Единственное, что ты оставил позади

Первое что я почувствовал после той новости. Тьма и холод. После твоего ухода, я не знал как жить. Знаешь. Лучше б мы не встречались. Никогда. Ненавижу тебя. Нет. Я тепло вспоминаю нашу жизнь. Запомню навсегда. Любил тебя как брата. Никчемный слабак, не чувствующий ничего и не хотящий жить. Предал меня и оставил одного на этом свете. Ты выбрал самую трудную дорогу и смог убить себя. А мне жить одному и писать все эти письма, которые никогда не дойдут до адресата. Зачем. Зачем ты так поступил со мной и как мне теперь бороться? Помню ты говорил. «Выучимся, найдем себе достойный заработок… нет, к черту работу. Махнем вдвоем куда-нибудь. Потусим пару годиков, закрутим пару романов. Учудим дел и будем в старости вспоминать, попивая винишко, ну или что там делают люди, когда разбогатеют…». Предатель. Ты лишил меня этих воспоминаний. Я думал вернуться на родину. Но мне там делать нечего, сам знаешь. Не переношу это место. Помнишь постоянные посиделки на крыше, когда мы всматривались в закат. И чувствовали задницами, что если не поторопимся, придется оставаться ночевать на улице? Ахахх, вспомнил, как ты пытался научить меня играть на гитаре. А я чуть не сломал ее. Твое лицо было бесценно в тот момент. И все же, я научился. Сейчас в университете еще и пианино освоил. Я дорисовал твой портрет в этом месяце. Хах, помню, как ты восхищался наброском. А я в силу своей самокритичной личности, всячески опровергал твое восхищение. Сейчас он лежит все в той же синей папке. Напоминает мне о нашем школьном прошлом. Помнишь нашу самую первую встречу. Я залез на крышу, а ты там обедал в гордом одиночестве. Я подумал. «О, очередной фрик»». И хотел уйти. Но потом увидел гитару. И решил остаться. Думаю. А если б не остался. Ты был бы жив? Фрик. И вообще кто в первую же встречу начинает обсуждать классическую музыку или знаменитых художников. В 21 веке только фрики. Ими были и мы. А теперь только я. А ты мертвый фрик. ха ха. Знаешь, у мня сейчас бумага промокнет насквозь, ты наверно смотришь на меня сверху и смеешься. Да, это слезы. Их видишь только ты и никак не сможешь их остановить, ты ведь лишился дороги в эту жизнь. Я целую песню написал тебе, словно это что-то изменит. Идет ли на улице дождь, облачно или светит солнце. Никак не могу избавиться от мысли, что если я вернусь на наше место, увижу тебя. Ты будешь сидеть на бетонной плите, рядом с тобой будет лежать футляр гитары. Мы встретимся вновь и нам будет хорошо. Все что ты оставил после себя, это мое одиночество. Как ты мог. Единственное. Одиночество.