ох уж этот, сука, бывший

Эдвин задолбался, от слова совсем. Ему поступали предложения на роли в фильмах одно за другим. Он достаточно утомился от съёмок "Монархов" и не хотел расставаться с Омаром ни на минуту. Эрика позвала Рюдинга и Угглу на какой-то разговор. Они болтали о прошедших съёмках. Эдвин только через несколько часов смог выдохнуть и немного расслабиться. Не теряя ни минуты, Рюдинг отправился в отель, воспользовавшись добротой Никиты, которая вместе с ним выслушивала очередное восхищение сериалом от Эрики и любезно согласилась подвезти коллегу. Рудберг по неведомой причине не брал трубку. И чем он там занят? Руки что ли связаны? Открыв дверь номера и пройдя в спальню, Рюдинг поперхнулся воздухом, ведь на его кровати, сжавшись в комочек, лежал самый настоящий лисенок. — Ого, — выдавил охреневший Эдвин и тихонько прикрыл дверь, чтобы не спугнуть зверька. Зверек же пугливо поскуливал и, кажется, съежился еще сильнее от страха. Эдвин, стараясь не делать резких движений, взял себя в руки и начал красться к маленькому рыжему плуту, который смотрел на него жалобными карими глазами. — Как ты попал сюда, малыш? И кто тебя связал? — облизнувшись, Эдвин присел на край кровати, чтобы не пугать лисенка еще сильнее. Он и без того опустил милые ушки с белыми кончиками и поджал длинный пушистый хвостик с таким же белым кончиком. — Я тебя освобожу, хорошо? Но только если ты позволишь мне кое-что сделать, договорились? — Эдвин произносил каждое слово негромко и спокойно, постепенно приближаясь к запутавшемуся в веревках зверьку. Лис опасливо кивнул, еще не зная, что Рюдинг собирался попросить взамен. — Дашь мне потрогать свой хвостик? Совсем чуть-чуть. Обещаю, я не сделаю тебе больно, малыш. Карие глаза лисенка не отрываясь наблюдали за движениями руки Эдвина, которая без спроса дотронулась до связанных задних лапок, вызывая бурную волну мурашек на коже у обоих. Эдвин, отвлекшись от веревки, опустил ладонь на пышный рыжий хвост и стал ерошить меж пальцев нежную шерстку. — А что будет, если я сделаю вот так? — рука направилась выше к основанию хвоста под тихий скулеж лиса, у которого не было выбора из-за скованных конечностей. Эдвин слабо надавил там, где начинался хвост, от чего зверек громко захныкал, но не посмел воспротивиться. — Наверное, стоит снять эту повязку с твоей мордочки, — Эдвин одним движением стянул кусочек черной тряпки, оставляя ее болтаться на тонкой лисьей шее. — У тебя есть имя, или мне продолжать называть тебя «малышом»? — Омар, — проведя языком по пересохшим губам, тихонечко ответил зверек с залитыми краской щечками. — Я надеюсь, что ты не кусаешься, Омар? Свободу придется заслужить, — стягивая джинсы, произнес Эдвин. — Ты же ведь хочешь на волю, правда? — отбросив одежду, прошептал он и подсел поближе к лису по имени Омар. Зверек подрагивал от прикосновений Рюдинга и почти бесшумно всхлипывал, из-за того как туго была намотана веревка на лапках. Эдвин, пытаясь облегчить боль лиса, почти невесомо поцеловал того в висок и стал ласково почесывать его то за одним то за другим ушком. — Ты так дрожишь, Омар. Все хорошо, малыш, я просто посмотрю откуда твой хвостик растет, ладно? — Эдвин осторожно уложил Омара на правый бок и стал неспешно гладить его тело, начиная от задних связанных лапок до передних. — Ты готов освободиться, маленький мой? — Эдвин, схватившись за основание хвостика, лишил рыжего плута его главного достоинства. — Ох, — зажмурившись, простонал лисенок. — Будет немножко неприятно, Омар, но свобода же того стоит, да? *** — А это считается зоофилией? — Ты придурок, Эдвин! — возмутился Омар, убирая атрибуты лисы в «порно-сумку». — Просто уточнил, не стоит так кипятиться, Омар. Ты освободился пораньше и побежал в секс-шоп? Господи, как ты там со стыда не сгорел? А как ты себя связал? Я бы на это посмотрел! — Я сходил на почту, потому что заказал все через интернет. Слава богу, что его придумали, иначе я бы сквозь землю провалился, — парировал Рудберг, щеки которого зрели быстрее любого помидора. — А остальное тебя не касается! — продолжил бунтовать Омар. — Вот только не надо прикидываться стесняшкой. Знаю я, какой ты у меня на самом деле. Рыжий тебе идет, кстати, — с лыбой до ушей сказал Эдвин, развалившийся в позе морской звезды на кровати. — Ты невыносим! — бросил Омар, скрываясь за дверью ванной комнаты. «Вот хитрец. Ну точно плут», — подумал Эдвин, прикрывая глаза и погружаясь в сон.