Serpentine

      Солёный морской воздух приятно обдавал прохладой лицо юноши, стоявшего на носу «Алькора». Ветер лихо раздувал распущенные волосы блондина как попало. Итэр улыбался, расставив руки в разные стороны, пытаясь поймать как можно больше этого невидимого чувства свободы, которое особо сильно ощущалось на волнах безграничного моря. Тёплые лучи солнца пытались пробиться сквозь закрытые веки юноши, отрывая от чувственного ощущения мира, в обмен предлагая увидеть его визуальную красоту. Корабль всё ближе подходил к порту Ли Юэ, всем открывался вид на величественный город, некогда находившийся под протекцией Властелина камня, а ныне полностью перешедший в руки людей, доказавших недовольным адептам свою самостоятельность.       Нос «Алькора» разрезал воду, всё ближе подплывая к деревянному причалу. Итэр нехотя открыл глаза, и яркий солнечный свет с лёгкой болью ударил в них. Откуда-то с палубы раздался голос Паймон, причитающей о своём не очень хорошем состоянии из-за морской болезни. Итэр спустился к страдающей малышке и поднял её на руки, словно исполняя роль родителя, заботящегося о своём заболевшем ребёнке. Попрощавшись с командой «Алькора» и капитаном Бейдоу лично, юноша с бессильно висевшей на шее спутницей сошли с корабля.       На улицах Ли Юэ как всегда стоял гул голосов, кто-то общался, кто-то зазывал в магазинчик, кто-то напевал песни себе под нос, занимаясь работой. Путешественник поднимался с причала, попутно здороваясь со множеством знакомых людей. Кажется, Итэра теперь где только не знали, но это и неудивительно. Спаситель трёх наций не то чтобы был рад своему народному титулу, но от этого просто некуда было деться. — Путешественник! — раздался откуда-то сверху голос Катерины, которая почему-то стояла не за привычной стойкой гильдии искателей приключений, — Путешественник, простите, что отвлекаю, но госпожа Юнь Цзинь совсем недавно заходила, чтобы послать вам письмо в Инадзуму, но вот Вы тут. Вот возьмите.       Девушка как всегда с приветливой улыбкой протянула бумажный конверт Итэру и быстро удалилась назад на рабочее место. Блондин перевёл слегка удивлённый взгляд на только что полученное письмо. «Странно, неужели помощь понадобилась», — промелькнула мысль в голове юноши. Паймон, постепенно пришедшая в себя, но всё ещё виснущая на шее Итэра, посмотрела на конверт. — Неужели госпоже Юнь Цзинь понадобилась наша помощь? — раздался детский голос, почти полностью повторяющий мысли Итэра. Вот что всегда удивляло в этой летающей малютке, она будто знала все его мысли причём ещё до того, как они возникали у него в голове. — Сейчас и узнаем.       Парень развернул конверт и достал оттуда бумажный лист, исписанный изящным почерком. Чернила аккуратно складывались в буквы и предложения, а само письмо окантовывала нарисованная вручную розово-голубая рамка.

***

«Уважаемый, Итэр!

Я очень надеюсь, что не отвлекаю Вас своим письмом. Хотя я и уверена, что никакая опасность не может помешать Вам, но всё же будет грубым с моей стороны не поинтересоваться. Как проходит ваше с Паймон путешествие? Очень жаль, что вы пропустили премьеру новой оперы нашей труппы в «Золотом павильоне». Она будет идти там ещё целый сезон, и я уверена Вы всё же её не пропустите. Однако я пишу Вам по другому поводу. Совсем недавно мне удалось обменяться опытом с танцевальной труппой из Фонтейна. Их движения были совсем не похожи на то, что обычно танцуют в постановках на сценах Ли Юэ. Всё было таким нежным, текучим, словно в их тела вселился сам Архонт вод. Я бы очень хотела поделиться с вами тем, что увидела, а потому прошу: навестите меня, когда окажетесь в Ли Юэ.

Руководительница оперной труппы «Юнь Хань», Юнь Цзинь»

      Путешественник и Паймон переглянулись. «Даже помощи не попросила», — вновь проявил себя внутренний голос Итэра, которому тут же завторил писклявый голос его спутницы. — Даже помощи не попросила! Госпожа Юнь Цзинь удивительная! Интересно, а что-нибудь вкусненькое она для нас подготовит? — казалось, что слюнки уже текли изо рта Паймон, ожидающей изысканное пиршество. Итэр лишь недовольно посмотрел на спутницу и легонько щёлкнул её по носу, чтобы вернуть в реальность из фантазий о тысяче и одном явстве. Путешественники переглянулись, но назревающие на их губах слова прервал громкий, урчащий звук, а тела в это время сами двинулись в сторону «Народного выбора».