Антисемейные ценности

Ясуши налетел на картошку фри, как падальщик на мёртвого кабана. Ясуши голодный, не ел ничего с утра, бегал по разношерстным малолетним янки, выклянчивал информацию, от стресса желудок сводит, а еще аппетит у Ясуши здоровенный — хватит на десятерых. Ясуко, любимая и, оказывается, не единственная сестра Ясуши, старательно игнорировала чавканья брата. Но считала в ухе до пятиста, чтобы не сорваться и не наворчать на Ясуши — тот не умел есть нормально, говорил, пока пихал в себя гастритопривлекательный картофель, громко сюрпал через трубочку банановое молоко, а еще весь стол осыпан крошками. Ясуши не умел в аккуратность так же, как и Ясуко — в терпение. — Нашла что-нибудь? — в перерывах между капиталистическими отбросами фастфудной кампании промычал Ясуши. Ясуко раздраженно мотнула головой — не сколько из-за неудачи, столько из-за нежелания есть в обществе брата и есть в принципе в таком месте. Токио — многолюдный, незасыпающий город, а Ясуко бежит от толпы, как от огня. — Не особо. Только сомнительные слухи. — А я нашел! Ясуши криво улыбнулся с набитым ртом. Хомяк хомяком, одна потеха. Ясуко шикнула на него: доешь давай нормально, потом говори, даже Ками не разберет, что ты там бормочешь. — Возможно, Эмма сменила фамилию. На лице Ясуко налегло такое выражение, которое художественно можно описать как «протухший помидор». У Ясуши тремя часами ранее лицо кривилось точно так же. — Это плохая новость. Хорошая — девушек с таким иностранным именем не так много в Токио, так что одного имени нам хватит. — Ты слишком оптимистичен. — Это ты пессимистка, Ясуко! — Я не пессимистка, мне просто не нравится твои идеи. — Но ты ведь согласилась, нэ-сан! Ясуко покачала головой. Ясуши хихикнул про себя: они с сестрой, к сожалению, имели мало сходства что внешне, что внутренне. До того, как Ясуко ткнула брата в учебник биологии, Ясуши был уверен, что его сестру просто подменили в роддоме на это недовольное замкнутое чудовище. А они просто разнояйцевые близнецы — поэтому лица разные, рост тоже. Черта, которая их объединила — светло-фиолетовые глаза, редкие-редкие, почти как у альбиносов. У папы такие. И у брата, которого они ищут уже три недели, тоже. Ситуация у близнецов Курокава до ужаса нелепая: будучи нежеланными детьми, они выросли в детском доме. Отец изредка навещал, привозил игрушки, одежду потеплее. Говорил, что не может забрать к себе — у него новая жена, там сын маленький, они еще два рта не потянул. Но когда-нибудь он их обязательно заберет! Ясуши верил до последнего, Ясуко — нет, не верила. А потом папа перестал приезжать. И два месяца назад близнецы Курокава узнали, что биологический отец, который всё обещал и обещал их забрать однажды, вообще-то мертвый. С ними просто связались из юридической конторы, потому что, оказывается, Ясуко и Ясуши прописаны в завещании, вот так вот. О том, что у папы был еще один сын, близнецы знали. Самый первый ребенок, Изана. Никогда не виделись, правда, знают его по коротким рассказам отца и фото. О том, что у них еще есть сестра, близнецы до звонка нотариуса не догадывались. Обидное самое — младшенькая. Они, Ясуко и Ясуши, промежуточные, забыты всеми близкими родственниками.

***

Искать человека по одному лишь имени-фамилии в городе-миллионнике — затея глупая. Изан в Токио тысячи, Изан Курокав, может, и меньше, но один черт это что-то изменит. Ясуши обзванивал детские дома в близлежащих перфектурах. На восьмой попытке один Изана Курокава нашелся (Ясуши был рад: восьмая попытка — это не сороковая или пятидесятая). Плохо то, что он сбежал из детского дома, а потом и вовсе попал в колонию для несовершеннолетних. Не то что бы близнецы Курокава не сбегали из детдома, но чтоб ввязываться в преступные банды или сидеть за темные делишки — до такого пока не доходило. След Изаны обрывался в подворотнях Йокогамы. Ясуко решила повременить с его поиском и сосредоточиться на младшей сестре. С Эммой было немногим проще. Эмм в Токио точно не так много. Ясуко действовала по принципу невозможно простой и невозможно глупой логики: если Изана был замешан с криминалом и янки, то вполне возможно, что и Эмма тоже. И это тупик. Спустя неделю рысканий по городу близнецы Курокава прижали одного придурка к стенке и вытряхнули ценную информацию. — Курокава Эмма? Я знаю только одну Эмму — сестру Непобедимого Майки. Эмма Сано. Ясуко преисполнилась скептицизмом. Ясуши — вдохновением. — Не факт, что Эмма Сано — та самая Эмма, которую мы ищем, Ясуши. Ясуши энергично кивал головой — не факт, конечно, не факт, но уже какая-то зацепка, ну! Даже если не та самая, надо проверить. — И нашего старшего брата зовут Изана, а не Непобедимый Майки. Что за идиотское прозвище?! — Может, брат по матери, — легкомысленно ответил Ясуши. — Это неважно! Нэ-сан, нам надо всего-то найти этого Непобедимого Майки, а он выведет нас к Эмме! Круто же, нэ-сан!