it's a bad habit you just can't quit

Синие листовки лежат на мокром асфальте затоптанные торопливыми шагами прохожих. Лужи утягивают яркий цвет на дно, преображая афишу в серую кашу разбухшей бумаги. На землю летит окурок от недавно выкуренной сигареты, что курил Донхёк. Он притаптывает его сверху носком ботинка, вмешивая окурок в надписи о концерте в баре, что должен пройти сегодня. — Прекрати курить, тебе ещё выступать, — толкает его в плечо Джено, — сегодня будет хорошее зрелище. — Определенно хорошее.

***

В баре шумно, пахнет духами и приличным алкоголем. Донхёк любит этот бар за хорошую выпивку и адекватную толпу, потому что люди приходят сюда не напиться в хламину, а провести вечера в хорошей компании, попивая прекрасные высокоградусные напитки. Исходя из вышеперечисленного тут хорошая аудитория, а значит и чаевые будут хорошие. Донхёк, раскачиваясь на месте, резко подрывается и выходит на сцену под аплодисменты. Он тут постоянный посетитель, но как певец впервые. Ли подходит к микрофонной стойке, хватается за микрофон и смотрит на свои ноги, что дрожат. Кажется, он нервничает. Он дергано улыбается, всматриваясь в толпу. Сзади его кузен Джено проверяет свою электронную гитару, подавая сигнал другому Ли начинать. Стоит Хёку поднять свои глаза, он замечает другие. Такие родные, но уже охладевшие. Охладевшие к нему. Ему хочется сбежать, бросив всё, но стоит краем глаза заметить яркое пятно в виде Хуана Ренджуна. Этого высокомерного ублюдка, на которого его променяли. Донхёк ухмыляется, смотря на бледное лицо его тревожности. Ох, он определенно его тревожность. Ведущий представляет его как Хэчан, хотя все здесь знают его настоящее имя. Однако на сцене не Донхёк, он бы не смог. — Драсте, я Хэчан и я пришёл сделать больно этой песней, — улыбается он, смотря в когда-то любимые глаза, — это тебе Милк. Надеюсь, ты подавишься. Толпа гудит, громко хлопая в ладоши. Все эти звуки как волна, проносятся сквозь дрожащее нутро Хэчана, впитываясь в его одежду, словно древнее заклятие. Он смотрит наверх, поднимая ладонь. Голоса затихают. Звучит гитара. Он видит, как причина его страданий собирается уходить, но внезапно останавливается, стоит ему запеть. — Just stay for the show… Его голос звучит словно манна небесная, заставляя сердце дрожать. Голос заполняет всё пространство, отражаясь от цветных бокалов, витражных люстр, стекол на винтажных картинках, проникая сквозь души слушающих и возвращаясь обратно. — So sick of keeping it all in… Хэчану кажется, что его немного сносит назад. Сейчас он не тут, он где-то далеко среди звёзд за пределами вселенной. Ветер колышет его розовые пряди будто он на побережье. Щёки горят от адреналина словно он пробежал километр. Лёгкие жгут от недостатка кислорода точно он проплыл океан. — I tried to hide it… Пот катится по его вискам, немного остужая пыл. Пальцы немного немеют от хватки на микрофоне. Гитара потихоньку затихает, наконец-то позволяя ему услышать своё бешеное сердцебиение. — I still don’t know where to go… Он делает первый вдох, отпускает микрофон. Ему страшно поднимать голову, хочется сбежать куда в кладовку. Чья-то ладонь с громким хлопком приземляется на его плечо, будя его ото сна. Хэчан поднимает голову, но смотрит уже не на него, а куда-то в толпу, что беззвучно кричит и хлопает. Он делает глоток, помогая своим ушам вернуться в норму. Заложенность проходит в мгновение ока. Хэчан слышит их всех, чувствует их всех, понимает их всех. Он смог.