Blue tie

Драко брезгливо поджал губы не в силах скрывать своё раздражение: и так старался всё утро, хватит. Неприязнь почти вызывала тошноту, но он ничего не мог поделать — зрелище было слишком удручающим. То, как она покачивала бёдрами, скользя между столами, как при каждом движении короткая юбка поднималась ещё выше, как безвкусно она облизывала губы... О полупрозрачной блузке и говорить не хотелось. Он бы не обратил внимание, если бы ему были разрешены рубашки любого цвета, отличного от белого. Однако мир крайне несправедлив, поэтому необычные запонки, галстуки, цвета-не-из-серой-палитры под запретом. Может, ему тоже вырядиться в короткую юбчонку, чтобы никто не задавал лишних вопросов? Она подходит к соседнему столу и сладко воркует: "Сэр, ваше расписание", и Драко передёргивает. Девушка почти поёт, растягивая слова, и ему хочется прогнать её за дверь, а лучше в окно. Несомненно, он бы сумел выставить всё, как несчастный случай, лишь бы не... — Большое спасибо, Кэт, — имя так легко слетает с губ и звучит так мягко, но почему-то режет без ножа. Как жаль, что уши не могут буквально свернуться в трубочку — Драко предпочёл бы не слышать. Ничего вообще никогда. Она выходит, так же покачивая бёдрами и ненавязчиво поправляя блузку. На пару секунд Драко, очевидно, начиная сходить с ума, представляет, как приходит на работу в тёмном куске ткани, едва прикрывающем задницу, и пытается сдержать рвущийся наружу смех. Возможно, истерический. Да, тогда всё внимание босса досталось бы ему, но Драко пока не планировал лишиться жизни и места работы. Поэтому приходится избрать менее рискованный путь. — Сэр, при всём уважении, — попытка перехватить его взгляд не увенчалась успехом, — я думал, это моя работа, а не секретарши. — Ты был занят, — Гарри не отрывался от ноутбука, — и я попросил её. — Я бы прекрасно справился сам, — Драко начал чувствовать раздражение, но оно сменилось тоской и горечью, когда Гарри посмотрел ему прямо в глаза и опустил взгляд вниз, к галстуку. — Не бери в голову. Короткая фраза будит в нём желание либо уволиться, либо кого-нибудь убить. И в последнем случае у него целых три варианта: Гарри, Кэт и он сам.

***

Вечером, собираясь уходить, Драко вёл себя нервно и напряжённо, что наверняка прослеживалось в каждом жесте. Он чуть не опрокинул органайзер, заметив, как Кэт, прежде чем уйти, опять просочилась к столу начальника и, пытаясь что-то сказать, максимально подалась вперёд и наклонилась. То, что она жаждала его внимания, для Драко было совершенно очевидно. Он даже скромно подумал, что девушке для полноты картины осталось только надеть майку "Трахните меня, мистер Поттер". В самом деле, разве ему настолько нужна эта работа? Вопрос был риторическим, ведь перед глазами тут же замаячили счета за телефон, воду, газ, электричество... Конечно, ему нужна эта работа. Где-то между платёжками за газ и телефон мирно проплыли знакомые зелёные глаза в обрамлении густых ресниц, и Драко раздражённо фыркнул. Лучше он просто направится домой. — Разумнее было бы не приходить вообще, — он с раздражением переставил несчастный органайзер, будто надеясь решить так свои проблемы. — Ты ещё не ушёл? — Голос над ухом почти заставил его вздрогнуть. Почти, потому что Драко Малфой — гений выдержки и самоконтроля, согласно его собственной экспертной оценке. Он умеет скрывать свои эмоции и мыслить практично (что, впрочем, тоже его личное мнение), но если рядом Гарри Поттер, это не всегда удаётся. — Как раз собираюсь, мне уже пора, — не глядя, Драко вновь переставляет органайзер, теперь на то место, где он стоял изначально. — До свидания. — Погоди, мы можем поговорить? Драко поднимает голову и, исключительно чтобы не смотреть в глаза, изучает чужую шею, воротничок рубашки (белой, идеально выглаженной) и чёрный галстук. Впечатляющее соответствие дресс-коду, дополненное не менее впечатляющим телом. Не хотелось признавать, но Гарри казался ему очень привлекательным. Он мог не соответствовать каким-то из общепринятых стандартов, но его внешность была интересной, его хотелось рассматривать. Возможно, ему стоило стать актёром или порнозвездой, а не исполнительным продюсером. — О чём? — Чтобы не сказать лишнего, Драко плотно сжал губы. Он не хотел быть, как Кэт. — О дресс-коде, конечно. Ты всё ещё не соблюдаешь его, — брови Гарри сошлись на переносице, а на лицо упали тени, отчего он стал выглядеть пугающе. Он осторожно взял Драко за запястье, взглядом указывая на браслет — бархатную ленту, идеально, между прочим, сочетающуюся с галстуком, на который он как раз и указал в следующую секунду. — И галстук. Он должен быть чёрным. — Вчера на тебе был серый. — Что является оттенком чёрного, в отличие от синего. — Это тёмный ультрамариновый на самом деле, — вставляет Драко, тут же думая, что стоило бы прикусить язык. — М, забавно. Очень, блять, забавно, — а это неожиданно. Он что, выругался? Пускай и в нерабочее время, но всё равно. — Если ты злишься, я не до конца понимаю почему, — скопившаяся горечь поднимается к горлу, где превращается в желчь и рвётся наружу. — Ты ведь разрешаешь этой шлюхе обтираться здесь чуть ли не голой тушей, а... — Он останавливается слишком поздно и замирает, глядя Гарри в глаза. Сначала в них плещется недоумение, затем сменяется пониманием с капелькой самодовольства. — Ты имеешь в виду Кэт, не так ли? "Нет, блять, свою покойную бабушку..." — Кто-то вроде секретаря может и отступить от дресс-кода, мне всё равно, — Гарри пожимает плечами и подходит чуть ближе. — Но ты мой личный ассистент, мы должны смотреться гармонично, — он усмехается, совершенно сбивая с толку. Драко почти открывает рот, чтобы как-то защититься, но его опережают: — Я думаю, ты ревнуешь. Оторопев и не зная, что можно сказать, Драко выпаливает: — Я всего лишь не полностью соблюдаю дурацкий дресс-код, это же никого не оскорбляет. — Не оскорбляет, — легко соглашается Гарри, пока Драко, словно во сне, наблюдает, как его рука касается синего (простите, тёмно-ультрамаринового) лоскута ткани. — На самом деле красиво. — Спасибо, — он медленно кивает и, когда до него в полной мере доходит смысл сказанного, неожиданно для себя злится. — Хотя было бы красивее, приди я в костюме девушки с трассы. Тебе бы понравилось! — Не сомневаюсь, — смех в тихом офисе звучит слишком беззаботно и весело, но будто фальшиво, и Драко жалеет, что не промолчал. — Но... В любом случае, не о Кэт я думаю по вечерам. — То есть? — Тебе, кажется, пора. Я не могу задерживать, — вопреки своим словам Гарри не уходит, и несколько долгих секунд они смотрят друг на друга. В его взгляде читается любопытство и некое ожидание, поэтому Драко не может не настоять. — Не собираешься пояснить? Хранить секреты вредно, — он опирается о стол и мысленно подыскивает аргументы. Получается плохо. — От них копится напряжение, и это не полезно для кожи, ты знал? — Конечно. Они снова молчат, и Драко опускает взгляд, ощущая непреодолимое желание чем-нибудь занять руки. Где там его любимый органайзер? — Нарушение правил тоже вызывает напряжение, — он быстро сглатывает, когда Гарри подходит ближе, и почти не дышит, чувствуя, как тот накрывает его ладонь своей. — Может, ты хочешь нарушить ещё одно? — Смотря о каком идёт речь, — пытаясь звучать спокойно и отстранённо, Драко лихорадочно соображает, шутит начальник или нет. Это что, сигнал начать раздеваться? С одной стороны, он не против, совершенно не против, а с другой... Насколько глупо он, уже заведённый, будет выглядеть, если всё обернётся шуткой? И представлять тошно. — Полагаю, что-то о запрете отношений на работе, — дыхание Гарри приятно щекочет шею, а пальцы подбираются к воротничку. Драко надеется, что происходящее не сон, а босс не остановится, сняв с него галстук, и не уйдёт со словами: "Ну вот, раз нарушение устранено, можно расходиться", но он действительно не останавливается, переходя на рубашку и расстёгивая верхнюю пуговицу. — Не возражаешь? — Да, — Драко отвечает слишком поспешно, чтобы обдумать вопрос, и приходится неловко исправляться: — То есть нет, — он шумно выдыхает и добавляет, желая быть понятым: — Не возражаю. Его ноги почти — что, впрочем, лишь его мнение и вопрос гордости, но всё же почти — подгибаются, когда губы Гарри прижимаются к шее. Пальцы, расправившись с пуговицами, касаются кожи, проходятся по талии, и он едва не готов мурлыкать от удовольствия. Происходящее кажется удивительным сном, но ощущения слишком реальные, когда он осторожно берёт Гарри за подбородок и целует, а то, что его губы горячие и сухие, не похоже на мираж, который мог бы растаять со звоном будильника. Они целуются медленно и будто лениво, привыкая к такой близости и изучая друг друга. Возможно, офис не самое подходящее место, но Драко всё равно, пока он окружён теплом чужого тела и лёгким запахом одеколона. Гарри мягко перехватывает руки, когда Драко пытается расстегнуть его рубашку, и разворачивает к себе спиной так, что прикоснуться к нему Драко не может. — Это какое-то наказание? — С любопытством спрашивает последний и закусывает губу, когда Гарри размашисто проходится языком от основания шеи к уху и начинает посасывать чувствительную мочку. — Или поощрение? — Ни то, ни другое, — от жаркого шёпота по телу проходит дрожь. — Надеюсь, это лишь взаимное желание. Разве не так? Он заставляет Драко выгнуться, и тот позволяет это сделать и вместо ответа красноречиво прижимается к нему. — Блять! — За шлепком следует ругательство и шипение. — Не ругайся, — Гарри усмехается и неожиданно отходит, взять необходимое из ящика стола. Обернувшись через плечо и разглядывая его, Драко невольно думает, неужели Кэт добилась своего и босс не впервые использует презервативы в этом кабинете. Однако мысли испаряются, Гарри стоит только поцеловать его в висок и приспустить брюки вместе с бельём. Пальцы не причиняют боли — мистер Поттер не был у него первым, и по телу разлилась сладкая дрожь вперемешку с неверием: это действительно происходит. Он стоит у собственного стола и кусает губы, чтобы не стонать, пока босс растягивает его. Однако удержаться от всхлипа, когда тот убирает пальцы и плавно входит, не получается, и Драко шумно выдыхает. — Всё хорошо? — Гарри галантно даёт ему привыкнуть и перебирает пряди волос, окончательно убирая любые следы укладки. Драко двигается сам, неторопливо скользя и примеряясь, и это, пожалуй, лучше любого ответа. Им удаётся поймать единый ритм, ту удивительную гармонию, от которой пространства вокруг будто не существует, а воздух, липкий и горячий, наполняется только чужим запахом и похотью, шлепками их разгорячённых тел. Гарри ускоряется, и толчки становятся более резкими, от чего Драко выгибается, подставляясь, и неосознанно пытается спрятать лицо, чувствуя себя неприлично громким и податливым. Гарри особенно сильно сжимает руками его бедро и поясницу прежде чем кончить, и следы на бледной коже доставляют какое-то особенное эстетическое удовольствие, и он, развернув Драко лицом к себе, быстро доводит его рукой, пока последний хватается за крепкие плечи и легко покусывает его смуглую шею. — В следующий раз я хочу видеть твоё лицо, — усмехается Гарри, когда разморённый после оргазма Драко доверчиво льнёт к нему всем телом.