Мое солнце

**** Холодные капли дождя стекали по окну. На улице темно, мрачно и тускло прям как у меня на душе. Как иронично. Кто-то назвал бы это явление «подростковым максимализмом», но чувство постоянной тревоги и непринятие себя преследуют меня уже который месяц. Кто-то назвал бы это «депрессией в ноль лет». Но панические атаки все учащаются. Теперь, они могут длиться по несколько часов. В такие моменты я закрываюсь в своей комнате, и пытаюсь успокоиться, глубоко дышать и думать позитивно. Наивно, правда? Ведь все тело дрожит, и зубы цокотят хотя в квартире тепло. В такие моменты, ты максимально чувствуешь свое ничтожество. Какая же я жалкая. Помогаю другим и при этом, не в силах справится со своей кукухой. Я начала отдалятся от друзей, от родителей, от своего парня. Я замкнулась в себе, и потихоньку тону в своих проблемах. Нормально ли это? Абсолютно нет. Ведь такое состояние, поглощает все больше. А радоваться мелочам, все сложнее. Я уже не та, что была три, два, год назад. Могу я справиться самостоятельно? Ответ отрицательный. Но я же с детства слышала, что сильная девочка, и что все смогу сама. Только слабый, не может привести тараканов в своей голове в норму. Я слаба. Я до ужаса слаба. Поэтому лучше отдалиться. Я не могу показывать слабости, не могу открыться и довериться самым родным. Губы содрогаются в полуулыбке. Сильная, да? **** Холодный металл касается кожи. Резкая боль, пронзает голень. Сначала всегда больно, но потом приходит ощущения умиротворения. Порез за порезом, тело расслаблено, голова отключена. Маленькие капли крови, стекают на белый кафель. Не жалея себя наношу новые. Такое чувство, что за это время лезвие стало родным в моих руках. И я уже не могу остановиться. Кровь, темно-красными пятнами засыхает на полу. А я наконец-то откладываю кусок металла. Слёзы стекают по щекам. Не от физической боли. Нет. От душевной. Смотрю на свои запястья. Их украшают множество шрамов. Если бы все ограничивалось только порезами. Вон следы в виде полумесяцев на правой руке. Ногти у меня всегда короткие. С какою же силой надо было впиваться себе в руку? Я не помню. Я многое не помню за последнее время. Выхожу с ванной хромая на левую ногу. Пята не заживает уже полгода. Я просто не даю ей шансов, на восстановление. Чуть-что не осознано сдираю кожу, а потом ещё, и ещё, пока боль не будет настолько сильной, что невозможно не закричать. **** Дым попадает в лёгкие. В груди чувство наполненности, а не тупой пустоты. Кто там говорил, что если отключить эмоции, то станет легче? Нихуя. Я как живой мертвец. Вроде все хорошо, но внутри пусто. Просто тупик. Я ничего не чувствую. Радость. Горе. Разочарования. Ничего. Только и могу, что резаться и курить. Только благодаря этим двум вещам, я ощущаю хоть что-то. Делаю ещё одну большую затяжку, и поднимаю голову к небу. Пасмурно. А когда вообще было солнце в последний раз? Начинает кружиться голова. Надо бы остановиться. Но я не могу. Силы воли не хватает, на то чтобы потушить эту ебаную сигарету. Несмотря на тошноту, я продолжаю курить и заглушать свои навязчивые мысли. **** — Нам надо расстаться. — Что? — с непониманием произносит парень. — Нам. Надо. Расстаться, — уже с раздражением повторяю я. — Но, почему? — Я так больше не могу. Не хочу грузить тебя своими проблемами. Зачем тебе такая ёбнутая, как я? — Я ведь люблю тебя. — Любовь. Что это? Я никогда не ощущала этого. Все что между нами было, это просто моя потребность найти себе спасателя, и чтобы кто-то вытянул меня с этой дыры, — неосознанно перехожу на крик. Сдерживаться больше нет сил. — Я — эгоистка. Я — ничтожество. Я не заслуживаю любви. Не заслуживаю друзей. Не заслуживаю тебя, Баджи! Не могу больше себя контролировать, слёзы так и хлынули с глаз.  — Прости. Прости меня за все. Прощай, Кейске. Разворачиваюсь и иду в другую сторону. Главное не оглядеться, не посмотреть в эти карие глаза, не остановиться. Вдруг, кто-то хапает меня за руку. — Баджи? Уйди, уйди прошу. Не трогай меня. Пусти, — начинаю судорожно со всей силы бить его в грудь. На что парень, просто прижимает меня к себе. Я снова плачу. Только теперь, сжимая мужскую футболку на которой быстро появились мокрые пятнышки. — Тише, девочка моя. Тише, маленькая. Ну куда я могу тебя отпустить такую? С непониманием поднимаю глаза. — Слабость — это нормально, — теплая улыбка, такая родная, нежная. — Я не буду тебя спасать. Просто хочу дарить любовь, которою ты раньше не получала. Хочу наполнять тебя, позитивными эмоциями. Хочу помогать тебе, справиться с твоими демонами. Прижимаюсь сильнее к крепкой груди. И чувствую счастье. Губы непроизвольно, широко растягиваются. Как же хорошо рядом с Кейске. С ним, я точно со всем справлюсь. Наконец-то вышло солнце.