Все твои поцелуи

      «Ну, вот и всё. Прощай лицей, прощайте однокурсники», — мысленно вздохнул Натаниэль.       Выпускной был событием громким. Слишком громким для интроверта. Поскольку все выпускники были уже совершеннолетними, ограничить их в выборе напитков и музыки никто не мог. Впрочем, пока всё было относительно чинно. Видимо, уровень алкоголя в крови виновников тожества ещё не достиг того, когда начинаются танцы на столах и драки с совершенно невнятными выкриками.       Нино, стоявший сегодня за пультом диджея, вдруг сменил клубный трек на плавный вальс, и Нат вздохнул с облегчением. Басы предыдущей песни слишком давили на виски.       — Объявляю белый танец! Девчонки приглашают кавалеров. Дерзайте! — крикнул он в микрофон.       Нат мысленно хмыкнул, глядя на то, как целая толпа девочек несётся к Адриану. Ну, кто бы сомневался. Ничего, на выпускном из коллежа он как-то справился, справится и сейчас. Тем более, судя по раздражённому взгляду Маринетт, если его поклонницы будут слишком напирать, то получат по голове чем-нибудь тяжёлым.       Мазнув взглядом по залу, Нат встретился с чуть насмешливым взглядом Хлои и нервно сглотнул. Хлоя Буржуа получила звание королевы красоты ещё во времена учёбы в коллеже и только закрепила его за собой, повзрослев. Мало кто мог устоять перед чудесными золотистыми локонами и большими голубыми глазами. Волшебная красота, несносный характер.       Натаниэль видел, как все уставились на неё, когда Хлоя только вошла в зал в этом золотистом платье с вырезом, открывающим ногу до колена и немного выше. Её фигура, выражение лица, поворот головы — всё это совершенно. И так странно осознавать, что они когда-то целовались.       Их первый поцелуй он совершенно не помнил — был акуманизирован, но Хлоя была достаточно любезна, чтобы сообщить, что это было совершенно отвратительно. Это произошло ещё во времена коллежа. Тогда Нат только и мог, что тихо пробормотать слова извинения, избегая смотреть ей в глаза. Так стыдно ему ещё никогда не было.       Их второй поцелуй он помнил отлично, несмотря на то, что должен был быть под гипнозом из-за воздействия Миракл Квин. Все, кто когда-либо получал талисман, кроме Баг и Кота, оказавшихся достаточно изворотливыми, чтобы не попасться под жала маленьких волшебных пчёлок, стояли перед ней, приклонив колено. Хлоя властно взяла его за подбородок, подняла лицо, заставив взглянуть ей в глаза, из-за акуманизации сменившие оттенок с голубого на ярко-сиреневый. А потом вдруг наклонилась, жадно целуя. Даже несмотря на подавленную силу воли, он всё равно потянулся навстречу, стараясь навсегда запечатлеть этот момент в памяти.       «Ты мой, сладенький», — тогда шепнула она, пока он пытался отдышаться, и у него чуть инсульт не случился от этого жаркого шёпота.       Уже тогда Нат был давно по уши влюблён, поэтому это выглядело как сон, как исполнение мечты… пока не появилось во всех новостных заголовках. Ох, сколько ненужного внимания было приковано к теме их поцелуя, да и в общем к теме добровольной акуманизации Хлои. Каждый раз, когда Натаниэль читал очередное «перешла на сторону злодея», ему хотелось руки поотрывать этим писакам. Подумаешь, поддалась эмоциям и согласилась на акуманизацию. Но ведь Бражник, наверняка, очень хорош в манипулировании, а она всего лишь подросток.       На эту тему они с Хлоей никогда не говорили. В прочем, они вообще говорили редко. Иногда Нату казалось, что во времена коллежа они были ближе друг другу: она подтрунивала над ним. Он сначала смущался, потом начал дерзить в ответ. И каждый раз, когда Натаниэль так поступал, он видел, как в её глазах загорается азартный огонёк. А потом… потом Хлоя, видимо, повзрослела.       Она стала ещё холоднее, ещё отстранённее и гораздо серьёзнее. И, тем не менее, Нат замечал, что Хлоя постоянно держится рядом с ним, не то присматривая, не то чувствуя себя в большей безопасности.       Они не говорили ни когда он нашёл её плачущей в библиотеке и просидел около получаса рядом, ни когда он придержал её, в момент, когда Хлоя чуть не подвернула ногу. Но когда учитель посадил Ната на первую парту, рядом с ней, чтобы следить за тем, чем Натаниэль занимается на уроке, их чуть не выставили из кабинета из-за того, что они принялись обмениваться колкостями.       И вот теперь Хлоя смотрит на него, а у Ната сердце заходится от волнения. Неужели пригласит? Но девушка так и не сдвинулась с места. Зато к Натаниэлю подлетела студентка из параллели. Как же её зовут?       — Привет! П-потанцуем? — предложила она, нервно кусая губы.       Нат бросил ещё один взгляд на Хлою, но она уже отвернулась и с кем-то разговаривала. Что ж, Натаниэль сполна поплатился за свои глупые ожидания. Она просто хотела снова подразнить его и у неё это отлично получилось.       — Конечно, почему нет? — улыбнулся Нат.       Не сказать, что Натаниэль хорошо танцевал, но его партнёрша по танцу была тоже не очень опытна в этом. Она то и дело спотыкалась и так и норовила наступить Нату на ногу. Не специально, конечно же. Виной всему была природная неловкость.       — Прости, я не умею танцевать, — созналась девушка. — Меня никогда никто не приглашал на танец, а я очень хотела с тобой поговорить, вот и решила… в общем, ты мне нравишься! Очень.       — Оу, — озадаченно ответил Нат. — Извини, но…       — Нет-нет, ничего. Я знаю, — мягко улыбнулась она. — Я не в романтическом смысле. Было бы здорово, если бы мы смогли подружиться. Обменяемся контактами?       — Давай, — Натаниэль выдохнул с облегчением.       В этот момент одна не слишком ловкая парочка врезалась в них, и девушка чуть не налетела на него. Их губы оказались в паре сантиметров друг от друга, заставив обоих танцующих испуганно замереть. Девушка скосила глаза куда-то вправо.       — Нас обоих сейчас убьют, — чуть отодвинувшись, чтобы, не дай бог, не соприкоснуться губами, шепнула она, а в её глазах блеснул озорной огонёк.       — В каком… — Натаниэль не успел закончить мысль, потому что Хлоя буквально подлетела к ним, отталкивая девушку, которая тут же расплылась в хитрой улыбке.       — Идёшь за мной, — крепко вцепившись в его запятье, Буржуа потащила Натаниэля за собой куда-то к выходу из зала. Он опомнился, только когда они оказались в тёмном и совершенно пустом коридоре.       — Прекрати, отпусти меня, — не без раздражения бросил Нат, чуть дёрнувшись, чтобы освободить руку из крепкой хватки тонких пальчиков.       Хлоя не сопротивлялась, выпустив его запястье, и повернулась к нему спиной. Девушка обхватила себя руками, словно ей стало холодно, плечи вдруг поникли. Вся фигурка мадемуазель Буржуа выражала грусть, и Натаниэль тут же пожалел о своей резкости.       — Ну, и для чего этот концерт? — как-то обречённо поинтересовался он. — Зачем тебе всё это?       Хлоя вдруг резко развернулась к нему и, нахмурившись, с отчаянной решимостью поцеловала его. Это ощущение кардинально отличалось от их предыдущих поцелуев, хотя этот был таким же властным и подчиняющим, как тот, что когда-то подарила ему Миракл Квин. Хлоя будто пыталась поставить на нём клеймо, сделав своей собственностью. И, хотя Натаниэль решил не отвечать ей чисто из принципа, вкус её блеска и мягкость губ пленяли, поэтому он покорно поддался, когда девушка решила углубить поцелуй, скользнул руками на её талию, с трудом сдерживая желание притянуть Хлою ближе, прижать к стене…       — Все твои поцелуи принадлежат мне, — шепнула девушка, отстраняясь.        Её тёплое дыхание щекотало кожу, руки огладили его плечи, заставляя мурашки пробежаться по спине, а сердце сбиться с ритма. Она его соблазняет? Если так, у неё отлично получается — его мозг уже наполовину отключился.       — Я не твоя игрушка, — тихо ответил Нат, покачав головой, а потом, поддавшись порыву, добавил. — И не твой парень.       Его руки всё ещё лежали на её талии, её пальцы всё так же сжимали ткань рубашки на его плечах. Говорить в таком состоянии на такую серьёзную тему было трудно обоим, но никто не спешил первым менять положение. Наоборот, Хлоя подалась чуть ближе, прижимаясь к нему, выбивая из груди ошарашенный вздох, вызвавший у неё усмешку.       — Ты не можешь целовать никого кроме меня, — немного обиженно, словно маленький ребёнок, пробормотала она, скользнув пальчиком вниз вдоль галстука.       — П-почему это? — нервно сглотнув, шепнул Нат.       — Ты такой глупенький, моя помидорка, — улыбнулась Хлоя. — Потому что я. Тебя. Люблю.       Она произнесла это, делая паузы между словами, вырисовывая кончиком пальца какие-то узоры у него на груди, а потом обняла за шею и заглянула в глаза. Натаниэля бросило в жар. Он понимал, что от него ждут ответного шага, но все мысли выбило из головы. Она что? Как? Да разве… В смысле… а?       — Ты? Нет, — ошарашено покачал головой парень. — Это из-за того, что мы два… ну, уже три раза целовались, ни разу не будучи в адекватном состоянии?       — Тебе нужно работать над своей самооценкой, — рассмеялась Хлоя, нежным движением поправляя его чёлку.       — Тогда почему? — нахмурился Натаниэль, чувствуя, что снова краснеет. — Прости, я не могу понять, правда.       — Вот же угораздило меня влюбиться в такого балбеса, — хихикнула Хлоя, кажется, позабавленная этой ситуацией. — Ладно, объясню. Но только один раз, потому что это ранит мою гордость. Меня должны хвалить, а не я. Если кратко… Плохой девочке нужен хороший мальчик, плохому мальчику — хорошая девочка. А девчонке, которую кидает из крайности в крайность, нужен такой же странный парень, как и она сама. Вечно лохматый художничек с задней парты нужен всегда одетой с иголочки девочке с первой. Теперь понимаешь?       — Кажется да, — улыбнулся Нат. — Потому что «лохматому художничку» всегда нравилось наблюдать за самой красивой девушкой лицея.       — Подлиза, — фыркнула Хлоя, ощущая как он, наконец, обнимает её по-настоящему, чувствуя, как исчезает с души груз недосказанности и неуверенности. — Можно считать, ты оплатил полученную порцию комплиментов. Но будь осторожнее — переборщишь, и я правда поверю, что я богиня.       — Тогда я буду первым последователем твоей религии, — вполне искренно ответил Натаниэль.       — Лучше поцелуй меня нормально, — фыркнула Хлоя.       Нат усмехнулся, проглотив шутку про то, что приказы личного божества для него закон, и трепетно коснулся её губ. Да, Хлоя однозначно была права — все его поцелуи принадлежат и всегда принадлежали ей.

Бонус

      — Хлоечка-а-а! — та девчонка из параллели, с которой Натаниэль танцевал, повисла на шее у Хлои сразу же, как они с Натом вошли в зал. — Ты на меня не сердишься? Не сердишься ведь, правда? Я его не целовала честно-честно.       — Злюсь, — коротко ответила Хлоя, не пытаясь высвободиться из крепких объятий.       — Ну, Хло-о-оя-я-я! — провыла шатенка.       — Вы знакомы? — удивлённо вскинул бровь Натаниэль.       — Смею представиться, Лия. Студентка по обмену, так себе актриса, ну, и подруга, надеюсь всё ещё, этой великолепнейшей мадемуазель, — девушка пожала ему руку и снова вцепилась в Хлою.       — Нет, ты наглая маленькая засранка, — не согласилась Буржуа.       — Это называется сводница. Я вас с первого курса шипперю, дай насладиться триумфом, — возмутилась Лия, не выпуская Хлою из объятий. — И да, Нат, с тебя номер телефона. Не забывай, ты обещал.       — Что ещё ты с него стребовала? — Хлоя осуждающе посмотрела на подругу.       — Пока больше ничего не успела. Но, может, ещё выцарапаю должность крёстной вашего первенца. Я считаю, заслужила, — дернула плечом Лия. Нат покраснел, представив Хлою беременной. Их ребёнок. Звучит почти невозможно. — Так что, сдаёшься? Больше не обижаешься?       — Ладно, балбеска. Твоя выходка действительно оказалась эффективной. Поэтому и только поэтому я тебя прощаю, — Хлоя строго погрозила ей пальцем.       — Ура! — радостно улыбнулась Лия. — А теперь рассказывайте всё в подробностях, я запишу. Сейчас, у меня где-то блокнот был.