Теме, у тебя глаза красивые.

             То был не первый их бой и далеко не первый спор. Да, в принципе, явно не последние они будут в их жизни. Ведь, словно самой хозяйкой судьбой заведено, что бы эти двое вечно спорили, дрались, соревновались. Даже вспомнить их детство… Блондин всегда лез к черноволосому грозному мальчишке с драками, с вскриками: «я победю тебя!» А Учиха всегда отвечал, да так отвечал, что мальчишку со шрамами на щеках, будто те усы кошачьи, засмеивали за столь позорный проигрыш. А то и верно. В школе Наруто мог только языком трепать, а что-либо сделать не мог, но вот уже по окончанию начал как-то разбираться в техниках, но все таким же дурачком и оставался. Все не отставал от Саске, пытался выиграть его, быстрее освоить новую технику. В какой-то момент у блондина началось все получаться… но давайте же не будем об этом. Сейчас важно не прошлое… Наруто возвращался с миссии. Со скучной, одиночной миссии. М-да… попросил у бабули Цунадэ что-нибудь эдакое, интересное, где будет ПУФ-ПАУ, но как всегда бабулька отправила его на обычную миссию. А именно провожать слишком взволнованного старикана. Старик хоть и оказался добрым, но был чересчур обеспокоенным за свою жизнь, словно не простую бумажку несет в свою страну, а мега важный документ. Ха! Спасибо на том, что отпустила его. А то все время пальцем грозила, приговаривая про Акацуки, мол они сейчас ведут себя слишком активно… Ну, да, активно, не появились за два дня его проводов старикана, с чего бы им вообще появляться. Хотя, если уж и говорить честно, то Узумаки не желал их встречать. В предыдущий раз они его знатно напугали, благо рядом был старик извращенец, возвел свою призывную технику. Без него Наруто и Саске, который появился словно из не от куда просто бы погибли… а если бы не погибли, то уж точно серьезно пострадали. Итак, Наруто Узумаки, недавно вернувшийся паренек, после блужданий по миру с Джирайей-самой возвращается в свою родную и любимую деревню листа. Паренек прыгал по толстым веткам деревьев с зеленой и пышной кроной. Под нос джинджурики напевал себе песенку со странным мотивчиком: - Рамен… Ичираку-рамен, скоро я приду и съем раме-е-ен. Пел ниндзя не громко, тихо шептал, развлекая лишь самого себя. Вокруг него пели птицы, красиво и прекрасно, в принципе, как и положено птицам. Сквозь плотные кроны деревьев пробирались редкие лучики солнца ярко-желтого цвета, что только радовало парнишку. Он любил день, любил теплоту солнца. Ну а кто его не любят, давайте по честному, все любят нежиться под сладкими и теплыми лучами солнца. Наруто все скакал по толстым веткам деревьев, медленно, но стремительно приближаясь к Конохе. Шло время, лучи уже становились не желтыми, а оранжево-красными – близился вечер. В далеке раздавался еле заметный шум, Узумаки по началу принял его за должное, не обращая внимание, но по мере приближения к излюбленной родной деревне звук увеличивался. Знакомый такой, навевает о воспоминаниях, но пока что парнишка не может разобраться, что именно ему это напоминает. Звук похож на крики птиц, сначала он и предположил, что просто где-то вдалеке птицы кричат, но зачем же им в столь спокойном лесу кричать столь истошным воплем, словно их режут всех разом. От такой мысли джинчурики девятихвостого лиса передернулся. Да уж… Он хоть и видел смерти шиноби, смерти своих противников, вспомнив даже мальчишку Хаку и его хладнокровного Забудзу, они погибли же в том бою… однако, столь гнустное живодерство над животными генин Скрытого Листа не принимал и даже осуждал. Вскоре он понял, что это не птицы так истошно кричат. То была техника ниндзя. Знакомая ему техника, отчего-то напоминавшая ему… Саске? Да, точно, напоминало этого придурка Саске. Придурка, ускакавшего за так называемой силой к змеиному санину. Наруто желал его всем сердцем вернуть в деревню… Не только из-за давнего обещания данный Харуно Сакуре, не только из-за Чоуджи, который чуть ли не погиб в той миссии, не только из-за Шикамару, который в тот раз взял впервые взял всю обязанность на себя, не только из-за Саске, который умрет, если после 3 лет пребывания не убьет самого змеюку. Но и ради себя. Блондину не хватает этого жестокого, но иногда и веселого взгляда черных опасных глаз друга. Ему не хватает их маленьких соревнований. Ему не хватает самого Саске. Вот бы узнать, как же там этот добе… Жив? Все так же мечтает лишь об одной мести? Все такой же черствый и грубый? Вопросов было много… а ответов конечно же ноль, да и от куда взяться им? Никто не видел еще Саске с последнего боя Учихи и Наруто, лишь слышали, как он где-то там снует по округе вместе со своим учителем и беловолосым очкариком. И с чего бы вдруг Наруто вдруг вспомнил бывшего участника команды номер семь? Звук вопля птиц становился все громче и громче, где-то по близости, значит, находился и его источник Узумаки Наруто тихо пропрыгал по веткам деревьев, а после укрылся за зеленой кроной деревьев, когда увидел и белый свет, который вскоре исчез, исчез и вопль птиц. Притаившись, он сидел на толстой ветке, пытаясь хоть что-то выглядеть через зеленые листья дерева. - Кто здесь? – раздался знакомый голос где-то снизу. От знакомого голоса глаза генина скрытого листа тут же округлились от удивления, а где-то в груди что-то защемило легкой болью. После раздалось шарканье листьев внизу под деревом Узумаки. - Выходи! – голос на сей момент приобрел уже стальные нотки. После чего знакомый незнакомец запустил в укромное местечко джиджурики девятихвостого кунай, от которого парнишка в оранжевом тут же увернулся, но так неловко раскрыл свое местоположение тем, что резко увернулся вправо. Кусочек оранжевого костюма был виден внизу стоящему парню. Новый кунай вновь был заброшен в Наруто, парень и в этот раз ловко уворачивается, однако уварачивается так, что его нога скользит по дереву и он падает вниз, так и не успев активировать чакру в ногах. Приземляется блондин ни как иначе как на пятую точку. - Больно, даттебайо, - опираясь на одну руку, поднимается блондин, потирая ушибленное место, поднимает на нападчика глаза, - О-о-о… Голубые глаза встречаются с пронзительным черным взглядом. - Са?.. – тихо вырывается у блондина изо рта, - Саске?.. В груди вновь что-то заломило, закололо, а после разлилось едким теплом по венам. - Саске, это правда, ты? – Наруто протянул руку к хладнокровному парню напротив, пытаясь подойти ближе. Однако попытка хоть как-то оказаться ближе к другу оказалась отвергнута, в его ноги тут же был закинут кунай. Учиха Саске уже успел активировать шаринган, теперь в небесно-голубые глаза смотрели не привычные черные, отдающие холодом, а кроваво красные, словно кровь. А его стойка больше напоминала боевую, чем стойку дружеского приветствия. Наруто спустил свой взгляд с алых глаз друга на его одежду. Ха… не такая как раньше. Не скрывающаю тело распахнутая рубашка, пояс фиолетового цвета и черные штаны. Даже сама его одежда говорила про изменение в Учихе. - Саске, - тут Наруто опустил взор на ноги парня, после вновь подняв их в алые глаза напротив, - я не хочу с тобой драться, давай поговорим? - О чем мне с тобой говорить? – резко бросил собеседник, для полного эффекта не хватало только плевка, - О том, как ты хочешь вернуть меня в деревню? - Добе, - начинает вновь беловолосый парень с шрамами на щеках, - Сакура-чан, датебайо, ты же знаешь о ее чувствах, она скучает по тебе, Какаши-сенсей тебя частенько вспоминает, даже Шикамару тебя частенько припом… Договорить не дал вновь раздавшийся резкий голос парня из когда-то огромного и сильного клана деревни Скрытого Листа, от которого ничего не осталось: - Плевать, теме, мне плевать! Сейчас мне важно совершенно не это. - Да-да, я знаю, что месть тебя питает, - раскидывает руками, пристально наблюдая за руками парня напротив, которые так и тянутся к катане на спине. - Да? – язвительно издает черноволосый парень, - Ты знаешь, какого это? – парень все же хватает катану в руки, направляет ее в сторону бывшего соккомандника и бывшего друга, - Ты знаешь какого потерять близких, когда ты их знал?! Ты изначально был один, Наруто – уже кричит истошно так, что боль прочерчивается в каждом слове. Обладатель красных глаз бежит в сторону друга, замахиваясь холодным оружием. Наруто же в свою очередь отпрыгивает, словно лягушенок в рыжих спортивках, создает парочку клонов: - Я не знаю, ты прав, я был один, датебайо, я все время был один, - выдает блондин, подставляю клону сво. Руку, пока тот делает непонятные движения в воздухе. В секунды на руке образуется шар чакры: - РАСЕНГАН, - кричит один из множетсва джинджурики, после подбегает к Учихе, не боясь быть проткнутым катаной, запускает в него технику. Учиха резко отпрыгивает назад, позволяя шару чакры коснуться земли, после чего клон, стоящий рядом с ним растворяется в воздухе с громким хлопком и небольшим выпуском пара. - Ах, значит, все же решил со мной драться? – ехидный шепот раздается со со стороны Учихи, ну что ж, ладно, - в следующие несколько секунд алоглазый парнишка прячет катану обратно за спину. Его руки тут же быстро складываются в печати: «КАТОН». И огромный поток огня летит прямо на всех клонов и возможно на настоящего генина Скрытого Листа. Само собой все клоны джинджурики пропадают с характерным звуком. - Датебайо, ты спалил их всех, - настоящий наруто выходит из тени дерева позади Саске, где раньше прятался, в его руках крутилась новый шар с чакрой. - Расенган, - парень бежит прямо на своего друга, но вновь промахивается, отчего сносит близко растущее дерево. Теперь от когда-то живого дерева остались лишь щепки, упавшие ветки и пенек. Техника за техникой, выпад за выпадом, металл об металл. Так длилось до безумия долго. В некоторых метсах оранжевого костюма уже красовались красные пятна крови своего хозяина, дыры от брошенных противников кунаев или даже от взмахов катаны. Руки у блондина были в ссадинах от частой техники, которой научил Джирайа-сама. Наруто был уверен, что Учиха и сам весь в ссадинах, все же он попадал ему лезвием куная в кожу, он знал это, поскольку слышал измученные вздохи-стоны со стороны друга. Солнце уже окончательно село за горизонт, ни единого лучика за собой не оставив. Единственная причина, по которой эти двое все еще видят друг друга – это горящие вокруг них несколько деревьев от техники красноглазого парня. В огненном свете Саске казался диким зверем, которого переполняла ярость и желание убить свою жертву… Однако… Он бы смог убить Наруто? Узумаки знает ответ, если бы ему задали вопрос: «смог бы ты убить Учиху?» Само собой нет. Он для него слишком дорог. Слишком много воспоминаний, которых он не хочет так глупо лишаться. И слишком уж хочется джинчурики девятихвостого приобрести новые воспоминания. Но вот смог бы сам Учиха убить генина Конохи с желтыми волосами и светлыми добрыми глазами? Кто знает, в этом маленьком черном комочке слишком много ненависти и злости ко всему жестокому миру шиноби. Интересно… помнит ли он все их мелкие потасовки в детстве, а то как оба осваивали чакру в ногах? В момент, когда Наруто отскакивал от техники тысячи птиц Саске, блондин споткнулся о свою же ногу, больно упав лицом в землю. - Датебайо, - вылетает из уст Наруто. - Ты уже все? – выдает Учиха со смешком, - Ты… так быстро выжил, а будущий Хокаге? – в голосе бывшего участника команды семь проскальзывались сильные паузы, в который он пытался отдышаться. - Ха, - вырывается изо рта так называемого будущего Хокаге, когда тот, опираясь на руки, встает, слегка шатается от усталости. Все-таки они друг друга знатно потрепали. Голубоглазый вновь смотрят на обычные черные глаза друга, в которых опасно плескается огонь от почти догоревшего дерево рядом с Саске. Тот, видно, тоже устал от нападений и драк. И, пытаясь скрыть всю трясучку тела от пронзительного взгляда джинчурики, Учиха сел, облокачиваясь о нетронутое ими дерева приэтом вальяжно раскинув ноги. - Наруто. - Саске, - парни одновременно сказали свои имена. - Тц, - вырывается у занощивого отступника, - говори, раз начал. Наруто кивает, следуя примеру своего друга, плюхается на землю, складывает ноги в позу лотоса по привычке. Между ними не было и метра, оба устало глядели друг на друга. - Саске… - вновь начинает Узумаки, - Датебайо, - он отводит вгляд к все еще горящему дереву, - Ты помнишь? – голубые глаза словно ясное небо вновь пронизывают черные, глядя прямо в душу, - Ты же помнишь, да? Как спас меня от Хаку? - Ха, - тихо выдает Учиха, - Конечно помню, - он осматривает бывшего друга, замечая все его раны, которые сам и сделал, - К чему это все, теме? Если ты опять начнешь свои речи про долг, то ты уже его давно вернул. Наруто тепло улыбается. Какой к черту долг? Нет, ему было интересно совершенно другое. Не возвращение старого долго, а убеждение, что Саске все еще помнит, что Саске все еще тот обиженный на старшего брата мальчишка. - Чего лыбишься, придурок? – резко выдает черноволосый парень. Дерево уже почти догорело, оно не оставляло никакого за собой свечения. От чего двум шиноби приходилось пока что ориентироваться лишь на слух. Саске же это не нравилось, он не хотел только слышать джинчурики, но еще и видеть. Сложив определенные печати руками, выдохнув из легких весь кислород, черноволосый запустил теплый огонь на ветку дерева, недалеко растущего от сидящего Узумаки. Тц… даже не шевельнулся. Доверяет паршивец. - Спасибо, - слышит Учиха, - Я… я думал, что ты уже забыл про тот бой, позабыл про мост. - Как же я его забуду. Наруто… - Замолчи, - нежно произносит беловолосый парнишка, его лицо освещал красный свет, исходящий от огня, - Я знаю, что ты хочешь сказать, - он глубоко выдохнул, - Орочимару же убьет тебя, Саске! Как же ты этого не понимаешь?! - Я знаю, - тихо произносит в ответ черноволосый, разглядывая все эмоции на лице бывшего друга… разве бывшего? С каких пор он бывший друг? Не уж то ответ кроется в силе глаз? Он только из-за этого отрекся от единственного луча солнца? Он только из-за слов брата отказался от единственного друга на всем этом белом свете? - Я не дам ему себя убить, добе. - Ты же знаешь, теме, - Наруто подхватил старую тему – называть друг дрга прозвищами, - Месть… Она ж… - Да ни черта ты не знаешь, Наруто, - вновь скалится Учиха, - Он убил всех, кем я дорожил, он отобрал у меня любовь матери, у меня никого нет, добе. И все это только благодаря братишки! – тут отступник Конохи не выдержал, кричал во все горло, распугивая птиц по округе, - Он отобрал у меня все… он должен, - Саске запинается на некое время, - ОН ОБЯЗАН ПОПЛАТИТЬСЯ ЗА ЭТО! - Это не так, датебайо, - Наруто встает на подкашивающихся ногах, которые словно из свинца сделаны, ему трудно идти, но все же он идет к другу, повернувшему не на тот путь дороги. Он стоит лишь в шаге от Саске, но все же не смеет к нему подходить ближе, лишь чуть склоняется, протягивая руку. На лице добрая, такая домашняя улыбка, а голос нежный с легкой хрипотцой: - У тебя есть Сакура-чан, Какаши-сенсей, они ждут твоего возвращения, - Узумаки пытается заглянуть в черные омуты, которые сейчас были опущены в чуть красную сухую траву от свечения огня. Учиха отталкивает руку друга. Да, друга. Сам приподнимается, отталкиваясь спиной о дерево. Кидает последний кунай в ногу Наруто, тот же падает на колени, ошарашенный от ситуации. - Саске?.. Черноволосый пинает в живот джинчурики девятихвостого, дабы тот перевернулся на спину. Наруто покорно лежит на спине, все еще не вытащив кунай из ляшки. Смотрит в черные омуты, смотрит на черные волосы, по дуновению ветра которые тут же скрывают и глаза налитые смолью. И вновь эта боль в груди. Снова щемящее чувство, так охотно разливающееся по всему телу. - Наруто, - после произнесенного Саске опадает на землю коленями пристроившись возле лица Узумаки, - Зачем тебе все это? – черные глаза глядят в голубые напротив, пытаясь в них хоть что-то отыскать, что-то разглядеть, - Это же не из-за обещания? - Нет, - честно отвечает джинчурики. На вечно беззаботном лице вновь озаряется улыбка. Саске опускает корпус, тем самым приближая лицо к лицу сосуда девятихвостого. Все смотрит и смотрит в голубые глаза, в которых отсвечивается красно-желтый цвет огня. Протягивает два пальца ко лбу своего друга, легонько прикасается ими: - Придурок. - Теме, у тебя глаза красивые. Блондин произносит слова прежде, чем подумает о их смысле. Но как только он понял, что только вырвалось из его рта, то тут же кожа на щеках, обрамленные полосками, начинает краснеть. - Придурок, - сам красный словно рак произносит Учиха, а после склоняется к губам друга. Целует, легко, ненавязчиво, будто теплый летний ветерок. Ощущает, как и Узумаки начинает пугливо ему отвечать. Отстраняется так же быстро, как и приблизился. Вязкая слюна тянется между губ. Наруто тяжело дышит, боясь открыть глаза. Сердце внутри джинчурики громко бьется, наверное, уже и Саске услышал, как громко бьется внутри Наруто. Сам Саске точно также тяжело дышал, ощущая в груди гулкое биение. Все мысли оставшегося парнишки из великого клана Учиха улетучились со скоростью света, оставив за собой лишь протяжное мычание. Он ласково смотрел на друга? Да, на друга, от которого бешено бьется сердце. - Добе, - тихо зовет генина Скрытого Листа отступник. - А? - Наруто резко открывает глаза, видя все такие же черные глаза, в которых не плескалась ненависть, а виднелись отблески нежности. - Я люблю тебя, добе, - произносит Саске с легким смешком на губах, после чего распрямляет спину, откидывая голову к темным кронам деревьев. - А-а? – удивленно произносит генин. Наруто, не смотря на боль, вырывает кунай, ощущая, как по ноге течет теплая и вязкая кровь, резко садиться, переворачивается лицом к Саске. - Что ты сказал, теме? - Не придуривайся, ты все слышал, добе, - Саске опускает голову, глядя прямо в родные глаза напротив.