Как во сне

Силко и Джинкс уже примерно час сидят в кабинете в полной тишине. Силко разбирает все отчеты накопившиеся за последнюю неделю. Он до последнего оттягивал возню с этими бумажками, наивно полагая, что все как-нибудь само собой рассосётся. Увы, нет. Работы стало только больше. Джинкс сидит рядом с ним на столе, стараясь не мешать и терпеливо ждёт, когда он закончит. Удивительно, но тишина между ними никогда не была напряженной. Они так хорошо чувствовали настроение друг друга, что иногда казалось – оно у них одно на двоих. Севика называла это «нездоровой привычкой». Ей вообще-то было по барабану, но иногда она невольно замечала настолько странные взаимодействия между ними, что ей становилось не по себе. Она зареклась никогда не анализировать увиденное. Было ясно одно – эти двое помешаны друг на друге. Джинкс порядком подустала ждать Силко и уже начала нетерпеливо мотать ногами, свесив их со стола и задевая ножку кресла носком ботинка. – Детка, перестань, пожалуйста! Я уже почти закончил. Джинкс обиженно надула губки, но его просьбу выполнила. – Спрашивай. – устало выдохнул Силко. Всё равно не успокоится, пока не добьётся своего. Тем более она ждёт его довольно долго и не уходит, а значит ей это действительно важно. – На самом деле я хотела попросить тебя кое о чем. Только обещай не злиться, ладно? – осторожно начала Джинкс. – Угу… – качает головой Силко, не слишком вслушиваясь в её слова. Всё еще погруженный в отчеты. Наверняка сейчас попросит закупить дорогущее оборудование для нового пулемёта или что-то в этом роде. – Научи меня целоваться! – выпаливает Джинкс. Как ушат холодной воды на него вылила. Стоп. Что? Силко замирает так и не дописав. – Очень смешно, Джинкс. – всё еще не верит в услышанное. Она смотрит на него с такой злостью, почти осязаемой. Ей наверняка тяжело дались эти слова. Она ведь не серьезно? Как ей такое пришло в голову? Силко в своих даже самых смелых фантазиях не позволял себе представлять подобное. Как бы Джинкс ни была хороша – она же его дочь, чёрт возьми! Это просто… ненормально. – Ты же понимаешь, что не имеешь право просить меня о таком? – как можно спокойнее пытается объяснить Силко. – Я ведь… – Я ведь твой отец, Джинкс и бла бла бла… – передразнивает его Джинкс. – Какой же ты всё-таки зануда, Силко. Она скрещивает руки на груди и отворачивается от него так, что теперь он видит только её точеный профиль, курносый носик и нахмуренную бровь. Господи. Она его с ума сведёт. Силко игнорируя её недовольный вид, подписывает последнюю бумагу и откладывает в сторону. Трёт пальцами переносицу. Ну и что с ней делать? – Джинкс.. – Скажешь, что это неправильно? Кто вообще придумал, что существует только правильное и неправильное? Заводится в пол оборота. Поворачивается обратно к нему, обнимает свои колени и смотрит огромными глазами оленёнка. И это так… мило. – Ну пожалуйста, пап! Мне уже семнадцать, я хочу попробовать! Об этом никто не узнает. Силко обессилено опускает лицо в ладони: – Дело не в этом, просто… я так не могу. – Если ты этого не сделаешь, тогда я пойду и поцелую Чака! – кричит Джинкс и вскакивает, намереваясь выбежать из кабинета. Ревность внезапно вскипает внутри Силко. Поцелует Чака. Чака, мать его! Да если этот смазливый ушлёпок хоть пальцем посмеет тронуть его дочь, Силко закопает его заживо на заднем дворе «Последней капли». – Стой. Джинкс останавливается. Силко мысленно проклинает всё на свете. Её – за умение манипулировать. Себя – за бесхребетность и непреодолимое желание делать для Джинкс всё, что она попросит. И этот чёртов день, который случился так скоро и так не вовремя. – Я согласен. Уголки её губ приподнимаются не в силах сдержать внутреннее ликование. Она медленно оборачивается и возвращается, кокетливо стреляя глазками. Помоги ему, боже, держать себя в руках от начала и до конца. – Но только один раз! – уверяет Силко скорее себя, чем её. Джинкс энергично кивает головой. Ему почему-то ужасно нравится её искренняя радость. А в животе уже появляется сладкое предвкушение. Это плохой знак. Силко встаёт и отодвигает кресло, освобождая пространство для Джинкс. Она слегка облокачивается, задевая бёдрами край стола. Силко запоздало пытается представить, как их отношения изменятся после этого. Станут лучше? Не изменятся вообще? А может она начнёт избегать его? Последний вариант совершенно не нравится Силко. Видно, что Джинкс уже вся в нетерпении, поэтому он подходит ближе и лёгким движением убирает чёлку ей за ухо: – Это будет мешать. Джинкс тут же краснеет, смущаясь. Он мысленно усмехается. Ты ж моя маленькая. Силко нежно проводит ладонью по её шее сверху вниз, отмечая как Джинкс покрывается мурашками. Вторая его рука скользит по талии, но он не успевает коснуться её губ, как Джинкс неожиданно произносит: – П-подожди… – голос тихий и хриплый. Силко наслаждается каждой секундой. Что уже не такая смелая? Он смотрит ей в глаза, пытаясь угадать эмоцию. – Испугалась? – мягко спрашивает Силко. Джинкс, услышав вопрос, сразу берёт себя в руки: – Нет. Продолжай. Её всю трясёт от волнения, но она пытается не подать виду. И Силко наконец решается. Первое прикосновение невесомое, мягкое. Джинкс, не зная куда деть руки, сильно цепляется за воротник его рубашки. Он, чуть отстраняясь, касается её пальчиков. Тише, девочка. – Расслабься Джинкс. Всё хорошо. – шепчет в губы и снова целует, нежно. На этот раз она не сразу, но поддается. Открывает ротик. Язык Силко скользит по её нижней губе, медленно. Момент длится целую вечность. Его сердце долбит в грудной клетке так сильно, как будто хочет достучатся до больных мозгов. Дыхание Джинкс сбивается, она обнимает его за шею и прикрывая глаза углубляет поцелуй. Блять. Он сейчас просто сдохнет. Почему так хорошо? Силко перестает контролировать свои руки, которые уже гладят лопатки, бока, скользят пальцами по позвоночнику. И Джинкс выгибается на встречу. Остановись пока не поздно! Безнадёжная попытка вразумить себя. Силко ошибочно полагает что ещё приятнее уже быть не может, но тут Джинкс находит своим языком – его. Выстрел в голову. Вот теперь поздно. Джинкс стонет в поцелуй. А Силко пытается понять почему в его вечно прохладном кабинете стало настолько жарко. Это всё Она. Она и её чертовски вкусные губы. Джинкс разрывает поцелуй всего на секунду, берёт тёплыми ладошками его запястья и кладёт на свои бёдра. – Джинкс, может уже… – пытается остановить её Силко. Кто-то из них же должен прекратить это безумие. – Неет, хочу ещё. Силко мысленно чертыхается, сжимая пальцами упругие ягодицы. Ну всё. Премию «отца года» можно официально считать проёбаной. Джинкс чуть приподнимает колено между его ног, задевая давно уже твёрдый стояк. Силко глубоко вдыхает и…. Дверь в кабинет резко открывается и Силко только успевает отпустить Джинкс. – Босс, ты за… Севика. – Я лучше попозже зайду. – кидает на них последний ошарашенный взгляд и выходит. Силко хочет застонать от бессилия. Ну как можно было так облажаться? Он смотрит на Джинкс, ожидая поддержки. А она вдруг начинает громко смеяться. И Силко понимает, что с радостью повторил бы этот момент ещё тысячу раз.