Are you at home, Kaya

На улице громко гремит гром, отчего Дилюк отвлекается от книги и переводит взгляд на окно, хмурясь: ему не нравиться начавшая портиться погода. Судя по затянувшимся облакам скоро нагрянет не слабый дождь. Рагнвиндр не любил плохую погоду, ему с самого детства не нравилось наблюдать за ливнями, а стоит только выглянуть после них на минутку во двор, так ты вздрагиваешь от лёгкого холодка прошедшего по спине, а если задеть мокрые листья вынограда, то.. Дилюк мелко вздрагивает от воспоминаний. В отличии от кое-кого грома он не боится, но любовью к такой погоде похвастаться не мог. Мужчина переводит взгляд обратно на книгу с которой возился уже приличное время и вздохнул. Видимо сегодня не то время, чтобы разобраться с просьбой Джинн. Книга захлопывается и откладываться на тумбу рядом, вместе с другими бумагами. Он трёт глаза и понимает, как за время проведенной за работой устали его глаза и спина. Завтра он обязательно сядет за эти бумаги, но это будет завтра, так что сейчас Рагнвиндр подходит к окну с намерениями закрыть его, чтобы прохладный ветер перестал сочиться в комнату, как его взгляд цепляется за фигуру. Он не знает, как заметил ее, ибо фигура почти слилась с ночной темнотой, но человек по ту сторону стоял облокотившись о балку, которая не была скрыта за листьями винограда. Учитывая, что дождь все же начал капать, то Дилюк только мог представить это неприятное чувство намокшей одежды. Узнать фигуру не составило труда. Кэйа. Кэйа часто ошивался рядом с винокурней, и Дилюк не знал специально ли Кэйа так делал или нет, но они все чаще встречались лицом к лицу. Он не скажет, что ему уж слишком неприятны были эти встречи, но самодовольное лицо капитана несомненно выводили из себя. И сейчас, смотря на опустившиеся плечи Кэйи, Дилюк не понимал, что руководило ним придя сюда? Альберих знал, как Рагнвиндр относиться к нему, он несомненно это знал, как и знал, что Дилюк не захочет впускать его сюда. У Дилюка остались детские воспоминания с ним, и сейчас, смотря на темную фигуру в ночи, он вспоминает, как Кэйа приходил к нему посреди ночи, сжимаясь в маленький комочек, стоило только почувствовать теплое тело. Маленький мальчик всегда обнимал его, только потом на сонную голову понимал, что по окнам тарабанит дождь, а изредка гремит. С каждым грохотом мальчик рядом с ним всхлипывал и сжимался ещё сильнее. В такие моменты Дилюк всегда обнимал и шептал, что все хорошо. Что он, отец и даже служанки рядом, что все хорошо и, что они не бросят его. Он в безопасности. Сейчас Дилюк не мог такого сказать. Рагнвиндр долгое время думал о Кейе и об этом его страхе. Прошел ли он, или все ещё мог вздрагивать каждый раз, когда только появлялся намек на гром вдали? Он не волновался, ему было интересно. Конечно, это было так. Смотря на темную спину бывшего брата, Дилюк понимал, что тот все ещё находиться в страхе. Мужчина не хотел представлять уже повзрослевшего Кэйю под одеялом, закрывающего собственные уши, чтобы заглушить звук, чтобы хоть на некоторое время не слышать, но картинки сами начали мелькать перед глазами, меняясь одна за другой. Он не скажет, что все в порядке и, что они рядом.. — Братец Дилюк, вечер добрый. Его рука касается холодного тела и тянет на себя. Податливое тело падает на его грудь, будто только этого и ждало. — Все хорошо. Ты дома. ..но он сделает кое-что другое.