oh cruel darkness embrace me

Юнги прислоняется лбом к холодному стеклу автобуса. Дыхание сбитое, но тихое (Хосок как-то сказал ему, что иногда переживает, как бы он не откинулся во сне или что-то вроде того). За окном - ночная дымка и вечерние огни Сеула, шум машин и стук дождевых капель. Очередная свинцовая ночь, заполняющая внутренности отчаянием и тревогой. Юнги хотелось бы застонать, но он не издаёт ни звука. Сгиб локтя ноет протяжной болью, а горло словно набили стеклом. По радио крутят новый трек Abba. Ну надо же, думает Юнги, музыка действительно не имеет границ и времени (определенная музыка с претензией на величие и историю, а не то что ты там пишешь в своей захламлённой студии в подворотне, которая заменяет тебе и дом, и притон). Юнги выходит на остановке в том районе, где не был уже месяцев шесть. Дорога в чужую квартиру до боли знакомая. По пути он встречает уличного пса, которого Тэхён иногда подкармливал хлебом.  - Прости, мальчик, - Юнги гладит пса по голове. - У меня ничего для тебя нет. У Юнги ни для кого ничего нет. Только внутренняя пустота, которая и даром не нужна. Особенно тем, кого любишь. Пес отбегает, заслышав лай вдалеке. Юнги идет дальше. Дорога ведет к Тэхёну.  В его окне горит свет. Привычка ложиться поздно остается за Тэхёном по-прежнему. Юнги выкуривает две сигареты перед тем, как решиться подняться. Третий этаж, квартира семнадцать. Тэхён его не ждёт, вернее.. Тэхён ждёт не его. У него давно другая жизнь, многим лучше того, что мог бы предложить Юнги. Он мнется перед дверью секунд пять. Делает вдох.  Хочется уйти. Но еще больше - увидеть его лицо. Юнги вжимает палец в кнопку звонка. Единожды, но не убирает его, пока Тэхён не появляется на пороге, открыв дверь.  На его лице мешается удивление и растерянность. Юнги с жадностью ловит каждую черточку его лица. У Тэхёна чуть смазаны подкрашенные глаза, а на шее висят два красивых кулона с серебристыми медальками. Это Юнги когда-то ему их дарил. Тэхён хмурится, теряясь с тем, что сказать своему ночному гостю. Юнги в темной клетке подъезда похож на привидение. Бледное лицо, осунувшиеся скулы, черные круги под глазами. Он похудел еще сильнее, хотя и до этого в нем были одни кости. - Что ты... - начинает Тэхён, но Юнги слушать не хочется. Он протягивает руку вперед, вытаскивая Тэхёна из теплой квартиры на холодную лестничную площадку. Тэхён переступает порог босыми ступнями и ежится от холода.  Юнги закрывает глаза и подается вперед, целуя Тэхёна - медленно, очень медленно, так чтобы почувствовать каждый трепетный чужой выдох и вдох.  Тэхён говорит ему - я не могу - но не отстраняется, а только углубляет поцелуй, притягивая к себе за плечо. Не могу, не могу, не могу. Тэхён никогда не умел противостоять своим желаниям. Он легко поддаётся Юнги и его ласкам, поцелуям, прикосновениям. Он становится пластилином в его руках, глиной и гипсом - любым материалом на выбор, готовый к боли и наслаждению.  Юнги уже и забыл, как же классно его целовать. Он отстраняется, глядя в серые глаза Тэхёна. Цветные линзы чуть увеличивают зрачки.  У Юнги же зрачки расширены совсем по другой причине. Голос Тэхёна выдает горечь и разочарование: - Ты так и не завязал. Он мнется босыми ногами на холодном грязному полу подъезда, но все еще стоит рядом и смотрит на своего бывшего так, словно ему жаль, но вместе с тем он ужасно рад его видеть. И Юнги не хочется врать, юлить, уходить от ответа, так что он просто кивает. - Я бы мог сказать, что брошу в любой момент, но мы оба знаем, как обстоят дела у тех, кто бросается такими заявлениями. Тэхён прикрывает глаза - на секунду - и там снова разочарование, разочарование, разочарование.  Он собирается со словами и говорит после: - Мне не нужно было все это до. Не нужно и сейчас. Юнги спокойно кивает. - Я знаю. И делает самое ужасное, что мог бы, разбивая уверенность Тэхёна и его слова на мелкие осколки - еще одним уверенным поцелуем раскрывает его губы, прикоснувшись холодной ладонью к чужой щеке. Тэхён напрягается, но не отталкивает. Юнги отстраняется и смотрит ему в глаза: - Передавай привет Намджуну. И делает шаг в сторону. Тэхён хватает его за локоть. - Юнги. - Что? - тот поворачивается. - То, о чем ты говоришь вслух не соответствует твоим ощущениям? - Я люблю Намджуна, - словно бы в оправдание говорит Тэхён.  Юнги высвобождает свою руку и отходит в сторону. - Вряд ли, Тэхён. Любовь подразумевает другое отношение к людям. Тэхён отворачивает голову и выдыхает так хрипло и растерянно, что Юнги не сомневается, что его глаза предательски краснеют. - Увидимся. Снова сбегает из его жизни прочь, но не уверен надолго ли. До очередного трипа, очередной ломки или до очередного творческого кризиса. Тэхён был и остается его музой, его любовью, его спасением. Но быть рядом с ним он никогда не сможет. От этого будет только больнее им обоим. Юнги вслушивается в тишину подъезда и звук собственных шагов по ступеням. И то, как где-то наверху рука Тэхёна разбивает костяшками пальцев стену.