Put it on me

Чан не заметил как время ушло далеко за полночь, он всегда работает ночью, ни для кого это не секрет и не удивление. Поэтому вся команда и мембры, работавшие с ним вместе на студии в этот день уже давно разбрелись и видели третий сон, в то время как лидер наконец смог поймать нужный лад и завершить кропотливую работу последних нескольких дней. Настроение парня было приподнятое, но усталость и целый день в кресле давали о себе знать, поэтому встав с места, пришлось ещё несколько минут разминаться, чтобы вернуть себе навык нормально передвигаться. Впереди ждал выходной, большая часть парней из общаги разъехались по домам, и Чан решил, что никого не потревожит если съест порцию рамена под бессмысленные видео на ютубе и немного расслабит мозг. Но сначала душ. Прохладная вода немного освежила и придала бодрости, теперь он даже не был уверен в своём желании идти спать. На кухне горел свет. Как обычно, Феликс забыл выключить… Догадаться было не сложно: на столе лежал контейнер с брауни, а рядом недоеденный кусочек и кольца Хёнджина, которые он постоянно везде забывал, а в очередной их пропаже винил всех, кроме себя. Лидер ни разу не злился, вовсе нет, ему нравилось заботится о «детях» и доделывать за них какие-то мелочи - он чувствовал свою важность для них и причастность к их жизни. Убрав всё по своим местам, он наконец подошёл к шкафу, чтобы взять коробку с лапшой, как заметил на столе сковородку и лежащую на ней записку. Хён, не забудь поесть. Коротко. Ясно. С заботой. Минхо… Минхо был тем человеком, на которого Чан мог положиться в абсолютно любой ситуации, он точно знал, что тот никогда не подведёт и отнесётся максимально серьёзно, не смотря на то, что по его словам и реакции можно было подумать обратное. При этом самому младшему хотелось дарить ещё больше заботы, уделять особое внимание - ведь Чан его единственный хён. Оторвавшись от записки и размышлений, он наконец приподнял крышку, после чего желудок моментально отреагировал громким урчанием от раздавшегося запаха и вида свежей домашней еды. Тушеная свинина с кимчи - любимая еда Чана. Схватив палочки, парень начал есть прямо из сковородки, жмурясь и слегка постанывая от удовольствия после первых кусочков. Минхо - знатный любитель острого, не жалея кладёт любимые соусы и все виды перца, которые найдёт на кухне, в подобные блюда, Чан же ест острый рамен, становясь сам краснее перца чили и обливаясь слезами, что вызывает смех у первого. Поэтому младший, готовя еду для своего хёна, никогда не усердствует и добавляет лишь немного остроты для пикантности, отчего теперь старший сидит довольный как кот, уплетая вкусный ужин за обе щёки. Закончив с едой, Чан достал телефон и зашёл в групповой чат, где парни отчитались, что доехали по домам, Феликс ожидаемо уехал с Хёнджином, и после нескольких сообщений и колких мемов завершили переписку пожеланием спокойной ночи и хороших выходных. Чан устало выдохнул и убрал телефон в карман, закрыл глаза и откинулся на спинку стула, сгоняя остатки напряжения. В тишине он уловил звуки музыки, доносящиеся с дальнего конца дома, где располагался танцевальный зал, недолго думая, он встал и пошёл проверить. Дверь была приоткрыта на узкую щелку, а изнутри доносилась мелодичная песня. Парень слегка приоткрыл дверь и увидел Минхо, сосредоточенного на своём танце. Он был в белой свободной рубашке с расстёгнутой большей половиной пуговиц и узких чёрных джинсах. С немного растрёпанными волосами, он выглядел так уютно, но при этом образ веял строгостью и сексуальностью, что Чан даже почувствовал смущение, глядя на свою помятую чёрную футболку и чёрные шорты, хоть и была уже середина ночи и такой вид в собственном доме точно не должен смущать. Музыка остановилась на несколько мгновений, Минхо взял бутылку с водой, слегка запрокинул голову и начал пить. По его подбородку потекла тонкая струйка воды, проделав путь по поднимающемуся кадыку прям на оголенную грудь. Зрачки Чана расширились. Почему он вообще заметил это? Да ещё и в отражении зеркала… Почему он вообще стоит под дверью и будто подглядывает? Только он протянул руку, чтобы открыть дверь, как трек начался заново, Ли тут же наклонился, встал на одно колено, противоположную руку отвёл в сторону - он моментально погрузился в танец. Ведь зайти сейчас и прервать его хуже, чем тихо понаблюдать из-за двери, так? Чан убедил себя, что именно так, и завороженно наблюдал за парнем, танцующим перед зеркалом. Это был Минхо, но он был не таким, как всегда. Бан знал, что на выступлении, под соответствующую музыку, как прекрасный профессиональный танцор, Ли мог войти в любой образ, передать любое настроение, но он всегда оставался тем самым Минхо, которого Чан хорошо знал, которому доверял и любил также, как и остальных мембров, как брата. Сейчас перед глазами лидера был не тот самый Минхо. Он видел лишь соблазнительный, загадочный образ, который стоял на чуть разведённых коленях, взял себя за горло, запрокинув голову и слегка закатил глаза, а потом провёл этой рукой вниз по груди и остановился чуть выше паха. Чан тяжело сглотнул. You are the cold inescapable proof. You're the evil, the way in the life and the truth. You're revival, beginning and you're genocide. And I watch in wonder… Он двигался так нежно и плавно, руки проводили по влажной, блестящей от пота коже (Бан почти чувствовал собственными руками, какая она была горячая и чувствительная) и вновь взмывали в стороны, выписывая в воздухе замысловатые узоры. Танцор резко перевёл взгляд в зеркало, в глазах плясали черти. Передние пряди волос были немного влажными и слегка закрывали этот бесоватый завораживающий взгляд, чему был рад тайный зритель, ощущая, что сошёл бы с ума, устремись он ему прямо в глаза. Рука Минхо потянула за воображаемую верёвку, привязанную к его же шее, и он упал на пол, подгибая колени и невозможно прогибаясь в спине. Чан вздрогнул и почувствовал, как побежали мурашки по спине. Ему хотелось всем существом кричать, как неправильно то, что он делает и ощущает, когда внизу живота появилось лёгкое натяжение. Нет, он не должен, почему он не может просто прекратить, почему не может сдвинуться с места? Нет, он должен отвести взгляд, должен уйти, почему он не может даже моргнуть и пошевелиться? Минхо поднял таз от пола и запрокинул руки за голову, будто его запястья были связаны, задержавшись в таком положении на секунду, он резко перевернулся вновь на колени и прогнувшись проскользил грудью по полу, пока не остановился в самом развратном положении, которое Чан только мог представить. Сердце пропустило больной удар, а в штанах стало очевидно тесно. Блять… I know that you'd never feel like I do. And I'd break into pieces right in front of you. And I'd burn down the city and string up the noose. And you watch in wonder… Ли поднялся на ноги и продолжил танцевать, его тело извивалось, притягивало к себе, взгляд дьявола неотрывно смотрел перед собой. Тесные джинсы обтягивали крепкие мышцы на бёдрах, когда он опускался и поднимался вновь. Минхо двигал тазом по кругу, вперёд и назад, а мир вокруг Чана исчезал. Когда он подумал, что хуже ему уже быть не может, во время резкого маха рукой и поворота в сторону, танцор задел рубашку и оторвал последнюю застегнутую пуговицу, даже не заметив этого, он двигался дальше, пока вновь не опустился на колени, а рубашка к этому времени сползла с одного плеча, сделав вид парня окончательно убийственным. Блять, блять, блять… - Хён, подглядывать не хорошо, зайди уже. Сердце Бана ушло в пятки. БЛЯТЬ! На негнущихся ногах он тут же переступил порог зала, пытаясь сделать это уверено, будто он подошёл только что, а не стоял за дверью и подглядывал, как озабоченный преследователь. Интересно, как давно он заметил? Hung high and dry, where no one can see. If there's no one to blame, blame it on me. Storm in the sky, fire in the street. If there's nothing but pain, Put it on me. Чан зашёл в зал, на удивление, спокойно и по-хозяйски, остановился в середине, сократив дистанцию, но и не приближаясь слишком близко. Ему хотелось выглядеть максимально расслаблено и беспристрастно, но он был уверен, что выглядит взбудоражено, смущенно и напряжённо. Парень удивился сам себе, когда вместо всего этого в зеркале он увидел свою уверенную, твёрдую позу, слегка вздымающуюся на шее венку, которая выделялась на фоне широких крепких плеч, и немного прищуренные глаза со своими бесами внутри, не такими как у Минхо, ведь они двигали мысли Бана совсем в другом направлении. А может и нет… Песня не закончилась, Ли всё ещё был повёрнут к Чану спиной, но смотрел не вперёд на себя, а прямо ему в глаза через зеркало. Минхо провёл пальцами от одного плеча к другому по ключицам, лишь слегка касаясь кожи, но было видно, как она покрывается мурашками. I will break into pieces right in front of you. Старшему было натурально сложно дышать, но его вид оставался ровно таким же. Он не хотел уступать в этой борьбе (была ли то борьба?) и тоже не отводил взгляда от глаз танцора в зеркале. Он пытался сосредоточиться именно на них, но сознание уже давно покинуло его, им двигало нечто другое. Когда Минхо от плеча вновь повёл рукой вниз по груди, также невесомо, опускаясь к животу, но на этот раз уже не по рубашке, а по голому телу, Чан не смог сдержать выдох и не повести взгляд за рукой, которая остановилась на кожаном ремне. And you’ll watch in wonder. Бан просто выпал. Он не знал, что сейчас делать, что ему говорить. Не знал, да и не думал особо, кровь приливала совсем не к мозгу. В голове вертелись навязчивые мысли, как так получилось, что его так возбудил танец? Возбудил…Минхо? Он не мог размышлять, не хотел ничего понимать. Сейчас его главным желанием было дотронуться до этой горячей кожи. Дотронуться губами. Дотронуться до плеч, ключиц. Провести вниз…языком? Обычно эти мысли показались бы ему ужасно неуместными, но сейчас это было таким нужным и…правильным? - Как тебе? Минхо выдернул Чана из сладкого забытья резким рывком. Точнее спросил он максимально ровным спокойным тоном, с легкой хрипотцой в голосе, которая выдавала, что он тоже возбуждён, вопросом оставалось от чего именно, но спросил так, будто ему в самом деле было интересно и важно это узнать. У старшего в горле пересохло, ещё секунду назад он чуть не потерял сознание, к нему всё ещё не вернулась способность мыслить, а не то что говорить, он попытался сглотнуть незаметно, вышло очень заметно. В подтверждение того, что младший ждёт ответа, он немного приподнял бровь, глядя лидеру в глаза. - Я надеюсь, это потому что понравилось. - сказал Ли, натянув свою хитрую ухмылку. Это? Это - это что? Чан всё ещё искренне надеялся, что не выдаёт себя и не выглядит возбуждённым. Надеялся до этого момента. Но по реакции Минхо можно было понять, что он безнадёжно провалился в этом и пора признавать поражение, он не знал, что мог сделать ещё. - Это… Ты был очень хорош. - чуть севшим голосом наконец смог ответить Бан. - Хорош? Только хорош? Я ожидал ответа, что был горяч. - Ты очень горяч… Чан даже не подумал о том, что фраза передаёт не только тот смысл, который он вкладывал, имея в виду танец. Хотя нет, именно это он и имел в виду, но всё равно почувствовал, как сильно краснеют уши. - Такой ответ мне нравится даже больше. Теперь Ли улыбнулся чуть шире и вновь потянулся за бутылкой с водой. В то время Бан так и не отвёл ни разу глаз от младшего и продолжал пялится, то на его плечи, то на смятую рубашку, совсем не прикрывавшую грудь и подтянутый пресс, то на губы, которые, казалось, либо были покрыты вишнёвым бальзамом, либо только освободились от долгих поцелуев. Чан надеялся на первое, потому что второе хотел сделать сам… Что делать? Он не понимал, чего от него хочет Минхо, а действовать по или наоборот против своих желаний он даже не пытался, настолько не представлял, что может произойти. - Я репетировал танец для своего нового видео… - непринуждённо заговорил младший, будто это само собой разумеется. - Видео?! - лидер немного пришёл в себя, представляя, что то, что он только что увидел будет у всех на обозрении в социальных сетях. - Да, видео. Я гонял хореографию, которую придумал уже пару недель назад и пытался добавить в неё огня. А потом увидел тебя за дверью и решил импровизировать. Чан перестал дышать, уши покраснели до предела возможностей, а взгляд наконец на секунду оторвался от младшего, чтобы взглянуть на дверь и понять, что даже через тонкую щель прекрасно видно, если кто-то за ней стоит. Идиот… Он снова вернул взгляд на Минхо, теперь уже абсолютно смущённый. Слегка прикусил губу, пытаясь вдохнуть и убрать дрожь из голоса. Он чувствовал себя дико неловко, но всё ещё жутко возбуждённым, потому что Ли продолжал сидеть на полу в расстёгнутой рубашке, но теперь немного отклонившись назад и вернув прищур во взгляд и хитрую ухмылку на губы. - Я…я, кхм, не хотел отвлекать тебя, услышал музыку и… пришёл посмотреть, кто остался в доме. Я не знал, что тут ты, а потом увидел, что ты танцуешь и… - с каждым словом Чану казалось, что он говорит всё увереннее, хотя хрипотца в голосе сдавала его к чертям, но он всё ещё не собирался отступать. - Хён… - прервал Минхо собиравшийся начаться оправдательный монолог, - тебе понравилось? Мысли и способность говорить вновь покинули Бана. Танцор просто спросил его мнение по поводу танца? Разве нет? Почему он просто не может ответить? Как будто его спросили что-то непристойное и очень засмущали, он почувствовал, как к ушам добавились еще и красные щёки. - Д-да. Да, это очень…необычно. - Необычно? А как думаешь, если в конце я сделаю так.. Минхо снова встал на колени в ту позу, которой закончил танец, и вместе с движением рукой намеренно стянул рубашку сильнее, а потом резко схватил себя за шею и устремил взгляд Бану прямо в душу. Стоило ли говорить что-то о реакции Чана? Он почувствовал ещё одну тёплую волну, спускающуюся по груди прямо к паху. Его атаковало недоумение, зачем Ли это делает? Зачем спрашивает? Он действительно хочет снять это на видео и выложить в сеть? Старший до сих пор не понимал, что делать, что от него хотят, но одно знал точно - он не позволит выложить это, он не позволит никому увидеть это. Никому. Кроме…себя? Не находя сил ответить, Чан поднял взгляд на Минхо, который медленно поднялся и развернулся к нему лицом, продолжая ждать ответа (ответа ли он ждал?), и закусил губу. Пиздец. Крыша и тормоза Бана держались именно до этого момента, пока первая не попрощалась с обладателем, а вторые не слетели нахрен вместе с парнем со своего места, который сделал уверенные два шага вперёд, схватил Ли за талию (пока что поверх рубашки, чтобы в случае чего, было проще отступить), притянул к себе и поцеловал. Мягко, не настойчиво, наблюдая за реакцией, но в то же время четко давая понять, чего он хочет. Каково же было его удивление, когда младший не отстранился, не врезал ему, и что ещё хуже не посмотрел с непониманием и презрением (этого Чан бы вообще не пережил), а ответил на поцелуй, даже пытаясь взять инициативу на себя. Не задумываясь, почему, была ли это провокация, Чан лишь углубил поцелуй, почувствовав смелость, и наконец смог слегка укусить губу, на которую так жадно смотрел несколько мгновений назад. - Ну наконец-то, тормоз… - на секунду оторвавшись от губ старшего прошептал Ли, чтобы затем вновь прильнуть к ним с новой силой, прижаться ближе к телу, закинув руки на плечи и зарыв одну из них в мягкие кудряшки. Почувствовав на себе жар этого тела, Чан тут же запустил руки под рубашку Минхо и начал осторожно поглаживать спину и бока, вызывая волну мурашек контрастом лёгких прикосновений и настойчивого поцелуя. Одна рука Ли ответно проделала путь под футболку старшего, проводя от груди, по прессу ниже и остановившись на уровне резинки боксеров. - Хён, чего ты хочешь? Скажи… - танцор медленно приостановил поцелуй, оторвавшись от губ лишь на то расстояние, чтобы можно было говорить, и прошептал вопрос прямо в них. Чан выдохнул с едва различимым стоном. Губы оказались скорее не вкуса вишни, а вишневого ликёра: сладкие, но дарящие обжигающий поцелуй, тепло разливающееся по всему телу и абсолютно опьяняющие. Может, это его фантазии? Может, на самом деле он так и стоит посреди зала, залипший на парня, под недоумевающим взглядом? Плевать, пусть это будет в его фантазиях, главное, будет. - Тебя. - выдыхает Чан также в губы, опускается к шее и оставляет лёгкий поцелуй за ухом. - Я думал, не скажешь. - усмехается Минхо, но тут же издаёт тихий стон под прикосновением губ к чувствительной коже. Танцор явно пытался занять лидирующую роль и дразнить старшего его желанием, ожидая, что тот будет смущаться, как школьница, краснеть и отводить глаза. Минхо уже приготовился расслаблять его и усмирять непомерную скромность. Но не тут то было. Только в своих самых жарких фантазиях он мог представить такого Чана. Чана, который нежно, но и не менее настойчиво продолжает целовать шею, спускаясь ниже к ключицам, оставляя мокрый след языка. Руки продолжают ласкать тело, уже не невесомыми, а очень ощутимыми горячими касаниями, незаметно для самого Минхо стягивая рубашку и отправляя на пол. Такая очевидная эрогенная зона Ли подвергалась настолько приятным ласкам, что он уже чувствовал как и сам невероятно возбуждён, как тесно стало в узких джинсах, и как с губ один за одним срываются шумные выдохи, когда старший покусывает кожу на ключицах, оставляя слегка различимые следы. - Я хочу чувствовать тебя…хён…ты такой горячий. - больше простанывает, чем проговаривает Минхо прямо в ухо Чану. Старший медленно отстраняется, смотрит в затуманенные глаза напротив, такие красивые глаза, любуется открывшимся без рубашки видом. Куда-то подевалась вся дерзость танцора, и он стоит такой прекрасный в своём возбуждении, такой милый, как же хочется продолжать его целовать и дарить ему ласки, но есть то, чего хочется ещё больше. Поэтому Чан неторопливо снимает свою футболку, медленно опуская её из пальцев на пол, при этом продолжает смотреть в глаза Минхо, ожидая его действий. Не долго думая, младший вновь сокращает несуществующее расстояние между ними, начиная ответно покрывать тело хёна поцелуями. Только спускается ниже он значительно быстрее, чем Бан. И вот он уже стоит перед ним на коленях, оставляя поцелуи в самом низу живота. Чан запрокинул голову, пытаясь найти воздух, который начал заканчиваться, он знал, что если сейчас посмотрит вниз, то сойдёт с ума. Он успел сделать несколько коротких вдохов, как почувствовал на члене руку, поглаживающую через ткань шорт, и закусил губу, заглушив стон. - Не сдерживайся, мы тут одни, никто не услышит. Не успел Чан осознать слов, почувствовал, как руку заменили губы, и на этот раз сдержать себя не смог. Неосознанно его рука зарылась в волосы младшего и он притянул его голову ближе. Ли довольно ухмыльнулся и схватился за край шорт Чана вместе с боксерами, чтобы стянуть их вниз. Почувствовав, как свободно наконец стало без белья, парень опустил взгляд вниз: зрелище открывалось невероятно возбуждающее, но он нашёл в себе силы спросить. - Всё в порядке? Ты точно этого хочешь? Глаза Минхо блеснули, он коротко кивнул, и казался таким милым и покорным в этот момент, что Чан не смог не улыбнуться, на щеках заиграли ямочки. А вот и вторая «эрогенная зона» Ли - когда он видит перед собой эту улыбку - хочется положить весь мир к ногам старшего. Весь мир, а заодно и себя. И можно не к ногам, а просто под. Однако он не хотел играть послушного котёнка и не собирался сдаваться. - А ты, хён, ты хочешь..? - тихо спрашивает Минхо проводя рукой по члену от головки вниз до середины. - Да. - Хочешь так? - Проводит вновь пару раз уже по всей длине. Чан сглатывает и смотрит вниз прямо в глаза младшего. - Или может быть вот так? Ли провёл языком вокруг головки, слизывая каплю выделяющейся смазки. Бан лишь простонал и крепче зарылся рукой в волосы танцора. - Скажи мне, Чани, как ты хочешь? Минхо взял член в рот на половину длины, втягивая щёки. Чан готов был заматериться, но вместо этого сладко протяжно застонал, и Ли не смог сдерживаться, продолжая двигаться и постепенно углубляясь, он смотрел снизу вверх, чем заставлял Бана твердеть ещё больше, хотя куда уже. - Так, да… Минхо.. Старший прошептал имя, закидывая голову назад, он больше не выдерживал этого вида снизу, и был готов кончить только от него. Он, будто спрашивая разрешения, чуть надавил на затылок Минхо. - Ну скажи, что хочешь трахнуть меня в рот. Я ведь прав? - Да. Коротко и ясно, Чана в таком положении долго спрашивать не надо, он открыт, все его желания младший считывает безошибочно, поэтому тут же расслабляет горло и голову и податливо двигает ей под рукой Бана, пока тот не начинает добавлять движения бёдрами. Тут развезло по полной уже Минхо, слюна потекла по подбородку вниз, и он почувствовал, как от выделяющейся собственной смазки начинают намокать боксеры. Ли застонал, следом от вибрации сорвался стон и с губ Чана. Младшему это так понравилось, что он перестал сдерживать стоны и лишь старался успевать делать короткие вдохи носом. Бан стал двигаться быстрее, входя почти на всю длину, и когда он почувствовал, что вот-вот кончит, то отстранился, сделал несколько глубоких вдохов и поднял Минхо на ноги. Чан смотрел ему в глаза, аккуратно большим пальцем стёр скопившиеся в уголках глаз слёзы, затем слюну с подбородка и вновь начал целовать шею, поднимаясь выше, проходя по линии челюсти. Сердце младшего было готово выпрыгнуть, он и сам не знал, что простые поцелуи могут на него так действовать. А в сочетании с руками Чана, которые гладили горячую кожу и параллельно расстёгивали ремень и ширинку его джинс… Пока разум Ли был затуманен, старший резко подхватил его на руки и усадил на диванчик у стены, тут же наклонился и подарил ещё один жаркий поцелуй, снимая наконец джинсы и оставляя танцора в одном белье. - У тебя есть смазка? - спросил Бан, с трудом оторвавшись от сладких губ. - Будто у тебя её нет… - начал Минхо, на что в ответ почувствовал, как старший сжал член сквозь боксеры. - Дааа… В тумбочке в верхнем ящике. Чан коротко поцеловал парня и вышел из зала, вернулся он меньше чем через минуту с тюбиком и презервативами в руках. - Ты по дому летел что ли? Ли снова попытался сдерзить, но тут же был прерван самым требовательным поцелуем за вечер, и рукой, гладящей член, от чего начал ещё больше стонать прямо в губы старшего. - Не будь такой язвой, малыш, я ведь могу разозлиться… Что? Это сейчас Чан сказал?! В глазах Минхо повис немой вопрос, а вот в голове стало пусто. Он точно не спит? Из какого именно порно-фильма с Чаном в голове Ли он вылез? - Хорошо, а теперь будь послушным, повернись ко мне спиной. Танцор, не думая, тут же сделал то, что ему сказали. Он сам не понял как, в смысле проиграл в собственной игре?! Коленки начали трястись, щёки запылали, а всю дерзость как рукой сняло: хотелось угодить, хотелось быть милым и покладистым. Чан провёл рукой вдоль позвоночника, а затем проделал этот же путь губами, оставляя поцелуи от шеи, чем в очередной раз вызвал дрожь Минхо, по всей спине, дойдя до поясницы, которую тот уже изо всей силы прогнул, пытаясь прижаться к паху старшего. - Ты хочешь..? Хочешь меня внутри? Вот черт, против Ли пошёл с его же оружием, дразнит, играет в отместку. А младший не собирался сдаваться, хотел довести Бана до исступления и знал как. - Да, хён, пожалуйста… Долго упрашивать не надо, Чан стянул с парня боксеры, продолжая осыпать поцелуями низ поясницы. Пока Минхо сильнее прогибал спину и цеплялся за спинку дивана, послышался щелчок, холодная маленькая капля упала между его ягодиц на что он вздрогнул и тяжело вдохнул. - Тшш, скажи, если что-то будет не так, хорошо? Старший прошептал прямо в ухо и оставил поцелуй за ним, Ли только и смог процедить сквозь сжатые губы «угу». Он почувствовал пальцы с уже нагретой на них смазкой слегка касающиеся колечка мышц и тут же простонал от такого контраста с холодной. Чан аккуратно обвёл несколько раз вокруг, а затем ввёл палец на одну фалангу и медленными движениями стал проталкивать его полностью. - Ещё…хён, хочу ещё. - Какой ты резвый. Потерпи, я не хочу сделать тебе больно. - Мне не больно, хён, пожалуйста… Старший тихо посмеялся, но послушно добавил второй палец, начиная медленно растягивать Минхо сильнее, и закусил губу, когда тот застонал и начал слегка толкаться навстречу. Проделав ещё несколько толчков, он решился добавить третий палец, на что почувствовал напряжение, но тут же погладил вдоль по спине и опустился к уху младшего. - Малыш, ты такой прекрасный. Всё хорошо, расслабься, доверься мне. Сказать, что Минхо просто тёк от таких слов - ничего не сказать. Бана искренне поражало, как этот дерзкий наглый парень умудрялся в секунду становится таким нежным котиком. Но самое главное, что тот моментально расслабился. - Хён, только не отходи от меня, пожалуйста.. - Тише, тише, я никуда не уйду, малыш. Чан медленно начал вводить третий палец, танцор застонал, но не отстранился, а спустя несколько секунд вновь начал двигаться навстречу. - Хороший мальчик, ты такой потрясающий. Он продолжал двигать пальцами, немного их раскрывая, второй рукой пытаясь открыть упаковку с презервативом, получалось, конечно же, плохо. Минхо услышал шуршание и тут же немного отстранился. - Стой, подожди, дай мне. Старший не сопротивлялся, отдал упаковку и наблюдал, как парень зубами открывает её, кладёт свернутый презерватив на губы, и приблизившись к головке, раскатывает его ртом по всей длине Чана, не отрывая от него взгляда. Его зрачки тут же расширились, а дыхание вновь сбилось. Бан подхватил Минхо под бёдра, поднял и прислонил спиной прямо к стене с зеркалом, которое уже успело сильно запотеть. Его член упирался прямо Минхо в зад, а Чан сминал руками его крепкие бёдра и обводил поцелуями грудь, уделяя внимание каждому из сосков. - Хён, пожалуйста, я хочу тебя внутри, пожалуйстааа.. - Ты правда собирался снимать такое видео? Вопрос заставил Ли открыть глаза и посмотреть на старшего, в смысле он сейчас решил поговорить об этом? - Н-не знаю…может быть? - пытаясь опуститься ниже, задыхался в ответе Минхо, на что Чан только сильнее сжал его бёдра, чтобы удержать. - То есть ты собрался доводить ещё кого-то до такого состояния? - Я могу довести кого угодно и до куда угодно. - Хватило сил съязвить в ответ. Бан притворился будто опускает Минхо и отстраняется, и младший сразу же сжал ноги сильнее вокруг него, не давая пошевелиться. - Нет, нет, не хотел я, не буду я это снимааать…ну же хён.. - не переставал стонать Ли. - Не будешь снимать даже для меня? - Для тебя сниму, не буду выкладывать.. ох, хён… Как только Чан услышал удовлетворяющий его ответ, он тут же опустил Минхо прямо на свой член, удерживая того, чтобы не войти сразу на всю длину. Ли вцепился в плечи старшего и пытался сам скользнуть вниз, когда почувствовал, что привыкает, но сейчас Бан был сильнее. Он двигался мучительно медленно, в том числе и для себя, но очень не хотел причинить младшему дискомфорт, но тот так ёрзал, что Чан начал медленно увеличивать темп и глубину. И когда наконец он вошёл полностью, тут же смог задеть простату, отчего Минхо запрокинул голову назад и закрыл глаза, Чан не смог удержаться от открывшегося вида и прижался губами к шее, чтобы оставить засос, ему так хотелось увидеть хоть небольшую свою отметину на этой идеальной коже, идеальном теле. Он и не мог предполагать, что такими действиями выбьет столь высокие и громкие стоны Ли, поэтому продолжая целовать шею, оставляя на ней отметины, он продолжал двигаться в том же темпе, попадая по простате. Кроме как «побывал в раю» Минхо не мог описать это состояние. Перед глазами были только цветные пятна, а внутри с каждой секундой всё больше разливалась волна удовольствия. И когда он уже почувствовал лёгкое покалывание в районе таза и появляющееся в животе тепло, Чан замедлил темп, а затем и вовсе вышел, аккуратно отпуская младшего, но придерживая, чтобы тот не упал. - Что…зачем? Что ты…делаешь? Почему..? - Минхо не хватало воздуха, голос охрип, а в горле пересохло от громких стонов. Чан улыбнулся, смотря на запыхавшегося парня, он часто дышал, немного дрожал и продолжал оставаться таким крышесносным, что старшему смотреть на него хотелось не меньше, чем целовать или трахать. - Что? - приоткрыв глаза спросил Ли, ожидая продолжения. - Чёрт, ты такой прекрасный… Бан снова начал его целовать, вбирая в себя все стоны, тяжёлые выдохи и последнее «пожалуйста» - кто он такой, чтобы противиться. Поэтому разворачивает Минхо к зеркалу и прижимается членом между ягодиц, отчего тот сам встаёт в удобную позицию, чуть нагибаясь вперёд и облокотившись руками на зеркало. Хоть то и было абсолютно запотевшим, Ли видит, как старший наклоняется, вновь целует его в шею, за ухом, Минхо откидывает голову назад, чтобы получить ещё один поцелуй в губы, а вместе с ним получает и член на всю длину внутри себя. От такого действия он зажмурился и протяжно промычал в поцелуй. - Просто посмотри, какой ты восхитительный, малыш, мне сносит крышу от тебя.. - прошептал Бан, разворачивая лицо танцора к зеркалу. Перед глазами у Ли всё плыло, но он четко мог видеть свой блестящий взгляд, приоткрытый рот, спадающие на лоб влажные пряди волос… но когда он посмотрел на Чана, и увидел, как тот неотрывно смотрит ему в глаза через зеркало и вновь начинает набирать темп, задевая простату уже под другим углом - вот тут он улетел окончательно. Колени начали подгибаться, а тело задрожало. Бан одной рукой придерживал его, а вторую переместил на член Минхо, двигая в такт собственным толчкам. Стоны младшего начали срываться на крик, а спустя еще несколько толчков, Чан почувствовал горячую жидкость на своих пальцах и то, как мышцы сокращаются на члене, и через несколько толчков кончил и сам. Не успев отдышаться, он тут же подхватил Ли на руки, возвращаясь обратно на диван и устраивая того полулёжа у себя на коленях, чтобы он смог прийти в себя. - Ты такой красивый, боже.. И такой молодец, это было потрясающе. Чан нежно целует младшего в лоб и щёки, а тот, кажется, продолжает получать оргазм от нежных слов и поцелуев. Когда Минхо наконец пришёл в себя, то развернулся к старшему, и ещё долгое время они провели в объятиях, продолжая нежно и успокаивающе целоваться, пока пульс обоих не пришёл в норму, а усталость не накатила тяжёлой волной. Тогда Ли отстранился, коротко чмокнул старшего и начал вставать. - Я в душ…оооох - хоть вставал он и аккуратно, всё равно ноги не слушались, а зад уже сейчас ужасно саднило, было сложно представить, что его ждало утром. - Осторожно, тебе помочь? - Я справлюсь, не маленький. - бросил Минхо и направился к двери, морщась от каждого движения и слегка пошатываясь. Чан проводил его взглядом и когда убедился, что всё в порядке, запрокинул голову и заулыбался, зарывая лицо ладонями. Сам не понимая, откуда у него сейчас силы на эмоции, он чувствовал такую окрылённость и…влюблённость? Он всегда любил Минхо, всегда считал его восхитительным, милым, потрясающим и ещё куча комплиментов, которые только мог придумать. Но никогда не мог представить себе такого… Точнее где-то в подсознании представлял, но не давал такими мыслям пробиться и завладеть собой. Он так и залип, глядя в потолок, пока не услышал скрип двери, и не почувствовал, как в него прилетело чистое полотенце. Он поднял голову и увидел Минхо уже немного сонного в домашней футболке и шортах, такого уютного и милого, так контрастирующего с тем образом из танца. Это заставило Чана заулыбаться ещё сильнее. - Что? Хватит пялиться, иди уже. - закатил глаза младший, разворачиваясь, чтобы уйти. - Эй, а как же «хёёён»? - передразнил старший, а Ли лишь ухмыльнулся, - ты оставишь меня одного? - Да, мистер Бан, я ужасно хочу спать. - Минхо уже начал двигаться вдоль коридора, как Чан вскочил к проёму и придержал его за запястье. - Минхо… а мы.. - начал он, немного растеряв свою уверенность. - Хён, давай потом? - устало сморщившись выдохнул Ли. - Ладно, спокойно ночи. - Да, и тебе. Ли зашагал по коридору к лестнице, а Чан смотрел на него и видел свою новую цель в жизни - этот язвительный и дерзкий, но при этом такой ласковый и нежный кот должен стать только его. Улыбнувшись своим мыслям, он наконец направился в душ, простояв минут 10 под тёплой водой, когда мышцы наконец расслабились, он зашёл в зал, собрал вещи и направился в свою комнату. Стоило ему зайти, как он тут же увидел у себя на кровати сопящего Минхо, подложившего под голову руки. Он был очень удивлён, но ещё больше его пробирало счастье и умиление. Бан быстро вытащил из шкафа большой плед, лёг сзади, обнимая младшего за талию и придвигая к себе, накрыл их обоих пледом. - Это ничего не значит, я просто не хочу спать один после секса. - пролепетал Минхо сквозь сон. - Дада, конечно, спи уже. - улыбаясь сказал Чан и осторожно поцеловал парня ещё несколько раз за ухом, а затем уткнулся в его шею. Ли улыбнулся и почувствовал себя так комфортно, что тут же заснул, как и сам Бан, который в эту ночь спал лучше, чем когда-либо в своей жизни и видел самые сладкие сны.