Mute/Немой

Чанель и Лухан дружили с самого детства. Были неразлучными ребятишками, поэтому их родители всегда устраивали парней в один детский садик, а после и в школу. Но беззаботное детство когда-нибудь должно закончиться, вот и сейчас оба друга окончили школу с отличием. Парни были не по годам развиты, но и ботаниками никогда не были. Всегда находились в центре внимания и веселили окружающих. Лухан помимо учебы занимался пением, а Чанель играл на гитаре. Так же парни давали концерты в школе на различных праздниках. Но время имеет такое свойство, как беспрерывное течение вперед. И былого времени уже не вернуть. На календаре уже двадцать пятое августа, а это значит, что скоро уже начнутся нудные и утомительные студенческие будни. Прогуливаясь по цветущим аллеям, Лухан и Чанель решили заглянуть в их любимое кафе. Они давно уже облюбовали его и частенько заходили попить кофейку. Зайдя в помещение, они быстро находят свободные места и спешат их занять. Сели они как раз почти в самом конце кафе у окна. К ним подходит официант. Чанель заказывает хот-дог, а Лухан фисташковое мороженное. - Чанни – негромко произносит Лухан, зная, что Чанель его все равно услышит. - М? Ты что-то хотел сказать? – парень удивленно посмотрел на друга. К их столику подходит молоденькая официантка и приносит заказ. Чанни сразу же начинает набивать рот вкусным хот-догом. - А..Нет, у тебя кетчуп на щеке – Лухан берет салфетку и легкими движениями стирает кетчуп с лица друга. А после проделанного начинает смеяться, потому что лицо Чанни приобрело красный оттенок – Ребенок такой! - Спасибо – буркнул Чанни и улыбнулся. Честно говоря, он любил такое поведение друга, потому что именно в эти моменты лицо Лухана приобретало невинные детские очертания. В последние годы учебы, Лу всегда пропадал после занятий черт знает где, а приходил домой очень поздно, и поэтому друзьям не часто давалось вот так спокойно посидеть вдвоем. – Ты ведь что-то хотел сказать? – Чанни внимательно посмотрел на друга. - Ну, так, это неважно – как-то грустно произносит Лухан, поднося ложку с мороженым ко рту. - Говори, твой верный друг с травкой всегда поможет! – Чанель весело улыбается, показывая ряд ровных и белых зубов. Что может скрасить неловкое положение? Конечно же, шутка! А Чанни был в этом мастер. - Прекрати! – Лу обиженно дуется, но все равно заразная улыбка друга заставляет его смеяться. Немного успокоившись, Лухан все же решает рассказать другу о том, что его мучало в последнее время. Он хотел рассказать сразу же после окончания школы, но Чанни был так увлечен долгожданной свободой, что Лу не хотелось портить его счастье. И всегда откладывал этот разговор, но тянуть уже не было, ни времени, ни сил. Поэтому взяв всю волю в кулак, парень, поджав губы, посмотрел на друга. - Я уезжаю скоро – быстро пролепетав, Лухан опускает голову. Ему сейчас очень страшно смотреть в глаза друга, ведь он считает себя предателем. Тишина со стороны Чанни очень пугала, ведь тот обычно никогда долго не молчал. - Уезжаешь? – улыбка быстро сошла с лица. Парень не мог поверить в то, что его друг может его оставить. В голове сразу появляются маленькие обрывки воспоминаний, в которых они оба решили никогда не расставаться. А что ж получается, Лухан решил нарушить обещание? - Да, я решил поступить в институт в Корее – более мягко произносит Лу. – И меня приняли, послезавтра самолет. - Почему ты говоришь только сейчас? – парень ударяет кулаком о стол. Он бы хотел накричать на друга, но сил не было. Они никогда не ссорились и сейчас, когда осталось совсем мало до вылета в Корею, ссориться совсем не хотелось. – Мы же друзья, Лухан! - Прости, но ты же понимаешь, что я всегда мечтал стать певцом, а там с этим намного лучше. Пойми меня, прошу. – Лухан поднимается со своего места и направляется к выходу, предварительно оплатив свой заказ и оставляя своего лучшего друга одного. Ченель остался в кафе и, продолжая смотреть, как уходит его частичка счастливых воспоминаний. Фигурка Лухана становилась все меньше, а когда совсем исчезла из поля зрения, Чанни отворачивается и заказывает две бутылки соджу. - Придурок ты, Лу – себе под нос бубнит парень, опустошая залпом очередную рюмку. *** Лухан не спеша брел к себе домой, точнее, в квартиру, которую он снимал вместе с Чанелем. Вскоре он, наверное, не сможет назвать эту маленькую квартирку на девятом этаже домом. Его друг мог обижаться очень долго, но в этот раз, Лухан не успокоит и не обнимет. Он сам ранил друга. Небо потихоньку становилось более темным. Многие родители начинают загонять своих детей домой, чтобы те не потерялись. Лухана никто не погонит домой, ведь тот уже взрослый молодой человек. Поэтому он может спокойно гулять по ночным улицам Пекина. Парень прошелся по всем памятным местам. Он был и на площади около дома, где они с Чанни частенько запускали фонарики желаний. Был и на берегу реки Юндинхэ, где они отдыхали после школы и частенько обедали, устраивая тем самым маленькие пикнички. Таких памятных мест было очень много. Да вся жизнь Лухана вертелась вокруг его лучшего друга, а признать этого парень не мог. Избавиться от воспоминаний невозможно, куда бы ты ни бежал. Даже в самой Корее за тысячи километров, он будет каждый день вспоминать своего непутевого лучшего друга Чанеля. Парень и не заметил, как зашел на опустевшую детскую площадку. Подойдя к качелям, Лу с грохотом опускается на них. Сейчас его не волновало то, что он может разбудить маленьких деток, в его голове только воспоминания. Возвращаться сейчас домой не было никакого смысла и желания. Лухан точно не знал, сколько уже здесь просидел, возможно, прошло уже больше двух часов, а может и три. Из задумчивости парня выводит треск сухих веток. Вздрогнув от неожиданности, Лухан поворачивается на звук. В нескольких метрах стоял запыхавшейся Чанель, одной рукой он опирался на ствол дерева, чтобы хоть как-то восстановить сбившееся дыхание. - Чанни – не веря своим глазам, с дрожью в голосе произносит Лухан. - Вот ты где, я так и знал, что ты тут будешь – улыбаясь, будто вовсе ничего и не случилось, произносит Чанель. - Все же на этой площадке мы выросли – парень подходит ближе к качелям, на которых сидит Лухан и садится рядышком. – Я не знаю, послушаешься ли ты меня, но я должен выговориться! - Вечер откровения, я так понимаю? – Лу начинает медленно раскачиваться на качелях, отталкиваясь одной ногой от земли. - Что-то вроде этого, – посмеивается Чанни – Мы с тобой друзья с детства. И ты для меня самый дорогой на свете человек. Помнишь, мы обещали друг другу остаться вместе? Ты мне, как старший брат, поэтому мне очень трудно отпустить тебя в совершенно незнакомую страну! - Обещали, помню. Но мы выросли Чанни – свободной рукой Лу тянется к взъерошенным волосам друга и еще больше их ерошит - Я буду звонить. - Ты не понял, – Чанель резко перехватывает лухановскую руку и крепко сжимает – Нутром чую, что что-то случится, а ты знаешь, что чутье меня не подводит. Не лети в Корею. - Я не понимаю тебя. Ты точно пьян! – Лухан встает и тянет за собой поникшего Чанеля. – Сейчас домой придет и разберемся. Так как парни жили на девятом этаже, а тащить отрубившегося друга по лестнице было очень тяжело, Лухану пришлось принять очень трудное решение. С одной стороны он очень боялся высоты, и поэтому избегал лифтов, но с другой дотащить пьяного Чанни до квартиры по лестнице очень проблематично. - Ты у меня в долгу – произносит Лухан, жмурясь от страха. Лифт был прозрачным, поэтому вид открывался очень красивый, но для парнишки очень страшный. Наконец добравшись до квартиры, Лухан затаскивает следом и Чанни, который все еще был в отключке. Решив, что сегодня они могу поспать в одной кровати, Лу укладывает друга на свою кровать и мостится рядышком. - Ну, и почему ты напился, бестолочь – юноша плавными движениями убирает назойливую прядь волос за выпирающее ушко. – Знаешь ведь, что пить совсем не умеешь. Лухан обнимает друга так, чтобы тот ничего не почувствовал и не проснулся. Сегодня можно этим двоим поспать вместе, ведь скоро их будут разделять километры. А иногда и дружба не терпит больших расстояний, но у них все получится. Лу это точно решил.