Monsters

I'm hearing voices in my head I don't want to hear I don't want to fear Say you ain't afraid of nothing Everybody's scared of something

*

Обжигающее дыхание на ее смуглой коже тем вечером. Прикосновения его теплых пальцев вместе с холодом ожерелья. Страх, бессилие, замешательство. Любопытство, робость и сопротивление. Она словно чувствует одновременно притяжение и отторжение. Ей кажется, что и в нем что-то борется. Способен ли этот человек чувствовать? Человек ли он вообще? После всего, что он сделал, на что способен. На что он в действительности способен, чтобы получить желаемое? От этой мысли её сердце содрогается. Она не уверена. Не уверена, что хочет по-настоящему узнать ответ на свой вопрос. Их отряд постоянно умудряется улизнуть от Зуко, Джао и других воинов народа огня, но будет ли это продолжаться вечно? Катара знала, что у нее хватит сил бороться. Ради Аанга и Сокки. Ради надежды на будущее, свободное от насилия, преследований, темниц и унижений. Это не может продолжаться вечно. Ожерелье матери приняло тепло ее собственного тела, что успокаивало Катару. Она всегда чувствовала ее незримое присутствие с этим ожерельем. Теперь, когда Аанг вернул его, всё словно встало на свои места. Эта вещь в какой-то степени – ее личная связь с миром духов. И это всё, что осталось. Но он был готов забрать и это. После очередной погони нужно отдохнуть, поэтому команда Аватара решила остановиться на ночлег. Сокка как раз подыскал укромную поляну на возвышенности. С двух сторон ее окружали высокие скалы. С двух других – чистое горное озеро, в которое впадала речка, небольшая, но бурная и шумная. Спускаясь, она огибала скалы. Это был маленький оазис посреди камня и воды. Как только они приземлились и огляделись, то обнаружили и пещеру. Достаточно большую, чтобы спрятать там Аппу. Сокка не скрывал восторга. Катара тоже радовалась укрытию, помогала разбить лагерь, но как бы погруженная в себя. Запертая наедине с собственным миром внутри, о котором ей известно так мало. Спальный мешок. Сумка с самыми необходимыми вещами. Провизия. Словно ее руки сами знают, что нужно делать. Сокка разобрал бы вещи и сам, но она хотела, чтобы он чувствовал участие. Кто-то должен быть рядом. Рядом даже в самые трудные времена, и особенно – в самые темные. На небе уже царствовала Луна. Катара чувствовала ее, даже не глядя в небо. Она была связана с ней на уровне более тонком, чем может объяснить разум. Луна питала ее силы. Эта связь была открыта ей еще в раннем детстве… когда мама была жива. После ужина к ней подошел Аанг. - Катара, с тобой всё хорошо? Ты выглядишь как-то растеряно. Я волнуюсь. – Он взял ее за руку, от этого на лице Катары появилось что-то вроде улыбки. - Да, я… просто устала после перелета. – Она знала, что лжёт. Прилив сил сродни этому не перепутать ни с чем. - Может быть тебе лучше лечь сегодня пораньше? - Ничего. Мне нужно побыть одной, не волнуйся. Аанг… - Да? - Спасибо.

*

- Она ушла? – Сокка спокойно укладывался спать на мягкой лапе Аппы, словно ничего не менялось в привычном ходе вещей. - Да. Эм.. Сокка… - Мм? - Что это с ней? - Полнолуние. – Великий воин протяжно и сладко зевнул. – Ложись спать, дружище. Сейчас лучше оставить её в покое. Аангу ничего не оставалось, как растерянно развести руками. Сокка должно быть знает что-то, чего Аанг не знает о Катаре. Юный Аватар остался дежурить у лагеря, на всякий случай. Если Катара будет нуждаться в нем, он будет рядом.

*

Катара знала свой дар и проклятие. Боясь причинить кому-либо вред, каждое полнолуние она предпочитала уединение. Ночь медленно опускалась на землю. Где-то в лесу послышался крик филина. Сокка выбрал не только безопасное, но и красивое место для лагеря. Перейдя через озеро, Катара начала медленно спускаться по склону. Высокие деревья едва пропускали лунный свет. И он струился сквозь ветви тонкими нитями, освещая узкую тропу. Чем дальше она спускалась, тем больше веяло прохладой. Внизу должно быть озеро. И правда, спустившись в долину, она обнаружила небольшое озерцо, в которое впадала горная речка. Уже не такая резвая, как у истока. Девушка распустила волосы – пускай о них позаботится ветер. В высокой траве чуть неподалеку, вокруг озера, стрекотали кузнечики. Светлячки медленно кружились над водой у берега, и в их тусклом синеватом свете плавали кувшинки. Этот мир был наполнен жизнью. Катара чувствовала ее в каждом листочке, каждом муравье – так много жизни. Она какое-то время стояла неподвижно. Мир оживал тем больше, чем выше поднималась Луна. И Катара была его частью. Она буквально слышала его прерывистое дыхание: «Вдох, выдох… вдох. Выдох, вдох…» - Опасно гулять в одиночестве в такой час. Встреча с пиратами ничему не научила тебя? Катара направила мощный поток воды в сторону голоса. Времени подумать не было. Человек отразил удар языками пламени – мгновение, и вода превратилась в пар. Зуко! Как давно он следит за ней? Гнев затмил ее разум. Мгновение – и принц упал на землю от удара огромного водяного хлыста. – Ты следил за нами! Где остальные? Говори! Сейчас полнолуние, а значит она превосходит его в силе. Это должно придавать уверенности. Даже если с ним другие маги огня, она справится со всеми. Но сердце бьётся напуганным птенцом в клетке. И он, кажется, это чувствует. - Это ты скажешь мне, где твои друзья! На этот раз в сторону Катары полетели языки пламени. Девушка сумела их отразить – полная Луна придавала ей сил. Катара чувствовала энергию жизни. Но жизнь была и в нём. Его ярость пульсирует огненным цветком, заполняет его тело и мысли, отравляет его. Он борется – он невероятно силен даже теперь, когда солнце не на его стороне. Но быть сильным и быть стойким – разные вещи. Порывы ветра усиливались. Это был уже не легкий бриз, как когда она вглядывалась в глубь воды, словно вглубь собственной души. Так бывает, когда в ручеек попадает камень, и с самого темного дна поднимается песок, ил и грязь. Даже самая чистая душа может быть в смятении. Она остановилась, замерла на месте. Гнев отравлял и ее, Катару. Чистая, настоящая ненависть. Кого она ненавидит так сильно? Магия крови под запретом, Катара, помни об этом. - Уходи, Зуко. Еще один шаг и… - Я не трус, чтобы убегать, особенно когда я так близко к цели! – Он вытянул кулаки, чтобы нанести серию огненных ударов. - Тогда ты идиот! Если не нарушать запреты, то зачем они в действительности нужны? Его тело не слушалось. Оно словно больше не принадлежало ему. Всё, что было теперь в его власти – его собственный разум, который сжигали гнев, досада и ненависть. Зуко не понимал, кого именно он ненавидит. Он просто ненавидит, как если бы это чувство было воздухом, разжигающим его пламень. Его ноги подкосились – она ставит его на колени? Мысли Зуко вовсе перепутались. На что она в действительности способна, эта девочка из племени воды? И какое унижение для наследного принца стоять на коленях перед простолюдинкой. Катара сократила расстояние между ними, властно откинула его голову за волосы. - Тебе стоило меня послушать, принц Зуко, но теперь поздно. Девушка сделала еще несколько движений ладонями, отчего по телу принца прошлась волна ледяной боли. Он стиснул зубы, чтобы удержать стон.

*

В его взгляде читалось недоумение, усталость и лишь иногда – проблески ярости, как слабый огонек на ветру. В ее взгляде он, казалось, мог прочесть только торжество всепоглощающей власти, трепет, затем вдруг, как порывы ветра – замешательство, сомнение, осознание, испуг, сожаление и страх. Она огляделась, посмотрела на свои руки, затем в небо, и снова на руки, Зуко, стоящий перед ней на коленях, гримаса боли на его лице. Она пытала его? Как долго? Да что с тобой, Катара? На противоположной стороне поляны, из леса, послышались голоса, которые постепенно приближались. Начали мелькать факелы. Это отряд людей огня идет по следам принца. Когда она отпустила его, он выдохнул, обхватил ребра руками и медленно склонился к земле.

*

Закат окрасил Западный Храм Воздуха всеми оттенками золота. Солнце садилось, оставляя ущелью холодные синие тени. - Луна сегодня очень красивая. «Но ты ничего не знаешь о ней. Как и я». - Мне всегда было ближе солнце. Может быть это две части одного целого. Мой дядя… - Зуко осекся. Наверное, не стоило говорить сейчас о дяде. – В общем, вот кто разбирается в этом, а не я. Молчание. - Знаешь, иногда мне бывает стыдно за некоторые вещи, которые я натворил в прошлом. «Тогда тебе полагается сгореть со стыда. И мне – вместе с тобой» - Я бы хотел всё исправить, но пока даже не знаю, как. «У кого-то проснулась совесть?» Он не знал, о чем говорить дальше. - Прости, что отнимаю твое время. Ты, наверное, хотела побыть здесь одна. «Но кто-то должен быть рядом» - Что ж, мне лучше уйти. - Постой. – Она не могла осознать, зачем сказала это вслух. Мысль о том, что он вот так уйдет, показалась ужасной. Что-то невыразимое пронзило сердце. – Ты можешь остаться. На этот раз Катаре не нужно было применять магию крови, чтобы он склонился перед ней на колени. Её пальцы осторожно коснулись его шрама, медленно спустились к щеке, подбородку, шее, наконец она села с ним рядом, так что их взгляды пересеклись. Он прикоснулся к ее ожерелью. Мягко потянул его, так что и Катаре пришлось придвинуться ближе. Она чувствовала его теплое дыхание на своей щеке. - Не бойся. - Я не боюсь тебя, Зуко. Мы оба это знаем. Он улыбнулся уголком рта. - Не бойся себя, Катара.