? Почему согласна переступить все нормы морали и почему согласна положить его под нож? Диди вновь нахмурилась, выражая этим крайнюю степень огорчения - она не любила, когда он вновь начинал задавать такие вопросы. - Считай, что я хочу сделать вклад в развитие науки, - она смерила его недовольным взглядом. - А если я не верю? - голос Синистера вновь стал грубым. Таким, от которого все Лисы дрожали. Но Аделаиде было все равно. - Твои проблемы, - она пожала плечами, вставая с дивана. - Мне наплевать на этого ребенка, - ответила она ему тогда. Синистер помнил этот разговор, как сегодняшний. В принципе, он мало что забывал. Но сейчас его волновало то, что тогда он ничего не заподозрил. Ну, девушка, которая переспала со своим бойфрендом, залетела от него, а тут подвернулась такая возможность избавиться от ребенка. Чем подозрительно? А ничем. Но для Аделаиды Хейл это было тщательно спланированным действием. В чем заключался главный смысл - так это в том, чтобы отвлечь Эссекса маленькой Мари, а самой получить то, что требовалось. И исчезнуть с этим с лица Земли. Ох, как хитро это было спланировано! С одной стороны Эссекс восхищался умом и сообразительностью, а вот со второй... Его бесила эта выходка. - Я не могу, - из раздумий его вывел слабый голос Мари, которая вновь пришла в себя после очередного "сна". - Что, радость моя? - Эссекс легкой походкой приблизился к операционному столу, рассматривая совершенно измученную девушку, словно та была экспонатом в музее. - Я не могу это терпеть, - прошептала она. - Я хочу умереть, - такой же тихий шепот скрылся в недрах лаборатории. Синистера это не шокировало, отнюдь. Он ждал этого момента, ждал, когда она сдастся. И теперь, вуаля, она сама просит его убить себя. - А как же Росомаха и Дэдпул? Неужели ты оставишь их на произвол судьбы? - она ничего не ответила на это, лишь слезы начали стекать по её щекам. Кристальные слезы из кристально пустых глаз. Это было иронично. Все-таки, она была похожа на Аделаиду, только вот волосы были светлее. - Она... Я не хочу знать всего этого, не хочу быть частью её сумасшествия, - вновь одними губами прошептала Роуг. Эссекс уже хотел что-то ответить, что-то такое утешительное, ведь ему в некотором роде было жаль Мари, но пищащий пейджер у него на запястье возвестил о прибытии "гостей". Усмехнувшись на это все, он ответил Роуг: - Твои милые уже тут. Прости, солнышко, последний раз и все. Ты наконец-то обретешь покой, - миролюбиво сказал Эссекс, усыпляя её в последний, четвертый раз.

***

Они довольно быстро, даже не сговариваясь, сели в машины и прибыли сюда - в больницу, которая закрылась несколько лет из-за многочисленных пожаров. По дороге никто не проронил ни слова, поддерживая напряженную атмосферу. К всеобщему удивлению, рядом с больницей не оказалось никаких подозрительных личностей - ни Лисов, ни Мародёров. Все было так, словно тут никого и нет в помине. В голову к Логану забирались ужасные мысли: "Магдалена их предала, сказав неправильный адрес", "Магдалена это все подстроила", "А может быть, она вовсе не оставляла никакого письма", но все это он откидывал, понимая, что в любом другом случае, они не знали, где её искать. - Джон, Уэйд, - Росомаха махнул в сторону черно хода, - вы пойдете в обход. Проверяйте все кабинеты, лестницы и прочее. Не упускайте ни малейшей детали. Если что подозрительное - сразу сообщайте, - те коротко кивнули, соглашаясь со всем. - Мы с Хэнком зайдем с главного входа. Ороро контролирует ситуацию сверху. - Ясно, - ответил Уэйд. - Может, приступим? - в ответ на это Логан просто выпустил когти. Дэдпул в свою очередь сделал тоже самое - только вместо трех когтей из его рук появилось одно, но достаточно длинное лезвие. Неслышно хмыкнув, все отправились по своим постам. Больница была заведением слишком мрачным по своему обыкновению. Но это место - нет, оно не было мрачным, оно было еще хуже: обгоревшие стены, старые кровати, скрипучие полусгоревшие двери, сквозняки тут и там. Это, конечно, не могло смутить ни Логана, ни кого-нибудь другого, но драматизма придавала еще какого. Да, Магдалена сказала её местонахождение, но не сказала, где именно. Они уже облазили три этажа больницы, но ни Мари, ни Синистера не было. - Ты что, ничего не слышишь? - спросил Хэнк у Росомахи. Тот, принюхиваясь, ответил: - Запах есть, но он слишком слаб. Непонятно, откуда идет. - Слабый запах, - вдумчиво прошептал Зверь о чем-то явно думая. - Значит, если она тут и есть, то в закрытом помещении. А если так посудить над этим зданием, то окончательно закрытых помещений тут нет. Запах слышен, значит, она не под землей, не в каком-то бункере. Она рядом. Эй, - Хэнк щелкнул пальцами, привлекая к себе внимание, - есть ли тут такое место, которое не тронул пожар? - Откуда мне знать? - издевательски спросил Логан. - Если мы узнаем место, которое осталось нетронутым, то мы найдем её, Логан, - сказал Хэнк. - Это может быть наша последняя надежда. - Ребят, - после секундных раздумий сказал по рации Логан, - у кого план здания после пожара? Найдите место, которое не пострадало. - Да, такое есть, - ответил Джон через минуту. - Кабинет главврача и странное помещение за его книжным шкафом осталось в целости и сохранности. - Спасибо, - коротко ответил Логан. - Все туда. Найти помещение было не сложно - четвертый этаж, первая дверь слева. В действительности, помещение и правда казалось нетронутым - даже бумаги остались на своих местах. Как пожар мог буквально "пропустить" это место - для всех оставалось загадкой. - Готовы? - коротко спросил Логан, открывая тайных хо за книжным шкафом и неуверенно просовываясь внутрь на лестничную площадку, которая вела куда-то вниз. - Покончим с этим раз и навсегда, - так же лаконично ответил ему Уэйд и остальные члены команды. Лестница вела вниз на два-три пролета - там упиралась в металлическую дверь. Логан одним легким движением руки вскрыл замок и зашел внутрь первым. То, что предстало его взору шокировало даже дикую и всеповидавшую натуру Росомахи. Десятки лабораторных столов, кучи пробирок, на двух-трех операционных столах лежали расчлененные тела людей, а посреди всего этого стоял, как ни в чем не бывало, Синистер над телом самой Роуг. - Я вас ждал, - произнес он, откидываясь на спинку своего стула и заливаясь смехом. - Только боюсь того, что вы не совсем успели. - Врешь, - Логан практически выплюнул эти слова. - Она жива. - Возможно, - Эссекс хитро прищурился. - Еще пока да. Дышит. - Какого черта тебе от неё надо? - вмешался в разговор Дэдпул. Стратегия была такова: Логан и Уэйд отвлекали его, а Джон в это время должен был пробраться за его спину и отключить питание от сети, чтобы то странное вещество, которое псих тоннами заливал в бедное тело девушки, больше не травмировало её мозг. - О, как я посмотрю, тут все женихи собрались, - Эссекс хлопнул в ладоши. - Жаль, Мари, что ты этого не видишь, - он вновь обернулся к телу девушки и Пиро, который уже находился совсем рядом с щитом электроэнергии, отдернул руку, дабы тот его не заметил. - Что ты мелишь? - прошипел Росомаха. - Логан, - Эссекс быстро стал серьезным. - Я же прожил всего на несколько сотен лет больше, но даже я понял, что отпускать девушку одну с другим - это идиотизм, - он многозначительно глянул на Уэйда. Росомаха начал заметно нервничать. Он не хотел подозревать Мари в неверности, но то, что он сейчас говорил, соответствовало правде. Наверное. - Я не собираюсь сейчас выяснять отношения, - сквозь зубы сказал Логан. - Отдай мне её. - Знаешь, это у неё, наверное, семейное, - кивнул Синистер. В эту же секунду Пиро резким движением дернул рычаг вниз и электропитание отключилось, Эссекс на секунду растерялся, но, когда уже пришел в себя, то когти Логана насквозь пробили ему легкие. - Она все равно долго не протянет, а я бессмертный. Все равно её найду и заберу у тебя, - прохрипел он, опускаясь на пол лаборатории. Но Росомаха уже не слушал его. Они все ринулись обратно, в самолет, неся бедную Мари на руках. Пульс её был стабилен, дыхание было тоже ровным. Единственное, чего никто не мог понять, так это почему она не приходит в себя?

***

Мари вновь и вновь врывалась в тот мир, который обычным людям недоступен. Это был какой-то мир теней: все вокруг непривычное и ужасающее. Люди, которых ты знал здесь другие. Ничто не остается таким, каким было. В этот раз тут было светло. Это удивило Мари, ведь обычно все её сны происходили в маленьких, затхлых больницах наедине с её свихнувшейся матерью. Но тут мало того, что её не было, так еще и не присутствовал страх, такой липкий и опутывающий. - Где я? - прошептала девушка, оглядываясь по сторонам. - Ты там, где жизнь прерывается, - произнес до боли знакомый голос за спиной. Обернувшись, девушка увидела парня. - Коди, - одними губами прошептала она. - Ты тут. - Все мы тут, - парень пожал плечами. Мари заглянула в светло-голубые глаза парня, надеясь найти хоть какую-то надежду и оправдание. - Я хочу извиниться перед тобой, - промолвила она тихим голосом. - Такой возможности больше не будет. Я... Мне очень жаль за то, что я так поступила. Я клянусь, не знала о том, что если поцелую тебя, то все... - она осеклась на полуслове из-за того, что увидела, как парень улыбается. - Ты странная, - сказал он сквозь смех. - Почему? - Мари действительно ничего не понимала. - Я хочу извиниться. В этом нет ничего странного. - О, у тебя будет много времени на это, - он вновь передернул плечами. - Нет, не будет, - Мари провела по его щеке своей ладонью, - скоро действие наркоза закончится. Я вновь проснусь. - Нет, - слова парня становились все жестче и жестче. - Ты не уйдешь. - Я уже сотню раз сюда попадала. Я уйду, - твердо сказала она. - Нет, - Коди как-то зло улыбнулся. - Останься со мной, - теперь его голос стал каким-то жалким и Мари почувствовала, что она как-будто в дешевом театре. - Я не могу, - практически прошептала она, когда в её голове послышался голос Логана: "Мари, солнышко, просыпайся!". Логан звал её и теперь Роуг понимала, что ни черта не хотела умирать. Она же жить готова лишь для того, чтобы слышать его голос! - Можешь, - твердо произнес Коди, хватая её за предплечье, когда она собиралась развернуться в другую сторону. - Нет, - по щекам Мари уже текли слезы, она действительно паниковала. - Оставайся, милая, - к Коди присоединился еще один голос: высокий женский с легкой насмешкой - он умолял её остаться. - Твоя мама просит этого, - парень покачал головой в противоположную сторону, где стояла красивая, молодая девушка. - Я не могу, - практически прокричала Роуг, слушая уже громкий голос Логана совсем рядом: "Мари, очнись!". - Ну же! - от стальной хватки Кои на тонкой коже Мари начали проступать синяки. - Не могу! - в последний раз закричала она, закрывая глаза и проваливаясь в темноту.

***

- Девочка моя, - чьи-то руки легко касались её лица. Глаза еле открылись, и теперь яркий свет был прямо в них. Она прищурилась, пытаясь разглядеть силуэты, склонившиеся над ней. Тело было каким-то ватным, чужим. Волосы лезли в лицо. Глаза слезились, и приходилось много моргать. - Логан, - одними губами прошептала она единственное имя. И в следующую секунду чьи-то руки с силой сжали её в стальных объятьях. Человек, так нежно обнимающий её, поцеловал куда-то в шею, приглаживая её волосы рукой. - Ты тут, - прошептал Логан. - Он не смог. Я здесь, все хорошо, - только и говорила она, время от времени вытирая слезы рукой. Слова так и норовили слететь с губ, но Мари молчала. В конце-концов, должно же хоть что-то быть хорошим? - Да, все будет хорошо, милая. Я люблю тебя, - Логан лишь сильнее прижал её к себе. Теперь-то у них наконец-то все будет нормально. И плевать на всех. Он-то сможет её защитить.