Потому что я не умею делиться…

Infinity — Jaymes Young

Комната Т/И наполнялась запахом масел и сладких духов, смешиваясь с ароматом благовоний ванили. Приторность атмосферы зашкаливала, как и градус напряжения лучших подруг. — Мицури, мне так страшно. Коленки от нервозности трясутся, — проговорила рыжеволосая морщась от неприятных манипуляций с длинными, волнистыми волосами. Столп любви сосредоточенно закалывала волосы подруги изящными золотыми шпильками с яркими, переливающимися изумрудами, и задумчиво оценивала свою работу. В комнате царила напряженная и одновременно радостная атмосфера. Свадьба была долгожданным событием для молодых людей, и каждое новое утро Т/И, на протяжении недели, начиналось с огромного желания стать женой Гию Томиоки, но именно сегодня всё было иначе. Ладошки потели и были холодные как снег, ноги предательски тряслись, а ляжки нервозно хлопали друг об друга. Совсем нетипичное поведение вечно уверенной подруги умиляло Мицури и, поправляя последний раз шпильку, Канроджи довольно выдохнула и посмотрела на волнующуюся мечницу, которая, казалось, не могла найти себе место в солнечное и тёплое утро и была белее сметаны. — Боже мой, Т/И, ты не боялась рожать ребёнка от Томиоки, а выходить замуж боишься? Трясёшься как цветы сакуры под ветром. — Мицури…я, — тяжёлый выдох и девушка спокойным голосом продолжает диалог, — я знаю, просто мне так волнительно, как будто я на отборе и если провалю испытание, то кану смертью храбрых, и никто не вспомнит даже моё имя. Канроджи сразу же вздрогнула, прокручивая сказанные слова в голове и крепко обняла любимую подругу: — Прости меня, прости, я такая глупая, я никак не хотела тебя обидеть и вновь заставлять вспоминать тебя о случившемся с вами. Я верю, что ты будешь счастлива с Гию, и вы будете прекрасными родителями в будущем. Прошу, прости. Рыжеволосая мечница крепко обняла Мицури и прижалась к подруге, улыбаясь: — Я знаю, я люблю тебя, я так счастлива, что ты у меня есть. — И я люблю тебя, моё солнышко, всегда будем рядом и вместе. А когда весь страх пройдет будем дружить семьями, по выходным собираясь у друг друга и наслаждаясь любимыми онигири — радостно проговорила Канроджи, вытирая заплаканные глаза. Последние штрихи, и девушка медленно кружится, рассматривая себя в большом зеркале. Свадебное кимоно, украшенное рисунками золотых цветов, переливалось с нежно-зелёной тканью, выделяя изумрудные глаза девушки. Наряд хорошо подчёркивал фигуру, делая мечницу более женственной и миниатюрной. Можно было выбрать что-то более необычное, но этот наряд запал в душу сразу же после примерки, а ярко-фиолетовое цветочное кимоно, украшенное серебренной вышивкой, ожидало хозяйку после проведения церемонии. Стоит ведь соблюдать обычаи и вернуться к гостям в цветочном кимоно, объявляя себя законной супругой и хозяйкой поместья. Из окон открывался вид на задний двор резиденции и приходящих гостей к церемонии, а на уличной веранде стояли готовые принадлежности для наивкуснейшей трапезы после торжества. Всё было украшено и разложено, а совсем неподалеку от праздничного стола был небольшой столик, не обделённый сладостями и угощениями, небольшие свечки горели рядом с несколькими портретами тех, кто, увы, не мог присутствовать на празднике создания семьи. Сабито, Макомо, Кёджеро. Все они смотрели, улыбаясь на красочных портретах. Девушка никогда не была на свадьбах, увы, жизнь не дала возможности искренне порадоваться за создание новой ячейки общества в виде её друзей или родственников, поэтому нервозность была сильнее обычного. Вдруг что-то пойдёт не так? Или она забудет нужные слова, спотыкнётся о кимоно и упадёт прям перед ногами Гию? А вдруг птица испортит наряд или причёску? Круговорот различных происшествий кружил голову и лишь голос младшего брата покойного столпа огня разрушил накручивание ситуации. — Госпожа, вас все заждались, говорят стоит начинать, — улыбаясь, проговорила маленькая копия Кёджеро Ренгоку и скрылась за сёдзи. — Ты готова? — Мицури заботливо протянула рука и подобно сестре проговорила такие нужные слова, — я понимаю, что ты переживаешь, но сегодня ты выходишь замуж за человека, который любит тебя больше жизни на протяжении стольких лет, неужели ты сомневаешься в его чувствах и помыслах? Вы столько всего прошли вместе и теперь законно будете супругами друг другу, разве не счастье? От слов любимой подруги ком застрял в горле и слегка нахлынувшие слёзы были убраны руками розововолосой: — А вот плакать не стоит, Гию должен видеть тебя сияющую от счастья, а не плачущую в день вашей свадьбы. Слёзы прекратили идти, и мечница крепко обняла подругу, благодаря бога за близкого и преданного человека рядом. Тихое «спасибо», и две девушки направились на задний двор, приближаясь к гостям и Томиоке, который затаив дыхание наблюдал за будущей женой. Он выглядел иначе обычного: форма истребителя, клинок, но хаори было, как у Урокодаки, видимо этим поступком он хотел отдать честь человеку, воспитавшего его не в лёгкое время. Шаг с каждым последующим становился тяжелее, и, прикоснувшись к руке будущего супруга, девушка замерла, не в силах оторваться от синих как океан глаз. Они смотрели ещё с большей любовью, чем прежде, а потные ладошки молодых людей воссоединились друг с другом. От взрыва чувств, воспоминание возродилось в голове, обоих заставив улыбаться.

***

3 года назад. Юная Т/И громко смеялась, кружась в новом подаренным другом кимоно нежно розового цвета. Глаза ярко блестели, а радости не было предела. Девушка любовалась подарком и восторженно хлопала в ладоши не в силах остановиться. — Бох ты мой, Гию, спасибо большое. Оно такое красивое у меня нет слов, действительно лучший подарок на 17 лет. Я теперь выгляжу, как самая красивая ойран? Взял бы меня в жёны, Томиока? — девушка продолжала хихикать и показательно расхаживать, как девушки с квартала красных фонарей. — Не стоит так говорить, Т/И, в большинстве своём судьба этих женщин печальна и вовсе не принадлежит им. Ты прекрасна в кимоно не как самая красивая ойран, а как самая красивая девушка во всей Японии. Для меня была бы честь стать твоим мужем. Щёки девушки ежесекундно покрылись пурпурным румянцем и слова испарились с уст. Неужели Гию Томиока влюблён в неё? Нет, нет, глупости. Они просто лучшие друзья, но не больше и он просто считает её красивой, а комплименты делает и соглашается взять в жёны из большой вежливости и хорошего отношения. Точно, никак иначе. — Томиока…спасибо, мне правда очень приятно. Я счастлива, что у меня есть такой лучший друг, как ты. Гию слегка улыбнулся вновь, осмотрев любимую подругу и наклонив голову задумчиво протянул, — угощать сладостями будешь меня или мы ещё долго будем любоваться твоим новым нарядом? Иначе Саконджи Урокодаки будет очень расстроен, что мы столько времени сидим без дела, а ты к тому же уже начала обучаться стоит быть ответственной и внимательной к этому вопросу. Поняла? — Гию, опять ты вредничаешь! Пойдём уже праздновать, недовольная моська. — закатив изумрудные глаза и сделав смешное лицо, проговорила девушка. — Эй…я — громко начал водный столп, но был сразу же перебит: — Недовольная моська.

***

Солнечные лучи, пробирающиеся сквозь ветки деревьев, ласкали землю, небольшое озеро и нежно зелёное кимоно невесты, заставляли блестеть золотые узоры по всему наряду. Золотые нити танцевали от ярких переливов и превращали свадебный наряд во что-то, потрясающее и ещё более прекрасное. Все столпы, семья Ренгоку и семья Убуяшики наблюдали за невероятной красотой наряда, причёски с волшебными шпильками, блестяще переливающими камнями и лишь Томиока забыл, как дышать, смотря прямо в большие, зелёные глаза. Глубокий вдох, и вот они стоят перед друг другом, крепко сжимая руки и не отрываясь смотря в глаза друг-другу. Тёплый вечер целовал щёки и игрался с волосами молодых людей. Столп камня не спеша проводил церемонию, читая молитву и протягивая три чашки саке. — Каждая чашка должна быть разделена между супругами трижды. Первую чашу пьёт жених, потом из неё пьёт невеста, затем снова жених. Вторую чашу начинает и заканчивает распивать невеста. Третью снова пьёт жених. — тяжелым голосом проговорил Гёмей Химеджима, кивая всем собравшимся в знак начала церемонии. Следуя всем традициям, молодые опустошили чаши и вновь встали напротив друг друга. Гёмей протянул два золотых, украшенных интересным орнаментом, напоминающий волны, кольца и слегка отошёл в сторону. На самом деле, обручальные кольца не являются японской традицией, но девушка услышала о таком ритуале из западных мест и посчитала его чем-то особенным и нежным, а рисунки в виде волн только подчёркивали индивидуальность носителей такого дорогого для сердца украшения. — Обещаю любить тебя, так долго насколько мне позволит жизнь. Обещаю беречь тебя, быть рядом, быть опорой и поддержкой, обещаю всегда быть преданным и верным твоему сердцу, и душе. Обещаю быть хорошим мужем и отцом наших будущих детей и после смерти соединиться с тобой вновь. — серьёзно проговорил столп воды, аккуратно и нежно одевая кольцо на тонкий женский палец. — Обещаю любить тебя, так долго насколько мне позволит жизнь. Обещаю беречь тебя, быть рядом, быть опорой и поддержкой, обещаю всегда быть преданной и верной твоему сердцу, и душе. Обещаю быть хороший женой и матерью наших будущих детей и после смерти соединиться с тобой вновь. –дрожащим голосом проговорила девушка, одевая кольцо на мужской палец и поглаживая руку любимого человека. Взгляды встретились, улыбки на лице осветили присутствующих, не теряя времени молодые люди соединились в таком нежном, но желанном поцелуе. Восторженные возгласы наполнили поместье, и радостные поздравления полились бурлящей рекой на молодых людей.

***

Свадьба прошла быстро и к позднему вечеру в поместье не осталось никого кроме новоиспеченных супругов. Правда молодой Камадо слегка перебрал саке, из-за чего был унесён на руках лучших друзей под крики Иноске. Всё это веселило до сих пор. Под ярким лунным светом девушка разбирала тяжёлую причёску и локоны, цвета жаркого заката падали на плечи молодой супруги. — Ты такая красивая. — заворожённо проговорил Гию, не отрываясь от молодой жены. — Да, ты уже говорил сегодня — мечница улыбнулась тихо хихикнув, но вздрогнула, почувствовав сильную крепкую руку, обнимающую женскую талию. — Я готов говорить тебе это вечно, каждый день, ночь, каждую секунду говорить о твоей восхитительной и чарующей красоте. Твоём уме, теле и звонком смехе, который затрагивает во мне все нотки души. Я готов говорить всё время лишь бы ты слышала от меня это чаще, чем от кого-либо, потому что я не умею делиться. — заканчивая говорить заветные слова, Томиока целует жену и развязывает свадебное кимоно, высвобождая женское тело и, подхватив Т/И на руки уносит в комнату, продолжая покрывать разгорячённое тело девушки влажными и долгими поцелуями. Поместье наполнилось нарастающими звуками снятой одежды, долгими поцелуями и тихими вздохами, переходящие в протяжные, громкие и долгие стоны наслаждения. — Я люблю тебя, Гию Томиока — простонала рыжеволосая, сильнее обхватывая бёдра парня. — И я люблю тебя, безумно люблю — проговорил мечник, целуя жену и ускоряясь, сжимая женскую ладонь и соединяя в танце пальцев. Молодые супруги проснулись лишь после обеда, но разве это имеет значение?