Боль, терзающая душу

Говорят, что боль рано или поздно проходит и остаётся лишь горьким воспоминанием в прошлом. Но для меня это утверждение в корне неверно. Она преследует меня, идёт, по пятам, не отставая ни на шаг, и как бы не бежал, быстрее, дальше боль всегда настигает меня. И этой ночью кошмары вновь мешали спать, рисуя картины так ярко и красочно будто это происходит снова, словно я сейчас там на той злосчастной миссии. «Зачем же он отдал жизнь за меня?...»-единственный вопрос, которой уже месяц крутился в моей голове. Эта мысль всё никак не желала покинуть меня и приходила вместе с кошмарами. Сон не идёт, а от воспоминаний хотелось рыдать, но я старался держаться. Бесконечные рыдания ни к чему хорошему не приводили, только к усталости, засыпать с заплаканными глазами, а на утро ощущать последствия моих ночных истерик, тем более я уже достаточно взрослый, чтобы суметь это перетерпеть. Перевернувшись на бок и поджав ноги к груди, я обнял свои колени, и только прикрыл глаза, лишь на одну секунду, как воспоминания снова стали нахлынули на меня с новой силой, создавая ощущения некого фильма, который никогда не закончится. Резко распахнув их, я всё никак не мог отдышаться, от картин, что возникали в моём сознании, становилось непомерно страшно, сердце стучало, как бешеное и его стук ощущался так отчётливо словно оно сейчас выпрыгнет из груди. Немного придя в себя, я бросил свой взгляд на часы и увидел время «3:34». «Если я дальше так продолжу, то даже будильник не услышу». Встав аккуратно с кровати, я, крадучись, стараясь не наступать на скрипучие половицы отправился к шкафу в своей комнате. Дойдя без происшествий, я сумел найти в темноте нужный мне ящик, открыв его и достав бутылёк, который был наполовину опустошён, я принял лекарство, находившееся в нём. Проглатывать таблетки, не запивая – сложно, действовало лекарство тоже не сразу, но как только я почувствовал накатывающие на меня волной расслабление, я выдохнул и всё также тихо вернулся на своё спальное место. Подойдя, к кровати, я начал чувствовать, как мои веки тяжелеют, усевшись на простыню, я не успел ничего понять, как глаза закрылись и я провалился в глубокий и беспокойный сон.   Утро. Часы показывают ровно семь. С неохотой открыв, глаза, я, лёжа на кровати, смотрел в потолок. На удивление голова была полностью пуста от мыслей. Наконец-то встав и дойдя до ванной комнаты, я быстро умылся и спустился на первый этаж. На кухне уже суетились мама и Хима. Они готовили, что-то вкусное, это можно было определить по приятному аромату, доносившемуся с кухни, но я совершенно не ощущал чувства голода. -Братииик! Доброе утро! Садись завтракать. - прыгнув на меня с разбега и повиснув на шее, сказала младшая сестра. Она всегда так лучезарно мне улыбается, жаль, что сейчас единственное, что я могу ей подарить в ответ это фальшивую улыбку и заверения, что со мной всё в порядке. Ради сестрёнки я постарался улыбнуться как можно искренней и потрепал её во голове. -Прости, Хима, я с друзьями договорился сегодня позавтракать в бургерной- я виновато почесал затылок и обнял сестру. В её глазах читалось неверие, но она лишь хихикнула и вернулась к столу. Затем стараясь избежать дальнейшего пристального взгляда мамы, что уже собиралась начать со мной разговор, поторопился к выходу. На пороге, пока я обувался, ко мне подошла мама, она выглядела очень взволнованной, рука была прижата к груди, а в глазах читалось беспокойство, перемешанное с грустью. -Боруто, может позавтракаешь дома. Ты каждое утро уходишь, может…-но не успела мама договорить, как я поспешил её перебить, чтобы не начинать не нужный мне разговор. -Мам, всё хорошо. Я правда договорился с ребятами, даттебаса. Мне пора, пока! - быстро обувшись, я вышел из дома и направился в сторону полигонов. Чувство вины сжало мне грудь. Мне было больно видеть, как близкие люди переживают за меня, как отчаянно хотят помочь, а я, а мне всё также плохо, всё также приходится притворяться. Слёзы начали скапливаться в уголках глаз, а боль в груди усилилась, взяв себя в руки я побрёл по улицам деревни. Люди вокруг суетились и торопились на работу, но они не интересовали меня, но вот моя персона явно вызывала в обществе любопытство. Уже месяц как сын Хокаге был сам не свой. Уже месяц как произошла трагедия в команде номер семь и уже месяц, как все смотрят на меня словно на мне написаны все ответы мироздания. Наверное, только на меня, но я уже давно ни с кем не встречался. На душе было гадко. Я чувствал себя лицемером, эгоистом и полной тварью. Мне так всё надоело, это грёбанное чувство в груди, которое отдаются сильной болью и с которым ни одно обезболивающие не помогает, надоело чувство того, что я мог спасти его, что умер он лишь по моей вине, что я не сделал всё возможное, а я мог! Я это знаю, если бы я только был чуть быстрее, и подоспел вовремя, он столько раз спасал меня ценой себя...я помню его похороны, как вчера. На улице пошёл дождь, из-за чего они мигом опустели и по ним я мог брести спокойно без лишнего внимания. Проходя мимо жилых домов, ноги не осознанно привели меня к дому моей соокомандницы. Оторвав взгляд от земли и посмотрев на верх, я заметил свет в поместье Учиха. На подоконнике сидела темноволосая грустная девушка, она смотрела в одну точку и что-то пробормотала себе под нос, а может и разговаривала с кем, крутя в руках кунай. Волосы её были небрежно растрёпаны, одета была в домашнюю большую чёрную футболку, в которой она завернулась как в одеяле, очков на ней не было. Интересно Сарада ощущает тоже самое? Или же она возненавидела меня за то что я не смог его спасти? Наверное, так оно и есть. А вдруг ей вообще безразлична его смерть? Не думаю, на неё это не похоже. Замотав головой и схватившись руками за волосы, я потянул их в разные стороны. Только такой идиот как я мог подумать об этом. Как ей может быть безразлична смерть товарища. Бросив, ещё один взгляд на девушку я понял, я увидел её пустой взгляд. По дороге мой живот решил устроить бунт и начал громко урчать. Первое время я мог его игнорировать, но потом голод взял вверх, и я заскочил в бургерную и купил себе два бургера, один из них был с новым вкусом. Что ж, эта еда станет моим завтраком и обедом, а может даже и ужином. Дойдя, наконец, до полигона я стал оттачивать своё мастерство в тайдзюцу и ниндзюцу. Дождь потихоньку прекращался, но я всё равно уже давно промок до нитки. Я не мог перестать тренироваться не после произошедшего. Я поклялся, что обязан стать сильнее и отомстить...отомстить тому мерзавцу! Этот Дипо, как он посмел…Хотя нет это была моя вина, я должен был быть внимательней… Спустя какое-то время я заметил приближающегося ко мне представителя клана Нара. Желания с кем-то общаться не было, но он явно направлялся в мою сторону. --Привет, Боруто - лениво поздоровался, подняв руку в знак приветствия, Шикадай подходил ближе к другу. -Опять с самого утра здесь? - усевшись под дерево поинтересовался брюнет, хотя уже знал ответ на этот вопрос. -Зачем спрашиваешь знаешь, что ответ-да - устраиваясь рядом с другом на влажной траве, ответил я. Мы пробыли минут пять в молчании, я погрузился в свои мысли, а он явно пытался подобрать слова для разговора. -Боруто, я понимаю, что тебе тяжело, но время отпустить тот случай, ты не виноват. У вас была миссия и вы выполняли её, он сам решил пожертвовать собой ради спасения своего друга. Просто будь ему благодарен, пойми это был его осознанный выбор. Не убивайся так сильно. Я уверен он бы был счастлив, если бы ты наконец успокоился.-после слов зеленоглазого повисло молчание. Во мне резко вскипела злоба, я вскочил и сжал кулаки. -Не смей! Не смей говорить так, так словно его жизнь ничего не стоила! – Шикадай раскрыл шире глаза в непонимании, в воздухе посвило молчание, которое он сам же и прервал. -Никогда не забуду, когда при мне он тебя своим солнцем назвал. Я уж подумал, что вы эти- он фыркнул и слегка улыбнулся. Каждое слово Шикадая звучало так просто и легко. Я стал понемногу успокаиваться, но мысль, что виноват во всём только я въелась в мою голову. Я снова сел рядом. -Эй! Не говори не обо мне не о нём так, даттебаса! -возмутился, как маленький ребёнок я, надув щёки и скрестив руки на груди. -Хах, вот этот Боруто знаком мне уже больше - похлопал по моему плечу Нара. Он поднялся отряхнул штаны.-Прости, я уже пойду, а то мама просила сегодня помочь ей, еле отпросился на прогулку- пожаловался Шикадай. -Да, я всё понимаю не парься! - выдавил из себя улыбку. Может он не заметит фальшь. Прежде чем уйти Шикадай посмотрел на друга -И запомни раз и навсегда ты не ви-но-ват. - проговорил он после чего мы пожали друг другу руки и он пошёл в сторону дома, а я продолжил тренировку. Вдруг в моей голове промелькнула мысль «Может быть он прав?..», но перед глазами снова возникла картина смерти и боль снова захлестнула с новой силой, мотнув головой и решив не сосредотачиваться на ней я метнул сюрикен в мишень. За тренировкой незаметно наступил вечер. Благодаря им я мог отвлечься от своих дум. Когда же это закончится? Синяки под глазами уже стали нормой для меня. Отец как-то пытался, что-то сказать мне, но тогда мне было плевать. Слишком мало времени прошло слишком. От бессилия, усталости и нехватки чакры, я рухнул на колени. Из глаз потекли слёзы. «Я не могу! Не могу стать сильнее! Месяц прошёл с того момента, как я дал обещание, а продвинулся максимум на один процент, этого так мало!». Крик. Пронзительный и громкий резко сорвался из горла, я начал рыдать с новой силой. Похоже это кричит моя душа, она рвётся на маленькие кусочки. От резкой боли, что рваёт мне душу на части, пожирая меня изнутри постепенно, медленно, как будто специально издеваясь надо мной. Не оставляя во мне ничего кроме пустоты. Я схватился за голову, зажмурив глаза, из которых всё так же текли слёзы, а вот голос уже сорвал. Были слышны лишь всхлипы словно я задыхался, а может так оно и было, воздуха критически не хватало. Дыхание стало учащённым я глаза застила пелена из слёз. На улице царила ночь, мрачная и безлунная. Птицы давно умолкли, замолкли их трели, слившись с тишиной ночи. Легкий ветерок играл в темноте, едва шевеля листвой и заставляя траву негромко шептать под его прикосновением. Вдали слышались только отдалённые шорохи ночных созданий, скрытых в густой чаще леса. По улицам плавно переходили тени, тая во мраке, словно беспокойные души, странствующие в этом безлюдном мире. А в окнах домов едва мерцали отблески тусклого света, вырывающегося из-под занавесей, будто призраки прошлого, пытающиеся добраться до настоящего. На голову легла чья-то рука. Такая знакомая и такая родная. Подняв, свои заплаканные глаза, не выражавшие ничего, я заметил отца. Он смотрел на меня с сочувствием, с пониманием.   *Чуть ранее* Хокаге прогуливался по улицам родной деревни, направляясь к своему дому, в уме обдумывая, как лучше начать разговор с Боруто. Ему ясно было видно, как его сын страдает от своих собственных проблем. Наруто осознавал, что необходимо оказать ему поддержку. Шаг за шагом он продвигался по узким улочкам Конохи, иногда сворачивая направо, иногда налево. Голубоглазый герой продолжал размышлять о том, какие слова выбрать, чтобы донести свои мысли до сына. Вернувшись, домой его встретила обеспокоенная Хината. Женщина прижимала руки к груди. Она сказала, что Боруто не возвращался с момента, как утром вышел из дома. «Наруто-кун, пожалуйста, поговори с ним, я знаю, что никого из нас не слушает, но попробуй ещё раз прошу.». Наруто не понимал одного, зачем его жена просит его об этом, ведь этого его долг как отца, он любит Боруто и без того всеми силами пытался ему донести мысль. Он уже не единожды говорил с ним, но Боруто каждый раз уходил и не дослушивал, а сам говорить ничего не желал. Выйдя на улицу, Наруто отследить чакру Боруто, как вдруг к нему подбежала Химавари. -Папочка, поговрри, пожалуйста, с братиком, он наверянка сейчас на полигоне тренируется. Я не хочу, чтобы ему было плохо! – Наруто улыбнулся дочке и нежно потрепал её по голове. – Конечно, Хима, я поговорю с ним! – девочка в ответ улыбнулась и забежала в дом. Поздним вечером, когда последние лучи заходящего солнца рассеивались в темноте, Наруто направился к полигону, на котором обычно тренировалась новая команда номер семь. На его лице отражалась решимость и беспокойство, когда он преодолевал путь через темные улочки Конохи. Одинокие фонари, мерцая, освещали его путь, создавая игру теней на стенах старых зданий. По мере того, как он приближался к цели, внутреннее напряжение нарастало. В глубине его сердца он чувствовал тревогу за своего сына, за его счастье и благополучие. Но вместе с этим была и решимость помочь, понять его проблемы и поддержать. Прибыв на полигон, Наруто оглядел пустынные тренировочные площадки, полностью погружённые во мрак ночи. Среди темноты он нашел Боруто, он сидел на коленях склонившись над травой и тяжело дышал. Шаг за шагом Наруто приближался к нему, сердце болело от желания помочь сыну, преодолеть любые преграды, чтобы вернуть его к прежнему себе. Подойдя ближе, он положил руку на плечо своего сына, от чего Боруто дёрнулся. Наруто присел на корточки рядом с сыном и аккуратно положив, вторую руку ему на другое плечо, он развернул к себе застив посмотреть на себя. Увидев заплаканное лицо Боруто, сердце Наруто пропустило удар. Он быстрым движением притянул сына к себе, крепко прижимая к своей груди и поглаживая рукой по спине. -Боруто..я понимаю, что ты чувствуешь, но ни ты ни Сарада не виноваты в произошедшем.-блондин отпустил сына. Боруто уже более менее успокоился и сел напротив Наруто. Наруто явно хотел сказать, что-то ещё, но его резко перебили. -Не виноват?! Я мог! Мог хотя бы отскочить в сторону или же оттолкнуть его приняв удар на себя, как и задумывал противник. Но всё, что я смог дрожать от страха, а после потерять сознание от нехватки чакры и многочисленных ранений...я жалок..-поджав колени поближе к себе, я обнял их и положил на них свой подбородок. -Боруто.-серьёзно сказал мой отец. Он посмотрел на меня, его взгляд словно смотрел в самые отдалённые уголки моей души. -Ты не виноват! Ты был измотан, у тебя даже чакра закончилась! Сокрушаясь по прошлому, ты точно лучше не сделаешь. Ты должен отпустить его. Я не сомневаюсь в том, что он был рад иметь такого друга как ты Боруто! Ты сделал всё, что мог, вы подарили друг другу множество незабываемых моментов. А сколько ты раз спасал его? А помнишь, как ты отправился на его пояски, покинув Коноху вместе с Сарадой. - от всех воспоминаний связанных с ним, что накрыл меня волной, я снова почувствовал ааа из моих глаз стала капать одна за одной слеза, я наклонил голову, от новой волны слёз и стал всхлипывать. В моей голове всплыли слова Шикадая. Я понял, что они были правы. «прости, что раньше не слушал тебя отец...» Боруто подскочил и крепко обнял отца, прижимаясь к нему, Узумаки старший сразу же ответил на объятия и крепче прижал его к себе. Руками он поглаживал ярко-жёлтые волосы такие же как и у самого Наруто. Легкий ветерок пронесся сквозь тихую ночь, играя с листьями и лаская прядки волос младшего Узумаки, будто дружелюбно дразня его. В этот момент, слова благодарности и прощания пронеслись сквозь воздух. "Спасибо за всё, Боруто, мой лучший друг, моё солнце. Прощай," прозвучал знакомый голос позади парня. Повернувшись, Боруто не увидел никого. "Эй, ты что?" не понял голубоглазый, уставившись на своего сына. "Ничего, пап," уже спокойно проговорил Боруто. Теплое чувство окутало его душу, возможно, это было только его воображение. Нет, он уверен, что это сказал Мицуки. Прижавшись к отцу поближе, мальчик заснул... заснул с улыбкой на губах. Вся боль, что была сейчас, останется в прошлом, запечатлена в памяти и воспоминаниях. На небе взошла яркая луна, озаряя путь домой.