Во Всевластии снов. Люди.

— Ну и кем ты будешь без меня? Колени отдавались дискомфортом от неудобного положения, где твëрдый пол впивался в них. Руки беспомощно лежали на бëдрах, пока пальцы тëрли оставшийся от узла кусок верëвки. Бирюза не хотела встречаться с интенсивной зеленью напротив. — Тц-тц-тц, так не пойдёт. Аркао, смотри на меня. Чтобы доказать, как сильно Диего не устраивает их положение, указательный палец, покрытый несколькими кольцами, поднял подбородок парня, от чего теперь неудобно было и шеи. Этот разговор шёл дольше пяти минут, конечности начинали бунтовать, пока старший мужчина продолжал свою игру. — Ты же понимаешь, что я тебя люблю? Ты думаешь кто-нибудь другой искренне испытал это к тебе, зная всё, что ты так скрываешь? Я тот, кто заботится, понимаешь? Низкий голос Диего завлекал слушать его, даже если слова несли в себе достаточное количество отравляющей смеси сомнений. Бирюза переместилась к губам, впитывая слова, его убеждения, что были готовы стать правдой для второй стороны. — Ну не плачь, я всегда буду рядом. Это обещание. Арк совсем не чувствовал влагу на щеках, пока пальцы Диего не дошли до этой зоны. Это почему-то вызвало только их продолжение, учитывая, как защипало уголки глаз. — Тсс, всë хорошо... Глаза зажмурились, скрывая и так тëмную комнату из обзора. Несмотря на временное отсутствие одного из органов чувств, осязание и слух были на высоте, как и всегда. Тëплое дыхание осело на губах, звук шелеста простыней только подтвердил, что Его Динго спустился к нему, снизошëл к такому мусору, как он. Руки нежно обняли щёки, словно прошлых слов никогда и не было, словно это дорисовал его мозг, чтобы иметь ещё больше причин ненавидеть этого человека. — Catito, не стоит плакать. Всё плохое останется в прошлом. Посмотри каким прекрасным ты стал сейчас. Такой самостоятельный, а? Тон мужчины смешался с чем-то успокаивающим, еле уловимая хрипота несла в себе ощущение знакомства, заботы, но конец был так смазан иронией, словно в разговор вступил другой человек. Хотя сегодняшним оратором был Диего — Аркао запрещалось говорить по правилам этой игры. — Ммм, расскажешь папе, почему ты плакал? – минута молчания прошла в том, что Арк продолжал сидеть с закрытыми глазами, пока Диего гладил его по голове, пропуская пальцы с кольцами через пряди волос, редко цепляя их до слабого раздражения и покачивания головы парня. – Кошка съела твой язык? Хорошо... Это точно было не хорошо — короткие пряди сзади, на затылке, были сжаты в хватке, запрокидывая его голову назад, это заставило глаза раскрыться, и сквозь мыльную пелену от слёз взирать на светлый потолок квартиры Диего, пока влага и зубы касались открытых участков кожи. Всё приносило очень слабую боль, и касание зубами служило предупреждением лëгкого укуса, который был бы зализан. Ещё одна причина ему быть «Динго». Персональным животным, готовым либо сожрать тебя, либо любить и охранять. Почему-то Диего совмещал все эти черты. — Такой хороший... Голове вновь разрешили вернуться в более привычную для человека позицию, открывая обзор на ухмылку и смесь сложно читаемых эмоций в глазах мужчины. Чужие руки уже нежно прошлись по тому месту на затылке, где доставляли боль несколько мгновений назад, плавно перемещаясь к лицу парня, большими пальцами выводя медленные круги по щекам шатена. — Я бы не отпустил тебя... В груди что-то кольнуло, словно он услышал ужасный приговор, но было ли на самом деле это так ужасно? Должен ли он что-то испытывать, когда его глаза видят как взгляд Диего метается от его собственных глаз к губам, ещё одно предупреждение, прежде чем сухие губы столкнулись с его изкусанными в медленном длительном прикосновении. Это было так просто, что и вправду внутри ничего не затрепетало, всë было обыденным, но эта обыденность почему-то сейчас была приятна, несла ощущение надëжности, словно подобное будет вечно — это страшно, но мысль, что одиночества не будет – утешала, даже если это не было искренне. Возможно, здесь действительно его место, с тем, кто готов быть с ним в одной луже грязи, здесь, сидеть на полу и дарить ласку, несмотря на всю чернь, что он имеет в своей душе и на своём теле. — Пф... – звук смешка, фырканья достиг ушей Арка, как только поцелуй был разорван. Его бирюза увидела улыбку и тепло на лице Диего, атмосфера в комнате снова поменялась на более комфортную. – Я не ожидал, что ты согласишься на эту игру. Но за один раз слишком много, да? – получая кивок в ответ, мужчина продолжил уже развязывая руки парня, – Ты же понимаешь, что я не серьёзно со всеми этими оскорблениями, я слишком забочусь о тебе, чтобы так делать, ты можешь говорить, Gatito. Руки мужчины, с прохладой колец, ласкали натëртую от верëвки кожу. Где-то внутри Аркао почувствовал себя спокойнее, теперь полностью наслаждаясь уделяемой ему заботой и этими скачками атмосферы. — Я...я в порядке, это было интересно. – Харрис наконец-то подал голос, что было немного трудно после этих эмоциональных качелей и молчания. Руки теперь самостоятельно потирали больные зоны запястий, пока Диего снова наклонился, чтобы оставить поцелуй на щеке. — Тогда, давай пойдём спать, сегодня был насыщенный день, да? На это предложение Аркао мог только кивнуть, одновременно поднимаясь с Диего с пола. Мысль о тепле в кровати и сне была прекрасна. Возможно, эти игры были и вправду чем-то интересным, что удовлетворяло их маленькие болезненные желания в глубинах их душ. Арку казалось, что он захочет это повторить.