Темная роза и горячий шоколад

Лихтенштейн. Июнь. 1971 год. Яркие лучи солнца пробивались сквозь прикрытые шторами окна с вставными узорами, оседая на мебели разноцветными лучиками. Детский смех уже во всю разносился по дому и улицам. Каникулы начались пару недель назад и все школьники с восторгом и трепетом проводили своё время. Фло устало приоткрыла глаза и взглянула на маленькие розовые часы, которые ей купили в день ярмарки в прошлом году. Эта ярмарка устраивалась ежегодно в честь праздника солнцестояния. Песни, танцы и множество разной еды, напитков и изделий. Каждый житель приносил что-то своё, будь то свежеиспеченный хлеб или фарфоровые вазы. Семья Флоры славилась изготовлением деревянных изделий, что приносило достаточно большой доход. Наверное, людям нравился запах свежего дерева, часто думала Фло. Родители говорили, что когда девочка вырастит, то просто должна будет продолжить их дело. Но для юной волшебницы это казалось непостижимым. Зачем ей тратить свою жизнь на изготовление фигурок, когда можно потратить ее на приключения и разведывание новых мест? С самого детства она любила гулять в горы и в ближайший лес в поисках новой полянки, или, если повезёт, старого заброшенного домика, который ей всё удалось найти пару лет назад. На увлечение старшей дочери мистер и миссис Лоран кивали головами и небрежно бросали, что-то вроде: «Не занимайся чепухой..», «Ты сделала уроки?», «Опять приключения?». В конце концов Фло перестала рассказывать им о своих интересах и на расспросы родителей об ее «хобби», она отмахивалась или переводила тему. Друзей у девочки толком не было. Одна единственная подруга и та переехала пару месяцев назад во Францию. Теперь их общение состоялось лишь из редких писем и открыток. Другие дети считали Флору странной и «слишком другой». Но ничего. Когда она вырастит, то обязательно уедет отсюда. — Дорогая, вставай.— молодая женщина с бойкими кудряшками, абсолютно такими же, как и у ее дочери, и в светло-розовом фартуке распахнула занавески, ещё больше пуская солнечный свет в комнату.— Боже мой, ребёнок, посмотри какой бардак у тебя в комнате. — Я встаю.— Фло протяжно потянулась, стараясь игнорировать вечные упреки матери, чтобы не испортить себе настроение, и зевнула. В конце концов каникулы же. Есть больше времени заняться любимым делом, не беспокоясь об учёбе и прочих делах. Единственная мысль, которая омрачала это день: родители обещали заставить помогать в лавке. Флоре никогда не нравилось стоять целыми днями и улыбаться грубым гражданам и их детям. Ещё больше ей не нравилось разбирать коробки с тысячами украшениями и прочими предметами использования. Дверь скрипнула и в комнату вбежал маленький щенок, уши которого, казалось, были больше его головы. — Лиси, привет.— девочка прижала своего любимого питомца к груди и крепко обняла, утыкаясь носом в мягкую шерстку. Это чудо она нашла в лесу, когда в прошлый раз гуляла там. Было совершенно неизвестно откуда и как он там оказался, но между двумя случился контакт и Фло пообещала, что уже не отпустит эту малышку.— Ну идём. Спустившись вниз тихо не получилось. Старые лестницы скрипели почти от каждого шага. А так хотелось уйти пораньше. До того, как родители вспомнят про «обязанности старшей дочери». — Присаживайся, завтрак готов.— Миссис Лоран кружилась у плиты. — Ты куда-то собиралась, дорогая?— до этого читавший газету отец серьезно посмотрел на девочку. Под его взглядом, казалось, даже цветы вянут. — Вовсе нет. Хотелось приоткрыть дверь. Очень душно дома.— Фло тяжело выдохнула, пытаясь всем своим видом убедить мужчину в достоверности ее слов. Похоже, он поверил. Девочка это поняла по короткому кивку. — Да ладно тебе, все знают, что ты не любишь работать в нашей лавке.— девочка, младше Флоры на пару лет, язвительно улыбнулась и запихнула в рот целый сырник. — Смотри, не говори пока ешь. А то собственным ядом подавишься.— Флора стала накладывать себе порцию. У них с сестрой отношения были мягко сказать натянутыми ещё с самого детства, когда обе не могли поделить внимание родителей. Теперь же, это просто обиды прошлого и разность характеров. В отличие от старшей сестры Дикси была вспыльчивой и иногда через чур агрессивной. Но почему-то друзей у этой вредины было в два раза, а то и в пять раз больше. Возможно, люди тянутся к таким же как они. — Прекратите.— глава семейства коротко кивнул жене, которая налила ему кофе и отложил газету.— Флора, у нас с мамой для тебе кое-что есть.— мужчина передал аккуратно запечатанный конвертик. — Что это?—мужчина промолчал и неопределённо пожав плечами, девочка распечатала письмо.— Боже мой!— через пару минут завопила девочка.— Мама, папа! Меня приняли в школу волшебства! *** Годриковая впадина. Дом Поттеров. Июнь. 1971 год Джеймс не спал практически всю ночь. Восторг и нетерпение настолько переполняли сердце и разум мальчика, что сон казался последней нужно ему вещью. Что там сон, когда вот-вот он может получить долгожданное письмо? Джеймс Поттер был единственным ребёнком в семье, поэтому с самого детства не был обделён вниманием. Отец научил его многому и рассказал о школе, в которой учился. Маленькому мальчику так нравились эти рассказы, что теперь он не представлял себя нигде, кроме обожаемой школы Хогвартс. Он считал, что просто обязан туда поступить. Джеймс распланировал все своё время в Хогвартсе и теперь был готов распечатать этот конвертик, который по какой-то причине так и не пришёл. Прошли уже дни и даже недели, а письма так и не было. Но почему-то восторг и трепет от этого не уменьшался, наоборот, Поттер ждал этого дня ещё сильнее. Джеймс быстро посмотрел на часы, чтобы уточнить время. Маленькое, настенное устройство практически скрывались под огромным множеством различных плакатов с любимой спортивной командой по квиддичу "Пушки Педдл". На самом деле многие считали, что эта команда давно потеряла прежнюю силу. Однако такие же преданные фанаты, как Джеймс, верили в то, что они успеют себя показать, и тогда-то мировой спорт точно взорвётся. Парень надеялся, что когда-нибудь он обязательно познакомится с ними в живую. — Дорогой, ты уже встал? — родной женский голос вырвал мальчика из мыслей и заставил улыбнуться. — Да, мам! — Вставай и иди завтракать! — Иду! Ещё немного полежав, Джеймс глубоко выдохнул и вышел. В нос сразу ударил знакомый запах свежеиспечённых банановых блинчиков с карамелью и мятным чаем. Поттер давно уяснил: если Юфимия заваривает мятный чай, главный игредиент которого довольно трудно достать в этой деревушке, значит намеривается что-то серьёзное. Рванув вниз по лестнице, Джеймс чуть не покатился кубарем, благо во время успел ухватится за перила. — Ты точно убьёшься!— женщина подбежала к сыну. Её длинные, темные волосы с небольшой сединой, в силу её возраста, аккуратно ложились волнами. Голубой фартук в цветочек был испачкан мукой и тестом. — Не волнуйся, мам! Не убьюсь!— мальчик гордо поднял голову.— Настоящий мужчина не боится каких-то ушибов. — Это ты его научил, Флимонт?— укоризненно взглянув на мужа, спросила Миссис Поттер, но на её губах все-таки играла слабая улыбка. — Да ладно тебе, дорогая.— рассмеялся глава семейства.—Мальцу нужны приключения! Женщина покачала головой и вернулась на кухню — Сынок, садись. Чего стоишь?— Флимонт хитро улыбнулся. Джеймс нервно сглотнул и с грохотом приземлился на стул. — Пап, что-нибудь есть? — Ты о чём? — Да так. — Нет ,вроде ничего. — Что, совсем? Нервы Джеймса точно скоро отключат тормоза, и от бесконечного ёрзания он сломает стул. — Дорогой,— Миссис Поттер поставила очередную порцию блинчиков на стол.— Отдай ему уже. — Ладно.— с легким разочарованием Мистер Поттер протянул конвертик с блестящей красно-бордовой печатью. В один момент мозг Джеймса, казалось, отключился. Он перестал слышать отца, который читал очередную лекцию о правилах поведения в школе. Перестал слышать маму, которая щебетала об осторожности. Он слышал только свой собственный внутренний голос: Оно пришло. Ты едешь в Хогвартс! — Да!— парень выхватил письмо из крепких мужских рук и запрыгал по комнате, точно ужаленная кошка.— Я еду в Хогвартс! *** Дом Люпинов. Июнь. 1971 год Прошло около недели с момента последнего обращения, а мальчик всё ещё был слаб. Это полнолуние почему-то прошло намного хуже, чем предыдущие. Возможно, всё дело в взрослении, а возможно дело было в том, что Рема, особенно сейчас, часто посещало чувство одиночества. Он понимал, что наступило лето, а это означает, что целых три месяца он будет один. Нет, он был один и зимой, и весной, и осенью, но тогда, его хотя бы отвлекала учёба. Поэтому Люпин как можно глубже уходил в книги, чтобы не только научиться чему-то новому, но и забыть об окружающих проблемах. С тех пор, как его укусили, он стал в разы больше читать. Это помогало, пусть ненадолго, но помогало. Быстро накинув свой самый теплый свитер, Ремус схватил книгу и спустился вниз. Вечером парень любил гулять и ,усаживаясь на ближайшем берегу реки, читать любимое произведение. Для летнего времени года этот свитер был слишком теплым, но первую неделю после обращения, он часто мёрз и согреться было крайне сложно. — Рем..— мама тихо позвала сына. Её привычно бледная и печальная улыбка, сменилась совершенно незнакомой ему эмоцией. Надежда? Он отложил книгу на ближайшую тумбочку, чтобы на обратном пути не забыть её взять с собой, и прошел в гостиную, где его ждал незнакомый ему человек. — Ремус, это профессор Дамболдор. Он директор школы волшебства.— женщина с пшеничными локонами, которые точь в точь отображали цвет сына, ласково положила руку на плечо мальчика. — Садись, сынок. Он хочет с тобой поговорить.— Мистер Люпин улыбнулся и похлопал по креслу. Насторожено принюхавшись, Ремус сел и молча посмотрел на старика. Его светло-сиренивая мантия, разбавленная серебряным узором, доходила до пола, а длинная седая борода слегка завивалась на конце. От него пахло лимоном и старостью. — Ремус.— старый мужчина приветливо протянул руку.— Рад встречи. Неуклюже и неуверенно пожав руку, Ремус постарался улыбнуться. — Ты знаешь для чего я пришёл? Мальчик отрицательно покачал головой. — Я пришёл, чтобы пригласить тебя в Хогвартс. Знаешь, что это? На этот раз Люпин кивнул. Отец много рассказывал об этой школе, когда парень был маленьким. Но после укуса, перестал. Наверное, чтобы зря не обнадёживать сына. — Я хотела позвать тебя учиться в этой школе. Брови мальчика поплыли вверх. Он никогда и мечтать о таком не смел, поэтому сейчас это казалось какой-то глупой шуткой. — А разве это безопасно?— единственное, что смог спросить парень. — Не совсем, но мы знаем, как оградить тебя от учеников во время полнолуния. Не волнуйся, Ремус, я всё рассчитал, прежде чем прийти сюда. — А как же другие студенты и их родители? Они не будут против? — Думаю будут.— старик провёл рукой по бороде.— Но никто об этом не узнает. Тебе не о чем волноваться, поверь. — Дорогой, ты хочешь?— женщина ласково провела рукой по волосам сына. — Очень хочу.— тихо прошептал Люпин. — Тогда вперёд.— сказала Миссис Люпин, поцеловав мальчика в лоб. — Я согласен.— сказал Рем, обращаясь к директору. — Отлично, Ремус. Тогда жду тебя в начале года.-директор подмигнул. Ремусу показалось ,что этот день обещает быть чудесным. Как и весь последующий год. *** Поместье Блэков.Июнь.1971 год Этот день обязан быть ужасным. Впрочем, как и все предыдущие, думал Сириус. Каждый день в этой несчастной семье с манией частоты крови и совершенно ужасной привычкой жениться на родственниках, которая приводила наследника в ужас, считались агонией. Единственным из всей его сумасшедшей семьи, которого по-настоящему обожал Сириус был дядя Альфард. Он единственный, кто не считал чистоту крови чем-то столь важным и правильным. Именно поэтому, матушка Вальбурга — дама с жестоким сердцем и холодной душой, презирала своего "неправильного" брата. Сириус глубже зарылся в одеяло, когда в его комнате появился Критчер-их домовой эльф, которого терпеть не мог. Но он, по крайней мере, был уверен, что чувства взаимны. — Хозяйка ожидает юного хозяина внизу.— сказал тоненький и скрипучий голосок.— Ему стоит быстрее одеться, иначе хозяйка сильно разозлиться. — Критчер, уйди!— Блэк запустил в эльфа подушку. — Критчер оставил одежду здесь.— ловко увернувшись, домовик быстро испарился. Выглянув из под одеяла, чтобы убедится в отсутствии вредины, Сириус облегчённо вздохнул и посмотрел на потолок. Эти недели лета прошли для него хуже некуда. Он так устал от всего: от бесконечных наказаний, упрёков отца и этого сердитого эльфа, который ходит за "хозяйкой" хвостиком. Единственное, что заставляло его вставать по утрам и выполнять матушкины поручения был его младший брат. Только с ним, запершись в комнате, он мог поговорить обо всём и, если это позволяет свободное время, побеситься, пугая семейные портреты или домовых эльфов. Вспомнив про Регулуса, который обещал принести несколько сладостей старшему брату из "Сладкого Королевства", куда он ходил с мамой, пока Блэк был наказан за ещё одну шалость, Сириус нехотя оделся и спустился в зал, где его уже ждала вся семья. Какой сюрприз.. Наследник рода Блэк закатил глаза и сел рядом с братом, улыбнувшись. — Доброе утро, мадам.— Блэк коротко кивнул женщине в идеально уложенной мантии и со сложенными в пучок чёрными волосами, сохраняя своё равнодушие, которому ежедневно его приучала Вальбурга. — Доброе, Сириус. Тебе письмо.— её элегантная рука протянула запечатанный конверт. — Что это?— поднимая бровь, спросил парень. — Письмо из Хогвартса.— Орион медленно отпил кофе.— Молодец, сын. — Никто и не сомневался, что он поступит, Орион.— Вальбурга гордо подняла голову. В который раз Сириус закатил глаза, мысленно проклиная свою фамилию. Осознание только что случившего пришло скоро. Он уедет отсюда. Уедет в Хогвартс. На целых десять месяцев, чёрт его подери! Больше не сдерживая эмоций, мальчик попросил выйти, позвав с собой Регулуса и, добежав до комнаты, его губы растянулись в улыбке, которая показалась брату самой яркой из всех, которых он когда-либо видел на нём. — Реги, я поступил, представляешь? Я уезжаю отсюда!— он с радостью плюхнулся на кровать, прижимая письмо покрепче, словно боясь, что его отберут.— Наконец-то покину этот дурдом! — Поздравляю, Сири.— младший присел рядом и грустно улыбнулся, пытаясь скрыть свою печаль от скорого отъезда брата. — Регулус, не переживай так.— увидев эмоции младшего Блэка, сказал Сириуса.— Ты всё равно через год тоже поступишь. Представляешь как нам будет здорово вдвоём? — Я не переживаю!— скрещивая руки на груди, проворчал Регулус. — Ну точно-точно.— рассмеялся Блэк и пихнул брат в бок.— У нас целое лето впереди! Ещё успеешь устать от меня! — Никогда..— тихо прошептал Регулус, надеясь на то, что тот его не услышал. *** Поместье Петтигрю. Июнь. 1971 год. Всё утро Питера прошло как нельзя хуже. Если позавчера он был ещё в достаточно приподнятом настроении, то сегодня весь его пыл испарился, словно и не наступал вовсе. А всё из-за письма, которого Петтигрю ждал со своего дня рождения. Конечно, он не был уверен до конца, что оно вообще придёт. Большую часть своей жизни парень боялся быть сквибом. Большая часть его потомков была без Магии и вероятность того, что он такой же очень велика. Как же радовался Питер, когда пару в прошлом году впервые стал проявлять свои магические способности. Его сосед — Джеймс Поттер — всячески поддерживал и даже помог выучить пару простых заклинаний. Но на этом счастье закончилось. Несколько дней назад Джеймс получил письмо из Хогвартса. Об этом стало известно почти сразу. Питер настолько завидовал другу, что не мог разговаривать с ним пару дней точно. Однако, мало того, что в отличие от Питера, у Джеймса было всё при себе: красив, талантлив, умён, ещё и семья замечательная. Словом — не жизнь, а сказка. А что есть у бедного Питера? Он пухлый, бледный и невзрачный мальчишка, который как раз из тех серых мышек, которых можно встретить везде. Поэтому ,больше всего на свете, Петтигрю хотел получить это злосчастное письмо. —Дорогой, тебе тут пришло…—не услышав последние слова матери, парень неуклюже поднялся с постели, в которой лежал вот уже два дня, и метнулся вниз, что есть сил. Хотя в силу его не слишком стройного тела, добраться быстро Питеру не слишком удалось. —Где?—отдышавшись, с расширенными глазами спрашивал мальчик. —На столе.—коротко и ясно. Мадам Петтигрю не была одной из тех особ, которые любили поболтать. Питер осторожно прошёлся к деревянному столу на котором стоял уже практически готовый ужин и среди всей массы еды, обнаружил маленький запечатанный конвертик. Быстро поблагодарив маму, он вернулся к себе в комнату и спустившись на кровать, распечатал письмо. Я поступил? Я поступил! — Джеймс!— Петтигрю высунулся в окно, крепко ухватившись за подоконник, чтобы не вывалиться ненароком, и крикнул соседу, который что-то делал во дворе поместья Поттеров. Питер подумал, что хорошо, что его окна выходят на двор Поттеров, а то бы сейчас, он точно не смог добежать до друга.— Я поступил!— мальчик помахал конвертом. Джеймс улыбнулся и показал большие пальцы вверх. Я еду!