Импульсы

На самом деле, преподаватель по пропедевтике у них очень добрый и спокойный мужчина. Выглядит таким заебавшимся, что у него получить зачёт очень просто. По этой причине Тэхён искренне недоумевал, почему такой старательный Чонгук, везде преуспевающий и во всём первый, всегда старается обойти эту пару стороной. Он забывает стетоскоп или халат. Старается побыстрее закончить, если начал. В остальном ведь с Чонгуком всё хорошо. Он успевает по остальным дисциплинам. Тэхён его не понимал. До этого дня.

Обычный четверг. Пропедевтика.

Чонгук снова забыл свой стетоскоп, но у них сегодня сдача, поэтому преподаватель ему просто указывает на Тэхёна, мол, его и себя проверяйте одним. Тэхёну не жалко. — Вечно забываешь стетоскоп, Чон, — он поднимает футболку, распахнув халат. — Тебе повезло, что мой напарник сегодня приболел. Чонгук прижимает к оголённой груди кончик стетоскопа. Тэхён смотрит на покрасневшего Чона. Чонгук дрожит. Его рука почему-то прижимает конец стетоскопа к груди Тэхёна. Слушать там, в принципе, нечего, кроме сердцебиения. Тэхён удивлённо смотрит на него. — Что… что ты делаешь? — Ким щурится, наклоняя голову набок. Чон выдыхает. У него лицо красное. Он дёргается с каждым биением, словно его бьёт кто-то. — Чон? Ты в порядке? — Тэхён поднимает руку, чтобы встряхнуть парня за плечо. Чонгук щупает пальцем, прижимая к области сердца стетоскоп крепче, вслушиваясь в размеренное сердцебиение. Он хватает его руку на плече, безошибочно находя пальцем пульс.

Слушает. Слушает. Слушает.

С каждой секундой Тэхёна охватывает большее волнение, потому что он ничего не понимает. Чонгук перед ним прижимается носом к его пульсу, вдыхая с запахом. — Эм… — Тэхён рассеянно хлопает глазами. Ладно. Это очень странно. Чонгук потом, как будто его отбрасывает в реальность, резко распахивает глаза. Он смотрит на Тэхёна, который сидит, позволяя слушать там у себя всё. Чон прокашливается, опуская стетоскоп ниже, как и руку Тэхёна, начиная записывать наблюдение. И что это было? Тэхён поднимает одну бровь, внимательно наблюдая за Чонгуком. Тот кашляет часто и старается не встречаться взглядом.

Пара так и заканчивается.

— Я слышал, ему такое нравится, — говорит Чимин во время обеда, пожимая плечами. — С ним, вроде, Шин из тридцать четвёртого общежития спал. Так вот, — Пак глотает кусок булочки. Тэхён наклоняется к нему. — Чонгук там прямо так же. Прижался к шее Шина. Держал вот так, — Чимин держит пальцы на шее Тэхёна, где обычно проверяют пульс. — И так трахал. В ритм. Ту-дум, ту-дум, — Чимин смеётся. — Какие подробности, — цокает языком Тэхён, качая головой. — Разве так вообще можно? — Не знаю. Не проверял, — Пак пожимает плечами. Тэхён хмыкает.

Звучит как вызов.

Чонгук не придирчив к своим партнёрам, так что на предложение Тэхёна вместе доделывать некоторые работы сразу ответил согласием. Он не придирчив, так что быстро кивнул и на: — Свободен в выходные? Тэхён должен был кое-что проверить, но он чувствует себя свободно, когда общается с Чонгуком. С ним проще. Любому медику проще, когда в общении человек понимает, о чём речь, и может даже дополнить. К тому же Чонгук по-своему простой. Он забавный, когда улыбается. Милый. У них своеобразное домашнее свидание у Чонгука с доделыванием чёртовой пропедевтики. Тэхён достаёт из рюкзака свой стетоскоп, всем видом давая понять, что, видимо, что-то понимает. До вечера они просто милуются и целуются. Чонгук странно смотрит на него. А потом… Потом Тэхён прижимает Чонгука к кровати, пока в его ушах стетоскоп, а он прижимает к оголённой груди Тэхёна его конец. Ким бесцеремонно накрывает одной рукой его пах, другой прижимая кончик прямо к середине. Там, где сердце. — Что… — Чонгук смотрит рассеянно. Он глотает воздух тихо, почти не дышит, пока слушает. Тэхён ощущает, как у него там всё твердеет, ощутимо дёргается, словно доходят толчки импульсов. — Нравится? — Тэхён улыбается. Чонгук не видит смысла смущаться, кивая. Он кивает, приподнимаясь на локти, чтобы прижаться носом к пульсу на шее. Довольно странное пристрастие. Необычное. Тэхён не понимает, что именно его возбуждает, но говорить с ним во время секса просто невозможно. Чонгук слушает.

Слушает.

Слушает.

Постоянно слушает. Кинк не вредящий. Вроде даже романтичный. Тэхён держит его за шею, прижимаясь сам грудью к спине, тяжело выдыхая, пока держит член внутри него. Чонгук сжимает пальцами его руку, касаясь большим пальцем пульса. — Как… как капли, — выдыхает Чонгук. Тэхён смотрит через его плечо в стену на их тени. Он толкается с каждым стуком в груди.

Учащённым.

Резким.

Размашистым. Так, что стоны Чонгука вскоре с каждым выдохом равняются с биением сердца.

Тук-тук.

Тэхён кончает раньше, прижимая к себе Чонгука со всей силы. Он падает на кровать спиной. Чон встаёт с него. Он прижимается ухом к груди, слушая.

Тук-тук.

Чонгук выдыхает. Он касается снова его пульса носом. — Давай я теперь, — улыбается. Чонгуку кажется, что Тэхён его прекрасно понимает. Да и в этих мыслях он не ошибается. Ким на следующий день просыпается первым, играя с волосами ещё спящего Чонгука, который лежит на его груди, слушая. Он улыбается во сне. Тэхён вздыхает, почему-то на автомате касаясь его шеи, чтобы послушать пульс на кончике пальца. Наверное, это заразно.