Соединяя двух...

      Вокруг шумели студенты, кто-то что-то громко обсуждал или просто разговаривал, кто-то ругался, с разных сторон разных сторон раздавался смех. На меня, одиноко стоящего около входа в коридор, где был кабинет деканата, никто не обращал внимания, что было мне на руку. И самое главное, что никто не заметил, как я проследил за Лидой и Ксюшей, пока они шли в этот коридор. А теперь я терпеливо ждал пока Ксения выйдет из кабинета.       Я и сам не мог понять, что сподвигло меня на такой странный поступок — слежку. Хотя следить в университете оказалось делом не трудным, главным образом было не наткнутся на Юльку. Вот тогда мой спонтанный план пошёл бы прахом. Время тянулось, и я невольно вспомнил про Лизу. Её последние слова не давали мне покоя.       Несколько часов назад.       Лиза сопровождала меня в спортзал, где мы обычно проводили тренировки и некоторые матчи. Одета она была в спортивные штаны, слегка обтягивающие и довольно яркие, белую майку и спортивные серебристые кроссовки, а свои длинные рыжие волосы она затянула в высокий хвост. Мне даже показалась, что она была готова выйти играть вместе с нами, потом я заметил, как периодически на неё бросал беспокойные взгляды Кирилл и понял для кого был этот наряд.       Но Лиза либо делала вид, что не замечает, либо на самом деле не видела его реакции. Она то и дело одаривала меня недовольным взглядом и качала головой. И я уже жалел, что рассказал ей про встречу с Ксюшей. — Зачем я дала тебе номер, — устало произнесла подруга, — Лёша, ну и чего ты добился? Ты только путаешь девчонку. И самое главное ты сам не признаёшься, так и не даёшь ей жить, как ей хочется. Кажется, по этому поводу была поговорка… — Народными мудростями будешь меня отчитывать? — я усмехнулся, а Лиза прожгла меня взглядом. — А толку? Ты ведь не слушаешь. Не можешь признаться, просто покажи ей свои намерения, ну хоть, как-нибудь. И самое главное — без твой фирменной издёвки, — она схватила меня за руку, заставляя остановится, — Ты можешь её потерять, ты это понимаешь?       Слова больно резанули по сердцу и мне стало жутко не по себе. Я старался отгонять эту мысль, но она назойливой мухой витала в моей голове. Лиза умудрилась подлить масло в огонь и в моей голове поселился самый настоящий страх. — Я понимаю, Лиз, но как сделать, чтобы она перестала меня ненавидеть? — девушка внимательно посмотрела в мои глаза, услышав в моём голосе отчаяние. — Лёшка, — в голосе подруги было сожаление и теплота, — Прояви немного доброты и заботы. Она видела тебя с плохой стороны, покажи себя другим…       Из раздумий меня вывел голос Лиды, неожиданно раздавшийся в коридоре: — Ну, что сказали в деканате? — Мама оплатила обучении на год вперёд! — голос Ксении прозвучал весело. — Вау, она что банк ограбила? — Лида поддержала весёлое настроение подруги. — Нет, у неё просто новая работа, — оправдалась Ксения, но я заметил, что говорила она это слегка напряжённо. — Но подожди, сумма то большая… — Может она взяла кредит? — предположила Ксения неуверенно. — Кредит — это запросто. Может попросишь маму заодно тебе деньжат подбросить, — предложила Лида, на что Ксения хмыкнула, — Ты вообще на мели на столовке экономишь. — Ну знаешь, буду стройнее, — Ксения засмеялась, видимо старалась сменить наболевшую тему, — Я не хочу тревожить маму по пустякам. Постараюсь найти подработку как можно скорее.       Слова Ксении вызвали у меня раздражение и злость. Как можно так к себе относится? Ведь если нужна помощь, её нужно просить. Разговор девушек навёл меня на мысль, что в семье Ксении не всё гладко. — Только в голодный обморок не бахнись, хорошо, пока будешь искать свои подработки, — голос Лиды прозвучал серьёзно, и я снова напрягся. — Не дождёшься, — Ксюша опять постаралась перевести всё в шутку, — У меня дома есть и картошка и макароны, и куча маминых солений. Так что, всё будет хорошо.       Голоса девушек начали удаляться, и я выглянул в коридор. Их разговор навёл меня на одну мысль и развернувшись, я пошёл вниз, а затем на улицу к машине. По пути я мысленно вернулся к событиям утра.       Несколько часов назад.       Тренировка закончилась и ко мне подошёл Кирилл, а вслед за ним и Моцарт. Оба друга была воодушевлены хорошо прошедшей тренировкой и на их лицах играли довольные улыбки. — Если так сыграем вечером, победа точно за нами, — пытаясь отдышаться проговорил Моцарт. — Предлагаю по этому поводу в клуб зарулить, отметить победу, — Кирилл похлопал меня по спине и широко улыбнулся. — Ты сначала выиграй, у противника хорошая защита, — у меня не было такого оптимистичного настроя, я думал, что тренировка поможет выбросить мысли из головы, но чуда не случилось. — Слушай, аналитик, хорош своим скептицизмом портить малину, -проворчал Кирилл.       Мы подошли к трибунам, где на ограждениях висели наши полотенца. Я мельком глянул на друзей. Кирилл хоть и был весел, в его движениях было напряжение, а лицо Моцарта отчего-то было слишком довольное.       Взяв своё полотенце, я прикрыл им шею и взял с пола бутылку с водой и сделал глоток. — Ребят, я пас. Оторвитесь за меня, — он вытер полотенцем лицо. — Слинять хочешь? Или у тебя сейшн с новой бейбой? — Кирилл кинул на меня быстрый взгляд. — Я Ксюшу на ужин пригласил, — он широко улыбнулся.       Я вытер лицо и сделал вид, что разговор меня мало интересует, ну внутри уже начинало жечь от неконтролируемого чувства. — Снова? — Кирилл изобразил удивление и снова покосился в мою сторону, — Моцарт, похоже тебя эта фанатка круто зацепила. Или ты Настюху позлить хочешь, тем, что променял на простушку?       У Моцарта зазвонил телефон и тот снова довольно улыбнувшись ответил: — Алло. Привет, Ксюш, — я напряг слух, стараясь, чтобы Моцарт этого не заметил, — Не сможешь? Может завтра? А, тоже планы… Ну хорошо, тогда увидимся ещё.       Он убрал телефон и вид у него был крайне озадаченный. Зато мне вдруг стало легко, как будто меня освободили от невероятно тяжёлой ноши. — Да, только не говори, что она тебя продинамила? — снова высказался Кирилл. — Похоже на то. Но знаешь, это подогревает интерес, — он хитро улыбнулся и похлопав Кирилла по плечу ушёл, а мне от его слов стало тошно.       Я собирался идти следом, но Кирилл меня остановил. — Лёх, — лёгкая весёлость, которая была на его лица, пока он разговаривал с Моцартом пропала, теперь он был серьёзен и задумчив, — Перед тренировкой я видел тебя с Лизой… Как она? — Да вроде нормально, — я вспомнил, как легко и непринуждённо она со мной разговаривала, — С ней всё хорошо. А что? Хочешь с ней поговорить? — Нет, не хочу, — взгляд Кирилла прошёл мимо меня, — Во всяком случае пока. Просто мне почему-то очень важно знать, что с ней всё хорошо… Ладно, пошли.       На пороге университета появилась Ксения в сопровождении Лиды. Я резко выпрямился и помахал девушке рукой, подзывая к себе. Ксения что-то сказала подруге, а затем быстрым шагом пошла в мою сторону.       Недалеко, я заметил Юльку, гуляющую под руку с Катей. Меня радовало то, что они не решились подойти. Разговаривать с подругой детства мне совсем не хотелось, тем более Ксения могла и вовсе отказаться подходить, а мне это было не нужно. Я заметил, как Юля прожигает меня взглядом, но сделал вид, что не вижу её и сосредоточился на Ксении. — Агапов, тебе не надоело феодала изображать, — недовольным голосом сказала Ксюша, остановившись напротив меня, — Что за барские замашки? — Подожди, я только в раж вошёл, — её слова вызвали у меня улыбку, но я сдержался и ответил серьёзным голосом, — Садись. — Нет, я с тобой никуда не поеду, — она слегка качнула головой и просверлила меня взглядом. — Хочешь хайпа со своего фото в интернете словить? Могу прямо сейчас его запостить, — я решил действовать по старинке, во всяком случае так, я всегда добивался результата. — Урод, — чуть ли не с ненавистью выговорила Ксения. — Миронова, сходи к окулисту, я красавчик. Только это, почему-то, видят все, кроме тебя, — я попытался взять себя в руки и не наговорить лишнего, — Садись. Ксения обречённо вздохнула и села в машину.

*** *** ***

      Остановившись возле одного из нескольких ресторанов, в которых я чаще всего бываю, я заглушил двигатель и вышел из машины. Память мне подсказывала, что это место было спокойным и довольно приятным. И одна мысль о том, что весь этот день я проведу с Ксенией радовал меня, чуть ли не помрачения рассудка. — Ну и что дальше? — раздался рядом голос Ксюши, отчего я вздрогнул.       Я внимательно на неё посмотрел. Она была раздражена и растерянно осматривалась по сторонам. — Пошли, — тихо сказал я.       На входе нас встретил официант своей рабочей улыбкой. Он видимо меня вспомнил, потому что сразу повёл нас на второй этаж. Перед самой лестницей, он указал на Ксюшину куртку. Она неохотно сняла её, и официант с негаснущей улыбкой забрал у неё одежду и передал в гардероб. — Пройдёмте, — вежливо позвал парень-официант и двинулся вверх по лестнице.       Я пропустил Ксению вперёд, и она смущённо оглядывалась, шагая по ступеням. — Вот, пожалуйста, ваш стол, — официант указал на свободный столик и когда мы уселись положил перед нами меню. — Ты зачем меня сюда привёл? — почти прошипел Ксения, немного озираясь по сторонам. — Выбирай, — я рукой подтолкнул ей меню, в которое девушка послушно заглянула. — Ты цены видел? — она подняла на меня испуганные глаза, — Значит так, сейчас делаем вид, что не голодны и спокойно отсюда уходим.       Было забавно за ней наблюдать, и я не удержался от улыбки: — Да подожди, не дури, — я снова подтолкнул ей меню, — Заказывай, что хочешь. Я здесь постоянно обедаю.       Она выпрямилась и заострила на мне взгляд: — Вот буржуй! — язвительным тоном произнесла Ксения, но затем опустила глаза, — У меня денег даже на чашку кофе не хватит… — Я угощаю, — улыбка не сходила с моего лица. — Так в чём подвох? — она уставилась на меня с подозрением.       Мне стало немного не уютно от того, что она везде видела злой умысел с моей стороны и как с этим бороться, я не знал. Но я решил отвечать язвительностью на язвительность. — Ну скажем, я социально ответственный феодал, — я откинулся на спинку диванчика, — Должен кормить свою челядь. — Челядь! — возмущённо произнесла девушка, — Значит, я — челядь. Доставай свою кредитную карту. — Так, хорошо, что дальше? — спросил я, выполняя её просьбу. — Будешь платить по факту заказа, а буду есть, — она стала рассматривать меню чуть ли не игровым азартом, — Начнём с супов. Что у нас самое дорогое…       Я с удовлетворением следил за тем, как Ксюша делала заказ. Невольно улыбался каждый раз, как она поднимала на меня глаза, стараясь подколоть меня чересчур дорогим блюдом и как хмурилась, когда ей этого не удавалось.       И когда официант принёс заказ, она сначала посмотрела на меня и широко улыбнулась: — Что ж, приступим, — с издёвкой произнесла она и принялась за еду.       Я, ограничившись заказом кофе, наблюдал как с тарелок исчезает еда, и как раздражение на лице Ксении исчезает. Она уже с удовольствием уплетала десерт и довольно улыбалась. — Как же всё вкусно, — произнесла она, отправляя в рот кусочек десерта. — Рад, что понравилось, — я улыбнулся даже не тому, что ей понравилось, а скорее удавшемуся плану, хоть он и был спонтанным. — Слушай, ты, конечно, странный. Мне иногда кажется, что у тебя раздвоение личности, — её слова вызвали у меня смех, — Ты иногда придурок придурком! Ты извини меня, конечно. А иногда такой… — Какой? — я заметил её отвлечённый взгляд и лёгкую улыбку на губах.       Но она вдруг стала серьёзной. Её взгляд уперся в меня: — Проехали, — она отвела взгляд, но потом снова посмотрела на меня, но уже без улыбки и с явным интересом, — Ну скажи мне, почему ты о мной возишься? — Ну, мне скучно, ты меня развлекаешь, — мне хотелось сказать совсем другое, что-то про заботу, но мне показалось, что она меня не поймёт или более того поднимет на смех. — Значит, я для тебя клоун, — она говорила без обиды, но мне показалось, что Ксения хотела что-то понять. — Да-да. Что-то вроде того, — поддакнул я. — Ты всё-таки странный, — снова произнесла она, опять вызвав у меня смех, — Скажи мне, а у тебя в детстве никаких травм не было? Может тебя женщины похищали? Ну или бросали?       Она невольно вызвала у меня в голове образ матери: шикарную, статную женщину с надменным лицом, которая, гордо вскинув подбородок повернулась к нам с отцом спиной и ушла. — Так ешь свой десерт, — ответ получился грубоватым, мне не хотелось вспоминать о самом худшем дне моей жизни, — Ты когда молчишь симпатичнее. — Да пожалуйста, — она съела ещё один кусочек, — Знаешь, что, а давай я себя буду вести отвратно. И тогда ты от меня отстанешь. — Чем сложнее, тем интереснее, — меня внутренне передёрнуло от её желания избавится от меня. — Тогда я буду пай-девочкой. Ты заскучаешь и отвалишь… — Девочка, со мной ты можешь быть какой угодно. Я от тебя никуда не уйду, — мне хотелось, чтобы Ксения правильно поняла мои слова, но надеяться на такое было глупо. — Вот упёртый, — только и сказала девушка.

*** *** ***

      Когда я заглушил машину около дома Ксении было уже темно. Я посмотрел на дом, чьи окна кое-где были тёмным, в некоторых горел яркий свет, но чаще тусклый. Мне было неохота выходить, а главное расставаться с Ксенией, с которой в кои то веки день прошёл тихо.       Но девушка, не вытерпев выскочила из машины, и я, стиснув зубы, последовал за ней. Мимо прошла какая-то старушка, с которой Ксюша поздоровалась и сделала это как-то напряжённо. — Уезжай, пожалуйста, быстрее, — она начала оглядываться по сторонам. — Ты меня стесняешься? — её реакция меня удивила, и я вдруг неожиданно вспомнил слова Лизы и пошёл девушке на встречу.       Ксения посмотрела на меня растеряно, но с места не сдвинулась: — Я просто боюсь, что соседи могут неправильно понять. — Что же они могут неправильно понять? — я подошёл к Ксюше почти вплотную, и Ксения резко дернулась назад.       Её резкое движение привело к тому, что она, подвернув ногу вдруг начала падать и я едва успел подхватить её и прижать к себе. Из моих лёгких вдруг исчез весь кислород, когда моё лицо оказалась так близко к её лицу. Испуг в её глазах сменился сначала растерянностью, а затем смятением. Она замерла в моих объятиях. Я с наслаждением вдохнул аромат её духов. Это чуть не свело меня с ума.       Поддаваясь порыву, слегка наклонился так, что едва не прикоснулся своим лбом к её. Глазами я изучал её лицо, стараясь как можно лучше запомнить каждую линию, каждый изгиб. Влечение становилось непреодолимым, ещё чуть-чуть и я мог коснуться её губ своими…       Ксения вдруг резко вырвалась из моих объятий и смущённо опустила глаза: -Всё… я пошла… — она развернулась и твёрдым шагом пошла прочь.