Подростковый возраст

«Учение» началось с того, что Чес исполнил 12 песен из своего детства, громко воя на весь дом и ударяя по струнам так сильно, что казалось, они вот-вот лопнут. Как и барабанные перепонки Крис. Понять, что Чес «слегка» пьяный, труда не составило. Это очень напрягало Крис. Она вообще бы низачто не пошла бы к Чесноку, но Глем сказал, значит надо. — Ну что, как песня? — икая, спросил Чес, устало откидываясь на подушки дивана и вытирая пот со лба. — Целых 12… Ну, нормальные… — А я что говорил! Мы с Глемом и не такое пели! Ещё одну вспомнил песню, спеть? — Аааа, нет, подожди! — Но я всё-таки спою! Крис, уже не скрывая, заткнула уши двумя подушками. Когда Чес исполнил песню, в ушах как будто что-то лопнуло. То есть, Крис очень надеялась, что как будто. Чес пошёл на кухню, и вернулся с двумя бокалами и бутылкой. Вот теперь Крис захотелось свалить поскорее. — Нет, я не пью… — А надо! Тогда мне больше достанется! — Чес поднял бутылку над головой и начал пить прямо из горлышка, проливая половину содержимого на футболку. Крис смотрела на это с отвращением. — Будешь? — предложил Чес, хотя в бутылке ничего не осталось — Ой, закончилось… Ну это ничего, сейчас сходим за вином! — Но… — Да ничего страшного не случится! Подумаешь, в прошлый раз машина сбила! Сейчас ведь все норм! Чес направился к двери. — Идёшь? — спросил он у Крис, когда наконец открыл дрожащей рукой замок. — Может не надо? — опасливо поинтересовалась Крис. — Как хочешь. — подал плечами Чес и вышел на улицу. Крис громко выруглась матом. Опять ей спасать этого алкоголика! А что если он неадекватный? Может, у него склонности к садизму, вообще! Крис схватила футляр с гитарой и выбежала вслед за Чесом. Ди уже куда-то испарился, и Крис заранее мысленно его похоронила. И себя заодно. — Чес, подожди! Тебе больше нельзя пить, слышишь? — она подбежала к Чесу и тронула его за плечо, но тот даже не обернулся. — Кто сказал? Почему я должен лишать себя последней радости в этой жизни? — Почему это последней? — Крис ощутила себя на месте психолога. — А ты сама не понимаешь? Это странно… — Чес вдруг остановился и положил руки на плечи Крис, глядя ей в глаза — Мне ведь все о тебе известно! И про тетю, и про избиения, и про отношение учителей к тебе. Как ты ещё можешь чему-то радоваться после этого? Крис решила не спрашивать, откуда Чесу это известно. — Но теперь я живу с Металлистами, и у меня есть все, о чем я и мечтать на могла! Чес посмотрел на неё каким-то равнодушным взглядом, потом махнул рукой и побрел дальше. — Чес? Тот шёл дальше. Крис осталась стоять на дороге, не понимая, что ей делать. Когда Чес отошёл от неё на достаточно большое расстояние, он обернулся, и, подняв руки и задрав голову к небу, громко спросил: — Зачем вообще жить, если каждый день мы проводим в гребаной иллюзии своих же несбывшихся желаний?! Мне это надоело! Я хочу умереть! Чес побежал куда-то по улице. Страх за него появился из ниоткуда, заставляя Крис побежать за ним. Она догнала его уже у какого-то гаража, куда он успешно забрался и стоял на краю, смотря на землю. — Чес, НЕ НАДО!!! — закричала Крис, но тот, не слушая её, повернулся спиной к краю и упал на асфальт. Крис вскрикнула от ужаса. Подбежав к нему, она увидела, что из его рта течет струйка крови. — Чес… — Сейчас я поднимусь… и прыгну с другого гаража, который повыше. Тогда, может, получится! — Ладно, давай так — сегодня ты не прыгаешь. Так и быть, я пойду с тобой в бар, но только сегодня! — Правда? Т-тогда в следующий раз прыгну… Не без помощи Крис, Чес поднялся с земли и побрел к бару. Крис помогала ему идти, поддерживая одной рукой, а другой уже набирала номер Глема. Тот не отвечал. Крис чертыхнулась себе под нос и стала искать номер Вики. Они с Чесом уже успели дойти до бара, и в толпе людей Крис все ещё пыталась позвонить кому-то из Металлистов. — Извините, абонент временно недоступен. Пожалуйста, перезвоните позже! — Чёрт! Они все там заснули, что-ли?!