Игры со временем и их результат

В течение нескольких дней Гарри заходил к мародерам и рассказывал как прошёл его день, спрашивал их о чем только можно. Их отношения с Джеймсом заметно изменились. Не смотря на то, что Джеймсу было всего семнадцать он общался с Гарри так, будто тому лет семь и его нужно научить то тому, то другому. Так как они играли в квиддич их разговоры часто были связаны с ним, с самочувствием Гарри,и его оценками. Пятнадцатилетний Поттер, кажется был не против поучений Джеймса, он любил болтать с ним про квиддич, обсуждать учителей, слушать различные истории из жизни мародёров. Джеймс даже рассказал Гарри о том, как застал Римуса и Сириуса целующимися, после чего и узнал про их отношения. Во время красочного описания этой сцены, обычно бледный Сириус стал красным, как гобелен висящий в комнате. Люпин закрыл лицо руками и просил Поттера-старшего заткнуться ведь его сыну знать такое не обязательно. — Пускай знает, что вытворял его будущие крестный отец и проффесор. — отвечал Джеймс, после чего Гарри заливался смехом, а Сириус кидался на Сохатого с твердым намерением избить его подушкой как можно сильней. Римус их разнимал, а Питер старался уходить куда-нибудь подальше в такие моменты, так как его начинало тошнить от программы "Прекрасные моменты моих Сири и Рему", которые Поттер описывал слишком в красках. — Нет! Ты не расскажешь моему сыну об этом! — кричал Джеймс как-то вечером, после того как рассказал еще о паре вещей, на которых заставал Блэка и Люпина. — Это месть! Я ему расскажу про все твои планы "завоевать Лили Эванс", о которых был наслышан как никто другой за эти семь лет, а еще расскажу ему о том на чём я заставал вас с Рыжулей! — кричал в ответ Сириус избивая его подушкой. Такие вечера были очень ценны для всех них. *** — И потом я неделю ходил с розовыми волосами. — закончил очередную байку Джеймс. Вокруг него собрались все присутствующие в комнате. Питер сидел справа от Сохатого и, время от времени, вставлял свои пять копеек. Сириус был напротив Джеймса и внимательно слушал нахмурив брови. Римус сидел рядом с Блэком, его бровь саркастически изогнулась, а на лице застыла ухмылка. Гермиона сидела рядом с Люпином и периодически вздыхала и ойкала. Рон расположился около Питера, по нему было видно, что такая компания его не особо устраивает. Ну, а Гарри сел слева от Поттера-старшего и смотрел то ли с удивлением, то ли с восторгом. — Значит, вы четверо тренировали различные проклятья друг на друге? — спросила ошарашенная Грейнджер. — Это же опасно! — Не проклятья, а заклинания, да и не опасные, разве от того, что все волосы на твоем теле розовые можно умереть? — спокойно ответил Джеймс. — Нет, но всё же, вдруг, что-то пойдёт не так? Вдруг, какое-то заклинание не получится? — настаивала Гермиона. — Ой, ну хватит. Мы тренируемся друг на друге, только если заклинание безобидное и мы точно уверены, что воспроизвести его получится. — ответил Бродяга, которому, очевидно, не особо нравилась Гермиона. — Как по мне это здорово. Да и к тому же, разве мы в этом году не отрабатывали заклинания, порчи и проклятья друг на друге, а, Герми? — спросил Рон, после чьих слов Грейнджер слегка покраснела. — Это вы про, так называемый, "ОД"? — влез Джеймс, который больше всех проводил время рядом с Гарри, успев узнать уже кучу всего. — Ага. — кивнул Поттер-младший. — Сириус, а расскажи про мотоцикл, как ты заставил его летать? И где ты его хранишь пока в "Хогвартс"— с интересом спросил Гарри, сразу поняв свою ошибку. — Зря ты это спросил, он теперь не замолчит. — сказал Хвост, сразу получив раздраженный взгляд Блэка в ответ. — В общем это было достаточно легко, ну левитирующие чары, сразу понятно, только была проблема их закрепить за мотоциклом навсегда. Но как я понял, скоро этой проблемы не будет. — Сириус ухмыльнулся, Гарри улыбнулся ему в ответ. Уже через несколько минут началась дискуссия между Джеймсом, которого поддерживал Хвост, и Гермионой, на которую удивленно смотрел Рон. Гарри не вмешивался, лишь наблюдал. Он внимательно слушал отца, Герми, и старался понять о чем же они спорят и в какой момент это началось, наверное, он так и наблюдал бы, если бы не заметил, что ни Сириус, ни Римус не участвуют в споре. Он начал искать пару взглядом: долго времени это не заняло. Люпин сидел облокотившись на плечо Блэка, Сириус нежно гладил его по голове. Пара сидела уже на другой кровати (как уже стало известно Гарри, это была их кровать). Он поднялся и подошёл к ним. — Что-то случилось? — спросил Гарри садясь рядом. — Голова болит просто, не обращай внимания, это уже в порядке вещей. — ответил Люпин легко улыбнувшись, но прикрыв глаза. — В порядке вещей. — передразнил его Сириус. — Ремми, в порядке вещей ты должен говорить мне о том, что и где у тебя болит, а не пиздеть, что всё хорошо. — сказал Бродяга стараясь спрятать за раздражением беспокойство, но ничего не получилось, Гарри заметил, что движение руки стало более ласковым, а взгляд нежным, но полным беспокойства. — Значит, такое часто происходит? — спросил Гарри после долгой паузы. — После полнолуния обычно, ну знаешь, это намного лучше, чем пытаться разорвать себя на части. — Римус устало улыбнулся понимая, что его попытка говорить более-менее нормально или же с сарказмом, полностью провалены. — Лунатик, всё нормально? — кажется, пока Гарри сидел с крестным и Ремом, спор уже закончился. — О Мерлин, если вы сейчас начнете допрашивать меня и пялиться на меня с сочувствием или волнением, всё будет ужасно. — ответил он немного краснея и поднимая голову от плеча Сириуса. — Так, всем заткнуться, отойти, не смотреть на Луни и не волноваться за него. Ведь о нём могу позаботиться я сам. — приказал Сириус кладя голову Римуса обратно. Что заставило второго покраснеть ещё больше, но подчиниться действию первого. — Есть, сэр! — ответил Джеймс и начал разворачивать и уводить всех присутствующих к своей кровати. *** — Гарри, ты ведь понимаешь, что не стоит сильно привязываться к мародерам? — шепнула Гермиона Гарри. — К чему ты клонишь? — Как-будто ты не понимаешь! Гарри, ты слишком к ним привязался, а ведь они уйдут, а потом тебе будет больно. — Гермиона говорила взволнованно. — Я понимаю, Гермиона. — на этом разговор подошел к концу. *** — Дамблдор говорит, что почти понял как нас вернуть. — О.. Это отлично! — Джеймс старался казаться радостным, но было видно, что он сильно расстроен. — Джим, что такое? — взволнованно спросил Сириус, в комнате они были вдвоём. — Я не знаю... Ты смейся надо мной, но мне кажется я боюсь. Я боюсь, потому что знаю, что мне осталось жить, получается четыре года, Сириус, ты бы хотел вернуться домой, зная, что через несколько лет умрёшь вместе с любимым человеком оставив вашего ребёнка одного? При всем этом еще и быть преданными одним из лучших друзей? Хотя, твоя судьба не лучше... — в таком состоянии видеть Джеймса было непривычно и даже больно, поэтому Сириус попытался поддержать его как только мог. — Джеймс, я понимаю, что ты боишься, я тоже боюсь и понимаю, что боишься ты далеко не смерти. Я не могу утверждать, что точно знаю, что ты чувствуешь, потому что чувствуем мы совершенно разное, но, Джеймс, ты умный и если судьба решила преподнести нам такое, то ты должен понять, что нам остаётся лишь принять это, как бы трудно это не было. Ты очень сильный человек, Джеймс, и я уверен, что со всеми трудностями ты справишься, мы всегда тебе поможем, ты это знаешь, и все трудности мы пройдем вместе, вплоть до того момента, пока не настанет тот самый "конец" для нас всех. А если память нам все-таки не сотрут, то все мы будем стараться, чтобы ничего плохого с нами не произошло и я уверен, что мы сможем это сделать. Мы ведь мародеры, один за всех и все за одного, путь у нас один и все мы друг с другом связаны, будь это такой грустный путь или другой, более радостный и счастливый. — Сириус хотел добавить что-то еще, но Джеймс налетел на него с обьятьями давая понять, что слов больше не надо. Блэк обнял лучшего друга в ответ. — Спасибо. — Поттер крепче сжал друга в объятьях. *** — Я хочу на Астрономическую башню. — заявил Блэк позно вечером. — Ну так сходи. — ответил Джеймс надевая красную футболку и доставая лёгкие коричневые штаны для сна. — Я не хочу идти один. Сходите кто-нибудь со мной. — продолжал ныть Сириус застёгивая пуговицы на бледно-голубой рубашке. — Сириус, уже собрались спать, ты серьезно? — спросил Люпин оторвавшись от книги. — Ты явно еще не собираешься, иначе не сидел бы с книжкой. — Я уже готов ко сну, а вы трое - нет, поэтому мне приходится читать. — Не готов только Пит, который всё ещё в душе, я уже закончил, а Бродяге только волосы распустить. — поправил Римуса Джеймс. — А! Резинка запуталась в волосах! Помогите, мои волосы, мои прекрасные волосы!.. — закричал Сириус. — Или сюда и перестань орать. — Римус сел на край кровати рядом с Сириусом, Блэк уселся на пол между ног своего парня и наклонил голову вниз, чтобы Люпину было удобнее. — Как ты терпишь его волосы по всюду, Рем? И ты не устал их распутывать почти каждый раз? — улыбаясь спросил Поттер, он любил подшучивать над друзьями, иногда он делал недовольное лицо, когда у Сириуса были приливы нежности и любви и он целовал, красного от смущения Римуса, куда только можно, но на самом деле Джеймсу Поттеру нравилась пара друзей, он всегда умилялся с них и очень любил обоих друзей. Он часто вспоминал, как на пятом курсе ревновал Сириуса к Римусу, думая, что Люпин собирается забрать его звание лучшего друга или же брата для Сириуса. Только через несколько месяцев он понял, что Лунатик претендовал на другое звание, а понял он это, когда одним днём зашёл в комнату и увидел друзей лежащих на кровати Сириуса и страсно целующихся. Он до сих пор не забыл как покраснел и вскрикнул Сириус, когда понял, что некоторое время за ними наблюдали, так же он помнил, как Римус округлил от ужаса глаза и быстро слез с бёдер Сириуса. — Ну, вообще я их не терплю, они мне нравятся, не представляю Сириуса без его волос. — голос Люпина вывел Джеймса из воспоминаний. — Ну, всё, давай расческу. — обратился Римус уже к Сириусу. Тот послушно дотянулся до прибора лежащего в полке тумбочки и подал в руки парню. — Кто-нибудь из вас сходит со мной на Астрономическую башню? — невинно спросил Блэк прикрывая глаза, когда Люпин начал аккуратно распутывать и расчесывать его волосы. — Сириус, уже поздно, мы все устали и хотим спать. — терпеливо, словно разговаривая с маленьким ребёнком, ответил Римус. Джеймс всегда поражался его терпению и тому, что Люпин как никто другой знает подход к Бродяге. — Лааадно, но завтра ты сходишь со мной туда. Верно? — Верно, — спокойно ответил Римус, после чего поцеловал Сириуса в макушку, очевидно забыв о нахождении Джеймса в комнате. Поттер не стал шутить или прерывать милый момент, поэтому тихонько наблюдал как Римус нежно расчесывает волосы Блэка, в то время как другого, кажется накрыла усталость и он потихоньку начинает засыпать. И, как часто бывает, если не прервёт момент Джеймс, то это сделает Питер, который в самый неподходящий для себя момент вышел из душа и закрыл глаза рукой вскрикнув. Он только заметил Сириуса сидящего между ног у Римуса, поэтому не стал вглядываться в происходящее, дабы не увидеть что-нибудь неприличное. От крика Питера Сириус испугался и сонливость прошла, Джеймс подпрыгнул на кровати, а Римус дернул Сириуса за волосы,после чего начал посмеиваться поняв ситуацию. — Можешь открыть глаза, Пит. Тут не происходит ничего пошлого. — сказал Люпин, все ещё смеясь. — Чёрт, простите, я не о том подумал.. — открыв глаза извинился Петтигрю. — Мне могли выдернуть волосы из-за тебя, Хвост! — почесав затылок возмутился Блэк. — Ой, прости, солнце. — извинился перед парнем Римус и поцеловал его в голову. Сириус довольно промурлыкал и поднявшись с пола залез к Лунатику на колени. — Если вы сейчас будете целоваться я умру. — сказал Питер, после чего Блэк, ухмыльнувшись, поцеловал Римуса. Люпин понял, что хочет сделать его парень, поэтому начал углублять поцелуй. — Мерлин! Я этого не перенесу. — Питер отвернулся и начал искать свою одежду в полках. Джеймс во всю смеялся, но когда услышал тихий приглушенный стон Сириуса, понял, что друзья немного увлеклись. — Эй, вы немного забылись! — М, забудешься тут. — недовольно сказал Блэк облизнув губы. — Так, давайте ложиться спать. — сменил тему Римус. — Угу, — Сириус спрыгнул с колен парня и потащил его за футболку на себя. — ОН СКАЗАЛ СПАТЬ, А НЕ ТО ЧЕМ ТЫ ТАМ ХОЧЕШЬ С НИМ ЗАНЯТЬСЯ! — в ужасе завопил Питер, заставив друзей рассмеяться. — Ладно, всем доброй ночи. — отсмеявшись сказал Джеймс. — Доброй. — отозвались остальные, после чего свет в комнате погас. *** Первые солнечные лучи осветили комнату, но не смогли разбудить ребят. Джеймс развалился у себя на кровати в позе звезды, его волосы сейчас были растрепаны намного больше, чем обычно, что неудивительно, ведь пока Поттер спит, он весь изворочится, а то и вовсе упадет с кровати. Питер посапывал свернувшись калачиком и, судя по всему, планировал провести в таком положении ещё часа три, если не больше. Сириус расположил голову на груди у своего парня, перекинул ногу ему через бёдра и обвил талию Люпина руками. Его волосы лежали одуванчиком. Сам Римус спал положив одну руку на ногу Бродяги, а другую запутал у него в волосах. Их конечности так переплелись непонятным образом, что было совершенно трудно понять, как им удобно спать. Один из лучей солнца попал в глаза Римусу, из-за чего тому пришлось проснуться, ведь пошевелиться он не мог из-за Сириуса, который почти полностью улёгся на него. Люпин пару раз моргнул, а затем почувствовал, что конечности его онемели, судя по всему спали они в таком положении уже достаточно. Парень аккуратно попытался убрать голову Бродяги с себя, на что получил недовольное бурчание. Лунатик испугался, что разбудил Блэка, но слава Мерлину всё обошлось. Сириус уткнулся ему в бок лицом и продолжил спать. А Римус тем временем приподнял ногу парня чтобы перевернуться. Пока он производил все эти махинации, парень успел заметь, что время совсем рано — 5.56. *** — Гарри, просыпайся! Мы сейчас должны идти в Хогсмид! — разбудил Гарри голос Рона. Поттер сонно поморгал, потянулся и надел очки со словами: — Уже девять? — Да. Через час нам нужно идти, а мы даже не позавтракали. Дин, Симус и Невилл тоже только встали, но уже ушли завтракать, пойдем, Гарри. — Мне нужно почистить зубы, подожди минутку. — и Поттер ушёл в ванную надеясь, что холодная вода поможет ему проснуться. — Гарри, давай побыстрее только. — заныл Рон, на что Гарри что-то невнятно промычал. — Говори нормально, я ничего не понимаю. Поттер выплюнул пену от зубной пасты изо рта. — С полным ртом пены трудно что-то сказать, Рон. Я сказал, что если бы ты разбудил меня раньше, то я бы успел собраться, но ты разбудил меня после того, как сам умылся и оделся. — Ладно, ладно. Но давай скорее. — сказал Рон и вышел из ванны оставив Гарри одного. *** Позавтракав, Гарри уговорил Рона и Гермиону, которую они встретили в Большом зале, быстренько сбегать к мародерам. Не смотря на то, что у них оставалось двадцать минут, ребята согласились. И вот уже зайдя в комнату, они обнаружили всех мародёров спящими, всех кроме Джеймса, который был в душе. — Гарри, пойдём, они все ещё спят. — шепнула Гермиона осматривая комнату. Её взгляд зацепился за кровать, на которой спали Римус и Сириус. Для девочки эта картина была странная, она ведь никогда даже не задумывалась о том, что двое парней могут встречаться, но вместе со странностью то, что она видела вызывало и умиление. Девушка сделала мысленную заметку обращать на отношения парней побольше внимания. — Доброе утро. — тихонько шепнул кто-то с другой стороны комнаты. Это был только проснувшийся Питер, он сонно потирал глаза. — Как-то мы сегодня заспались, обычно Джеймс будит нас в семь-восемь. — Доброе утро. Мы пришли узнать как у вас дела, но пожалуй пойдем, не будем мешать, да и мы опаздываем. — объяснился Гарри, после чего помахал Питеру рукой и вышел из комнаты вместе с Роном и Гермионой. Как раз в этот момент Джеймс вышел из ванны. — Утречко, Хвост. У нас были гости? — Да, ребята приходили, но уже ушли, потому что мы спали, а они ненадолго. В общем опаздывали. — немного невнятно объяснил Питер, он всё ещё хотел спать и завидовал Римусу и Сириусу, у которых сон был не таким чутким, как у Петтигрю. — Давай будить этих двух, а то проспят всё на свете. — Это не лучшая идея, Джеймс. Сириус тебя пришибёт. — Из них двоих я не хочу будить только Лунатика, но видимо придется. — сказал Поттер, словно и не слыша слова Питера. Когда Сохатый подошёл к кровати, Хвост боялся, что парень начнет сильно трясти Блэка или может крикнет ему в ухо, так как это происходило довольно часто, но на удивление Питера, Джеймс стал аккуратно пошатывать Сириуса из стороны в сторону и отвечать на его недовольное бурканье: "Вставай, Бродяга, а то всю жизнь проспишь". Сириус только сильнее прижался к Римусу, который начинал просыпаться из-за тряски рядом с собой. — Доброе утро, Лунатик. — улыбнулся Джеймс. — Доброе, мне кажется или ты какой-то слишком добрый сегодня? — потянувшись в объятиях Сириуса спросил Римус. — Ну, я не хотел пугать тебя своими попытками разбудить Бродягу, но, так как ты уже проснулся, я могу облить его ледяной водой. — Джеймс ухмыльнулся шире. Хвост скрылся в ванной, дабы избежать недовольного Блэка и его крики. Люпин, кажется, был совершенно не против и уже хотел встать с кровати, как вдруг услышал слишком тихий и хриплый голос Блэка. — И ты позволишь ему это сделать? А вдруг я заболею? — Мерлина ради, я понимаю, что утро, но что с твоим голосом, Бродяга? — уже взволнованно и без улыбки спросил Джеймс. Римус сел ближе к парню и обеспокоенно посмотрел на него. — Да всё нормально, сейчас разговориться нужно и всё. — тут и Поттер и Люпин поняли, что парень заболел. — Дай-ка я проверю температуру. — Лунатик потянул руку ко лбу Блэка. — Ты пиздец горячий, в плохом смысле этого словосочетания. — он начал поглаживать парня по голове. — Всё хорошо. — шепнул Сириус перед тем как уснуть снова. — И что нам теперь делать? — спросил Джеймс у Римуса, он был взволнован внезапным заболеванием друга не меньше Люпина. — Будем ждать Гарри. Когда он придет, мы попросим принести какое-нибудь лекарство. — Люпин продолжал нежно гладить Сириуса по голове. — А что будем делать с ним, пока Гарри нет? — Не знаю. Следить, чтобы ему не стало хуже, наверное. Комната погрузилась в молчание. Римус думал о том, как Сириус умудрился заболеть за ночь и как его теперь вылечить. Джеймс думал о том же. В комнату вошёл Питер. — Он проснулся? — Нет. Сириус заболел, видимо теперь будет спать целый день. — ответил Джеймс. — Оу.. — только и смог сказать Петтигрю, после чего пошёл переодеваться. *** — Да всё нормально, не нужно меня лечить. — хриплым, из-за больного горла, голосом сопротивлялся Блэк уже добрых десять минут. — Если ты это не выпьешь, получишь от всех нас. — строго сказал Гарри. Парень не понимал, что трудного в том чтобы выпить лекарство? Похоже до Блэка наконец дошло, что сопротивляться бесполезно и он выпил противное зелье. — Ну вот, сразу трудно было так сделать, а, Бродяга? — спросил Джеймс, который уже собирался насильно заливать лекарство в рот другу. — Сам бы попробовал это выпить. — скорчился Сириус. Судя по всему, зелье помогло ему, ведь голос парня перестал быть настолько хриплым и тихим. — Дай температуру посмотреть. — Джеймс потянулся рукой ко лбу Бродяги и обнаружил, что он уже не настолько горячий каким был. — Помогло. — обратился он к Римусу. — Сколько, ты говоришь, ему это пить? — спросил Люпин у Гарри. — Мадам Помфри сказала дня три, чтобы наверняка. — Мы не пойдём на Астрономическую башню? — расстроенно посмотрел Блэк на Лунатика. — Сириус, ты болеешь, сегодня мы точно никуда не пойдём. — спокойно объяснил Люпин, он знал, что раз они не пойдут на башню, значит Бродяга обязательно придумает что-то новое. Сначала Блэк молчал. Затем кивнул и задумался, потянул Римуса поближе к себе, а потом тихо спросил: — А ты почитаешь мне на ночь что-нибудь из маггловской литературы? — это было одно из увлечений Сириуса, он часто просил Римуса что-нибудь ему почитать. — Конечно. — также тихо ответил Люпин, а Блэк потянул его еще ближе к себе, чтобы обнять. Все кто находились в комнате не стали смущать их своими взглядами или тишиной. Джеймс заговорил с Гарри и Питером о том как прошёл их день. Спустя час они уже разговаривали о квиддиче. Гарри старался как можно подробнее объяснить насколько хороша семья Уизли в этом виде спорта и описывал разные матчи, в которых участвовал сам и какие видел. Джеймс рассказывал о своей команде по квиддичу с такой огромной гордостью. Он в деталях описал как играет каждый игрок, нахвалил Марлин Маккиннон и Сириуса, рассказал о том как их поддерживали Мэри Макдональд, Лили Эванс и Римус с Питером, упомянул самые трудные и тяжелые матчи, свои ранения и падения. Питер рассказал о том, как ходил на матчи известных команд и какие впечатления это у него вызвало, рассказал про то, какие эмоции это у него вызвало. Трое парней так заболтались, что не заметили как наступил вечер и до отбоя остался час. После того как Джеймс и Питер проводили Гарри, они заметили Римуса и Сириуса. Сириус лежал на ногах у Римуса, одна его рука была странно вывернута, а другая сжимала ткань брюк Люпина. Сам Римус был наполовину в сидящем положении, одна его рука вместе с книгой покоилась на лопатках Блэка, а вторая была запутана в смольных волосах. Ни Джеймс, ни Питер даже не подумали будить друзей. Они лишь переглянулись друг с другом и улыбнулись.