Соединяя двух...

      Половина ужина прошла в пустых разговорах между моим отцом и тёть Леной. Я почти не слушал их, пока разглядывал Ксению, которая то и дело улыбалась, смотря на мать и ни разу не посмотрела на меня. С одной стороны, это было хорошо, ведь я мог наблюдать за ней, как появлялась улыбка, как горели её глаза, как играл румянец на щеках… Но, с другой стороны, её явное равнодушие резало меня, словно ножом. — Так ты значит на инязе учишься? — меня отвлёк вопрос отца, который был задан Ксении.       Девушка робко улыбнулась, бросив в мою сторону быстрый взгляд: — Да, на третьем курсе. — А мой оболтус магистратуру заканчивает, экономический, — в голосе отца проскользнула гордость, — Подожди, так вы значит в одном университете учитесь? И что никогда не встречались? — Пап, университет большой, мы в разных корпусах учимся, — я перевёл взгляд с отца на тёть Лену и заметил её довольную улыбку, — Если бы я раньше бы заметил такую очаровательную девушку, то обязательно запомнил. — О, притормози сынок, огребёшь, — сказал отец с усмешкой и скосил взгляд на тёть Лену. — Не наезжай на человека, — осадила отца тёть Лена, не переставая улыбаться, — Лёш, ты бы мог эти дни Ксюшу в университет повозить? Автобусов тут нет, а на такси каждый день не наездишься. Тем более есть такие таксисты, что в машину не сядешь. — Конечно, можете на меня положиться, — ответил я, мельком бросив взгляд на Ксению.       Девушка смотрела то на меня, то свою мать совершенно непонимающим взглядом. И меня начала наполнять тревога, что Ксения выдаст всю правду. Я не боялся реакции отца, но вот тёть Лена… — Ты мой мальчик, — ласково проговорила женщина и по моей коже пробежали мурашки, словно это мне сказала родная мать. — Твой мальчик? — удивилась Ксения, совершенно сбитая с толку, — Вы уже так сдружились, да? — А что чудесный молодой человек, рекомендую, — всё с той же теплотой сказала тёть Лена. — Чудесный, — проговорила Ксения, буравя меня взглядом. — Ну я бы с этим поспорил, — заявил отец, хитро улыбаясь Ксении, — Будь с ним осторожна. Никто не знает, что он выкинет. — Не наговаривай на человека, — вступилась за меня тёть Лена. — Ну хоть кто-то в этой семье за меня заступается. Пап, имей ввиду, я в случае развода останусь с мачехой. Она относится ко мне более лояльно, чем ты родной отец, — я не упустил возможности подшутить над отцом, чем заслужил пристальные взгляды всех собравшихся за столом. — Лёш, следи за языком, — тёть Лена неловко улыбнулась, бросив взгляд на уже недовольного отца, а затем посмотрела на Ксюшу, — Это у него такой юмор.       Ксения усмехнулась, посмотрев на меня пристальным подозрительным взглядом. Я снова испугался, что Ксения вот-вот выдаст меня, но та лишь еле заметно мотнула головой. — Спасибо за ужин, — я отложил столовые приборы и посмотрел на Ксению, — Пойду к себе.       Ксения тоже засуетилась, поднимаясь из-за стола вслед за мной: — Я пойду с тобой, — она улыбнулась матери, — Надо же поближе познакомиться.       Я уже спускался по лестнице, когда она меня догнала и слегка ткнула в спину, подгоняя — Что тут происходит? Как ты тут оказался и откуда ты знаешь мою маму? — спросила она тихо, когда мы спустились вниз. — Я не знаю заметила ли ты, но я здесь живу вместе со своим отцом и твоей мамой, — ответил я, внимательно смотря в её глаза, — Похоже они сошлись.       Стоя с ней наедине, я чувствовал, как мою сердце стало биться чаще, а кончики пальцев покалывало от желания прикоснуться к ней. Я невольно улыбнулся от этой мысли — Врёшь, — Ксения подняла глаза на лестницу, а затем снова на меня. — Не веришь мне, спроси её. Я сегодня лично застукал их в постели вместе утром. Мы с тобой теперь типа родственники. Если наши предки поженятся, я стану тебе сводным братом, — сказав последние слова я внутренне вздрогнул, но сделал вид, что меня это забавляет. — Только через мой труп, — гневно выговорила Ксения, отчего на её щеках выступил румянец и снова захотелось до неё дотронуться. — Я понимаю, что ты в меня безумно влюблена и не хочешь, чтобы я становился твоим братом… — Агапов, что ты несёшь? Твоим самомнением можно полгорода отапливать, — возмутилась девушка, а я про себя подумал о том, как было бы прекрасно, если между мной и ею не было препятствий, — Кстати, а почему ты наврал, что не знаешь меня? — У предков сейчас и так полно проблем, зачем их нашими тёрками грузить, — ответил я почти не думая.       Девушка отвела взгляд, но затем снова посмотрела на меня: — Подожди, я, кажется, поняла. Ты просто боишься, что мама узнает, как ты надо мной издеваешься. И от отца тебе попадёт, а мама тебя вообще в бетон закатает, — сказала Ксения, и я понимал, что она попала почти в точку.       Дело было не только в том, что отец и тёть Лена узнают правду. А ещё в том, что я не хотел огорчать эту добрую и отзывчивую женщину, которая проявила столько понимания и которую я искренне начал любить, как родную мать. — Точно, — продолжила девушка, смотря на меня воодушевлённым взглядом, — Хорошая идея, пойду я им всё расскажу.       Она уже хотела развернуться и побежать по лестнице, но я одним резким движением заключил её в объятия и прижал к себе. — Никуда ты не пойдёшь, — прошептал я, ощущая её тёплое дыхание. — Отпусти меня, иначе я буду кричать, — пригрозила она, испуганно смотря мне в глаза и сжимая кулачки на моей груди. — Кричи, — твёрдо произнёс я, наклоняясь ближе к её лицу.       Она не успела закричать. Я накрыл её губы поцелуем и закрыл глаза. Волна счастья накрыла меня с головой. Внутри разлилось тепло. Теперь я знал, что значит поцеловать ту, которую люблю. И в этот короткий миг для меня существовало только её тепло, её дыхание, её губы…       Прервав поцелуй, я встретил её ошеломлённый взгляд. — Нажалуешься маме, я ей скажу, что ты сама за мной бегаешь. Ещё и в гостиницу меня заманила, ловушку мне устроила, — прошептал я ей в губы. — Но это же не правда, — тихим жалобным тоном сказала она. — А ты докажи, — я посмотрел на её губы и меня пронзила одна мысль, которая вызвал у меня улыбку, — Мне показалось или ты целоваться не умеешь? Это случайно не твой первый поцелуй был? — Да пошёл ты, — разозлилась она и постаралась посильнее ударить меня кулачком в грудь, — Ты просто… застал меня врасплох. — Значит в следующий раз поцелуй будет… — Агапов, никакого следующего раза не будет. Я никогда сама тебя не поцелую, — она ещё раз сделал попытку ударить меня, но затем резким движением вырвалась из моих объятий и зашла в свою комнату.       Я остался стоять и смотреть на дверь не переставая улыбаться, видя её силуэт по ту сторону двери через стекло. А когда он исчез, в груди что-то заныло. Мне стало страшно, что этот поцелуй станет первым и последним. И что она станет ещё более далёкой, чем сейчас.       С этими мыслями я ушёл к себе.

*** *** ***

      Утро меня встретило не очень весёлыми мыслями. Вчерашние переживания нагнали меня и моё настроение резко упало. Я надеялся, что прохладный душ поможет хоть как-то отвлечь, но отчего-то стало только хуже.       Одевшись, я поднялся в гостиную и нос к носу столкнулся с Ксенией, которая выходила с кухни. Встретившись со мной взглядом, она смущённо отвела глаза. — Доброе утро, — проговорила она и хотела пройти мимо меня. — Отец завтракает? — отчего-то спросил я. — Нет, дядь Миша и мама уже позавтракали и уехали минут десять назад, — ответила она, не поднимая глаз и убежала вниз по лестнице, оставляя после себя лёгкий аромат своих духов.       Я прислонился к стене вдыхая этот аромат и ощущая, как снова тяжелеет в груди. Раньше мне казалось, что не видеть её и не знать, чем она занимается было пыткой, но теперь всё было наоборот. Теперь, когда она оказалась рядом, но оставалась недоступной, когда приходится ловить её взгляд, задать любой, даже наиглупейший вопрос, только чтобы услышать голос… Теперь это стало пыткой. И это начинало сводить с ума.       Прислонив руку к груди, стараясь хоть как-то успокоится, я отлепился от стены и прошёл на кухню, где во всю орудовал посудой Анна Николаевна. — Утро доброе. Ты поздно проснулся, — проговорила женщина, внимательно рассматривая моё лицо, — Завтракать будешь? — Нет, — я посмотрел на часы, а затем бросил взгляд на Анну Николаевну, которая теперь смотрела на меня с явным подозрением, — Боюсь опоздать, да и Ксению надо подвезти в универ. Можете ей передать, что я жду её в машине. — Конечно, — ответила экономка и я пулей вылетел на улицу.       Подставляя прохладному ветру голову, я отчаянно старался освободить голову от мыслей, но ничего не получалось. Оставалась надежда, что работа в офисе хоть как-то поможет отвлечься. — Едем? — раздался рядом голос Ксении.       Я вздрогнул и посмотрел на девушку. — Да, поехали.

*** *** ***

      От дома и до универа мы ехали молча. Я много раз бросал на девушку взгляд, но она всю дорогу смотрела в окно и не обращала ни на что внимания. И только когда я остановил машину недалеко от университетской парковки она оживилась и бросила на меня короткий взгляд. — Хорошо, что ты здесь остановился. Не хочу, чтобы нас видели вместе, — сказала она, посматривая в она, как будто её кто-то может поджидать. — Кто придумал эту удавку? — сказал я, поправляя слишком туго затянутый галстук и стараясь не обращать внимания на её слова. — Тот же садист, что и каблуки, — с лёгкой улыбкой на губах проговорила она. — Позвони, когда тебя надо будет забрать. — сказал я, на что получил от Ксении непонимающий взгляд. — Зачем? Я на такси доеду. — Ага, ты на такси, а я потом хлопать глазами перед тёть Леной, — я не обратил внимание на недовольный взгляд, — Так не пойдёт. В общем так, не позвонишь, я приеду и заберу тебя на глазах у всех. Так что выбирай. — Такое ощущение, что ты мне оставил выбор, — сказала она возмущённо и устремив на меня раздражённый взгляд, — Ты невыносим. — Стараюсь, — я широко улыбнулся, отчего получил ещё один недовольный взгляд. — Хорошо, я тебе позвоню, но у меня есть условие, — она посмотрела мне прямо в глаза, — Ты никому не расскажешь, что мы вместе живём. Иначе, я расскажу маме про тебя. — Это шантаж, детка, — меня немного удивило, что она била моим же оружием. — У меня просто очень хороший учитель, — она довольно улыбнулась. — Другая бы гордилась, что живёт с таким роскошным парнем, а ты… У тебя точно проблемы со зрением. — А у тебя с головой, — съязвила она и быстро вылезла из машины, оставляя лёгкий аромат духов после себя.       Я глубоко вздохнул и завёл машину. Разговор с Ксюшей снова пробудил тяжесть в груди. Поспешив уехать от универа, я продолжал думать о ней. Всплыл в памяти вчерашний поцелуй, такой быстрый, но такой желанный… Не выдержав, я прижался к обочине и остановился. — Да что ж такое, — отчаянно проговорил я, складывая руки на руле.

*** *** ***

Лиза.       Сидя на кухне, я пила уже не первую кружку кофе. Ночь прошла абсолютно без сна, да и сейчас спать не хотелось вовсе. Меня мучили вчерашние события. Я посмотрела на дисплей телефона, где снова высветились пропущенные звонки и сообщения от Кирилла. Было страшно брать трубку, а читать сообщения… А перезвонить я никак не отваживалась.       Что он мог мне сказать? Что ему жаль? Что этот поцелуй ошибка и ничего не значит? Или, наоборот, он хотел, всё исправить и начать заново?       Страшно было услышать любой вариант и поэтому, я игнорировала каждый его звонок и каждое сообщение. Я старалась отвлечься и не думать о нём, о его касаниях, взгляде, поцелуе…       Я мотнула головой прогоняя из головы его образ.       Телефон снова ожил, и я с опаской посмотрела на дисплей, боясь снова увидеть его имя. Но звонил Лёшка и я без раздумий ответила. — Доброе утро, — поздоровался парень совершенно тусклым голосом. — Разве доброе? — спросила я и из трубки послышался смешок, — Насколько у тебя плохи дела? — Я скоро сойду с ума, Лиз, — в голосе Лёшке слышалась тоска, — А как у тебя? — А чего ты взял, что у меня что-то случилось? — спросила я, стараясь уйти от ответа. — Ну обычно, ты желаешь доброго утра, а не спрашиваешь доброе ли оно, — он вздохнул, — У тебя что-то случилось? Неужели Кирилл? — У меня Кирилл, а ты сходишь с ума по Ксении, — сказала я, констатируя факт, — Мы с тобой друзья по несчастью, Лёш. Я приеду вечером, и мы поговорим. — Хорошо, до вечера, — Агапов отключился, и я положил телефон на стол, но тот снова ожил.       Снова звонил Кирилл. Я выключила звук, оставив телефон рядом с недопитой кружкой ушла с кухни.

*** *** ***

Лёша.       Выйдя из кабинета отца, я глубоко выдохнул. Выплеснув плохое настроение на подчинённого, которого отец вызвал с отчётом, мне на некоторое время стало легче. И это не некоторое время длилось минут пять. Я никак не мог перестать думать о Ксении. Её нахождение дома, даже один день, неожиданно стало моим проклятием.       Встряхнув головой, я двинулся по оживлённому коридору, на другой этаж, где находился аналитический отдел, в который направил меня отец и где меня ждала самая наискучнейшая работа. Ну может, хоть это поможет хоть ненадолго очистить голову.       Как только я оказался на нужном этаже, телефон у меня в руке ожил. — Да, тёть Лен, — с улыбкой ответил я. — Лёша, ты можешь забрать Ксюшу и привезти в больницу? — голос женщины немного дрожал, — Скажи ей, что у бабушки случился инсульт. — Конечно, тёть Лен, — без раздумий согласился я, — Может вас тоже подвезти? — Нет, мой хороший. Мой начальник вызвался меня подвести, не переживай, — женщина говорила быстро, словно от этого зависела жизнь, — Ты главное Ксюше скажи. Я ей звонила, но она трубку не берёт, наверное, на лекции. — Хорошо, тёть Лен. Всё сделаю, — сказал я. — Спасибо, мой хороший.

*** *** ***

      Остановившись около университета, я заметил Ксению на пороге здания весело болтающую о чём-то с Моцартом. У меня внутри словно закипела кровь. Опять рядом с ним и наверняка снова смотрит на него с обожанием и восхищением.       Выйдя из машины, я набрал её номер, но девушка сбросила звонок и продолжила беседу. — Совсем страх потеряла, — буркнул я себе под нос и двинулся в сторону парочки. — На звонки не учили отвечать? — с вызовом спросил я Ксюшу, но та одарила меня раздражённый взгляд. — На этот раз тебе что нужно? — спросила она чуть ли не с ненавистью. — У тебя бабушка в больнице с инсультом, — сказал я, замечая раздосадованный и удивлённый взгляд Моцарта. — Как? — девушка побледнела и подалась вперёд. — Как — вот так. Ты едешь?       Она бегом двинулась к машине, а я бросил ещё один взгляд на растерянного Моцарта и двинулся вслед за Ксюшей.       Сев за руль и заведя машину, я старался не смотреть в её сторону. Меня съедала изнутри ревность и злость. Тяжело было видеть её взгляд, направленный на Моцарта. Я злился на него только из-за того, что он заполучил её внимание так легко, когда мне приходится бороться за каждый её взгляд. — Почему мама не отвечает? — Ксюша снова набрала номер матери. — А это у вас семейное, — я не смог удержаться от высказывания. — Почему ты злишься? — спросила она с удивлением. — А у меня для этого повода нет, — спросил, бросая на девушку короткий взгляд. — Поводы? Какие поводы? — она устало вздохнула, — Хорошо, что я сделала не так?       Внутри всё дрожало от гнева. Знала бы она, что каждый раз, как я вижу её с Моцартом, я перестаю мыслить здраво. И если бы она хоть раз посмотрела на меня так же, ка на него, то наверняка всё поняла. Она бы увидела, что я схожу с ума. — Да всё не так, — взорвался я. — Ты точно больной, — отрезала Ксюша, отвернувшись. — Зато ты у нас здоровая такая. Только дальше своего носа не видишь. Всё внимание на Моцарте сфокусировала и всё. Косоглазие скоро будет, — я не надеялся, что мои слова будут поняты и услышаны, но я во всяком случае выговорился. — А ты знал, что ты очень странный? — она бросила на меня непонимающий взгляд. — На себя посмотри, — кинул в ответ я, и отвернулся, сконцентрировавшись на дороге.       До больницы Ксения молчала и только делала попытки дозвонится маме. Молчал и я. Говорить что-либо мне не хотелось. Я просто старался успокоить бешено колотящееся сердце.       Как только я заглушил мотор возле больницы, Ксения поспешила выбраться из машины и нетерпеливо смотрела на здание, поджидая меня. Я глубоко вздохнул, и взяв ключи вышел из машины. — Идём, — кинул я, и поспешил в больницу.       Ксения старалась не отставать, хоть зачастую ей приходилось попросту за мной бежать. — Сейчас найдём тёть Лену, а я схожу узнаю, может нужно что-то оплатить. Отец попросил заняться этим денежным вопросом. Так что, если понадоблюсь позвони, — Ксюша кротко кивнула и вроде хотела что-то сказать, но стоило нам повернуть за угол коридора, то увидели тёть Лену. — Мама, — вскрикнула Ксюша и поспешила к матери, которая сидела и разговаривала с женщиной, которая как я понимал и была той самой тётей Ритой.       Обе женщины поднялись и пошли нам на встречу. — Как бабушка? — встревоженным голосом спросила Ксюша маму, бросив на свою тётку косой взгляд. — Не очень, но жить будет, — отозвалась тёть Лена и посмотрев на меня добавила, — Лёш, спасибо, что привёз. — Тёть Лен, может надо что-то привезти. Или там перевезти в платную палату. За деньги не переживайте. Папа обо всём позаботился, — сказал я, стараясь игнорировать пристальный взгляд Ксюшиной тётки. — Нужно, — встряла тётка, но тёть Лена осадила её взглядом. — Нет, не нужно, — отрезала женщина, обнимая дочь за плечи, как будто стараясь её укрыть, а тётка отвернулась с недовольным видом, — Мама сейчас в палате интенсивной терапии и перевозить её нельзя. — Ладно, но, если что имейте в виду, — сказал я и тёть Лена благодарно мне кивнув, повела дочь в сторону палаты.       Я проследил за ними взглядом, потом посмотрела на тётку, которая ходила вдоль стены и недовольно посматривала на сестру и удостоверившись, что всё нормально, пошёл в сторону кассы.       Найти её было не трудно и остановившись возле нужного окошка, позвал медсестру: — Добрый день, я хотел узнать есть ли какие-либо счета за лечение Зинаиды Петровны Барановой? -Кем вы ей приходитесь? — спросила она не поднимая глаз. — Внуком, — не задумываясь ответил я. — Если внуком, то должны знать, что уже приходили по оплате, — снова не отвлекаясь от своих дел ответила медсестра. — Кто? — Я что вам должна… — женщина раздражённо вскрикнула, но подняв на меня взгляд и покраснев, смущённо улыбнулась, — Я сейчас посмотрю. — Буду вам премного благодарен, — я сдержанно улыбнулся.       Немного покопавшись в бумагах, она всё-таки нашла нужный листок и крепко сжав его пальцами, словно он должен был вот-вот испарится, он сбивчивым голосом прочитала: — За дополнительные лекарства заплатили… У нас, к сожалению, не всегда есть нужные препараты, — она подняла на меня робкий взгляд, но тут же снова прильнула к листку, — Егор Вадимович Сверидов. Вы знакомы? — Да, знакомы, — у меня в голове не укладывалось, почему дядя Егор вдруг оплатил лечение, — Спасибо за информацию. Вы может запишите мой номер телефона. Если что-то понадобится для пациентки сразу звоните мне, я лично всё оплачу.       Она быстро осмотрела стол схватила ручку с листком и посмотрела на меня глазами полными восхищения. Продиктовав номер и сухо поблагодарив медсестру, я поспешил обратно.       Я издалека услышал голос тёть Лены, и в этот же момент увидел Ксюшу, которая что-то искала в телефоне. — Вы всё? — спросил я, стараясь не задерживать на Ксюше взгляд.       Она лишь кивнула, и мы вместе подошли к тёть Лене, которая стояла неподалёку и разговаривала с мужчиной, который, судя по всему, был отцом Ксении. — Мам, — окликнула тёть Лену Ксюша. — Здравствуй доченька, — чересчур ласковым голосом поздоровался с девушкой отец, но Ксения пропустила его слова мимо ушей. — Поехали? — обратился я к тёть Лена и та, кивнув, двинулась с места. — Подожди, подожди, — мужчина взял женщину под руку, но сделать этого у него не получилось.       Я быстрым движением вывернул его руку так, что мужчина согнулся пополам: — Ещё раз прикоснёшься хоть к одной из них в гипсе будешь ходить, понял? — Понял я, опусти. Понял, — захрипел он, скорчившись от боли.       Подождав пока мать с дочерью пройдут вперёд, я отпусти руку и двинулся следом. Ксюшин отец что-то крикнул мне вслед, но я не стал слушать. Девушка слегка отстала от матери, посмотрела назад, мимо меня, но, когда я поравнялся с ней, она уверенным шагом пошла к выходу.