Соединяя двух...

      Всю дорогу до дома крёстного я не мог успокоится. Не хотелось лишний раз видеться с Юлькой, выслушивать её очередные причуды, но я не мог отказать крёстному. Поэтому с большой неохотой написал Ксюше короткое смс, что не смогу её забрать из университета, и, собрав всю волю в кулак, отправился к Юльке.       Уже даже подходя к двери, я с ужасом представлял, как смогу продержаться с ней в одном помещении один на один. И вообще сколько придётся потратить времени…       Выдохнув, я позвонил в звонок и стал просто дожидаться, когда Юлька откроет дверь, про себя надеясь, что вся эта перестановка, свалившаяся мне на голову, не затянется.       Дверь Юлька открыл на удивление быстро, но то, что я увидел, меня откровенно шокировало. Она стояла передо мной в платье! Широко улыбаясь и невинно хлопая глазками, девушка всем видом давая понять насколько сильно она ждала моего приезда. — Привет, — поприветствовала меня Юлька, едва не прыгая от радости. — Привет, — на автомате ответил я ей, закрывая за собой дверь и тут же попадая в Юлькины объятия. — Лёш, я так рада тебя видеть, — прощебетала она, а потом отстранившись, махнула рукой в сторону гостиной, — Ты проходи. — Ты в этом собралась перестановку делать? — спросил я, хоть уже понимал, что угодил в очередной её план о завоевании моего сердца.       Обстановка в гостиной только подтвердила мои предположения. Фотографии из нашего детства, развешанные на стенах, шарики и, конечно, накрытый на двоих стол. Внутри начало расти раздражение. Хотелось развернутся и уйти, лишь бы не видеть всего этого пафоса. — Сюрприз, — воодушевлённо провозгласила Юлька, — Я решила нам устроить день воспоминаний. Собрала, как мне кажется, все наши детские фотографии, — она взяла в руки одну из фотографий, весившую на стене, — Смотри, это папа с дядей Егором учат нас плавать. Ты тогда быстро научился, а я чуть не утонула, помнишь. Пришлось меня спасать. Нам тут, кажется, лет по девять… — Юль, — моему терпению приходил конец, и я уже понимал к чему весь разговор про наше совместное счастливое детство, которое закончилось, как только на пути у неё появилась Ксюша, — Зачем ты это делаешь? — Лёшенька, — улыбка исчезла с её лица, она положила на стол фотографию — А ты садись. Что ты стоишь? Садись.       Она снова натянула улыбку и изобразив заботу, усадила меня за стол: — Мне хотелось тебе напомнить, что мы далеко не чужие люди, — она взяла в руки кувшин с виной и начала наливать себе в бокал, не переставая при этом бросать на меня внимательный и весьма нескромный взгляд, — И мне очень грустно, что мы с тобой перестали так близко общаться…       Её слова вызвали у меня возмущения. За столько лет она никогда не сожалела о своём поступке. Ни после лагеря, когда я начал её избегать, а Юлька делала невинные глаза и делала вид, что ничего не произошло. Ни в школе, когда постоянно пыталась находится рядом и старательно изображала моего друга, а заодно намекая всем вокруг, что больше на эту «должность» никто не имеет право претендовать. Даже когда я уехал в Лондон, она всегда стремилась сохранить «дружбу». А стоило ей узнать, что в Лондоне я познакомился с Лизой, тут же прилетела и всеми силами начала показывать, кто настоящий друг, и делала всё, чтобы я с Лизой никаким образом не сближался. — Ты прекрасно знаешь, почему это произошло, — как можно спокойнее сказал я, хотя внутри меня уже всё кипело от возмущения.       Я заметил, как мои слова задели её. Она медленно поставила графин и снова изобразила невинное лицо. — Ну нам было по шестнадцать лет, — она постаралась мило улыбнуться, но заметив, что на меня это не произвело никакого впечатления, серьёзно добавила, — Признаю, я очень некрасиво поступила тогда по отношению к этой Ксюше в лагере. Но мы были подростками. У меня был ветер в голове. Подумаешь, неудачно над ней пошутила…       Меня никогда не перестаёт удивлять, как Юлька с такой лёгкостью может назвать издевательство со своей стороны шуткой. — Ты ей устроила травлю и свалила всё на меня, — в голове невольно всплыли воспоминания всего того, что она устроила в лагере, и в особенности, с какой обидой и ненавистью смотрела на меня Ксюша.       Юлька взяла в руки бокал и тут же со стуком поставила его на стол. Она смотрела на меня с таким искреннем непониманием, что мне на минуту стало смешно. — Столько лет прошло, а ты всё забыть не можешь. Лёш, а я не, понимаю честно, а как можно было вообще какую-то девчонку поставить выше меня — твою подругу детства, — в голосе Юльке появились едкие нотки, которые смешивались с какой-то детской обидой, — Как вообще можно было одним махом всё разрушить из-за какой-то девчонки… — Всё, я пошёл, — сказал я и встал из-за стола.       Больше этот разговор я терпеть не мог. А тем более ждать, когда Юлька наконец поймёт свою ошибку и примет, что моё сердце уже занято и уже давно.       Юлька вскочила из-за стола и посмотрела на меня испуганными глазами: — Лёшенька, прости, — заговорила она уже спокойным, но умоляющим голосом, — Лёшенька, прости, подожди. Останься сегодня со мной. Давай выпьем. — Юль, я за рулём, — остановил я её, когда девушка потянулась за бокалом и развернувшись пошёл в сторону выхода. — А если бы она тебе предложила, ты бы остался. Ты бы с ней выпил, — сказала Юлька мне в след; в её голосе снова появилась обида.       Она снова пыталась надавить на чувство вины. Хотела показать, что я виноват во всём, что было, между нами, в лагере и после. А самое главное в том, что я выбрал Ксюшу, а не её. Сейчас, стоя передо мной она хотела показать, что всем лучше Ксюши. — Ты не Ксюша, — резко сказал я, надеясь, что до Юльки дойдёт, что не всё вертится вокруг неё. — Лёш, — произнесла она как-то растеряно, а затем обняла меня, — Я люблю тебя. Лёшенька… Я всегда тебя любила, Лёш.       Аккуратно отстранившись от Юльки, я посмотрел ей в глаза и как можно убедительней сказал: — Ты мой ответ знаешь.       Я отвернулся и уверенно пошёл к выходу. И лишь закрыв за собой дверь, я позволил себе спокойно выдохнуть.

*** *** ***

Лиза.       День выдался тёплым, и я наслаждалась, прохаживаясь по аллейке, неподалёку от больницы и дожидалась появления Ксении. Мне было не по себе, видя, как мой друг опускает руки. Меня злило, что Агапов сдался, ничего не изменив в отношениях с Ксенией. А после его разговора с Валеркой меня переполняло желание устроить ему хорошую взбучку. — Привет, Лиза, — мои размышления прервало появление Ксении.       Девушка была чем-то расстроена, и я молила бога, чтобы причиной этому не был Агапов. — Здравствуй, — я постаралась улыбнуться ей, но Ксения лишь кивнула головой, — У тебя всё в порядке? — Небольшие семейные проблемы, — она изобразила улыбку, — Ты хотела со мной поговорить. О чём?       Я была не уверена в правильности своего поступка, но отступать было поздно. Набрав в лёгкие побольше воздуха, я задала вопрос: — Какие у тебя чувства к Валере?       Ксюша подняла на меня удивлённый и растерянный взгляд. Она явно не ожидала такого вопроса. — А почему ты спрашиваешь? — запинаясь спросила девушка. — Когда ребята жили в Лондоне, между ними никогда не было разногласий. Не было никакой напряжённости. А сейчас я никак не могу понять, что происходит, — соврала я, внимательно наблюдая за Ксюшей, — Между Валеркой и Лёшкой никогда не было ссор, и Киря всегда был душой компании… В общем, я хочу разобраться. Поэтому и спрашиваю. Что ты чувствуешь к Валерке?       Ксения немного покраснела, но продолжила смотреть мне в глаза: — Он мне нравится, — сказала девушка немного неуверенно. — А Лёшка? — решилась я спросить.       Девушка покраснела и опустила взгляд. Я не могла понять, как она отнеслась к этому вопросу, но мне лишь оставалось дождаться от неё ответа. — А при чём здесь он? — девушка посмотрела в сторону, — Мы просто живём в одном доме и всё. Как я могу к нему относится. — Ты всё ещё злишься на него из-за случившегося в лагере? — я взяла Ксюшу под руку и повела по аллейке, наблюдая за выражением её лица. — Я не могу просто взять и забыть те события. Ты бы на моём месте тоже не смогла бы простить человека, который издевался на тобой, — голос Ксении звучал серьёзно и твёрдо. — Ну если бы я была на твоём месте, то постаралась бы разобраться во всём. Во всяком случае, нужно было бы точно знать, кто виноват, — сказала я, и Ксения метнула в мою сторону недовольный взгляд. — Он был каждый раз рядом, когда что-то случалось. Грязные разговоры, которые ходили обо мне, всегда исходили от него, насмешки, шутки и ловушка в конце концов. Уверена, что ему было весело тогда.       Жгучая злость наполнила меня. Юлька, конечно, хорошо постаралась. Какие могут быть у Лёшки шансы, когда между ним и Ксенией такая пропасть. — А если бы между вами не было этой истории, тогда как бы ты к нему относилась? — девушка смущённо отвела взгляд, — Он ведь почти всегда рядом с тобой. Проявляет заботу, хоть и немного странным образом. Так что? — Возможно… — девушка задумчиво осмотрела аллейку, а я затаила дыхание, — Может быть, отношения между нами складывались иначе.       Мне показалось, что она хотела сказать что-то другое. Я заметила, как губы девушки дёрнулись в улыбке, но улыбка тут же пропала, стоило ей заметить, что наблюдаю. — А если я скажу, что Лёшка действительно не виноват, — Ксения иронично усмехнулась, — Я знаю про эту историю, ещё задолго до того, как познакомилась с тобой.       Ксения отрицательно покачала головой. Она была уверенна в своей правоте и слышать ничего не хотела о том, что могла ошибиться. — Лёшка твой друг, и ты хочешь его защитить, — девушка посмотрела на меня немного с сочувствием, — Но тебя там не было. — Хорошо, — я примирительно улыбнулась, стараясь не оттолкнуть девушку, — Тогда пообещай мне одну вещь.       Мы остановились и девушка, немного подумав, кивнула. — Поговори с Агаповым. Обсуди с ним всё, что тогда случилось. Уверенна что у тебя появятся сомнения, и ты увидишь, что всё не так, как ты себе представляешь. А ещё начнёшь иначе смотреть на Лёшку, — я пристально посмотрела на Ксению и очень боялась, что она встанет в позу и откажется.       Девушка пожала плечами и согласно кивнула: — Хорошо, я поговорю, — я облегчённо выдохнула и улыбнулась, — Извини, я пойду. Надо бабушку навестить. — Конечно, надеюсь, она поправится, — Ксения улыбнулась моим словам. — Спасибо, ну я пойду. До встречи, — девушка развернулась и быстрым шагом пошла по аллейке.

*** *** ***

Лёша.       Сидя за столом на кухне и наблюдая за Ксюшей, я прокручивал в голове события за день. Разговор с Юлькой, которая заманила меня с помощью крёстного, оставил в душе самый неприятный осадок. Но когда я был с Ксенией, мне стало спокойно. Я вспоминал, как она улыбалась, когда мы говорили, её внимательный взгляд… Может, пропасть между нами стала меньше? Я очень надеялся на это, потому что жить с ней под одной крышей и видеть в её глазах неприязнь я больше не мог.       Ксения неспешным шагом подошла к столу: — Хорошо, что мы по дороге в магазин заехали, — сказала она, ставя на стол молочник и присаживаясь напротив за стол, — А то остались бы без молока.       Она улыбнулась, беря в руки чашку, и посмотрела на меня. Рядом с ней было так уютно и спокойно, что я стал бояться, как бы что не испортило этот момент. — Ты наелась? Может, тебе бутерброды сделать? — спросил я, наливая себе молоко и поглядывая на Ксюшу. — Нет, спасибо, — ответила она, и я заметил, как она напряжена и как она то и дело с интересом поглядывает на меня.       Ксюша нервно сжала руки в кулак и подалась вперёд. Но её решительность тут же угасла, она расслабилась и опустила взгляд. И мне стало интересно, что было у неё на уме. — Ты хотела у меня что-то спросить? — я ловил взглядом каждое её движение и едва не улыбнулся, когда она подняла на меня взгляд. — Нет, нет, — девушка потёрла рукой шею, снова посмотрела на меня и немного смущённо сказала, — То есть да. — Спрашивай, — подбодрил я Ксюшу. — Ну, вообще то я уже задавала тебе этот вопрос, но так нормально ответа на него не получила, — её взгляд стал серьёзным, отчего у меня побежали по коже мурашки, — Хорошо. Если честно, почему ты мне портил жизнь в лагере? Я ведь ничего тебе плохого не сделала. Или, ты что, так развлекался? — Развлекался? — воздух вышел из моих лёгких, когда я услышал это слово.       Развлекался… Я много чего делал в лагере. Отваживал от Ксении парней. В особенности тех, кто намеревался её обидеть. Подшучивал над ней, но только так, чтобы не сильно её задеть, и чтобы обратить на себя её внимание. Пока все мои действия Юлька не обратила против меня. — Ну да. Например, та история с ловушкой. В чём был прикол подвешивать меня за ноги? — она едва сдерживалась, чтобы не показать, насколько ей обидно и неприятно, — Вообще-то это было достаточно больно. — Это не я тебе ловушку устроил, — я посмотрел на Ксюшу, стараясь вынести её осуждающий взгляд. — Как не ты? Ты там стоял… — Я там стоял, потому что ты пошла одна в лес. Мало ли что могло с тобой случится. Я пошёл на всякий случай за тобой присмотреть, — она слушала меня внимательно, хоть по её лицу было понятно, что сомневается в правдивости каждого моего слова, — Сама подумай, как я мог заранее знать, что ты туда пойдёшь. — Ну, я висела, а ты стоял и ржал надо мной… — Да потому что нечего в лес одной ходить, — сказала я резко, и Ксюша устремила на меня взгляд, — И вообще, не так уж и долго ты там висела, я тебя через три минуты уже снял. Ты лучше подумай, что было бы, если бы я тогда за тобой не пошёл…       Мне вспомнился тот день. Слёзы на глазах Ксюши, когда я отвязал верёвку и опустил её на землю. Как она уходила, осыпая меня ругательствами, на какие тогда была способна. Как я в тот день встретил Юльку, которая смеялась от души и при всех назвала мою «шутку» удавшейся.       Я снова посмотрел на девушку перед собой. Ту, которая с первых дней лагеря сводила меня с ума, и которая ненавидела меня за то, чего я не делал. Не видела ничего хорошего во мне и моих действиях, считала меня тираном. — Тебя послушать, то я какой-то монстр, — смотреть ей в глаза я уже не мог, — А ведь я по большому счёту ничего плохого тебе в жизни не сделал. Подумаешь, поржал. Спасибо за чай.       Я решительно отодвинул чашку и встал. Ксения окинула меня растерянным взглядом. Видимо, стараясь определить, стоит ли верить моим словам или нет. Но мне не хотелось это выяснять. Я вышел из кухни, не дав ей возможности что-то сказать.       Пропасть между нами не пропала. Не стала меньше. Стала темнее и пугающей. И мне стало казаться, что она медленно втягивает меня туда.       Зайдя в свою комнату, я рухнул на кровать и уставился в потолок. Совет Лизы не действовал. Хоть Ксюша и выслушала, но, скорее всего решит, что я вру, попросту пытаюсь переложить вину на кого-то другого.       Да и с чего ей мне верить? Если бы после того, как я её встретил снова, не вёл себя, как ревнивый идиот, а проявил внимание и попытался с ней нормально поговорить, а не травить её насмешками, может сейчас всё было иначе. В чём-то Лиза всё-таки права. Я ничего не сделал, и от этого становилось ещё тяжелей.