Властелин Колец: утраченные сцены. В лесах Галадриэли

Арагорн один поднимался на талан Владык. У подножия провожавшие его эльфы расступились, и только Арвен осталась с ним. - Говори от всего сердца, как говоришь со мной или с Владыкой Раздола, – напутствовала она Арагорна. – Сердце Владычицы благосклонно к тебе. Многое будет открыто тебе, что подарит тебе великие силы для долгого пути, а надежда всегда пребывает с тобой, мой Эстель. Страха предстать перед Владыками Золотого леса один на один он не испытывал. Напротив, радость пребывала с ним, как в ту первую минуту, когда он переступил границы Лориэна, и сама Владычица вышла к нему. Тогда он не говорил с Галадриэлью, она лишь заглянула в его глаза и улыбнулась. Точно зрячий, наделенный разумом солнечный луч скользнул по самому дну его души. Арагорн вздрогнул и невольно улыбнулся в ответ, но Галадриэль, не одарив его ни единым словом, удалилась. Владыки Лориэна ожидали его. С ними на талане не было больше никого. Арагорн низко поклонился, догадываясь, как много значит такой прием. Галадриэль и Келеборн поднялись, приветствуя его по обычаю эльфов. Келеборн указал на сидение, стоящее у тронов. - Сядь, Арагорн, сын Араторна, Эстель из Раздола, – сказал он. – Долгий путь проделал ты, прежде чем достичь Золотых лесов, и мы рады твоему приходу. - Воистину, добрым был мой путь, – сказал Арагорн. – И сердце мое полно радости и благоговения. Редко открываются границы Золотого леса перед чужаками. - Так же редко, как некогда пределы Дориата, – сказала Галадириэль. Арагорн невольно опустил голову и не видел, какой сияющей улыбкой озарилось лицо Владычицы. - Знаешь ли ты, о Арагорн, – продолжал Келеборн, – что в твоем лице, пусть и затерянные среди множества поколений скоротекущих человеческих жизней, живут черты владыки Тингола. Великим королем будешь ты, эдайн из Раздола, когда придет твой срок. - Придет ли он? – невольно спросил Арагорн. - Ты желаешь короны? – спросила Галадриэль. - Да, – просто ответил Арагорн. – Я чувствую в себе силы королей из-за моря, и велика моя любовь к Гондору и Арнору, и людям обоих королевств. Мой меч служит им, и я знаю, что люди готовы идти за мной, но лучше я мог бы послужить им, если бы пребывал с ними неизменно, а не был пришельцем в их стране. Если бы по праву, а не из одного только отчаяния могли они прибегать к моей защите и водительству. Я чувствую, что расточаю силы в странствиях. - Власть – тяжелое бремя и великое испытание, – сказала Галардиэль, – радуйся, что пока твой удел не нашел тебя, наследник рода Элроса. Не торопи время. - Лишь глупец торопил бы время в Лориэне, – искренне сказал Арагорн. - Останься здесь столько, сколько захочешь, – сказал Келеборн. – С тобой точно само прошлое, славнейшее и возвышенное, пришло к нам. - Да, – с улыбкой сказала Галадриэль. Была весна, и Лориэн сверкал золотом юной листвы. Рассветы облекали это золото точно нежнейшим румянцем, а закаты вливали огонь небесного горна в лиственные кроны. Арагорн и Арвен были счастливы. Они бродили по золотым лесам, не тревожимые никем, располагались на отдых на лесных полянах под сенью величественных меллорнов, и лишь листва дерев слышала их беседы, в которых столь многое они поверяли друг другу. Но день расставания приближался, и однажды Галадриэль призвала к себе Арагорна. Тот предстал перед ней на той самой полянке, куда десятилетия спустя предстояло вступить Фродо. - Я полна радости за Арвен и в великом смирении склоняюсь перед ее судьбой, – сказала Галадриэль, подходя к Арагорну и беря его за руку. – Достойнейшего она не могла бы избрать в супруги, даже если бы все принцы нолдор стояли перед ней. Арагорн поклонился и внимательно посмотрел на Галадриэль. Точно сияние пробивалось над ее головой, но это был не блеск короны, а отсвет земель за морем, благословенных земель. - Разреши мои сомнения, Владычица, – сказал Арагорн. – Я люблю Арвен, но что могу я предложить ей? Хоть и живу я дольше прочих людей, но считанные годы предстоят мне. Не дар, а насмешку даю я прекраснейшей из прекрасного народа. - Но сердце твое ведь не то говорит тебе, – ответила Галадриэль. Арагорн покачал головой. - Сердце говорит мне, что я должен быть спокоен и предложить руку Арвен, точно времени передо мной больше даже, чем у нее. Галадриэль смотрела на него, и в глазах эльфийской женщины было изумление и благоговение. - Чувствую я, что многое сейчас открыто передо мной в твоих словах, – сказала она. – И весь достославный путь моего народа: его клятвы и сражения, любовь и верность, кажется мне лишь возвышенным началом величайшей повести людей. Будь супругом и королем, Арагорн, сын Араторна, а благословение и любовь Галадриэли всегда будет пребывать с тобой. Арагорн поклонился со словами благодарности. - Я не предлагаю тебе заглянуть в мое зеркало, – сказала Галадриэль. – Путь твой лежит перед тобой, и ты пойдешь, благородный и отважный, куда бы ни привела тебя судьба. Арвен ожидала Арагорна. - Что, если бы я вовсе не стал королем? – спросил он ее. - Я люблю тебя, Эстель, – отвечала ему Арвен. – Какая корона сравнится с величием этого удела?