Трагедия на озере Панасоффки

      Когда О’Фармер, Ариэлла и Уильям вернулись в агентство, Шутце сразу же принялся за работу. Он знал, что нужно как можно быстрее осмотреть тело, ведь оно пролежало в озере около месяца, а то и больше, и многие детали могли исчезнуть.       Сначала он взвесил и измерил тело. Вес девушки был равен пятьдесят два килограмма, а рост – сто шестьдесят сантиметров. Потом осмотрел рот - на правом верхнем резце была поставлена коронка. Уильям провёл детальный осмотр тела и был готов провести вскрытие. Перед этим он решил сделать погибшей рентген для получения дополнительных деталей, но в их маленьком полицейском участке и морг-то был крошечный, что уж говорить о громоздком рентгеновском аппарате. Уильям понимал, что если он отвезёт тело в центральную больницу на рентген, то в маленьком тихом городке, где это убийство было первым, начнётся паника, но другого выхода не было. В конце концов, он сможет объяснить ситуацию и его поймут.       Уильям и Ариэлла взялись за расследование вместе, разделив перед этим свои обязанности: Уильям с небольшой группой будет работать около озера, собирая улики, а Ариэлла будет собирать информацию, отправляя письма в полицейские участки окрестных городов. В первый же день после обнаружения тела, Уильям и ещё трое полицейских уехали к озеру, а Ариэлла принесла из дома свой дневник с заметками и, достав с полки карту Флориды, начала печатать текст письма. «Юго-Восточная Терраса 20 Самтервиль Флорида США 20 февраля, 1971       Вчера, девятнадцатого февраля, в полицейский участок номер три поступил звонок от двух подростков о том, что возле озера Панасоффки было найдено тело девушки. Я, Ариэлла Твинкл, Уильям О’Фармер и Уильям Шутце приехали на вызов. Шутце осмотрел тело. Причиной убийства послужило удушение – вокруг шеи обмотан мужской ремень тридцать шестого размера. Тело пролежало в озере от тридцати дней до двух месяцев. Убитая – девушка в возрасте от семнадцати до двадцати четырёх лет. На ней были следующие предметы одежды: зелёная кофта, зелёные клетчатые штаны и зелёное пончо. На руке – часы из белого золота, под ремнём часов татуировка на греческом языке. На пальце - кольцо с прозрачным камнем. Просьба распространить это письмо среди полицейских участков города. Я прошу вас опросить как можно больше людей, а также развесить как можно больше ориентировок (если подключение полицейских ни к чему не приведёт), ведь это убийство может оказаться не последним. С уважением, Ариэлла Твинкл»       Напечатав тридцать писем, Ариэлла вдруг вспомнила – во Флориде проживает большая греческая диаспора. Только она не помнила название города. Она лихорадочно пролистала дневник, в который начала записывать интересные факты и заметки с пяти лет, и на одной из первых и самых потёртых страниц, нашла запись. «Первое апреля 1951 года. Сегодня после обеда в книге о странах нашла Грецию и прочитала о ней. Оказывается, там так здорово! Там большое теплое море и длинные пляжи. Я бы хотела туда поехать, но мама сказала, что это очень дорого и что во Флориде есть город, как раз недалеко от нашего, и в нём живёт какая-то диаспора. Это значит много человек. И эти люди – греки. А ещё мама сказала, что там есть много парков и несколько мест, где можно поплавать, и она сказала, что мы можем поехать туда, когда она накопит денег. Город называется Тарпон-Спрингс. Запишу здесь, на всякий случай. P.S. Мама помогла мне поставить в этой записи запятые.» Точно! Тарпон-Спрингс. Туда надо в первую очередь отправить письмо, ведь именно там могли дать ответы на многие вопросы. Ариэлла собрала письма, собираясь идти на почту, но вдруг вещи, окружающие её, переместились вправо. Ариэлла упала в обморок. Ариэлла очнулась в совершенно незнакомом месте – она стояла на улице, возле дома, небольшого двухэтажного дома, каких на этой улице было много, но она стояла именно перед этим. Неожиданно подул ветер и понёс сухие прошлогодние листья в сторону дома. - Это знак! - подумала она и решила войти.       Она держалась очень осторожно – как можно тише открыла дверь, которая была не заперта для того чтобы в дом поступало больше воздуха в такой жаркий день. Ариэлла быстро оглянулась. Никого не было. Откуда-то слева, из-за приоткрытой двери, пахло специями и оливковым маслом. Она поняла, что там находится кухня. Справа находилась гостиная, там было открыто окно. На кухню сейчас заходить рискованно – ведь она вошла в чужой дом, и если её заметят, то вполне могут заявить в полицию. Поэтому она решила пойти в гостиную, откуда не доносилось ни звука. Там и правда никого не было. Это была совершенно обычная гостиная со светлыми стенами, на которых висели картины с изображением моря и большие раковины. Ещё здесь был небольшой телевизор, диван и большой книжный шкаф из светлого дерева. Ариэлла немедленно направилась к шкафу, она даже не понимала почему. Что-то её туда тянуло. В шкафу стояло много американской классики, детские книги и очень много книг на греческом, с характерным узором на корешках. Она хотела осмотреть комнату поподробнее, но вдруг предметы переместились влево, и она снова отключилась. Очнулась она уже в участке, там же, где и отключилась. Сразу после ведения она решила записать все детали и особенно зарисовать дом, расположение комнат и шкаф. Через несколько минут в дверь постучали. Это был Уильям Шутце. - Ариэлла, это я, - сказал Уильям из-за двери. - Нужно поговорить, - сказал он, уже войдя. - Да, мне тоже надо кое-что сказать. - Я осмотрел тело и могу сказать, что оно уже готово к вскрытию, но перед этим мне нужно сделать рентген. А для того, чтобы сделать рентген, тело нужно отвезти в центральную больницу, где есть рентгеновский аппарат. Но если я там расскажу о случившемся, в городе начнётся паника. - Я тоже много об этом думала после нахождения тела. Ещё с того момента, когда мы поговорили - Ариэлла специально избегала слова “допросили” - с Джейсоном и Кевином. Не переживай. Вчера, перед тем как уйти домой, я поговорила с родителями Джейсона и Кевина, и они пообещали ничего никому не рассказывать о преступлении. А раньше мне казалось, что именно они начнут сеять в городе панику из-за убийства. В больнице тебя точно поймут и паники в городе не будет. - Ладно, в крайнем случае, мы можем заплатить им за молчание, - успокоил себя Уильям. - Согласна. Я почему-то уверена, что всё будет хорошо, а моя интуиция сегодня буквально работает на меня. Вот мы и плавно подошли к тому, что я хотела сказать. Нет, лучше я расскажу об этом в машине. Мне нужно на почту, а тебе в больницу, это как раз рядом, - Ариэлла застегнула сумку и сняла с вешалки джинсовую куртку. В машине Ариэлла рассказала Уильяму о ведении. Он, как ни странно, отреагировал на это крайне спокойно. - Я читал об этом. Похожие случаи бывают, когда мозг поглощён расследованием и визуализацией преступления, а также такое может случиться после попытки представления жизни жертвы до убийства. Эти видения могут очень нам помочь, поэтому записывай или зарисовывай всё как можно более подробно. - Знаю. Я обязательно покажу зарисовки, которые я сделала сразу после видения. Кстати, завтра нам предстоит долгое путешествие в один город во Флориде, чтобы проверить некоторые мои догадки. Ну вот, мы приехали.